Какого черта, Джон Робертс?

Она скомкала лист бумаги. С такой продуктивностью, она скорее будет уволена, чем сможет построить карьеру. Уже сотни лет она пыталась стать успешной журналисткой во всех углах мира, а не получалось. Теодора осторожно встала из-за стола. Посмотрела на карту, что висела у нее над ним. На этой карте она уверенно отмечала места, где когда-либо пыталась жить. Сейчас отметка стоит на Франции. Тео аккуратно подошла к окну, половицы противно скрипнули. За окном роскошные улицы Парижа, о таком многие могли лишь мечтать. Они здесь не мельтешили за окном, более того, журналистка все ещё была уверена — люди во Франции самые близкие ей. Да, возможно они не были столь романтичны, как мы читали в книгах. Да, возможно. Но они все равно были далёкой отдушиной Тео, если такое можно применить к людям… Сотни лет она скиталась по миру, и наконец… Пришел конец путешествий? Она нашла нужное ей место? Дора метнула взгляд в сторону стола, с кучей скомканных на нем бумаг. Может, данное место проживания не такое уж и очевидное. — Сотни лет… Столько не живут. — вздохнула она, все ещё смотря в окно, а позже иронично продолжила, — а я живу… После таких слов рука словно сама потянулась к кулону, что оставил ей Джон, дабы защитить ее от демонов. Джон… Она носит этот кулон чисто символически. Тео уже давно не верит, что найдет его. Надежда наконец умерла, утонув во мраке ее души. Наконец. Умерла. Она уже давно не считала, сколько лет прошло с тех давних событий. Давно не ждала, когда порог ее очередного дома переступит Джон. Давно не верила, что жизнь наконец-то станет на ее сторону. Зачем она тогда жила? А у нее не было выбора. Не было даже такой возможности. Ведь Джон подарил ей бессмертие.Бессмертие, которому не будет рад ни один человек. Если вы действительно когда-то хотели себе вечную жизнь, отбейте это желание всеми силами. Грызть себя уже стало невозможным. Статья все никак не получалась. В каком бы настроении она ее не писала. — Я выбрала профессию, которая давно изжила себя, — сказала Теодора, — журналистов теперь везде гора. А Франция и вовсе не жалуется на отсутствие журналов. Тяжело вздохнула. Может быть, это она изжила себя. В голову не пришло ничего лучше, кроме как выйти проветриться. Улицы Парижа наверняка помогли бы голове как минимум кислородом. Теодора привыкла выглядеть безупречно. Как и сейчас. Строго, но со вкусом. Аккуратная шляпа, пиджак под цвет кремового костюма в клетку. Посмотрев на себя в зеркало, Дора даже смогла натянуть на лицо нежную улыбку. За окном было столь оживлённо. Люди здесь абсолютно не спешили никуда. Даже если и спешили, то делали это настолько неспешно, что казалось, будто они не знают, что такое заботы. Теодора тоже делала неторопливые шаги, внимательно осматривая людей вокруг. Наверное, это нужно для журналистов: наблюдать за людьми, улавливать их реакции, чувствовать, что же они думают. Вокруг было много красивых ларьков, можно с уверенностью сказать : простая улочка за окном могла стать источником вдохновения для целой книги. А она не могла написать даже несчастной статьи. Не пойми откуда взявшийся мужчина чуть не сбил журналистку с ног. Может, некоторые люди здесь и торопятся куда-то. - извините, пожалуйста, миледи - еле обернувшись,пробормотал он, зацепив ее лишь краем глаза. Но , похоже этого было достаточно,- дорогая, вы прекрасно выглядите! Я не видел девушек такой красоты очень давно. Вы просто дивная! Может... - нет. - отрубила Теодора. - я не намерена знакомится с вами, сэр. И тем более не ищу встреч с вами. Мужчина даже не думал остановится. - ну что вы, по вам же видно, вы девушка одинокая, сеньора! Так чего же вы будете играть со мной в игры, как маленькая девочка? Вам так нравится одиночество? - мужчина говорил так уверенно, будто знал ее сто лет. Теодору зацепили его слова. Она хотела не говорить, а действовать. Но манеры сдержали ее. - Я в праве сама решать, как мне нравится, сэр. Я ещё раз попрошу уйти с дороги, и не мешать мне. - холодно. Но мужчину, кажись, только заводили такие фразы. Его взгляд стал сальным. Он обводил каждый миллиметр ее тела, и наверное, уже не видел на ней одежды. И бывают же такие люди! Сдерживать себя Теодора не стала. Зрачки налились фиолетовым цветом. Снова энергия, что даровал ей Джон. Но она не будет ее использовать. Теперь она сдерживает ее. Сумка, что журналистка взяла с собой, скоро проехалась по лицу неприятного незнакомца, заставляя его подумать ещё раз. Мужчину словно обдало холодной водой. Он посмотрел на Теодору снова, но с опаской, испуганно кинув: - Дура! Ещё и демоны в тебя вселились? Думаешь, не видел, как зрачки твои демонической силой налились?!! Девушка сначала перепугалась, что мужчина знает слишком много, а потом, приняв решение, что он просто обычный шалопай, проехалась сумкой ещё раз. В этот раз мужчине было не до зрачков. Он убежал от Теодоры , даже не оглянувшись вслед. "К черту манеры." - подытожила журналистка. Люди вокруг испуганно переглядывались. В глазах кого-то мелькал страх, кто-то явно уважал гордую девушку, были же и те, кто смотрел с явным осуждением. Теодора же была горда своим поступком. Ее сердце было, есть, и будет занято Джоном. Даже...даже если она уже может и не хотела этого. *** Время на месте не стояло. Ситуация на улице заставила Тео знатно задержаться. Она наконец открыла двери любимой антикварной лавки. Это было место, что вдохновляло ее каждым сантиметром. Мысль о том, что люди сами приносят сюда старинные вещи, наполненные такими историями, вводила девушку в эйфорию. Каждая вещь имела свою маленькую историю. Историю, которую, в силу своих лет, Тео могла увидеть полностью. Каждый предмет напоминал ей о том, как важно чувствовать себя живым. Если даже у вазы есть своя трогательная история, то почему она должна лишаться всех чувств? За лавкой стоял мужчина пожилых лет. Продавец. Теодора искренне любила его. С ним она могла болтать часами, забывая обо всем. Теплые разговоры, в тусклом свете помещения заставляли ее утонуть в теплоте и уюте, которого ей не хватало. Как только она переступила порог, его глаза сразу же свернули. Он прохрипел: - Здравствуй, Моника! Моника. Это ее имя во Франции. Пусть самым родным для нее и было "Теодора", имя она все же меняла. - Здравствуйте, Карл! - имя иногда резало слух. - Что, снова мучаешься от нехватки вдохновения? - задал вопрос мужчина, зная на него ответ. По другому поводу она сюда не ходила. - Вы уже слишком хорошо меня знаете, - улыбнулась Тео, - может, сможете снова рассказать мне пару историй? Они правда помогают мне. - От чего же не могу? Как видишь, ты у меня почти единственный клиент. Редко ко мне кто-то заглядывает., - начал Карл, выйдя из-за стойки, и сев ближе к Теодоре, что бы было удобнее вести диалог, - только что же у нас за клиент, который никогда ничего не покупает, а?, - он улыбнулся. Так по доброму. Даже если шутка и показалась журналистке не совсем уместной, она просто не могла не улыбнуться. - Обещаю, что сегодня куплю у вас что-то - Теодора выпалила это, видимо, не совсем осознав, что сказала. Денег сейчас было немного. Тем не менее, она продолжила, - вы ведь тратите на меня столько времени и сил. Я должна вас отблагодарить. Теодора вновь улыбнулась. Почему она чувствует себя с ним так тепло? - Моника, не стоит. Если денег нет, то не стоит, - мужчина будто прочитал ее мысли, - а уделять тебе столько времени мне в радость. Ты же понимаешь, что я бы все равно все это время провел бы впустую? А так хоть займу чем-то свою старую душу! - Ничего вы не старый, - моментально ответила Теодора., - вы ещё совсем молодой, - так иронично было слышать это с ее уст. Ей то уже... А, а какая разница. Перекинувштсь ещё парой реплик, Карл наконец спросил: - ну, о чем сегодня хочешь послушать? Выбирай, что на душу ляжет. Журналистка осторожно окинула лавку взглядом. Повсюду валялось много чего, сконцетрировать внимание на чем-то одном было крайне сложно. Но вот ее взгляд зацепился за...ручку? Это было перо, похожими она писала статьи в Химворде. Рядом с ней лежала чернильница. Душа противно ёкнула.Она явно не хотела слушать историю этого предмета, но похоже, поймать взглядом другой предмет станет невозможным. Голос дрогнул, проговорив: - Это. Я хочу послушать историю этого п-пера. Мужчина увидел шок в глазах Теодоры. Поэтому осторожно переспросил: - Точно, Моника? Мне кажется, ты взволнована. - нет, - точно перебила его Теодора, - я хочу послушать про это перо. Тон стал металлическим, как бывало у Тео в эмоциональные моменты. Показалось, что Карл даже немного испугался. Но противится не стал. - Хорошо, Моника, слушай... *** Одним летним днём ко мне в лавку пришла одна девушка.Она опасно и осторожно переступила через порог, даже не обратив на меня внимания. - Доброго дня, миледи - сказал я ей с противным сальным взглядом, с каким ходят мужчины улицами Парижа. Усмехнулся я тогда себе же. Она боязко осмотрела лавку, потом уже обернув свой взгляд ко мне: - Это к в-вам обращаться? - голос ее был высоким, но тоже с ноткой боязни. Он был тихим и нежным , не ответить ей было сложно. - смотря за чем. - сказал тогда я, уставив на нее свой взгляд. Она осторожно подошла к лавке. Сама знаешь, у меня в магазине темно, ничего толком не разглядеть. А на столе у меня всегда лампа стоит. Вот она и подошла. В тусклом свете мне удалось мало чего разглядеть : аккуратное острое лицо, глаза... А черт его знает. Свет был тусклым, да и зрение у меня уже не то. Она все ещё не ответила мне. Молча достала футляр и положила на стол, что бы я посмотрел. Я , в глубоком недоумении, спросил ее: - Что это? - Это перо. Прошу, примите его. Оно от одного известного человека, - начала она. - Оно осталось мне на память о моей жизни в маленьком городке. Я посмотрел на нее, достаточно грубо ответив: - Мы похожи на людей, которые перья собирают? - я сказал это достаточно грубо, хоть и не хотел этого. Снова посмотрел на нее. Она испугалась. В ее глазах четко читалось "ну все..." , а последний огонек надежды, что жил в ее глазах, полностью погас. Свет лампы снова тихонько прогулялся по ее лицу, заставляя меня успокоится.Мне стало ее искренне жаль. Я смотрел на нее, понимая, что возможно я ее единственный выход. Ты когда-то чувствовала такое, Моника? Моя совесть уже не позволяла пройти мимо. Прорезав тишину лавки, я продолжил : - Чье это перо? - Я не хочу об этом говорить. - тихо начала она, - просто прошу, если это возможно, примите его пожалуйста, вы ничего не потеряете. Его по-любому кто - то купит. А если нет... - она замялась, вновь спрятав свои глаза, - то его куплю я. Выкуплю у вас назад .... Когда-то. Мне хотелось задать ей столько вопросов,но понимал, что она не в состоянии на них ответить. Я ещё раз посмотрел на футляр, что обречённо лежал у меня перед носом. Нужно оно мне было я или нет, я решил не думать. Покупателей у нас все равно очень мало, сама понимаешь, ни окон, ни вывесок, ещё и в подвале. Терять мне было нечего. Но все же я не сдержался, снова задав ей вопрос: - Зачем же вы отдаете вещь, что так ценна вам? Что бы потом выкупить ее за большие деньги? Она вновь отвела взгляд. Снова начала бороться с собой, решая : сказать ли мне правду. Нужно ли оно мне. Я правда не хотел , что бы она испугалась. Я посмотрел на нее максимально по-доброму. Мне хотелось только помочь ей. Понимаешь, Моника? Разве ты поступила бы не так? На ее глазах блеснула уверенность. Она все же решила рассказать мне то, что скрывала. - Мне нужны деньги. Срочно., - начала она, - может теперь вы обо мне и плохого мнения, но мне нужно обеспечить сына. Лучше умру я , чем он - закончила. Больше мне нечем было терзать ее душу. Да и смысла в этот уже не было. Я лишь сказал ей: - Хорошо, я приму ваше перо. Она посмотрела на меня. Я увидел то, чего не ожидал увидеть на ней с самого начала. Надежду. - Спасибо вам огромное! Спасибо! - начала рыжая , а позже снова побледнела, - и все же, если есть возможность , приберегите его для меня. Я постараюсь выкупить его назад, когда смогу. , - вновь отвела взгляд, - но если такой возможности нет... - хорошо. - я перебил ее,- я смогу приберечь его для вас. Я положу его в самый незаметный уголок лавки, а дальше... Полагайтесь на судьбу. Она благодарно кивнула, а я отдал ей деньги за ее вещь. Сжав в руках купюры, она просияла: - Спасибо вам ещё раз. Если честно вы - единственный кто помог мне! Я буду помнить вашу помощь! Девушка кинула последний взгляд на футляр , что все ещё лежал на столе, отбив на лице грусть. Она вернётся за ним. Мне хотелось в это верить. А позже просто развернулась и ушла.Шла неспешно, было темно, она просто не видела дороги. Просто смотреть на это стало тяжело. Взяв со стола свечку, я подбежал к ней, подсвечивая дорогу, проведя ее до порога. Погода на улице испортилась. До моих ушей доносились капли дождя. Она поблагодарила меня ещё раз, намереваясь уйти, но в последний момент я остановил ее, выпалив вопрос : - и все же... Чье это перо? Девушка глянула на меня. Снова ее глаза... В них можно было увидеть много чего : недовольство, потому что я задал такой вопрос, одобрение ща любопытство, и битву, что она вела сама с собой, пытаясь понять : нужно ли рассказывать мне. - Лоуренс Баркли - отрезала она, - Это перо Лоуренса Баркли. И потом просто переступила через порог. В голове появилось столько вопросов, а она ушла, даже не оставив шанса их задать. За ней потянулся тяжёлый след, что заставил подвал стать, как казалось, ещё темнее. Свеча потухла. Теперь с моих рук к потолку вздымался дым, а в нос ударил запах потухшей свечи. Лавка снова стала пуста.

***

Теодоры словно окатило холодной водой. Карл, по всей видимости, продолжал рассказывать историю, но девушка уже не слушала. Лоуренс Баркли. Тот самый Лоуренс Баркли, который стал частью ее жизни в маленьком городке. Тот самый, который стал началом истории ее бессмертия. На глаза навернулись слезы, но журналистка быстро совладала с собой. Карл наконец закончил историю, и теперь смотрел на Теодору, ожидая ее реакции. -Я хочу купить это перо. - отрезала Теодора. Продавец ошалело посмотрел на нее. Он, наверняка, не знал что ответить, но поговорил: - И не жалко тебе той девушки? Может она все же вернётся за ним - начал и закончил Карл. - Нет. Мне не жалко. Лоуренс Баркли мой коллега и уважаемый мною человек. Поэтому я хочу купить это перо. - почти без доли лжи сказала журналистка. Продавец видно, спорить не хотел. - Как скажешь, Моника. Можешь тогда и книги его забирать, все равно они мне не нужны. - Книги ? - глаза девушки загорелись вопросом. - Ага, пару месяцев назад пришел какой -то мужчина, поставил их по центру лавки и ушел. Даже слова не сказав. Ну выкидывать жалко было. Я посмотрел, на корешке Л.Баркли написано, да и отставил их. Все равно проку от них нет, забирай бесплатно. Я ими все равно разве что стол бы подпирал, что бы не шатался, или выкинул бы. - рассказал продавец. - Хорошо. Я заберу. - без лишних раздумий согласилась. Теодора расплатилась, поблагодарила и ушла. Тем временем на улице гулял сильный ветер. На перо и книги девушка отдала почти последние деньги. Но оставлять их там она не могла. - С удачной покупкой меня! - обречённо пробурчала девушка, и двинулась навстречу сильному потоку ветра.

***

Дом снова давил на мозг. Теодора снова сидела за столом, но вместо бумажек со скомканным статьями, перед ней лежали перо и книги. Теодора аккуратно осмотрела инструмент. Сомнений нет - это его перо, которым он писал в Химворде. Вопрос только, как оно оказалось у какой-то девушки? Ладно , не время с этим разбираться . Внимание сильно задерживалось на книгах, что стопкой лежали перед ней. Она взяла верхнюю , и протёрла ее от неплохого слоя пыли. - Похоже, они не пользовались особой популярностью. - сделала вывод. Жёлтые страницы нагнали тоску,а в нос не ударился, убился, запах старых страниц. Журналистка пробегала глазами по тексту, даже узнавая некоторые куски, которые они обговаривали вместе с Лоуренсом. "Вы сегодня так красивы, Теодора" - пронеслось в голове. Страница за страницей. Строка за строкой. Буква за буквой. "Теодора, мы всегда будем с вами друзьями" Глаза пробегали по научным статьям, а в голове неслись фразы. "Мне повезло с такой коллегой как вы" Страница. "Ох, я рад снова увидеться с вами, Теодора" Ещё одна статья. "Вы прекрасны, Теодора Эйвери". Ещё страница. Зачем она вспоминала все это? Зачем она помнит все эти фразы? - Авария. Наша последняя встреча. - подытожила Тео. Ещё страница. - Он разбился насмерть. А я жива. А ведь обещала, что буду с ним. - Теодора уже говорила громче. Перед глазами плыли страницы. Девушка уже не разбирала текст. Она просто хаотично листала книгу, что рассыпалась от старости под ее руками. - Это все , что осталось от него... А я жива! А я черт возьми жива! - Теодора уже кричала. В попытках успокоится , она взглянула на страницу книги. Знакомый текст. Ее затянуло ощущение, будто это писал не он. Но так знакомо, так... трепетно. Она пробежала глазами до конца текста, где красовалась подпись "Теодора Эйвери" - Он вставил мою статью в свою книгу... А я даже не знала..., - разбито. , - А я даже не знала! От него осталась лишь груда пыли, и все!!! А я жива!!! А я , черт возьми , жива!!! Я не достойна этого! - МНЕ НАДОЕЛО! - Теодора одним взмазом снесла все на пол. Страницы в воздухе вырывались от старости, перо упало , противно клацнув. А в воздухе перевернулась страница с калиграфической подписью : "Теодора Эйвери". - МНЕ НА-ДО- Е - ЛО!!! глаза налились фиолетовым. Она больше не могла этого контролировать. Все вокруг засветилось страшным светом , дом начал трястись, а Теодора кричала. Она кричала настолько сильно, что картины на стенах начали дрожать. Она была безумна. Она больше не могла контролировать себя. Она была готова, что прийдёт конец всему. Но больше всего она хотела , что бы конец пришел ей. - Я недостойна жить! Мне не для кого жить! ДА ПОШЛО ВСЕ К ЧЕРТУ, - из груди вырвался противный сгусток фиолетовой энергии. Все вокруг помутнело. - ДА ПОШЕЛ ТЫ К ЧЕРТУ, ДЖОН РОБЕРТС! ИДИ К ЧЕРТУ СО СВОИМ БЕССМЕРТИЕМ - она зло сорвала амулет со своей шеи, кинув его, сама не понимая куда. Она начала рыдать. Да так, что слезы ежесекундно окропляли пол - я ... Я не могу... Я не хочу больше... Паника. Страх. Слезы. В горле застрял противный сгусток крови. Она не знала, что сделала с собой, и не могла контролировать это . Но... Теодора наконец почувствовала себя свободной. От чего только?... Паника. Страх. Слезы. Она попыталась открыть глаза. Тщетно. Паника. Страх. Слезы. Она упала , громко всхлипнув Паника. Страх. Слезы. Она уже просто лежала на полу, свернувшись калачиком. Паника. Страх. Слезы. Шепот: "Я люблю тебя, Джон. Вернись ко мне. Вернись, если...можешь.Ведь я... Ведь я не могу" Паника. Страх. Слезы . Темнота. Перед ней темнота. "Она умерла?"

***

Веки тяжело открылись. Теодора все ещё лежала на полу. Первое , что она заметила, это кулон Джона, что она сжимала в своей руке. - Как он оказался тут? - она сказала, в попытке перевернутся на спину. Голову пронзила боль, она непроизвольно положила на нее руку,но все же довела дело до конца. Перевернулась. - Все же смерть не забрала меня. , - шепнула она, - жаль. Попытки встать не дали результата. А Теодора и не пыталась больше. Ее тело обмякло, и она просто лежала на спине, сжимая в руках кулон, что все это время защищал ее от демонов. Может, хоть демоны меня сожрут? - пронеслось в голове. Но никто ее не съел. Она так и осталась лежать на полу. Кто его знает. 10 минут. Двадцать. Тридцать. Час. Два. А может и три? А может и вовсе день. - Я хочу дать вещи свою историю. - снова шепнула она, когда за окном уже была глубокая ночь. Сил только на это и хватило. Она снова погрузилась во мрак.

***

- Да, я уверена Карл. - журналистка уже 10 минут доказывала старику, что уверена в своих действиях. - Но, дорогая, ты всю свою жизнь проходила с этим кулоном. Почему теперь ты хочешь сдать его? - Продавец и не думал отступать. Но Теодора стояла на своем. Она положила кулон ему на стол, даже не думая забирать его. - Моника, ты слышишь меня?! - старик явно хотел донести что то до девушки. - Тихо. , - сделала жест рукой. - просто помолчи и дай мне время. И она начала рассказывать всю свою историю. С самого начала. Про маленький городок Химворде, где она познакомилась со всеми, про Лоуренса Баркли, Про Джона Робертса, который по факту является демоном, про кулон, который он подарил ей. Она рассказывала сухо, но подробно. Она четко выкладывала мысль , будто готовилась очень давно. Никто не считал, сколько прошло. Теодора наконец закончила свой рассказ. - И запомни, Карл. Если кто-то придет за ним... Расскажи ему эту историю. Я дала тебе не кулон, а историю, хорошо? - журналистка окинула продавца взглядом, задержав его на кулоне. ,- не забывай меня Карл. Прощай, спасибо тебе за то, что ты успел дать мне. Она покинула помещение. И уже после ее ухода, придя в себя, старик промямлил: - Хорошо, Теодора. Я запомню твою историю. Он сжал кулон в руке. И лавка снова стала пуста.

***

Журналистка вышла на улицу, облегчённо выдохнув. Эти два дня определенно пошли ей на пользу. Она делала размеренные шаги, потихоньку направляясь к своему дому. Спешить было некуда. Сегодня был тот день, когда Теодора хотела посмотреть Париж, а не его картинку. На секунду она даже хотела жить дальше. Была рада, что бессмертна. Избавившись от кулона , стало легче дышать. Сзади послышался оклик. Она обернулась. Ее доганял какой-то мужчина. - Здравствуйте, миледи! - начал он. Теодора повернулась к нему с презрением. - Здравствуйте. - сухо бросила в ответ. - Я вот иду , вижу, вас думаю, где же я ещё такую красотку отыщу! - завелся он. Дежавю. "И откуда их столько развелось по улицам?" Вслух сказала: - Извините, дальше можете не продолжать. Вынуждена вам отказать. До свидания. Мужчина резко оказался слишком близко. Настолько, что в расстояние между ними не просунуть ноги. - Я не спрашивал вашего разрешения. , - отрезал он, замахнувшись чем-то , - Здравствуй, Теодора Эйвери. - чт?..- она не успела договорить. В нее был воткнут нож. Тело пронзила резкая боль. Говорить стало невозможным, рот наполнился кровью. "Он даже не знает, что я бессмертна"- подумала она , - "вот глупец!". А в следующую секунду... "Она умерла".

***

Темнота. Теодора открыла глаза. Все ещё темнота. - Я ослепла? - сказала она, не зная куда и кому. - Нет, - темноту прорезал голос, - ты наконец - то стала видеть. В эту секунду мрак прорезал силуэт. Ещё через секунду она узнала его. - Джон...Джон Робертс! - закричала. Он стоял перед ней. Просто перед ней. Искала его столько лет, и ... Нашла? Она бросилась ему на шею, обняв. Он ответил тем же. Но все же, Теодора не могла просто принять это. В голове были сотни, а то и тысячи вопросов. И Джон ответил на все в следующую же секунду. - Ты умерла, Теодора. И теперь мы всегда будем вместе. И да, я тоже мертв. Я хотел рассказать тебе, что же случилось с тобой. Все это время тебя преследовали мои образы. Продавец в магазине - это я. Мужчина который убил тебя - тоже. Я вселялся в души людей. ,- увидел обеспокоенный взгляд. - не бойся. На время. моей главной целью было забрать у тебя кулон, и позволить твоей энергии выйти наружу. И если с кулоном проблем бы не возникло... То с энергией все по-другому. Тебе нужен был эмоциональный всплеск. Сильный всплеск. И я пытался дать тебе его уже 2 года, но все никак... Теодора начала вспоминать все случайности, связанные с ее кулоном. Она вспомнила, как ее кулон пытался украсть какой-то мужчина, как во время написании статьи, его чуть не стащил дворовой кот, и ещё много случаев ... - Это все...был ты? - Да, Теодора. Это был я. - Но... Где мы сейчас? И как здесь оказался ты? Ты же точно бессмертный! - Столько вопросов... Я узнаю прежнюю Теодору. Меня заставили умереть. Тебе не стоит лезть в дела демонов. А ты... Просто лишилась моей силы, а позже была убита. Все не укладывалось в голове. Но ведь теперь она с Джоном. Он потянулся к ее губам, что бы поцеловать ее, но Теодора лишь ошарашенно стояла, и смотрела в пол, если так можно было назвать темноту. Он пальцем приподнял ее подбородок. - Какого черта , Теодора Эйвери?... - он посмотрел в ее глаза и улыбнулся. А она посмотрела в его глаза. Вся в слезах. Разбита, но счастлива. Может, все это мираж?... Глупая шутка ее сознания?... Из темноты вышло ещё несколько силуэтов. Лоуренс, Фридрих, Йоке - все они радостно смотрели на нее. Журналистку накрыла паника. Они надвигались на нее, кидая громкие фразы: - д-дора , ты пришла к нам! Т-ты н-нашла нас! - начал солдат в форме. По его щекам текли слезы. - Ты как всегда прекрасна , Теодора - продолжил Лоуренс Баркли. В руках он держал то самое перо и стопку книг. , - спасибо, что вернула! - он улыбнулся. - А кому-то спасибо, что принесла! - закончила Йоке. Это она была в антикварной лавке. Теперь сомнений не было. А потом... Все исчезло.

***

Поляна. Зелёная. Выглядит дружелюбно. Теодора покрутила головой. Рядом с ней сидел Джон. - Я, все ещё... - Ты все ещё мертва - закончил Джон. - и теперь мы вместе навсегда. Она почувствовала себя спокойно. Нет, она больше не чувствовала ничего. Может потому что она умерла? Она окинула взглядом поляну, заметив вдалеке ребят, что играли в мяч. Лоуренс неумело давал подачи, а Фридрих смущённо шутил о чем-то. Йоке стояла поодаль вместе со своим...сыном. - Ты рада, что наконец оказалась здесь? - нарушил покой Джон. - Я... я не знаю. Робертс потянулся к ней, оставив на ее губах долгий поцелуй. Внутри все загорелось. А его глаза блестели так же, как в их первую встречу . - А так? - переспросил он с насмешкой. Теодора осмотрела поляну ещё раз. Теперь она на своем месте. Ее мечта сбылась. Она мертва. Больше ее ничто не побеспокоит. Она напрыгнула на Джона, оставив на его лице сразу три поцелуя. Он улыбнулся. - Ты даже мертвым напоминаешь мне маленького чертёнка, - хихикнула журналистка. - Только маленького? - ухмыльнулся в ответ другой. - Да иди ты к черту! - сказала Теодора, примкнув к его губам. Когда закончился этот поцелуй?... Никогда. Зачем останавливаться? Теперь у них в запасе есть вечность.

***

Мужчина смотрел на кулон, как на золото - Слушайте, я готов его купить! Это выглядит как редкая вещь - все болтал он. - Вы уверены, что хотите купить его? - Карл как всегда ставил каждую покупку под сомнение. - Конечно, сэр! Вы только посмотрите! А какой камень! - мужчина не прекращал восхищаться. Карл выхватил кулон у мужчины из рук. - Ей! - начал было возмущаться тот. - Я продам вам этот кулон. Но сперва вам придется выслушать историю. - отрубил Карл. - Но чью, сер? - Эта история девушки, что стала для меня чем-то особенным. - История вашей любви? - Нет, дорогой. Это история о девушке, что жила вечно. - Это же метафора? - засомневался покупатель. - Метафоры ты будешь в сказках читать! А это кристальная правда. - но.. - Заткнись! Просто слушай. У покупателя не осталось никакого выбора. -Она была жемчужиной любви, смерти, и ожидания... Нежная, но смелая , прекрасная, но забытая... Моя любимая... Теодора Эйвери.