Ночной звонок Донскому

      Под кожаными мужскими туфлями скрипел недавно выпавший снег. Конец ноября в этом году выдался чересчур прохладным , даже не обращая внимание на южное расположение города. Не спеша передвигая ногами, мужчина подходили к одному из дворов Суворовского района.       Мобильный телефон в кармане который раз завибрировал. Достав его с кармана кожаной куртки, тот обратив внимание на уведомления на небольшом экране телефона. «5 пропущенных от контакта «жена» » . 5 пропущенных вызовов от жены это уже капец, а 5 пропущенных от "жены" Донского – прямиком пуля в лоб, считай пропал.        Можно подумать, что буква «А» тут случайно, и там по факту должна быть написана буква «Я», но нет. Всё было совершенно правильно написано. Слегка усмехнувшись, после тяжело вздохнув, Донской обратно положил телефон в карман, даже не удосужившись перенабрать номер. – Зачем наяривать, можно же просто немного подождать, – пробубнил сам себе под нос тот и проходя мимо девятиэтажного здания, стал вглядываться в окна. Лишь в одном окне горел свет на кухне, на 7 этаже. Нормальные люди в начало третьего ночи спят, потушив свет, а тут во всю он горит. Войдя в открытый подъезд, Лёша сразу же подошёл к дверям лифта. Нажав на кнопку вызова, было слышно как где-то выше дёрнулся на тросах лифт и стал не спеша опускаться на первый этаж. Через миг дверь распахнулась, впуская Донского внутрь. Пройдясь взглядом по еле целым кнопкам и потёртыми цифрами, найдя кнопку седьмого этажа, он нажал на неё. Лифт как-то недоверчиво дёрнулся и уже поехал наверх.       Через минуту двери разъехались, и Лёша прямым шагом пошел к одной из двери. Тамбур был открыт к счастью. Положив руку на ручку входной двери квартиры , он слегка напрягся. Чувствовал будто, что-то не так. Выдохнув, потянул ручку вниз и толкнул дверь, которая слегка с тяжестью поддалась, но всё-таки открылась. Прямо перед входной дверью был проход на кухню, где за столом сидел один человек. А если быть точнее – ранее упомянутая «жена». В руках того был пистолет прямиком направлен на дверной проход, будто тот собирался стрелять по кнопкам на кожаной обивке двери. – Тебе сразу мозги прострелить или как? – как-то холодно отзывается сидящий за столом парень, недовольно смотря прямо в зелёные глаза Донского, будто собираясь вытащить с того всю душу. – Хах, не стоит, – Леша снимает куртку и как-то по-хозяйски вешает в прихожей, входит в кухню. На удивление, на кухне был не только парень, но и девушка, точнее лишь тело девушки. – Да ты и без меня неплохо справился, зачем кипишь поднял? – А затем, Алёша, что мы должны работать в паре, или ты хочешь чтобы весь гонорар был лишь мой? – слишком артистично говорил Дунайский, поднимаясь со своего места, опираясь одной ладонью на кухонный стол, которому, кажись, было лет 30, так точно. Белая краска, которой тот был покрашен, уже стала шелушиться, и это хотели скрыть скатертью, которая сейчас валялась рядом с трупом девушки. Другой, тот в момент запихнул пистолет в кобуру на поясе. – Ну знаешь, я всё равно не понимаю: какая нам с этого выгода? – Лёша, не делай мне смешно, – более недовольно отзывается одессит. – Сейчас товар в цене, мы его получаем бесплатно, конечно небольшим трудом, но это такое. Передаём одному моему хорошему другу, а он отваливает всё тем – кто готов за него дать большие деньги. И тут я говорю не только про обычных наркоманов, но и высшую спільноту. А деньги пополам между ним и нами, мы понятное дело, с тобой сами уже делим свою часть. – Понял. А зачем ты эту куклу пристрелил? – Лёша скептически окидывает блондинку, которая лежала на полу в собственной крови с простреленной головой и грудной клеткой. – Она любовница одного из главных авторитетов этого района. Он сам крышует веществами, да и разными, поэтому найти у неё что-то не составит труда. Ну не думаю я, что тот фраер хранит всё у себя дома, зная, что участковые менты могут прийти к нему в любой момент. Как-никак, он бывший сидевший, – проговорил Женя сев обратно на стул, скрестив руки на груди. Лёша довольно окинул парня с ног до головы. – Хорошо, я понял. Значит, нам нужно найти у неё где-то наркотики, – после этого Донской скинул с себя пиджак и закатал рукава рубашки, дабы те не мешали, и пошел в сторону зала, который находился по левую сторону от входа в квартиру. Женя усмехнулся такой скорости возлюбленного и встав, собрался идти следом. На миг, остановившись перед телом девушки, слегка присел. Осмотрев её с ног до простреленной головы, он на миг зациклил внимание на декольте той. Нет, та его ни капли не влекла. Это была реально, как ранее высказался Алексей – кукла. Аккуратно просунув руку между грудью той, тот нащупал один пакетик на зиплоке с белым порошком внутри. – Я так и думал, слишком тупа она, – пробубнил Дунайский и кинул пакетик в карман брюк и пошел всё-таки в зал, где Лёша уже перерыл половину трюмо с разными посудинами. Среди них были простые тарелки, глубокие и длинные блюда, чашки, пара чайников и даже самовар. В самоваре как раз таки и было найдено пару пакетиков как не с травой, так с порошком. Те самые пакетики в данный момент лежали на старом диване. Войдя в зал, Женя сразу же обратив внимание на Донского, который как пёс-ищейка роется в разных шкафчиках в поисках наркотиков. Такая картина заставила того улыбнуться. – Это пока всё, что ты нашел? – проговорил тот смотря на два пакетика с травой, и три с белыми порошками. – Ага. Осталось сейчас только шкаф с одеждой проверить и спальню. – Хорошо, ищи в одежде, а я спальню осмотрю, – после этих слов, Женя поспешил выйти с зала. Время достаточно сомнительное. Вот будет участковый делать обход, вот захочется ему. Заметит включенный свет в одной квартире во всем девятиэтажном доме и что дальше? Прийду менты, скрутят их и в обезьянник. А им этих проблем не особо хотелось, поэтому стоило ускориться.       Спальня была небольшой. Посередине стояла двухместная кровать, по левую сторону от неё письменный стол, а рядом шкаф. Искать нужно было лишь в кровати и в шкафу. Он понятия не имел, на черта тут так много шкафов. Подойдя к кровати, тот стал проверять наволочки и простынь, аж до матраса. На удивление, он нашел лишь один пакетик в самом углу кровати, в небольшой дырке матраса. Дальше дело было более трудное – шкаф. Подойдя, он увидел, что там висело лишь пару дублёнок, две шубы и всё. Обшарив карманы, он нашел в старом зимнем пальто два пакетика и скорее всего это было всё.        Вздохнув, он сжал всё в руке и пошел в сторону кухни, где скорее всего уже находился Лёша. Тот достал из шкафа старой кухонной мебели ещё один бокал для шампанского. На краю стола, на удивление стояла уцелевшая, ещё и не пустая бутылка советского шампанского. Поставив рядом с чистым бокалом, бокал в котором ранее был уже алкоголь, тот умело разлил всё, что оставалось в бутылке по ним. На другом крае лежали все пакетики с веществами которые нашел Донской. – Причина торжества? – проговорил Дунайский заходя на кухню. Он кинул всё найденное в спальне в ту кучу. – А что, я не имею права выпить вместе с своим возлюбленным? – с такой привыкшей уже Дунайскому, довольной улыбкой произнес Алексей, протягивая один из бокалов тому. – Имеешь, но что-то у нас тут не особо романтичная обстановка, – принимая бокал с рук того, проговорил Женя, отвечая тому с не менее довольной улыбкой на лице. – Слушай, нам это никогда как-то не мешало, – Лёша взял другой бокал и аккуратно поднеся его к бокалу в руках Жени и аккуратно прикоснулся из-за чего по кухне разнёсся звонкий звук тонкого стекла. – На брудершафт? – элегантно проговорил тот, слегка приподняв руку. Женю это открыто слегка насмешило. Перекрутив руки, те выпили всё содержимое своих бокалов. Взглянув в небесно-голубые глаза Дунайского, Донской отставил свой бокал, и взяв того за грудки, сразу же затянул того в поцелуй. Женя особо и не сопротивлялся и лишь одной рукой зарылся в волосы на затылке мужчины. Поцелуй не продлился долго ведь одессит поспешил отстраниться. – Стоит выдвигаться домой, а то мало-ли что, – отойдя от Лёши, Женя взял с тумбочки целлофановый пакет и скинув туда всё найденное, пошёл в коридор. Донской слегка недовольно вздохнул и лишь взглянул на стоявшие два бокала. Взяв одной рукой сразу два бокала, он разбил их о пол, дабы не оставлять практически никаких следов после них, а то мало-ли. – Шо ты там, блять, робиш!? – Не кипишуй, – усмехаясь сказал Алексей, забрав свой пиджак с кухни и вышел в коридор, параллельно надевая его. Сняв с вешалки куртку, тот окинул внешний вид любимого. Женя был явно одет не по погоде. Поверх рубашки и тонких брюк, было надето лишь осеннее пальто. – Жемчужина моя, а не слишком ли ты легко одет? На улице не май месяц, снег лежит. – А сам будто по погоде, – проговорил Евгений закатывая глаза. – Снимай пальто. – Что? – Говорю – пальто снимай, я тебя в таком виде не выпущу на улицу, – серьёзнее проговорил Лёша. Женя лишь цыкнул и что-то недовольно пробормотав под нос, снял пальто. Через пару секунд, ему на плечи приземлилась довольно таки тяжёлая кожаная куртка ростовчанина. – Ёб.. как ты её носишь? – Легко и просто. Просто ты слишком худой, милый мой, – на очередной упрек от того, Женя закатил глаза. – Пошли, я уже домой хочу. А нам сейчас, как минимум, до края района надо будет идти пешком. – С чего бы это? – открывая входную дверь и забирая с рук младшего пальто, Донской вышел из квартиры, следом вышел и Дунайский. – Алёша, ну пораскинь мозгами, если мы прям сюда вызовем такси, это будет очень подозрительно. Откуда ты знаешь, что все в доме таки спят? Мало ли заметят и всё, сдадут ментам, а мне этого не надо. – Но они же и так могут нас заметить, – говорил Лёша спускаясь по ступенькам вниз. – Блять, не крути мне бейцы! Сейчас в тихую выходим и даём драпу за дом, а там уже просто по прямой, – слегка прошипел первую фразу Евгений быстро идя следом за тем, положив руки в карманы, достаточно большой для него куртки.        Лёше безумно нравилось когда Женя в своей речи использует одесский жаргон, прям по всему телу приятное чувство разливалось. Он готов был бесить того, лишь бы он чаще возмущался.       Нащупав в кармане пачку сигарет, Женя достал её, доставая с нее следом сигарету и зажимая между губ. После достав спичечный коробок, чиркнул спичкой и подпалил, сразу же делая тягу. Когда те уже всё-таки вышли, Лёша окинул парня, слегка усмехнулся и даже немного посмеялся. – Что смешного? – Ты слишком мило выглядишь в этой куртке. – Иди к черту, – слегка покраснев ответил Женя и выдохнул тому в лицо дым и после растоптал сигарету носком туфля, – пошли быстрее уже.        Температура на улице была уже холоднее. Стрелка часов перевалила за 4 утра. Одессит и ростовчанин не спеша шли по улице. Женя уже с последних сил шел, ведь уже хотелось прийти в теплую квартиру, выпить чего-то и ощущая Лёшу под боком, крепко уснуть. – Лёш, вызови такси всё-таки. Не то, что меня спать клонит, я же вижу что тебе холодно. – Да нормально, успокойся. Сколько тут идти. – Вообще, идти полтора часа, если тебе таки нечего делать, то можем идти, но я же вижу что тебя крупной дрожью покрывает, – Женя останавливается и достает телефон с кармана брюк. Набирая на кнопках трёхзначный номер службы такси, тот наблюдает за недовольным Донским. Но он был прав, Лёшу уже покрыло мурашками раз сто, за пару минут.        Через пару минут, к остановке на которой они остановились, подъехал таксист на девятке. Сев в машину, те двое разместились на заднем сиденье. – Куда ехать? – проговорил таксист, посмотрев на тех двоих через зеркало заднего вида. – На Молдаванку, – ответил Дунайский проверяя карманы куртки и брюк в поисках пакета с всякой дурью. На миг, тот уже перепугался, что они всё где-то посеяли. Взглянув на Донского, тот лишь одним взглядом спросил где пакет. Тот лишь похлопал по своему пиджаку, мол говоря, что всё при нем. Узнав об этом, Женя выдохнул и опрокинул свою голову на плечо Алёши, просто наслаждаться дорогой и присутствием дорогого человека.        Район Молдаванка – центр преступной деятельности в Одессе. По большему счету он считался ремесленным центром, но приток сомнительных личностей повлек за собой создание преступных бригад. Опасно туда было соваться если ты там был не местный. Лёша не единожды уговаривал Женю переехать в менее сомнительный район, но того вполне всё устраивало. Да и было с кем сговориться на случай чего. По таксисту было видно, что тот слегка нервничал ехать туда, ещё и в такое время. А в начало 5 утра, там могло как и происходить что-то, так и быть тихо на сколько, что будет слышно, как комар летит в самой дальней квартирке.        Через пару минут, водитель припарковался на въезде в один из небольших двориков. – Большое спасибо, – проговорил за двоих Лёша, ибо Женя уже дремал на его плече. Достав с своей куртки кошелек, тот достал пару купюр разным номиналом, оплачивая работу таксиста даже слегка сверху на пару гривен, так сказать, на чай. Будить Женю не хотелось, но выбора не было. Аккуратно похлопав того по щеках, Донской прошептал тому на ухо. – Брульянт, просыпайся, подъехали, – на прозвище, тот недовольно промычал и с трудом проснулся и просто вышел с машины ничего и не сказав. Лёша вздохнул и вышел следом, захлопнув дверь такси.        Подойдя к подъезду двухэтажного дома, те быстро поднялись на второй этаж и подошли к квартире. Похлопав по карманам брюк, Женя кивнул Лёше, чтобы он проверил пальто на наличие ключей от двери. Пошарив по карманам, тот достал с одного из них небольшую связку ключей, после чего, сразу передал её Дунайскому. Тот без лишних слов вставил ключ в скважину и повернул пару раз, после чего деревянная дверь поддалась и с тихим скрипом открылась.        Женя с последних сил стоял на ногах, ведь в сон клонило совсем не по-детски. Войдя, в достаточно просторную квартиру, сил одесситу хватило лишь, чтобы ногами снять туфли, а дальше, он без тормозов пошел в спальню и буквально через пару минут, уснул. Донской лишь вздохнул, ведь понимает, что именно ему придется стягивать с того всю одежду, что в целом не составит особого труда, но беспокоить сон возлюбленного не особо хотелось.        Лёша просыпается как только стрелка часов переваливает за семь утра. Н-да, конечно, выспаться толком ему не удалось. Как только он раздел Дунайского до белья, время было примерно десять минут шестого. В сон клонило, но повторно уснуть не получалось. Приняв сидячее положение, тот зарылся руками в волосы, а ладонями потер глаза, чтобы немного навести резкость изображения. Подняв взгляд, он окинул комнату.        Прямо перед кроватью был шкаф с вещами, а по правую сторону от него рабочий стол, на котором лежали пару документов, на которые Дунайский, походу, забил уже давным-давно. Повернув голову влево, взору пал комод с стоявшим на нем телевизором. Тот включался наверное последний раз лет пять назад, если не больше. Окна были зашторены, но свет через них ещё и не пробивался. Рассветать должно было где-то через минут 5, поэтому на улице ещё было темно, лишь где-нигде светил уличный фонарь.        Потупив взгляд ещё пару минут в какую-то точку комнаты, Лёша ещё раз потёр глаза и всё-таки встал с кровати потягиваясь. Сонливость ещё никуда не ушла, поэтому было принято решение пойти сделать кофе. Как только он собрался выходить из комнаты, вниманию упал тот факт, что Жени нету рядом на кровати. На миг тело покрылось мурашками из-за того, что не было понятно куда тот мог деться. Либо он куда-то отошёл, будь-то кухня или туалет, или же уже дал драпу куда-то. Второе, по большей мере маловероятно, но факт не исключается.        Зевнув лишний раз, Лёша дошёл до кухни, где уже горел свет. Значит, Женя всё-таки там. Подойдя к проходу, тот заметил сидящего за столом Дунайского, который что-то рассматривал в руках. Издалека было трудно понять что это, но подойдя ближе к входу на кухню, он рассмотрел в руках одессита пакетик с порошком внутри. Это был как раз таки тот пакетик который он забрал у мертвой девушки, который кинул себе в брюки, и вспомнил про него лишь утром. Сон как рукой сняло. Опешив, он быстро зашёл на кухню пытаясь как-то угомонить эмоции. – Женя! Что ты удумал? Ты решил повторить судьбу Романова?! – возмущённо вскрикнул Донской. Он прекрасно знал, что сделали наркотики с Сашей, и ни в какую не хотел, чтобы что-то подобное повторилось с его Женей. Тот и без того худой как палка, а вот подсядет на эту дурь и вовсе станет за ветром бегать. – Лёша, ша! – кратко проговорил Женя, подняв недовольный взгляд голубых глаз на того. – Я ещё ничего не сделал. И не знаю – сделаю или нет. – Не нужно ничего делать, ты слышишь меня!? Или я со стенкой разговариваю? – Лёша, ты можешь угомониться!? Завелся-то как! – тот встал и стукнул ладонью по столу. Женю чертовски бесило, что Лёша за ним трясется как мамаша за маленького ребенка. – Я ничего не буду с собой делать. Просто, агх.., – Женя обратно упал на стул и подперев лицо руками продолжил, – меня это всё выматывает. Уже даже сигареты не помогают. Это всё конечно приносит свой кайф и адреналин, но после какого-то дела приходишь домой и даже не знаешь, что делать. Не знаешь, что будет завтра. А мало ли, пойду на дело какое, да и пристрелят. Не надо мне такого счастья. Думал, немного попробовать, но силы воли не хватает. А тут ты – залетел, начал кричать, вообще желание отпало.        Лёша тяжело вздохнул и подошёл к Жене. Подняв его на ноги, он крепко обнял парня и погладил его по светло-русым волосам. Дунайский, в свою очередь просто уткнулся тому куда-то в шею и спокойно дышал. – Я понимаю тебя, но поверь, я не дам случиться тому, чтобы ты пострадал. Я всегда буду с тобой и не позволю ничему нас разлучить. По головам ради тебя пойду, мой брульянт. А теперь, посмотри на меня, – Женя сразу же после слов того, отстранился от его шеи, и посмотрел в зелёные глаза. Не прошло и секунды, как глаза уже сами по себе закрылись, а сам Женя расплылся в нежном и чувственном поцелуе. Свободной рукой, Леша взял его за руку, в которой как раз таки и был зажат пакетик с наркотиком. Сильнее углубляя поцелуй, он почувствовал, как рука Дунайского полностью расслабилась. Воспользовавшись моментом, он забрал пакетик и зажал в своей руке. На последок углубив поцелуй сильнее и слегка прикусив нижнюю губу, Лёша разорвал поцелуй, довольно посмотрев в слегка прикрытые, голубые глаза возлюбленного.        Когда Женя отошёл от поцелуя, он ощутил , что рука пустует. Разжав её, тот с непониманием посмотрел на ладонь, а потом с недовольством на Лёшу. – Алёша! – Я тебе его не отдам, я его кину к остальным и мы отдадим его тому, твоему человеку, – после этого, Лёша чмокнул парня в щеку и вышел в коридор.        На трюмо лежал тот самый пакет, в который они всё сложили. Было не особо безопасно его так держать, прямо при входе в квартиру, но и прятать на данный момент было не вариант. Развязав его, Лёша кинул в него ещё один пакетик и обратно завязал.        Вернувшись на кухню, он заметил Женю, стоявшего около окна и курящим. Слегка улыбнувшись, он аккуратно подошёл и обнял его со спины. – Лёша, давай уедем куда-то, – повторно начал разговор Женя. – Куда? Мы же должны закончить с этим фраером твоим. Кто знает, что он сделает если он придёт, а нас не будет. – Да мне похуй, я уже заебался от этих однотипных дней. Хоть на пару дней, – потушив сигарету о пепельницу на подоконнике, он повернулся к Лёше и уткнулся ему в плечо. – Поехали к тебе. – Жень, ты уверен? – в ответ кивок. – Ладно, хорошо. Все для тебя, брульянт мой.        В тот же день, вечером те двое сходили в аэропорт и купили билеты. К счастью, ближайший рейс до Ростова был следующим утром, так что время на сборы и подготовку было предостаточно.        Ближе к вечеру следующего дня, те добрались до квартиры Лёши. Эта некая смена обстановки радовала Женю, он даже не был похож на себя как-то. По большей мере смахивал на большого, счастливого кота. Когда они уже наконец-то разложились и собрались приготовить чего-то ужинать, холодильник благополучно им предоставил: уже засохшую палку колбасы, прокисшее молоко, где-ни-где испорченные помидоры, и доброй давности красный борщ. Было понятно, что трапезничал Донской тут давно. Ну понятное дело, что Лёша зависал где-то в ресторанах, во время встречи с какими-то криминалами, или же в кабаках каких-то. Может складывалось всё так, что даже домой редко приходил. Последний раз, он приходил ночевать дома перед отъездом к Жене. А ел дома.. на прошлой может неделе? Он сам не помнил.        Возвращаясь к квартире, на пороге, на коврике он заметил какой-то конверт. Поставив пакет, Лёша поднял конверт и открыл его, доставая с него лист бумаги. Кривым почерком, было написано:

Донской, я слыхал ты в Ростов вернулся. Не думал, что ты так быстро вернёшься с своих путешествий . Ты же не забывай , что ты мне ещё должен немалую сумму после прошлого раза. Если к завтрашнему дню, в этом конверте не будет нужной суммы, тебе несдобровать. В пол девятого утра на месте, сам знаешь каком, желательно не опаздывать.

– Что он несёт? Что я ему ещё там должен!? Вернулся блять, на свою голову, – скомкав листок, Лёша кинул его себе в карман куртки, а конверт аккуратно сложил и сунул туда же. Нажав на ручку двери, спокойно прошел внутрь квартиры. – О, вернулся уже? Всё купил? – говорит Женя выходя с кухни и потирая руки кухонным полотенцем. – А? Да-да, – ответил Лёша выныривая из своих мыслей, – вот, держи, – протянув тому пакет, он стал разуваться и снимать куртку. Женя уже во всю возился на кухне в приготовлении ужина. Сев за стол, Донской задумался. Никому он никаких денег должен не был, лишь ему много кто должен был. А этот, индивид, особенно. За раздумьями, Лёша даже не заметил, как Женя отошёл от плиты, где во всю продолжала шкварчать зажарка на какой-то суп, и сел рядом. – Алёша, шо такое? О чём думаешь? Выглядишь взволнованным. – Да нет, всё хорошо. Не обращай внимание, – слегка улыбнувшись ответил Донской погладив того по руке. – Дивись мені.., – Женя немного взволновало окинул любимого и всё-таки обратно вернулся к готовке, ибо голод мучил уже не по-детски.        Через пару минут, двое уже сидели и поедали, недавно приготовленный Дунайским, капустняк. Вечер протекал душевно, можно сказать даже по-семейному. Поужинав, те засели в гостиной, где окончили день за просмотром какого-то сериала. Но тем не менее, Алексея не покидало волнение относительно завтрашнего. Он не первый раз попадает в какие-то передряги и прекрасно с них вылезал. Но тут было всё труднее, точнее запутанней. «Что он надумал и куда влез» – крутилась лишь одно мысли в его голове, ведь он даже не знал чего ожидать. Донской не особо понимал своих переживаний относительно этого всего. Связей у него куча, убить у них его не получиться,ибо как можно убить, мать его, город!? Скорее всего, его волновало лишь то, чтобы из-за этого не пострадал Женя, который в этот момент мирно спал на его плече. Сейчас смотря на него, даже не скажешь, что он держит в страхе чуть-ли не все одесские бандитские группировки. А если они с Лёшей работают на пару, то всем мало не кажется. Не зря же им дали прозвища «Одесса-мама, Ростов-папа». Уж слишком они подходят друг другу.       Рано утром, когда мирно спящий Женя ещё и кажись, не думал просыпаться, Лёша уже спешил к "тому самому месту встречи". Накинув куртку и положив внутренний карман пистолет, он вышел с квартиры. Путь был не особо дальним. Пройти пару дворов и наткнуться на небольшое подвальное помещение. Так и не скажешь, что это было "культурное" заведение. Хотя культурой там и не пахло. Но пахло дешёвым алкоголем, сигаретным дымом и немного засохшей кровью. Не особо приветливое место, можно так сказать.        Вздохнув, Алексей спустился по ступеням к двери заведения. Толкнув ее слегка, он окинул зал. – «Ясно, не нарисовались ещё» – пронеслось мигом мысль в голове того. Зная тех, они могли и за час явиться и уже устроить в этом кабаке полный беспредел, а потом ещё и Лёшу за собой потянуть. Влезать в какие-то передряги, когда в гостях Женя, ему не хотелось.        Дабы немного убить время, Лёша подошёл к парню стоявшему за стойкой и попросил чашку кофе. Сев на стульчики у стойки, он повторно окинул это заведение второй раз. Все было выполнено под дерево. Стойка к примеру, стульчики, на одном из которых Лёша сейчас как раз таки и сидел, потолок украшали деревянные балки. Под потолком висели колонки подключенные к магнитофону , с которых звучала какая-то спокойная музыка. Столы тоже были сделаны из темного дерева, а стены были уложены различными камнями. В целом, внешне оно и не было прям таким противным. Может оно и не вызывало такого отвращения у Лёши, если бы не всё, что обычно твориться в этом заведении. Последний раз он тут был перед тем валить с Ростова в некие путешествия.       Спустя "отпуск" в Крыму, он лишь в конце решил, что «вот он дурак» и решил отправится в гости к Жене в Одессу. Тот его встретил приветливо, но понятное дело, что неожиданно.        Одесса. Начало третьего ночи. Женя буквально час с лишним назад вернулся домой и улёгся спать. Ну а что, одно дело пшеницу через порты передавать и на быструю руку чиркать отчёт о том, что: «судно такое-то отправилось с одесского порта по направлению.. »; а потом ещё и отправлять это всё на Киев, в общем, одна морока, на которую он благополучно забил уже последний год и всеми этими поставками занимались кто-угодно, но не он. А совершенно другое дело, незаконно через порты наркотиками крышевать. И лишь, ближе к часу ночи загрузив и отправив корабль по нужному направлению, тот мог спокойно отправиться домой и лечь спать. Но сон развеяло за секунду как только послышались звонки в дверь, которые Женя сперва смахнул на «померещилось» и продолжил спать. Но следом послышалось два сильных удара в дверь. Тот подлетел с кровати как ошпаренный. Тихо возмущаясь, он поднялся и пошел открывать дверь гостю.        Когда он её открыл, сперва подумал, что ещё спит. Он и не думал, что Лёша сможет вот так явится без предупреждения. – Лёша, шо ти робиш тут..? – сонно пробубнил Дунайский, потирая глаза пытаясь навести резкость и понять всю ситуацию. – В гости приехал, а что, нельзя? – как-то самодовольно проговорил Лёша заходя в квартиру и обнимая одессита одной рукой, прижимая к себе и завлекая того в поцелуй. Будучи сонным и потерянным в прострации, Женя даже не сразу понял, что сделал вошедший. А когда понял, он уже лежал на собственной кровати, а Лёша нависал сверху продолжая его целовать. Лишь в этот момент он обнял того за шею и углубил поцелуй притягивая сильнее к себе. Ну, а что было дальше мы и так с вами знаем.        Со столь приятных воспоминаний Донского отвлёк "бармен", который поставил рядом с ним чашку с кофе. Кинув взглядом на того, он достал с кармана кошелек и положил на стойку нужную сумму за кофе. После, забрав чашку, пересел за столик. Не спеша похлёбывая всё ещё горячий кофе, Донской кинул взгляд на настенные часы. Время было уже «8:36», то что они позволяли себе опаздывать его не устраивало. Но не тут то было. В миг, в помещение заходят четверо мужчин, один из которых идёт впереди куря сигарету. Одеты все были в костюмы, видно, что с одной группировки, прям как: – «четверо из ларца, одинаковы с лица» – подметил внутри себя Лёша, перефразировав немного фразу с детского, советского мультфильма. Самое интересное, что он видел их впервые, хотя с главным он был знаком. Как раз таки он и подошёл к нему. – Как тебе мои новые ребята? Я возлагаю на них большие надежды, – Лёша ничего не ответил. Обратно рассматривает лицо того и внешний вид в целом. Блондинистые торчащие дыбом волосы, серый костюм, фиолетовый галстук. – Что молчишь? Пошли давай! – с неким позитивом говорил тот, развернувшись и идя к своим подпольщикам. Алексей недовольно вздохнув, встал и пошел следом. Ему уже хотелось решить все дела и вернуться домой и тихо лечь под боком у Жени и продолжить спать. – Знакомьтесь, мой старый хороший друг Лёха Донской, – на собственное представление тот просто кивнул и отошёл в сторону садясь по левую сторону стола. – Что ж, о чем мы там собрались говорить?        Весь этот монолог этого авторитета прошел мимо Лёшиных ушей, ведь он тут был с прямой целью. Дабы убить время осматривал его соратников. – Мужики, я же вам не официант, уважение имейте, – возмущался один из четверых который отстал ведь делал заказ. На стол установили три стеклянных стакана и три бутылки колы в стекле. – У меня нету уважения, у меня есть лишь нервы, – сказал кратко главный и стал разливать все по стаканам.        В один момент, в небольшое, отделение от общего зала помещение которое разделяли дверцы, как в тех самых техасских барах, думаю поняли, вошли двое мужчин крепкого телосложения. – «Чё за амбалы? Они ими решили трусить с меня бабки?» – с непониманием пронеслось у Лёши в голове, а глаза забегали по тем двоим пытаясь во всем разобраться.        Один из них подошёл к главному и схватил того за воротник пиджака и поднял вверх с места, а другой уже повел его куда-то на выход. Тот, который остался, сел на его место, одним движением руки отодвинув все чашки, взял бутылку и стал наливать всё, что есть в пустой стакан, даже переливая через края. В тот же момент он прожигал Лёшу взглядом. Он же, в свою очередь, не выражал не единой эмоции, ведь его желание вообще с кем либо контактировать и говорить – равнялось нулю. – Так что, это ты тот самый Донской который должен этому фраеру сумму? Он её должен нам. Брат, давай без посредников – решим всё на прямую, а то кто его там знает, мало ли чё учудит.        Ясное дело Лёша не был намерен отдавать деньги, тем более не пойми кому. Отставив стакан с колой в сторону, тот продолжал смотреть тому в глаза. Резко в один момент он бьёт ногой по ноге того. В момент когда амбал наклоняется, хватает его за затылок и бьёт лицом и стол, а после с локтя в висок, после чего, тот улетел куда-то на пол. Дабы всё было наверняка, достал с внутреннего кармана пистолет и сделала два рандомных выстрела куда-то в тело. Да благословит бог глушитель, ибо по невнимательности загреметь в обезьянник на неопределенный срок, ему не хотелось. После этого, он мигом пошел на выход с заведения.        Дальше ему хотелось поговорить с организатором этой встречи. Поскольку около входа его не было, можно было легко догадаться куда его увели. Рядом, было забытое богом здание, вход в который был любезно предоставлен. Открыв дверь, тот заметил как второй с амбалов прессует того. Достав недавно спрятанный пистолет, уже даже без глушителя, он сделал пару метких выстрелов во второго, после чего тот бездыханно упал. Наверное попал в что-то нужное, но Лёшу это ни капли не волновало.       Через пару минут после быстрого бега, вся та "группировка" вместе с Лёшей остановились в каких-то кустах, дабы во всём разобраться. Достав с кармана пачку сигарет, он достал одну, прикусив слегка фильтр, сразу же подпалил. – На черта ты это сделал? – подходя ближе к Донскому говорил глава, – зачем ты это сделал!? Это было не твоё дело! Я тут вообще всем должен! Всем! Он тебе сказал, что я им должен? – Ты попутал всё. Сначала ты мне должен, а не я тебе, – сказал Алексей ткнув пальцем тому в грудь. – Вот так, значит. Соберите деньги ему, на билет, – тот отошёл, но Лёша пошел следом за ним и встал за спиной.– Зачем ты вернулся? Проблем решил поискать? Езжай в путешествия дальше, где ты был там по слухам? В Одессе? Вот и вали туда. – Хах, смешно. Ты гонишь меня с моего же города. Я буду ждать деньги, сам знаешь где найти меня, или же я сам тебя найду, – после этих слов, Лёша похлопал его по одному плечу и вышел с этих кустов по направлению к собственному дому.        В квартиру он примерно зашёл когда было где-то за 10. На кухне слышалось шуршание, обозначающее то, что Дунайский уже проснулся. Когда квартира закрылась, тот вышел в коридор будучи лишь в нижнем белье и майке-матроске. – Лёша, куда ты потерялся? Просыпаюсь – тебя нету, – возмущено и немного с неким еврейским акцентом говорил одессит, – что за пятна на рубашке? – уже спокойно, но с явным непониманием говорил тот. Взглянув на рубашку, которая была под курткой – и правда. Пару капель попала на белую ткань оставляя после себя след, – Лёша, что за хуйня? Я надеюсь ты мне всё объяснишь? – Конечно, куда я денусь? – вздохнув ответил Лёша стягивая куртку, после чего обнял Женю за плечи. – Только успокойся, жемчужина моя, – дальше последовал легкий поцелуй в щеку.        – То есть! Ты мне таки хочешь сказать, что встал с утра пораньше, пошел в какой-то кабак, уложил двух амбалов , потёр с каким-то фраером на счёт долга и вернулся домой? – не то что удивлённо, а как то скорее возмущенно и обиженно говорил Женя расхаживая на кухне. – Да, так и есть. – А меня чего с собой не взял!? – Я не хотел тебя вязывать в этот беспредел! – Алёша! Не делай мне смешно, мы с этого твоего хмыря вытрясли бы эти деньги! Какой шанс шо он тебе их правда отдаст!? – продолжал беситься Женя расхаживая по кухне. – Жень, успокойся, я его не первый день знаю: побегает от меня , потом я его сам найду , а там уже решиться. – Когда-то я тебя реально прикончу, – прошипел Дунайский подойдя впритык к сидящему Алексею. – И я тебя тоже люблю, брульянт мой, – прошептал в ответ мужчина, взял того за подбородок и затягивая в нежный поцелуй. Евгения будто водой облили и тот утихомирил свой пыл отдаваясь в руки Донского. Через пару секунд, он уже разместился на его коленях, сильнее прижимаясь к телу. Разорвав поцелуй, Лёша стал практически невесомо покрывать шею поцелуями, слегка сводя Женю с ума. Лишь капля рассудка позволила одесситу слегка отстраниться. – Н-нет, Л-лёш, не сейчас, – но того эти слова вообще не останавливали и тот стал спускаться поцелуями и аккуратным укусами к ключицам и плечам, тем самым вызывая со стороны младшего тяжёлые вздохи. – Ну с кем я разговариваю, а? – поставив руки на груди Лёши, Женя отодвинулся и после вообще встал с того. – Я на тебя в обиде, и буду обижаться до тех пор, пока мы не вернёмся в Одессу. А вернуться мы должны туда через два дня!       Женя в этот момент походил на обиженную девушку. Да и в целом он был на неё похож. Но ни одна девушка для Донского не сравнится с его прекрасным Женей. Тот отошёл к плите и поставил на неё чайник, в который ранее была налита вода. – А чего через два дня? – Звонил мне мой друг, сказал, что подойдёт через три дня, к тому времени мы должны уже быть на месте. Иначе нам несдобровать, – опираясь о кухонную поверхность произнес Дунайский все ещё обиженно смотря на Лёшу. Тот вздохнул и поднялся из-за стола, не спеша подходя к младшему. – Ну всё-всё, извиняй, в следующий раз я обязательно возьму тебя с собой, – взяв того за руки, проговорил Алексей, аккуратно целуя руки того. Такие действия достаточно сильно смутили Женю, из-за чего тот отвернулся и что-то недовольно пробубнил себе под нос на украинском, дабы Лёша не досконально понял, что он сказал. Но Лёша же у нас лингвист и на удивление Жени понял, что он сказал. На «бовдур» –обозначающее «придурок», Лёша слегка укусил его за шею, вызывая недовольный вскрик со стороны Жени. – Я всё прекрасно понимаю, так что не переживай. – Точно придурок, – смущённо, опять же повторил Дунайский прижавшись к Лёше, обнимая его.       Через пару дней, как и надо было, они вернулись в украинскую Пальмиру. Ещё немного отдохнуть у них не получилось, ведь Жене срочно нужно было отправится в порт. Оказывается, информация о том, что он уехал с Одессы и обратно вернулся, каким-то образом дошла до Киева. Днепровского не особо радовало, что тот не выполняет свои полномочия. Связавшись с Ингульским, потому что сам Днепровский у Дунайского с каких-то времён в черном списке, он передал Евгению хорошего нагоняя и приказал отправить отчёты относительно поставок и получений торговых путей одесского порта. Последний раз он был в порту перед приездом Лёши, а потом он благополучно забил на это всё.       Стоя в порту и перечитывая накладные поставок, Женя был готов всех покрыть благим матом, развернуться и уйти. Но выбора нету, нужно было всё отправить, ведь с слов Коли, которые он цитировал с слов Дмитрия Олеговича, он понял, что: «Если он, до конца рабочей недели не отправит мне хотя бы отчёты о поставках, я предупреждаю, пусть ждёт проверку от меня лично. Без каких либо посредников. Мало ему не покажется. Получит и он и его дружок Донской, ведь я знаю, что они вместе с ним там сейчас». Проблем Женя не хотел ни себе, ни Лёше, поэтому спешил поскорее со всем разобраться. Лёша же в свое время, наблюдал за взбешённым Женей. Двое парней, стоявших перед ним, смотрели на него с некой опаской, боясь даже что-то сказать. Выхватив у одного из тех парней ручку, Дунайский быстро что-то дописал, поставил подпись и отдал тем папку со всеми документами. Все корабли отправлены в нужные направления, а прибывшие – приняты на разгрузку.       Лёша в тот момент отвлекся от наблюдением за Женей и смотрела куда то в сторону черного моря. Ноябрь подходил к концу, через пару часов, вот-вот уже должен был быть декабрь. Снег, выпавший пару дней назад растаял, а на улице была плюсовая температура. Вот что значит – юг. Женя подошёл тихо и встал рядом, обняв того за руку и слегка прижавшись. – Мы только вернулись, а я уже устал. Вымотали все нервы. – Тебе стоит просто немного расслабиться. Может сходим куда-то? – сказал Лёша другой рукой потрепав Женю по русой макушке. – Может лучше дома? Не хочу чужого присутствия кругом. Лишь ты и я, – уткнувшись в плечо, чуть ли не шептал Дунайский. – Как пожелаешь.        Через какое-то время, двое сидели у Жени на кухне распивая коньяк, которые купили в ближайшем продуктовом к его дому. Нервы попустило, и появилось хорошее настроение. Он даже забыл, что через какое то время, с минуты на минуту должен прийти его знакомый, который должен забрать всю дурь, которую они раньше нашли.       Увлеченный разговор этих двоих, прерывает приходящее сообщение на телефон Дунайского. Достав его с кармана брюк, тот мимолётно прочитал его и вышел в коридор. Проводился там пару минут и вернулся назад. – Ты что там делал? – проговорил Лёша встав с места и неспеша направился в сторону коридора, откуда же в этот момент выходит сам Женя. – Да, мой знакомый написал, которому надо будет сейчас пакет отдать. Спрашивал сколько пачек товара всего и уточнял номер квартиры. Он уже подъезжает. – На моей памяти их одиннадцать было вроде было. Пять я нашел в самоваре, потом среди шмоток два, и ты четыре. Да, все верно, одиннадцать, – рассуждал Донской считая все на пальцах. Женя слегка поджал губы и грянул. Такое поведение не вызвало у Лёши никаких подозрений. Не успели они вернутся на кухню, как раздался настойчивый стук в дверь. Дунайского аж слегка передёрнуло от неожиданности. Развернувшись, он подошёл к двери, открывая щеколду, которая придерживала незакрытую на замок дверь. Когда он ее открыл, сразу же улыбнулся. – Какие люди, да и без охраны! – вскрикнул одессит обнимая парня стоящего за дверью, после впуская его в квартиру. – Давай быстро, по делу ведь сам знаешь, – начал другой поднимая солнцезащитные очки наверх. Кто вообще их носит в конце ноября? – Да-да, конечно, – Женя закивал и подошёл к трюмо. Лёша проводил взглядом каждое движение Жени, ведь ему казалось, что явно что-то не так. В этот момент на него кинул взгляд пришедший и решил немного развить разговор: – Донской Алексей? – А? Откуда ты..? – Наслышан о тебе, да и о ваших с Женей похождениях в целом. Кодацкий Мирослав, рад личному знакомству, – проговорил тот, протягивая тому руку. Лёша без лишних мыслей пожал её в знак уважения. – Что ж это ты, Мирослав, наркотой торгуешь, внешне же не скажешь, что сам употребляешь. – Что б толкать её не обязательно употреблять. Ранее при союзе я конструировал ракеты, а сейчас создаю бизнес, – проговорил он уже наконец-то принимая с рук одессита пакет, который тот уже минуты две точно держит в руках наблюдая за диалогом тех двоих. – Спасибо, Жень. Я пока в Одессе, так что с деньгами в скором времени договоримся, на связи, – после этих слов тот похлопал Дунайского по плечу и вышел с квартиры. – Странный тип, этот твой, Кодацкий, – сказал Лёша, уже вернувшись на кухню и допив всё что оставалось у него в стакане. – Та нормальный он. Раньше просто сидел будто в золотой клетке с этими проектами ракет, а сейчас вот, вольная птица. Творит, что хочет. – У меня чувство будто он может кинуть. – Не мели, Алёш, все будет нормально, – проговорил Женя подходя к окну, которое выходило не во двор, а за дом. Открыв окно, тот взял с подоконника пачку сигарет. Достав одну, он ее подпалил и сразу затянулся. Лёша встал рядом и стал всматриваться в окно и всё происходящее за ним. Мимо здания напротив прошел мужчина, который Донскому был подозрительно знакомым. – А-ну, Жень, отойди, – слегка оттолкнув с места того, Лёша выглянул в окно. Зрение его не подводило. Это был один из тех четырёх фраеров с группировки того, кто ему должен деньги, – вот, гады, знают где искать меня, – пробубнил Лёша усмехаясь и сразу же отходя от окна, пошел в коридор. – Эй, куда ты собирался? – Да пойду поговорю, что они забыли тут. Может всё-таки деньги готовы мне мои вернуть, – уже озувшись, он быстро накинул куртку и открыл дверь с квартиры, которую никто и не закрывал даже. – Так, стоп, ты меня обратно с собой не берёшь? – Жень, это лично моё дело, я быстро с ними разберусь, а потом вернусь домой, – после этого дверь захлопнулась. Женя остался стоять недовольным и обиженным в коридоре в коридоре. Быстро выходя со двора, Лёша следует за тем. К счастью, за время его сборов, он не особо далеко ушел. Сперва следовал за тем, пока он не дошел до какого то заброшенного места. Было непонятно, что это такое. Простое небольшое здание, за которым пустая территория. Как раз туда, Донской за ним и следил. Старался не подавать виду, но понятное дело что получалось это плохо. Да и Лёша не имел в намерениях как-то прятаться, даже если его заметят, он все равно найдет того – кто ему нужен. Тот мужик, который внешне вообще походил на китайца какого-то, даже не на казаха, уж слишком глаза узкими были, даже не слышал за собой шаги. – «Либо глухой, либо дурной» – подумал ростовчанин следуя за тем, аж до той пустой местности. Там стоял ещё один и тот самый должник. Они, так же не сразу заметили Лёшу. А когда заметили, чуть с ног не попадали. – Д-Донской!? А-а ты, а что ты!? – вскрикнул от неожиданности "глава", чуть ли не начиная убегать. – Хотел бы я узнать, что Вы тут делаете? – Д-да, мы.. мы думали ты ещё в Ростове. – И сами решили валить в Одессу надеясь сбежать? – с непониманием проговорил Донской, подходя ближе к тем. Те стояли на месте, не делая практически ни шага. – Я с вами говорю или с этой деревяшкой? – Лёша кивнул в сторону небольшого дерева, с которого уже давно осыпались листья и его смело можно было пустить на дрова. – Донской, ты это, только ничего не делай, хорошо? – говорил главный отходя. – Виталя, ты меня конкретно подзаебал, – впервые вообще за все время, к тому по имени обратился Лёша. Того аж в дрожь пробрало, редко кто этого фраера по имени звал, ибо не все, по его мнению, на это имели право. Но Донского это не колышет, он сам себе пишет правила. – Хватит играть в эти кошки-мышки. Или гони бабки, или исчезни к чертям собачьим! – с последних сил терпел тот, чтобы не достать пистолет и пристрелить того. – Да что ты.. Что ты себе вообще позволяешь? Да ты вообще мне никто, чтобы указывать, что делать! З-захочу вообще не буду отдавать никому долг! – Вали с Одессы по-хорошему, пока я ещё держу себя в руках. – Иначе что? – Иначе, – послышался звук перезарядки пистолета. В тот же момент дуло направилось куда-то между глаз того, – то что я сейчас сделаю, будет самым легким избавления от тебя. – Ты не сделаешь? – Думаешь?        Повисла чуть ли не гробовая тишина. Лишь ветер колыхал ветви деревьев. Лёша не спеша положил палец на курок слегка нажав, совсем немного. Виталя уже наверное раз триста пожалел, что связался с Донским. И только за эти пару напряжённых секунд, которые, как им казалось, тянулись полчаса точно. В один момент, Лёша сильнее сжимает курок, но вовремя поднимает пистолет вверх стреляя в воздух. Тех троих аж с ног снесло, двое дёрнулись, а "глава" упал на сухую траву. – Считай, это ещё одно предупреждение. – Ладно, понял, – проговорил тот, вставая и отряхивая серый костюм от пыли и пристающих сухих листьев. – Вот и славно. Учти, мне с лёгкостью удастся узнать тут ты, или нет. Если к завтрашнему дню, ты ещё будешь тут, тебя депортируют. Как говорит один мой очень хороший знакомый: «Шо б тебя тут не стояло», – после этих слов, Лёша без лишних слов развернулся и пошел на выход с заброшенной территории и решил возвращаться назад домой к Жене. Он понимал, что опять поступил не особо хорошо по отношению к нему. Пообещал , что возьмёт с собой, но обещанное – не подтвердил. Он шёл и думал, как будет сейчас извиняться перед своим возлюбленным. За раздумьями, он и не заметил как уже дошел до нужного двора. Войдя в дом, тот переступая через ступени поднялся к нужной квартире. Постучав, Лёша сразу же дёрнул ручку на себя, из-за чего дверь с лёгкостью открылась. Это показалось ему странным, ведь Женя в любом случае закрывал дверь на щеколду на цепочке. Даже когда то был пьян и приходил домой просто в хлам, он не уснет пока не закроет квартиру хоть на эту несчастную цепочку. В квартире было на удивление тихо. Свет не горел нигде, кроме кухни. Значит можно догадаться, что Дунайский именно там и был. – Брульянт мой, ты где запропастился? – с нежностью в голосе проговорил тот, проходя на кухню. Картина которая появилась перед его глазами, Лёшу заставила убрать улыбку с лица. На столе, положив голову на руку, упираясь в нее лбом, лежал Женя. Это первое, что сразу же бросилось ему в глаза. Дальше картина стала набирать деталей. Бутылка коньяка была полностью пуста, один стакан был разбит и его осколки валялись по всему полу. Донской сделал два аккуратных шага вперёд, проходя по кухне пытаясь не наступить на стеклянные куски, пусть и будучи в обуви. Подойдя к столу, он заметил в руках у Жени полностью дотлевшую сигарету, пепел, от которой упал на стол, который был к счастью без скатерти. Сильнее присмотревшись, он заметил какие то странные, маленькие, белые кучки чего-то. Когда взору упал пакет на зип локе, картина сложилась целиком. – Женя, ну нет.. что ты...       Лёшу переполняли различные эмоции. Он не знал, что делать. Руки уже чесались он того, что хотелось по чем то ударить и долго не думая, он с всей возможной сиди ударил кулаком по кухонной плитке. Первой разумной мыслёй которая появилась у него – позвонить этому Кодацкому и разобраться, откуда у его Жени вообще наркотики!? Поскольку у него не было его номера, было принято решение искать телефон Дунайского. Обыскав карманы брюк младшего, в одном из них он всё-таки нашел телефон. Открыв телефонную книгу, он принялся каким то образом искать номер того самого парня. Было достаточно трудно, ибо телефонная книга была достаточно большой. Лишь через минуту он нашел контакт «Кодацкий» среди кучи других. Похоже практически все у Жени были записаны лишь по фамилиям. Нажав на контакт, а после на кнопку вызова, он приложил телефон к уху и стал ждать ответа. Не прошло и пары гудков, как послышался голос по ту сторону трубки: – Жень, что случилось? Чего звонишь? – Это не Женя, – серьёзно проговорил Лёша смотря в окно, на улицу, где ни где начинали освещать фонари, вечерело. – О, Донской? Неожиданно. Какая цель твоего звонка? – Откуда у Жени наркотики? Вы с ним неспроста в сговоре, так ведь? – Воу-воу, Алексей, умерте свой пыл, – растерянно проговорил Мирослав, сам не понимая о чем тот говорит. – Отвечай давай! – по ту сторону была тишина. – Ну и чего ты молчишь!? – Так вот куда ещё один пакет пропал.. – Что ты хочешь этим сказать.? – Арх, приезжай в бар, я все разъясню. Главное, уложи Женю сейчас на кровать и поставь с ним рядом воды. С чем там пакетик был? С кокосом? – Ага. Хорошо, понял. А адрес? – СМС-кой кину. – Угу, – только и успевает ответить Лёша, как звонок сбрасывается.       Тяжело вздохнув, он отложил Женин телефон на подоконник, а сам подошёл к нему. У него внутри появлялся животный страх, что у его Жени появиться зависимость настолько сильная, что пойдут не только порошки, да и уколы и таблетки и всё, что там ещё есть. Он надеялся, что ему удастся на следующее утро хоть как-то привести того в состояние и сделать все возможное, дабы тот больше ни разу не прикасался к запрещенным веществам.        Постаравшись не разбудить, Лёша аккуратно поднял того на руки. С другой руки у него выпала купюра номиналом в десять гривен. К счастью, большая часть порошка осталась в самом пакетике, так что возможно Женя не так уж много и занюхал. Придя в спальню, он уложил младшего на кровать и укрыл его, после вернулся с стаканом воды и поставил ее на тумбочку рядом с кроватью. В голове мимолётно появилась мысль, что он мог это сделать именно из-за него. По телу мигом растекалась ненависть к самому себе. Хотелось вырвать все волосы на голове и просто выйти в окно, или же прострелить голову. Жаль, что это никак не поможет. Ну покалечат он себя и какой из этого итог? Вернувшись на кухню, он взял телефон Жени, где уже пришло СМС от Кодацкого с адресом бара, где тот вероятнее всего сейчас сидел. Лёша примерно понял где находится данное заведение и оставив телефон рядом с кроватью, поспешил покинуть квартиру. Но голову его не покидали мысли о том, что именно он во всем этом виноват.

Часом ранее.

Как только Лёша закрыл дверь, Женя остался стоять недовольным и обиженным в коридоре. Было обидно, что Лёша не сдерживает своих обещаний. Вернувшись, тот решил немного развеять мысли выпив ещё один стакан коньяка. Залпом. Сев на то место, где ранее сидел Донской, тот повторно стал наливать себе алкоголь в стакан. Как только он поставил уже пустую бутылку обратно на стол, телефон, который лежал где-то на противоположной стороне стола, начал трезвонить. Женю аж передёрнуло. Встав и потянувшись через весь стол, он взял мобильник и прочитал им контакта. «Ингульский». Вздохнув, он нажал на кнопку ответа и поднес телефон к уху. – Жень, это пиздец! – послышался перепуганный голос Коли по ту сторону телефона. – Коль, ты пугаешь меня, говори уже, – сердце стало биться сильнее. То ли от испуга, или от выпитого алкоголя. Было слышно шаги по ту сторону трубки, было понятно, что Коля наматывает круги по комнате. Женя начинал нервничать сильнее. Прижав трубку плечом, двумя, слегка дрожащими руками, он попытался открыть пачку сигарет и еле как достал одну. Коля всё ещё пытался собраться с мыслями дабы начать говорить, – Коля, не тяни кота за Фаберже! – вскрикнул одессит прикусив фильтр дабы сигареты на выпала изо рта, и чиркнув спичкой подпалил ее. – Фух.. в общем, кто-то донес Днепровскому про твою контрабанду наркотиками через порт. Он срочно, просто немедленно, вызывает тебя в Киев. Или же он точно уже сам приедет и если не придушит, то не знаю, что сделает с тобой, – кое-как на одном дыхании высказал Ингульский всю информацию которую ему до этого доложили. Было слышно по противоположную сторону звонка, как Женя подавился дымом. – Что!? Да как!? Д-да, это же практически не реально было! Кто мог!? Кто!? Не ты ли!? – громко кричал на николаевца Женя стукнув кулаком по столу. – Женя, мозгами пошурупай, зачем мне это!? У меня своих проблем с этим барыгами хоть отбавляй, нахуй мне тебя сдавать!? – Блять, пиздец, просто пиздец.. – бубнил Женя сев обратно за стол, накрыв голову рукой, в которой держал сигарету. – Женя, прошу, не забивай в этот раз на слова Дмитрия Олеговича, иначе тебе, реально, будет финита-ля-комедия. – Я ещё подумаю. Спасибо, что оповестил, Коль, до скорого, – после сбросил вызов. Его уже типало. Было желание разнести квартиру и оставить от нее лишь пустые комнаты полные груд мусора. Но Женя не мог себе такого позволить. Вспомнив, про пакетик с дурью который он выхватил из пакета в последнюю очередь. Как он сказал сам себе «на всяк случай». Похоже этот случай наступил. Пошарив в карманах, он достал пакетик и опять же пару минут рассматривал его. Он ждал до последнего, что в квартиру ворвётся Лёша и обратно накричит на него и поцеловав , отберёт у него этот пакет. Чуда не произошло, а нервы ещё сильнее зашкаливали. Он принялся делать «дорогу» , как раньше видел в каких-то кабаках. Получилось не прям идеально, как это делали умельцы со стажем, но Дунайского это особо не волновало. Достав следом с бумажника, который ранее валялся на холодильнике первую попавшуюся купюру. Скрутив в трубочку, вздохнул, приставил к одной ноздре, а другую прижал пальцем другой руки, нюхнул одну из них . Сперва было странное ощущение в носу, будто сейчас чихнёт, но после в глазах как то все начало невольно плыть, а тело расслабляться. Стало настолько хорошо, что он стал непроизвольно смеяться сам по себе. Взяв стакан, в котором все ещё был не выпитый алкоголь, он выпил все залпом, что было для него, как для начинающего наркомана , не особо хорошо. На эмоциях, он поднял руку вверх и со всей силы разбил стакан о пол, ему сейчас было как-то пофиг на это. Мешать алкоголь и наркотики, не особо позитивная вещь. Но Женя ведь про это не знал. Ему было главное сейчас забыть про всё возможные проблемы и просто расслабиться немного. Следом пошла сигарета. Его хватило лишь на пару тяг, а после голова чересчур как-то закрутилась, и успев положить руку, он упал головой на стол, упираясь лбом в сгиб локтя. Сигарета всё ещё была в его руках и продолжала тлеть. Через пару секунд, весь тлеющий пепел упал на стол, а сигарета потухла.       Лёша не особо быстро добрался до нужного заведения. Время было начало восьмого практически и в баре было полно народа. Осматриваясь по сторонам, он искал того самого парня. На памяти, у того было светло-русые волосы, темнее чем у Жени, но светлее чем у самого Лёши. Одет был в странный фиолетовый пиджак, а под ним была футболка, а на шее красовалась небольшая золотая цепочка. На ногах были черные джинсы и какие то кроссы. Окинув зал ещё раз, он все таки увидел нужную персону за барной стойкой. Подойдя, тот упал на соседнее место, опираясь локтем о барную стойку. – Я думал ты уже не придешь, – сказал Мирослав делая пару глотков со стакана, который буквально перед тем как Лёша подошёл, поставил бармен. – Я просто слишком задумался и немного заплутал, извиняй. – Да забей, нужно думать, что с Женей делать. – Ты мне главное скажи, – не особо громко начал Лёша, – он же не превратится сразу же в зависимого наркомана, как Романов? Или как его там сейчас? Думский? Или.? Да похуй! Ты понял. – Понял-понял. Если он снюхал лишь немного, то не думаю. Но лучше проследить за ним и какое-то время, мало ли что. Кто знает, как оно на него повлияет. Если заметишь что-то странное в его поведении, веди сразу в клинику чтобы его прокапали, это так, на всяк пожарный. Но я не думаю, что с ним случится что-то проблематичное, но тем не менее, – спокойной проговорил всё Кодацкий, допивая весь алкоголь. – Фух, я рассчитываю на это, – повернувшись к стойке, проговорил Донской , скрещивая руки и упираясь ими о поверхность, – Бармен! – позвал он парня, тот сразу же подошёл, – налей чего-то, виски, коньяк.. блять, давай лучше сразу водки, – выдыхая проговорил он, нужно было успокоиться. Через минуту буквально, перед ним поставили рюмку, практически доверху наполненную водкой. Он мигом взял и выпил все до дна, лишь после чуть-чуть скривившись от непривычки, – хух.. кстати, как ты думаешь, из-за чего он это сделал? Просто, у меня мысли, что он мог это из-за меня сделать, но мне чертовски не хочется верить в это.. – А ты что, не слышал ещё? А, кто же тебе мог рассказать.? – задал риторический вопрос Мирослав, зарывшись рукой в свои волосы и слегка потрепав их, – Днепровский узнал о крышевании Дунайского наркотиками через порт в прочие страны. И теперь тот зовет его в Киев, к себе на беседу, – Лёша ожидал услышать что угодно, но не подобное. В душе стало спокойней от того, что скорее всего его возлюбленный сделал это не из-за него, но появлялся новый страх от того, что Жене не сладко покажется от столицы. – Н-да, конечно.. – всё, что удалось пока сказать ростовчанину, ведь в голове толком 2+2 не складывалось, а тут уже такие дела.       Вечер протекал медленно, но достаточно уверенно. Лёша решил ещё немного выпить, дабы как-то отвлечься от всех мыслей и проблем. Только в этот раз он пил уже не водку, а за компанию с днепрянином – коньяк. Время медленно доходило до полуночи. До конца дня оставалось считанные минуты. Так же, как и до конца осени, ведь через пару минут уже должна была наступить зима. – Ладно, Мирослав, я уже пойду. Я ошибался в тебе, ты хороший парень, – честно признался Донской похлопав того по плечу. Несмотря на то, что он был пьян, по его речи и поведению так и не скажешь. И походка его была ровной, будто трезв как стёклышко, – может, ещё как-то пересечёмся. Главное, что номер ты мой записал, все, до скорого, – они пожали друг другу руки и вышел из заведения.       С неба белыми хлопьями падал снег. Удивителен, конечно, этот юг. Лёша шел не спеша перебирая ноги, спешить ему по факту не было куда. Он был уверен , что Женя ещё спит, ведь если бы проснулся, позвонил бы. Неспешным темпами, он дошел до какого-то парка. В такое время народа особо не было. Температура не особо приветственная, да и в этом парке где-ни-где горели фонари. Идя по аллейке, Лёша на миг остановился. Достав с пачки сигарету, он прикусил фильтр и стал шариться по карманам в поисках потерянной зажигалки, ведь на улице был небольшой ветер, и спички он однозначно затушил бы. Достав ее, он услышал шаги неподалеку от себя и после его кто-то отозвал: – Молодой человек! Можно закурить? – проговорил мужчина который был ниже Лёши. На нем было пальто и кепка, которая слегка прикрывала его лицо. – Да, конечно, – тот подошёл поближе. Лёша зажал зажигалку и та вспыхнула. Мужчина наклонился прикуривая сигарету. Секунда. Лёша ощущает что-то холодное в собственном боку. Он в непонимании пару секунд. После чувствует, как по левому боку начинает разливаться что-то теплое. Падает невольно на колени. Продолжая держать подпалиной зажигалку, продолжая снизу смотреть на мужчину перед собой. – Езжай отсюда, Донской, – после этого, тот затягивается выдыхая дым и сразу же скрывается, сворачивая на соседнюю аллею и скрываясь в темноте. Лёша около пары минут всё-ещё стоит на коленях на холодном, недавно выпавшем снегу. Берясь за бок свободной рукой, он аккуратно поднимается. Подняв зажигалку ближе к сигарете, наконец-то подпаливает и сразу затягивается. Боль была секундной, лишь когда нож вошёл в тело, сейчас Лёше не составит никакого труда дойти до дома Жени и еле как обработать эту рану. А утром, ему прилетит хорошего нагоняя от Жени, ведь «почему ты не обратился к врачам!?», если тот конечно будет на это способен. А как он им объяснит, то что он вообще неубиваемый и какое-то ножевое ранение, ему равняется простой царапиной.       Стрелка часов уже перевалила за полночь. Наступил декабрь. Снег продолжал не спеша идти и скрипел под туфлями Донского. Телефон завибрировал. Достав его, он увидел «вызов от контакта «жена» ». От того, что Женя всё-таки в сознании ему стало уже легче и на лицо самовольно всплыла улыбка. Ускорив шаг, он поспешил добраться до дома своего брульянта.