Сверженное божество

Приятно, порой, быть властителем мира. Любое смиренное существо прогибается под натиском, встаёт на колени и молит… Молит о спасении. Ягнёнку всегда было одиноко, страшно и боязно жить в этом мире: любой барашек, любая овечка рано или поздно оказывалась на плахе. В конечном итоге и он сам оказался под топором. И если бы не благосклонность Того-Кто-Ждет, того, чье имя было Нариндер, того, кто сейчас рвёт траву от возбуждения под ним… Не жил бы сейчас ягнёнок в этом мире. Не было бы его культа, не было сейчас того, что он имеет… — Ты как? — наклонился почти к самому уху чёрного кота ягнёнок. — Ты ещё спрашиваешь, — сквозь зубы проворчал он. — Ты поставил меня в такую непристойную позу! Ягнёнок выпрямился, осматривая позу, в которой стоял Нариндер: на коленях, уткнувшись в землю носом. Зато какой прекрасный вид на очаровательную жопку, которую так и хочется пожамкать. Что ягнёнок, собственно, и сделал. — Рогатая бестия, — прорычал под ним кот, вновь сжимая кулаки. — Расслабься, — ягнёнок прикрыл глаза, наслаждаясь процессом. Плоть бывшего божества была невероятно притягательной, узкой и… — Ай! — дёрнулся кот. — М? — Осторожнее, пожалуйста… У меня тысячу лет не было ничего подобного! Я, можно сказать, новичок в подобных делах! — Прости, Нари, — ягнёнок опустил руку к затвердевшей плоти Нариндера, мягко скользя копытцем вверх и вниз: — Так лучше? — продолжил он мерное завоевание тела кота. — Да… — сладко выдохнул Тот-Кто-Ждет и уткнулся лбом в землю. Совсем скоро рассвет, а ягнёнок так и не останавливается… Что, если их найдут в таком виде? Краска залила лицо бывшего божества, он вновь дёрнулся. — Тише, тише, потерпи ещё немного, я скоро закончу, — ягнёнок покрепче ухватился копытцами за талию кота, продолжая активные действия. Ещё несколько толчков… Ещё немного и он со сладким стоном излился в нутро чёрного кота. А затем, спустя несколько секунд медленно освободил его от своей плоти. — Наглый баран, — рухнул на спину Нариндер. — Если это всё, то я… Эй! — ягнёнок приблизился к пульсирующей плоти кота, облизнулся: — Ты же не думаешь, что я вот так просто оставлю тебя тут, да? Тебе тоже нужно внимание, — и под сладкие стоны кота он принялся ласкать язычком член кота, то проводя по всей длине, то играясь только с головкой. — Пожалуйста, я больше не выдержу… Ха-ах! — уже чувствуя приближающийся конец, Нариндер ухватился рукой за кучерявую голову барашка. — Возьми его, пожалуйста… — Хорошо, — ягнёнок осторожно пристроился к дырочке кота, открыл рот и в одно время поглотил в себя его плоть и завладел его нутром. — Ах! — дикий стон пролетел над деревней — Что же ты творишь! Ах! Толчки внутри, горячий ротик ягнёнка снаружи… Боль и наслаждение в одном флаконе. Как следует наигравшись с Нариндером, ягнёнок позволил ему излиться в его похотливый ротик. — Рогатая бестия… — у чёрного кота не было сил ни подняться, ни даже пошевелиться. Он лишь лежал, жадно хватая воздух. Ягнёнок осмотрел следы своей бурной ночи и хихикнул: — Потом повторим? — И какой у меня выбор? — Либо «Да», либо «Разумеется». — Я так и подумал, — улыбнулся чёрный кот.