То, что действительно важно

      Веранда была любимым местом Чёрной Королевы. Когда бабушка хотела сообщить Василисе что-то важное, то звала её сюда. Веранда была открытой, с видом на сад Чернолюта, и уютной. Она не вписывалась в интерьер и атмосферу Чернолюта, поэтому о её существовании мало кто знал. Василиса тоже полюбила это место: тут было тихо и спокойно. Удобные, мягкие кресла и диван, небольшой столик посередине, на котором стоял серебряный поднос. Чёрная Королева внушала страх и уважение знати Эфлары, но Василиса знала, что её бабушка на самом деле очень добрая и не такая равнодушная, как о ней всё думают. Своеобразная — да, со сложным характером, дерзкая, прямолинейная — да, но не жестокая — нет. Василиса доверяла Чёрной Королеве и восхищалась её умением «держать лицо»: не один советник РадоСвета, фир или лют никогда бы не подумал, что у Чёрной Королевы есть милая веранда, где она любит поболтать с внучкой. В семье Огневых умели притворяться: Чёрная Королева, Нортон-старший, Норт и Дейла… Что с ними? Брат сейчас в Змиулане, а вот сестра… На Василису навалилось слишком много информации: фотографии, болезни Норта, его поведение, инерционид, да ещё и эта непонятная природа кодов, Астрагор и Елена. Василиса не сдержала смешка, когда вспомнила, как брат её ударил. Но почему? Слова Нортона-младшего, его поступки, да даже внешний вид. Василиса покрылась румянцем, когда вспомнила Дейлу, которая вышагивала по комнате брата, виляя бедрами, когда в голове всплыл образ накаченного Норта. А ведь они оба очень красивые и оба выглядели немного старше своих лет. Было такое чувство, словно близнецы давно перестали быть детьми. Неужели, всё это время брат с сестрой действительно притворялись? Но зачем? Почему? Что это за игра? Всё это соотносилось с тем, как Норт спас её. В тот момент он словно стал другим: родным и, как показалось Василисе, настоящим. Правда, она отгоняла от себя эти мысли раньше, но сейчас… Ей вдруг показалось, что она приоткрывает завесу очередной семейной тайны. Хотя, куда ж ещё больше? Как она устала от всего этого: от ссоры и недомолвок родителей, от секретов Зодчего Круга, от неизвестного и пугающего будущего. А теперь ещё и это. Астрагору нужен Норт. Зачем? Что за природа кодов? Кто такой Оливер Грэйсон? И что такого знают близнецы, чего не знает она? Василиса застонала от досады. Она запуталась. Как, впрочем, и Зодчий Круг. Василиса не могла выкинуть из головы выражение лица отца: Нортон-старший хоть и старался сохранять равнодушие и спокойствие, но не смог. Получается, он тоже не знал, на что способны его старшие дети? Но как такое возможно? Василиса была уверена, что отец так внимателен и заботлив по отношению к ним. В конце концов, близнецы не Василиса: Нортон-старший их вырастил, они не создавали ему проблем и не мешали, они были такими детьми, которыми он гордился. А вот её жизнь он пропустил: никогда не видел, как она выступает, не знает, что она любит, а что ненавидит. Она чужая для него. Тогда почему он столько раз помогал ей? Да и близнецы, в отличие от Василисы, полагались на отца. Ну она так думала до сегодняшнего дня. Василиса поёжилась, когда вспомнила, как брат говорил об отце: Нортон. Он называл его по имени. Норт называл собственного отца по имени. Но почему? И кого они называли дедом? А Дейла отнеслась к этому так спокойно, словно это было в порядке вещей. И давно брат перестал называть Нортона-старшего отцом? Похоже, отношения Огнева с его старшими детьми намного сложнее, чем думала Василиса. Девочка погрустнела. Тогда какие? Что между ними происходит? Василисе вдруг подумалось, что, возможно, брат и сестра могут чувствовать по отношению к отцу тоже самое, что и она. Ответа ни на один вопрос у неё не было. Она даже не знала о болезни Норта! Она вообще ничего не знала о членах своей семьи. Что происходит между её родителями? Ей казалось, что ведут они себя очень странно. После того, как Лисса сражалась с Еленой, Нортон-старший стал вести себя не так резко, скорее настороженно, по отношению к Белой Королеве, а та, наоборот, находилась в какой-то абстракции. Может, этот бой имел какое-то значение в их судьбе? Был важной точкой на клубке времени, о которых ей рассказывал Миракл? Родители ждали другого исхода событий? Но какого? Василиса верила, что отец и мать всё ещё любят друг друга, но не могла понять причину их ссоры до конца: она отрывочно знала о договоре Белой Королевы с Астрагором, которого, возможно, и не было, о ТОМ САМОМ МОМЕНТЕ, о том, что её отец Дух. Но как он может перемещаться между планетами? А её мама действительно фея, или она полудух? И, как назло, Василиса вдруг вспомнила слова Миракла об ответственности и взрослении и подумала про мать Норта и Дейлы… А с ней что? Она мертва? Близнецы поэтому так ненавидят Василису? Может, они презирают и Лиссу? Но почему тогда Норт сказал, что ненавидит Елену Мортинову? Может, он вообще всех терпеть не может? Тогда почему спас саму Василису? Девочка запустила руки в волосы и оперлась локтями на стол. Как всё сложно! Что у неё за родня такая?!       И тут её из мыслей вывел стук о дерево. Девочка обернулась. В дверном проёме стояла Белая Королева. Лисса. Её мама. Василиса недоуменно уставились на неё. Что она здесь делает?       — Можно? — это прозвучало с какими-то нотками неловкости и надежды. Василиса медленно кивнула. Белая Королева грациозно прошлась по веранде и села на другой конец дивана. Василиса в очередной раз восхитилась её красотой. Девочка поёжилась. Она не знала, как себя вести, что говорить. Она не знала ничего о Белой Королеве.       — Ты молодец, — женщина смотрела на неё и улыбалась, — Устала?       — Нет. Было не сложно. Вновь повисло неловкое молчание. Василиса нервно теребила подол своего платья. Она хотела произвести на мать хорошее впечатление, поэтому надела его на собрание: оно было новым, не сложного пошива, приталенное с юбкой солнышком, небесно-голубого цвета, белым воротником и пугавицами, подол украшали цветочные узоры. Это платье пришло Василисе на часолист в день её рождения. Отправитель не был указан, и она решила, что это прислала ей Белая Королева. Кстати, а ведь сейчас самое время, чтобы отблагодарить её! Только Василиса хотела сказать матери про платье, как та её перебила.       — Прости меня, Василиса. Я была не очень хорошей матерью, — Белая Королева не отводила взгляда от дочери, улыбалась, но её глаза были полны печали, — Даже с днем рождения тебя не поздравила, — и женщина протянула ей красивую небольшую коробочку. Василиса вскинула бровь. А платье?! Тогда откуда оно? Девочка осторожно взяла подарок и открыла. В ней лежала брошка в форме огнежара. Её часовое превращение! Так мама знает?! Василиса посмотрела на неё с таким удивлением, что Белая Королева даже напряглась. Ей не понравилось? Или она вообще хочет, чтобы я ушла?       — Откуда ты знаешь, что я превращаюсь в огнежара? Теперь уже Лисса удивилась.       — Превращаешься? Уже освоила превращение? Василиса грустно кивнула. Значит, не знает. Да и откуда? Тогда почему огнежар?       — В огнежара, — и девочка ещё раз кивнула, отгоняя от себя грустные мысли.       — Ты большая молодец, — Лисса так нежно ей улыбнулась, — Огнежар, говоришь. Интересно, — она задумалась, но быстро вернулась в прежнее расположение духа.       — Да, всё же у Астрагора можно чему-то научиться. Белая Королева поёжилась, но кивнула. Уж она то знала.       — Меня поселили в твою комнату, — вдруг выпалила Василиса и сама не поняла, зачем. Белая Королева хмыкнула.       — Я, собственно, не удивлена. Но ты меня очень напугала, когда сбежала в Змиулан. Это очень опасно. Я место себе не находила. Что? Мама переживала? У Василисы так потеплело на сердце от осознание этого. Но почему она волновалась? Она же сама продала её за дар камней настроения! Или нет?.. Вдруг, отец обманул её. Он уже врал ей. Однако говорил убедительно. Может, его тоже обманули, и он просто верит в эту ложь? Но Белая Королева не стала бы спасать её от Астрагора, когда он вселился в тело Фэша, от Елены, если бы продала. Верно? А рубиновый ключ? Она знала о затеи отца? Василиса вспомнила, как мама её обнимала, и не смогла не признать, что эти объятья были самыми лучшими в её жизни.       — Со мной всё хорошо. Правда, — девочка замялась, но решила сказать, — И я за тебя переживала, когда ты сражалась с Еленой. Лисса смущённо улыбнулась и задумалась.       — Мне тоже было страшно. Я не знала, что всё так удачно разрешится. Василиса вопросительно на неё посмотрела и поняла, что сейчас она просто обязана выведать у матери правду.       — А как должно было? Белая Королева долго разглядывала её, решая, сказать или нет.       — Я думала, что умру. У Василисы всё похолодело внутри. Как?       — Василиса, — вдруг с жаром начала Белая Королева, — Поверь мне, я действительно фея, и дар у меня настоящий, как и твой флёр. Просто, — женщина нервничала, а Василиса терпеливо её слушала, — У нас с твоим отцом не всё было гладко, и я переживала за наше будущее, но не могла его увидеть. Не знаю, почему. Я долго пыталась. В итоге решила попросить помощи у Астрагора и показала ему нить из твоего клубка, — Василиса напряглась, поэтому Лисса стала всё быстро пояснять, — Я не продавала твой клубок, не позволила Астрагору прикоснуться к нему, просто показала и попросила помочь провести меня в будущее. И он провёл… — и тут женщина поникла и замолчала. Василиса напряглась, нервно сжимала кулаки, кусала губы. Что увидела мама в будущем? Тот самым момент? Что это за момент? Из-за него отец так её ненавидит? А мама? Что к ней чувствует она?       — Я увидела, что у нас нет будущего, — и Лисса горестно посмотрела на дочь. Василиса ахнула и испуганно прикрыла рот рукой.       — Я увидела нашу с Нортоном смерть. Василиса не заметила, как начала плакать. Неужели, это всё из-за неё? Родители погибнуть? Нет! Нет-нет! Этого не может быть! Василиса представила, что больше никогда не увидит нежную улыбку мамы и не услышит запаха жасмина, которым от неё веет, что больше никогда не поймает на себе заинтересованный, иногда недовольный, но всё же взгляд отца. Её отца! Пусть он ей не доверяет, пусть он её избегает, но она… Осознание пришло внезапно. Она любит его! И маму! Очень-очень любит! Несмотря ни на что. Они нужны ей! Они оба! Слезы полились с новой силой. Лисса быстро придвинулась к ней и обняла. Василиса уткнулась матери в плечо и начала всхлипывать. Белая Королева поглаживала её по волосам и спине и прижимала к себе. Девочка обхватила её руками. Только не уходи! Пожалуйста… Только не бросай меня!       Сложно было сказать, сколько они так просидели. Василиса уже не плакала, но отстраняться от матери не хотела. Да и Лисса её не отпускала.       — Знаешь, — вдруг начала шептать женщина, — А я всегда приходила на эту веранду, когда мне было грустно. Василиса подняла на неё глаза.       — Такой своеобразный личный уголок, — Лисса хмыкнула, — Здесь, почему-то, всегда чувствуешь себя в безопасности.       — Угу, — пробубнила Василиса, она боялась, что, если заговорит, всё прекратится.       — Почему ты пришла сюда? — Белая Королева смотрела на неё с такой нежностью и заботой. Василиса мялась. Стоит ли говорить про брата и сестру? Но Лисса словно читала её мысли.       — Это всё из-за Норта с Дейлой? Ты переживаешь за них? Василиса неловко кивнула.       — Вы близко общаетесь? Девочка отрицательно помотала головой.       — Но я всё равно волнуюсь, — она всё же решилась поговорить с матерью на эту тему, — Они вели себя странно. И говорили странные вещи. Зачем они Астрагору? И кто такой Оливер Грэйсон? — Василиса с надеждой посмотрела на мать. Возможно, Лисса не захочет отвечать и просто уйдёт, но девочка очень хотела выяснить правду. И, на её удивление, Лисса ответила.       — Оливер Грэйсон — твой дедушка, отец Нортона и бывший возлюбленный Чёрной Королевы. Василиса ахнула. Ого… Интересно, откуда про него знают близнецы? Это его они называли «дедушкой»?       — Он погиб. Василиса поникла. Она хоть и не знала этого человека, но ситуация была грустной. А Лисса продолжила:       — Он обладал удивительный даром. Наследственным у Грэйсонов. Он чувствовал природу кодов. Василиса уставилась на мать. Что такое природа кодов? Астрагор говорил об этом с Нортом. Неужели, брат унаследовал этот дар? Но в чем он заключается? Только Василиса хотела завалить мать вопросами, как та стала объяснять сама, не давая девочки возможности вставить слово.       — В часодействе есть две основные составляющие: воля часовщика, то есть его внутренняя сила и связь с временем, и код, или шифр, или определённая последовательность. Такие шифры используют для программирования временных систем, веток вероятности, координат для перемещений. В Астрограде есть специальный отдел, который занимается вычислением кодов. Однако они могут только создать новый или посчитать какие-то координаты по определённым данным, например, Расколотого Замка, когда Хрустальная ключница засекла о нём данные. А вот Оливер Грэйсон мог чувствовать эти коды, он улавливал данные любого шифра и мог посчитать его. В Астрограде он стал одним из опаснейших преступников, потому что взломал доступ к системе РадоСвета и в его руки попала секретная информация. Его приговорили к зачасованию, но он сбежал. Сейчас никто не знает, где он и что с ним.       Василиса боялась дышать во время рассказа матери. Значит, Нортон-старший вырос без отца… Девочка вспомнила, как познакомилась с Родионом Хардиусом и как в его кабинете забежал отец. Василиса не смогла сдержать улыбку: он был таким милым ребёнком. Ей вдруг стало так его жалко. Отец переживал из-за Оливера Грэйсона? Ему, наверное, было так грустно. Все же любовь отца никто не сможет заменить. Может, ему поэтому так сложно ладить с собственными детьми?       Лисса собиралась ещё что-то сказать дочери, но на веранду ворвалась Диара Дэшл. Она была взволнована и взбудоражена, тяжело дышала.       — Ваше Величество, я знаю, где сейчас Дейла Огнева.

***

      Василиса сидела в своей комнате и ждала прихода друзей: они договорились встретиться у неё. Диара Дэшл быстро рассказала о том, что, после мобилизации стражи в целях обследования окрестностей, в Белый Замок поступило сообщение о том, что ещё вчера три феи нашли в лесу девушку. Она была без сознания, с раненой рукой и сломанной стрелой. Феи испугались сообщать об этой часовщице советницам и просто принесли её в их домик на дереве. Но, после объявления чрезвычайной ситуации, доложили обо всём во дворец. Это девушка соответствовала по описанию Дейле Огневой. Василиса не сомневалась, что её сестру нашли. Не так уж много часовщиц блудят по лесам фей. Белая Королева сразу же отправилась выяснять все подробности, и Нортон-старший с ней. Василисе оставалось только терпеливо ждать. Она ещё чувствовала объятья матери, слышала её запах… Их так резко прервали! А когда у неё снова выпадет возможность вот так поговорить с ней? Василиса рассматривала подарок от Лиссы: брошка переливалась на свету, драгоценные камни искрились; огнежар словно сидел на ветке, сложил крылья и задрал клюв. Красивое украшение. Василиса даже поблагодарить нормально мать не смогла. Интересно, а почему её так удивило превращение дочери? Может, она тоже превращается в огнежара? Было бы здорово. Но кое-что не давало Василисе покоя. Платье то тогда откуда? Кто его прислал? Может, отец? Или бабушка? Но её мысли были прерваны. В дверь постучали, Василиса быстро спрятала брошь под подушку. В дверном проёме показалась Диана.       — Как ты? Фея села рядом с Василисой на кровать и обняла её. Девочка обняла подругу в ответ. Ей стало так спокойно. Что ни говори, а рядом с близкими людьми любые печали отступают.       — Не знаю, — честно ответила ей Василиса, — Столько всего произошло.       — Главное, не отчаиваться, — и Диана улыбнулась самой одобряющей улыбкой, — Всё будет хорошо. Старшие со всем разберутся .       — Ага, — Василиса вздохнула. А когда же она во всём разберётся?       — Давай закажем что нибудь? И, не дожидаясь ответа, Диана пошла к подносу. Фея аккуратно расставила чашки чая и тарелки со сладостями и бутербродами на полу перед камином, наэферила подушки. Василиса в очередной раз удивилась её ловкости, аккуратности и элегантности. Сама Василиса не могла всем этим похвастаться.       — А мы вовремя. В комнату зашёл улыбающийся Ник, а за ним хмурый и задумчивый Фэш.       — Очень вовремя, — Диана улыбнулась ему. Василиса украдкой посмотрела на Фэша. Он даже не обращал на неё внимание, полностью погрузившись в собственные мысли.       Мальчишки расселись на полу, как, впрочем, и девочки. Только Ник собирался что-то сказать, как в комнату зашёл Маар. Вид у него был недовольный.       — Привет, — он выдавил из себя улыбку и сел на подушку.       — Ну раз мы все в сборе, — дружелюбно начал Ник, чтобы развеять это напряжение, — То можно начать собственное совещание Ордена Дружбы.       — Именно, — поддержала его весёлый настрой Диана, — Я считаю, что нам нужно обсудить всё, что произошло, — теперь она говорила серьёзно. Все притихли. Василиса не знала, с чего начать. Но её выручила Диана.       — Г-жа Дэшл сообщила, что Дейлу Огневу нашли, — все, кроме Василисы, недоуменно на неё уставились, — Я не знаю подробностей и в каком она состоянии, но при ней обнаружили рубиновый ключ.       — Значит, — начал рассуждать Фэш (?), — Она смогла проплыть по шлюзу тем же путем, что и мы. Неожиданно.       — Неожиданно?! — чуть ли не выкрикнул Ник, ему уже давно хотелось высказаться, — Ты издеваешься?! Да я собственный глазам верить отказывался! Ни за что бы не поверил, если бы эту мантиссу не увидел! Да я такого от Огнева вообще не ожидал? Он на Астрагора стрелу направил! Это вообще объяснить можно? А бы не удивился, если бы что-то похоже сделала Василиса. Без обид только, — и Ник ей виновато улыбнулся; Василиса кивнула, — Ты смелая…       — И безбашенная, — перебил его Фэш, после чего Ник послал ему злобный взгляд, а Драгоции лишь плечами пожал.       — Но вот твой брат, — продолжил Ник, но его снова перебили.       — Трус, слабак, хвастун и лицемер, — Маар ядовито выплевывал каждое слово.       — Но он побил Войта, — вдруг встал на сторону Норта Фэш, — Не каждый сможет.       — Да ты его вообще видел?! — продолжил возмущаться Ник, — Я и подумать не мог, что Огнев так хорошо дерётся. А морзянка? Я её не знаю, но знает мой отец. Он сказал, что Огнев «настучал» ногой что-то вроде: «Разбегаемся в разные стороны». Выходит, Дейла тоже морзянку знает?       — Тебя только это волнует? — Маар фыркнул, показывая, что ему вообще нет дела до азбуки Морзе. Ник демонстративно обиделся на то, что его постоянно перебивают.       — Почему ты так резок к близнецам Огневым? — Диана прожигала Маара взглядом. Тот даже засмущался и занервничал, но быстро взял себя в руки.       — А за что мне их защищать? Они обижали Василису, обзывали нас! Огнев забрал у неё рубиновый ключ! Нам не за что их любить. Так с чего вдруг вы так за них переживаете? И вообще, мне Огнев не нравится. Он мутный тип.       — Они меня не обижали! — Василиса сама не поняла, почему так резко это сказала, но сейчас к ней пришло очередное озарение: брат и сестра никогда её не обижали (!), просто игнорировали, и от этой мысли девочка ещё больше задумалась. Все смотрели на неё       — Они друзья Марка и Маришки, — осторожно сказала Диана, видимо, столь резкое поведение Василисы её напугало.       — И всегда смеялись над нами, — поддержал её Ник.       — А Огнев толкнул тебя в раскол, — не сдержался от едкого комментария и Фэш.       — Нет! — и Василиса сконфузилась, когда поняла, что повысила голос на друзей, — Я вам уже говорила, что он не толкал меня, — и девочка рассказала им всю правду о том дне, о том, как брат спас её, а потом его ударил по голове незнакомец в плаще. Диана и Ник сидели в шоке, Маар сжимал кулаки, Фэш ещё больше задумался.       — Невозможно, — выдохнул Ник.       — Но почему ты ничего не сказала нам? — Диана была в замешательстве.       — А вы бы поверили? — Василиса вскинула бровь, подчеркивая, что вопрос риторический. Ребята задумались.             — Но почему Норт ничего не сказал старшим? — Ник сам не заметил, как назвал парня по имени, а не фамилии. Похоже, после увиденного на мантиссе и рассказа Василисы мальчишка проникся к нему уважением.       — Я сама не знаю, — Василиса пожала плечами, — Я тоже думала, что он всё расскажет, но… Как видите.       — Странно это всё, — вынесла вердикт Диана, — Очень странно. Почему они держатся за Марка и Елену Мортинову, если, в принципе, не испытывают ненависти к тебе. В чём смысл?       — Ну насчёт Мортиновой я бы поспорил, — заметил Фэш, а Ник не выдержал и рассмеялся.       — Это точно! Он хорошо её огрел. Ребята одобрительно закивали. Да, это было смешно.       — А ещё Астрагор говорил про природу кодов, — продолжал размышлять Фэш, — Сложно сказать, но, чисто теоретически, Огнев может чувствовать шифры. Астрагор никогда не разбрасывается словами. Да и «туманку» он пробил.       — Возможно, — вдруг, на всеобщее удивление, согласился Маар, — Я тонко чувствую ритм Времени, через биение сердца вижу любого насквозь. Кроме Огнева, — все внимательно его слушали, — Я не знаю почему, но, если он чувствует природу кодов, это всё объясняет.       — И как это взаимосвязано? — удивлённо спросила Василиса и допила свой чай. Она не притронулась к еде, в отличие от Ника, который, наверное, из-за стресса, налег на бутерброды.       — Природа кодов — это… — начал спокойно объяснять Маар, но Василиса его перебила.       — Я знаю, что это такое. Норт унаследовал этот дар от нашего дедушки. Оливера Грэйсона. Все недоуменно на неё уставились.       — Оливер Грэйсон твой дед? — ахнула Диана. Василиса осторожно кивнула: реакции друзей её напугала.       — Он один из самых опасный преступников! — продолжила фея.       — И ему была подвластна природа кодов, — хмыкнул Фэш.       — Но вы не ответили на вопрос, — и Василиса в упор посмотрела на Маара.       — Чем человек сильнее чувствует шифры, тем слабее его связь с движением времени в мире. По часодейной силе он может напоминать затерянного, то есть не обладать ей.       — Но у него первая степень, — подметил Ник.       — Но это не значит, что он хорошо часует, — ответил Маар, — Ты его крылья видел вообще? Он с трудом до крыши добрался, когда они убегали. «А ведь правда», — подумала Василиса: «У брата слабые крылья».       — Я поэтому Огневу не доверяю, — и Маар смачно отпил из кружки, уже второй, кстати, — Он меня настораживал всегда, но природа кодов всё объясняет. Хотя я ему всё равно не доверяю.       — Ну мы и не должны, — пожал плечами Фэш, — Просто интересно, чем это всё закончится. У Астрагора есть план, и Огневу отведена в нем своя роль.       — Да ты достал уже со своим Астрагором! — рассердился Маар — Сколько можно?! Мы, конечно, понимаем, что у тебя поджилки трясутся, но можно и не акцентировать на это внимание, — парень оскалился. Фэш резко выдохнул и уже собирался броситься на Маара, но его перехватил Ник. Диана хотела отчитать парней, но Василиса резко встала.       — Да вы достали своими ссорами! У нас есть дела поважнее! Из-за Астрагора мы все в опасности, — Василиса в упор посмотрела на Маара, и тот сконфузился под её взглядом, — Мы же друзья! А у меня вообще брат с сестрой пропали!       — Ты переживаешь за них? — осторожно спросила Диана и взяла подругу за руку, чтобы успокоить.       — Да! — выкрикнула Огнева и резко замолчала. Она вдруг поняла, что сказала правду. Она переживает за них. Очень.       — Да, — повторила Василиса тихо и твёрдо, — Я переживаю. Они не чужие для меня.       — Но как ты можешь? — не выдержал Маар, — Они же наши враги!       — Наши враги — Елена и Астрагор, а Норт с Дейлой просто… — Василиса замялась, — Просто… Я не знаю, — и девочка обречённо рухнула обратно на подушку. Диана тут же её обняла и зло посмотрела на Маара. Тот промямлил: «Простите», — но Василисе было всё равно. Она так запуталась! А перед глазами были напуганная Дейла и зачасованный Норт. Что с ними сейчас?       — Я думаю, что нам с вами надо обо всём подумать по одиночке, — озвучила всеобщую мысль Диана, — Да и поздно уже. Спать пора. Все стали быстро прощаться и собираться. Ник и Диана напоследок обняли Василису, а Маар ещё раз извинился. Огнева сухо всем покивала: настроение у неё упало, и она даже не обратила внимания на попытки Фэша с ней заговорить. Как только за друзьями закрылась дверь, Василиса отправилась туда, где ей было спокойнее всего, — обратно на веранду.       Солнце уже село, на небе стали появляться первые звезды. Василиса села на диван, где несколько часов назад её обнимала мама. Что за день сегодня такой? Василиса была измотана как эмоционально, так и физически. Неопределённость по отношению к брату с сестрой, к родителям, эта больше неловкая, чем серьёзная, ссора с друзьями — всё навалилось на неё так резко. И она ясно понимала, что, пока Зодчий Круг не вернёт Норта и Дейлу домой, ничего не прояснится. Остаётся только ждать. Василиса не заметила, как уснула.

***

      Тихий шорох разбудил Василису. Она с удивлением обнаружила, что лежит в своей кровати, укрытая пледом. Девочка судорожно повертела головой по сторонам и встретилась взглядом с отцом. Это он принёс её в комнату? Нортон-старший стоял рядом с зеркальным переходом и собирался его активировать.       — Всё нормально. Спи, — его холодный и равнодушный тон в полумраке комнаты пугал. Огнев уже собирался совершить переход, как Василиса его остановила.       — Что с Дейлой? Нортон-старший передёрнул плечами, и в его глазах Василиса заметила тоску (?), разочарование (?), злость (?). Может, всё вместе? Она не понимала. Это было не похоже на него. Хотя, сегодня отец был очень потерянным. Чего только стоят его крик после просмотра мантиссы и пощёчина от Лазарева-старшего. Но Нортона-старшего винить в несдержанности было трудно: его дети в опасности. Любой родитель бы переживал.       — Она в Белом Замке, — начал он медленно, словно неохото и тщательно подбирая слова, — Пробудет там, пока не поправится.       — Она пострадала? — Василиса запаниковала. Нортон-старший это заметил, и его губы тронула едва заметная улыбка (?). Он так радуется тому, что Василиса переживает за сестру? Или нет? Однако в ту же минуту мужчина тяжело вздохнул.       — Да. Её часовая стрела сломана. На запястье серьёзная рана, в которую ещё и инфекция попала. У неё была высокая температура и лихорадка. Всё обошлось. Сейчас она под присмотром лучших врачей в Белом Замке.       — Как её нашли? — Василиса решила выведать у отца всё, что он знает.       — Какие-то феи решили прогуляться по лесу и наткнулись на Дейлу. Она была без сознания. Феи принесли её в свой дом, ухаживали за ней, но сообщить о случившемся боялись, потому что ушли за пределы границы без разрешения. Ну а сегодня, как ты знаешь, Лисса отправила солдат на поиски, и слух о том, что Дейла может быть где-то в лесах фей, быстро разошёлся.       — И когда она вернётся в Черновод? — Василиса говорила тихо, прямо как её отец. Она очень боялась, что Нортон-старший сейчас просто уйдёт.       — Не знаю. Как только ей станет лучше, и она придёт в сознание, Дейла отправится сюда, в Чернолют. Здесь безопаснее всего.       — Но она поправится, правда? — в словах девочки звучали нотки волнения и надежды.       — Конечно. Нортон-старший повернулся к зеркалу, но Василисе вдруг резко захотелось, чтобы он остался.       — А ты знал о способностях Норта? — Василиса прикусила себе язык. Вот как можно было такое ляпнуть? Сейчас отец её ещё и наругает! Но он вдруг повернулся к Василисе и ответил:       — Нет. Не знал. А потом вдруг подошёл к дочери и сел на край кровати.       — Я думал, что всё контролирую, — и он хмыкнул, — Теперь понимаешь, почему я прошу тебя не лезть на рожон и всё мне рассказывать? А ты при первой же возможности отправилась в Змиулан! О чём ты только думала?! — и отец в упор посмотрел на неё. Василиса опешила: она ожидала увидеть привычное равнодушие или гнев, но их не было, отец просто ждал.       — Я… — Василиса замялась, — Ну… — ей не хотелось говорить про Фэша, — Астрагор угрожал Захарре. Вернее, Рок. Он сказал, что она пострадает, если я не пойду.       — Захарра Драгоций сама выбрала учёбу в Змиулане, — Нортон-старший вскинул бровь, всем своим видом показывая, что Василисе он не верит.       — Ты тоже сам выбрал учёбу в Змиулане, — нашла, что ответить Василиса и тут же пожалела: лицо отца помрачнело.       А потом он, почему-то, фыркнул (?). Василиса уставилась на него круглыми глазами.       — Да. Мы все ему почему-то верим, — глядя куда-то в пустоту сказал Нортон-старший. И замолк.       Василиса вспомнила мантиссу, которую ей показывал Астрагор. Весёлый отец, счастливая мама… Нортон-старший сказал, что хотел дочь.       — Мне очень нравится моё имя, — прошептала девочка и сжала плед; она не смотрела на отца, но почувствовала на себе его взгляд, — Спасибо.       — Я рад, — Нортон-старший не сдержал смешка.       Василиса улыбнулась и подняла взгляд на отца. Девочка впала в ступор. Нортон-старший смотрел на неё так тепло… Любяще, что-ли? Она никогда не видела его таким.       — Ты действительно очень похожа на мать.       — А характером на тебя? — Василиса хитро прищурилась. Нортон-старший ухмыльнулся.       — К сожалению.       — Почему? Ты же сам хотел.       — Я даже не хочу знать, откуда тебе всё это известно, — мужчина проигнорировал её вопрос.       Василисе всё хотелось задать один единственный вопрос, который давно терзает её, но она всё не решалась: боялась узнать ответ. Однако Нортон-старший лишил её возможности спросить.       — Ты говорила с Белой Королевой сегодня. Верно?       — Да.       — Забудь про то, что я наговорил тебе о камнях настроения. Василиса вскинула бровь. С чего это вдруг отец об этом заговорил?       — Обстоятельства изменились, — ответил он на её немой вопрос.       — Обстоятельства, связанные с вашим будущем? Мне Бел…мама рассказала.       — Рассказала, говоришь, — мужчина нахмурился.       — И про Оливера Грэйсона. Он же твой отец, да? Нортон-старший помрачнел ещё больше. Похоже, ему совсем не хотелось об этом вспоминать.       — А я ведь думал, что не повторю его ошибок, — Огнев хмыкнул, но как-то очень грустно, обречённо, — Я слишком мало уделяю вам времени. Да и твой день рождения мы так и не отпраздновали.       — Ерунда. Ты же не виноват, что так вышло. Нортон-старший с благодарностью посмотрел на дочь. И тут произошло то, чего Василиса от него совсем не ожидала: отец придвинулся к ней поближе и обнял. Девочка вздрогнула в его руках, но уткнулась носом в плечо. От отца пахло дорогим парфюмом и кофе. Что на него нашло?       — Никогда больше не поступай так безрассудно. Отец отстранился также быстро. Провел рукой по волосам дочери напоследок и положил руку на плечо, словно говоря, чтобы она ложилась. Василиса послушалась. Нортон-старший укрыл её пледом, встал и направился к зеркалу. Перед тем, как уйти, он прошептал:       — Спокойно ночи, дочка, — и ушёл. Василиса расплылась в улыбке и прошептала в ответ:       — Спокойно ночи, папа. Нортон-старший её услышал.