Между прошлым и будущим

Целый день Чонгук катал своего хёна по всем красивым местам, о которых только знал. Они побывали у реки, и покормили диких уточек; съездили за город к какой-то горе, даже взобрались на нее и затаив дыхание наслаждались красотой и величием природы. Сделали кучу красивых фотографий природы и селфи. Вечером, уставшие и счастливые они остановились у придорожного кафе, решив, что было бы неплохо немного подкрепиться перед тем, как отвезти старшего домой. В кафе было чистенько и довольно уютно, а ещё восхитительно пахло едой. - А говорил, что не будешь сегодня мной делиться - в шутку надул губки Джин. - Хен, тут кроме нас практически никого нет, — улыбаясь ответил Чон, накрывая руку парня своей. В этот момент к ним подошёл официант, чтобы принять заказ. Джин хотел было убрать руку, но Чон не позволил. Старший покраснел до кончиков ушей и опустил голову вниз, пряча смущенную улыбку. Младший заказал две порции горячего супа, и по чашечке зелёного чая. Через полчаса довольные и сытые мальчишки уже ехали по трассе обратно в город. Джин крепко обнимал Чонгука со спины, а тот почти мурлыкал себе под нос от удовольствия. До города оставалось пять минут езды, когда погода резко испортилась. Откуда не возьмись набежали грозовые тучи, в воздухе запахло озоном, сверкнула молния и хлынул дождь. Чонгуку пришлось снизить скорость, и свернуть в сторону своей квартиры. Он территориально находился ближе, чем квартира хёна. Чонгук уверенно, и как можно быстрее лавировал между машинами и домами, а Джин только сильнее жался к спине водителя, и уже мелко дрожал. Дома их с радостным визгом встретил Бам, но парням сейчас было откровенно не до него. Чонгук тут же поставил набираться горячую ванну, кинул туда шарик для пены, и наказав старшему раздеваться, ушел за сухой одеждой и полотенцами. Чонгук мысленно ругал себя, что не посмотрел прогноз погоды. А ведь стоило бы! Осень на дворе как-никак!  "А если хён заболеет? И чем ты думал, дурья твоя башка?!" Вернувшись к хёну, он обнаружил, что Сокджин всё ещё сидит на пуфике у входа, и максимум, что он сделал - это снял обувь. - Пальцы не слушаются совсем-виновато улыбается. Чонгук громко чертыхнулся, и потащил старшего в ванну. Пока раздевал старшего, старался не рассматривать его, чтобы не смущать. Разделавшись с одеждой, он усадил его в ванну и хотел было уйти, но Джин остановил его: - А ты? Ты же тоже промок и замёрз, как и я. - Хён, я потом, после тебя. Я не сильно замёрз, подожду. - Залезай в воду, малой. Вместе отогреваться будем. Я отвернусь, если ты вдруг стесняешься. Делать нечего, пришлось присоединиться. И только оказавшись в горячей воде, Чонгук осознал насколько же он замёрз. Они сидели друг напротив друга наслаждаясь теплом, и младший извинился за испорченные эмоции. - Тебе не за чем извиняться, зайчонок. Невозможно все предугадать - Джин протянул руку и убрал за ухо прядь волос. От этого маленького движения начало просыпаться все естество младшего. По телу прошла лёгкая волна возбуждения, и он резко притянул старшего за эту же руку к себе, и усадил на свои колени. Джин, казалось нисколько не удивился. Пару секунд они смотрели друг - другу в глаза, и им сорвало тормоза. Кто к кому потянулся первым за поцелуем никто не помнит, да это и неважно. Целовались они жадно и глубоко, прикусывая губы друг друга, от этих поцелуев конкретно вело и они таяли как масло в объятиях друг-друга. Сокджин выгнулся, подставляясь под нехитрую ласку, когда ощутил руки у себя на ягодицах, и сильнее вцепившись в плечи Чонгука поёрзал, притираясь еще плотнее, буквально вжимаясь в него, и уткнулся носом в шею. - Блять, какой же ты охуенный! — признался старший. - Я знаю - сорвалось с губ у охуевшего младшего. Сокджин на последок легонько укусил Чонгука за нижнюю губу, и поднялся, протягивая руку младшему. Наспех смыв остатки пены с разгоряченных тел, они вышли из ванны продолжая целоваться, и останавливаясь для ласк у каждой стены, что вела в спальню. - Хён, ты такой горячий!- прошептал в ухо младший. А у Сокджина голова кружилась, и на секунду показалось, что он сейчас позорно распластается на полу — ноги были ватными, и отказывались его держать. Чонгук подхватил его на руки, донес до спальни и аккуратно положил хёна на кровать. Сам же дошел до тумбочки, что стояла недалеко, и достал все, что было необходимо. Джин разглядывал Чонгука не отрывая взгляда, а тот словно дразня, прошёлся ладонью по всей длине своего члена, размазывая смазку, и закусил губу, сдерживая стон. Джин смотрел на эти нехитрые ласки, как заворожённый: он помнит этот терпкий вкус члена. Боже, кажется это было лет сто назад. Во рту начала скапливаться слюна, он сглотнул и на четвереньках подполз к краю кровати, где все это время стоял его зайчонок наблюдая. Джин разомкнул губы и вобрал в себя член сразу на всю длину, и оба застонали от удовольствия. - Господи хён, как же я скучал! Ты так потрясно сосешь, что я просто не выдерживаю. Ааах! В ответ на это Джин ещё сильнее втянул щеки и чуть ускорился, помогая себе руками. Чонгук запустил пальцы в волосы старшего, и резко насадив голову на член кончил с громким - Да, Хён! Вот так! Как же охуенно! Джин одним изящным движением вытер уголки губ и потянулся за поцелуем. Чонгук целовал его нежно и медленно, ощущая собственный вкус на чужих губах. Собственный болезненный стояк напомнил о себе, когда рука младшего накрыла головку. - Теперь, у меня хватит сил, чтобы вытрахать из тебя душу хен. И Сокджин вдруг испытал дикое желание прикрыться чем нибудь — уж слишком жадным и голодным был взгляд его зайчонка. Тот не скрываясь пожирал его глазами. Член дернулся, и это не осталось незамеченным. Чонгук ухмыльнулся так, что у Джина пальцы поджались на ногах. Он с нажимом провел рукой по внутренней стороне бедер, заставляя шире открыться. В момент когда Чонгук наклонился и лизнул сосок, Сокджина подбросило на кровати и застонал. Чон продолжил ласкать сосок: он то лизал его одним широким мазком, то втягивал в себя и посасывать перекатывая горошинку языком, то прикусывал. Сокджин метался по кровати не зная куда деть свои руки, то и дело цепляясь за простыни. Вот Чонгук спустился ниже, прошёлся поцелуями по низу живота, и Сокджин вплел пальцы в волосы младшего. - Какой ты красивый, хён. Такой жаждущий. Сокджина крупно затрясло, когда Чонгук прошёлся языком по всей длине члена. -Ууумх, Гуууук!- застонал Джин. - Что? Хочешь, чтобы я отсосал тебе, хён? - лизнув головку как карамельку на палочке. Сокджин покраснел и кивнул. - Если хочешь-попроси меня. Скажи это вслух! - Да! Господи, да! Я хочу трахнуть тебя в рот,- не выдержал старший. И в ту же секунду подавился воздухом. Чонгук был повсюду: он накрыл головку губами, и медленно водил узоры языком. Пососав немного, затем спустился ниже, пропуская член в горло, потом ещё раз поднялся, проигрался с уздечкой, и спустился до упора, до лобка. А пальцами он аккуратно массировал сжатое колечко мышц расслабляя, а затем с нажимом на пробу толкнулся на одну фалангу. Джин всхлипнул. Ему было так хорошо, что не чувствовал ног. Оргазм волнами кружил внизу живота, и он стал насаживать член в рот Чонгука, а младший насаживал его уже на полную длину пальца. Ему так хотелось кончить, что челюсти сводило. -Блять, Гук! Я так не выдержу! Чонгук добавил второй палец, и нащупав простату нажал на нее. Сокджина выгнуло в пояснице, и он вскрикнул так тонко, что сам не узнал свой голос. - Господи, как охуенно! Чонгук, пожалуйста! Я готов! - Проси, хён. Видел бы ты сейчас себя. Ты такой шикарный! Такой раскрытый, такой сломленный. Мммм! Только от этого одного вида готов спустить. - Возьми меня, Гукки...я хочу тебя внутри. В себе. Чонгука дважды просить не надо. Рядом щёлкнула крышка тюбика, и прохладные пальцы смазали колечко мышц, и прошлись по длине члена младшего. Джин почувствовал головку у входа, и зажмурил глаза от удовольствия. - Хён, смотри мне в глаза. Джин не без труда сфокусировал взгляд на Чоне, и наткнулся на два черных колодца полных желания и похоти. Чон медленно вошёл на всю длину. - Вот так, умничка! Наконец то ты мой, хён! Я сделал тебя своим! Никому теперь  не отдам! Сокджин метался под Чонгуком от переполняющих его чувств и ощущений. Член младшего так идеально заполнял его, так хорошо ощущался. Чонгук толкнулся пару раз на пробу, ища нужный угол и посылая приятный импульс по всему телу. Рука старшего потянулась к изнывающему члену, но Гук с рыком отбросил его - Нельзя! А дальше накрыл губами губы хёна и не переставая развязно его целовать, продолжил толкаться. Сокджин хватался руками за его плечи, царапал спину, сладко стонал в губы от каждого толчка и прижимал к себе ещё ближе. Чонгук продолжая опираться на одну руку, вторую просунул между ними и обхватив член старшего в ладонь принялся надрачивать. - Блять! Да! Ещё! Пожалуйста, Гук, не останавливайся!  Джин уже почти не соображал, он хаотично и рвано насаживался на член, и пытался толкнуться в кулак младшего в погоне за оргазмом. - Да хён, кончи для меня, давай! -Блять, блять, блять! Дааааа! Все тело прострелили волной удовольствия, и старшего скрутило в самом ярком и самом сильном оргазме в его жизни. Сокджин не знал, что так бывает. Он закатил глаза, и так долго изливался в руку Чонгука и на свой живот, что казалось прошло сто лет. - Ты так красиво кончаешь, Хён - раздалось хриплое над ухом. Чонгук вышел из Сокджина и поставив его на коленно-локтевую сразу вошёл на всю длину. Затем он потянул Джина за волосы, заставив его выпрямиться. Схватил одной рукой старшего за горло, чуть сжал, а второй он стал  игрался с сосками старшего. Теребил их, пощипывал, и легонько тянул. Чонгук брал его резко, размашисто и на всю длину.  Каждое его движение точно ударяло по простате, и выбирало из лёгких воздух. Все это так охуенно ощущалось, что Джин почувствовал, что он возбуждается по новой. - Скажи мне, если будет больно, предупредил Чонгук, и начал быстро, в одном ритме втрахивать старшего в кровать. Держался обеими руками за бедра, и звонко шлепался своими бедрами о тело. Сокджина всего трясло. Внизу живота опять скручивался узел приближающегося оргазма, по спине и по вискам стекал пот, он громко стонал не имея ни малейшего желания и сил быть тихим. Когда он ощутил ладонь Чонгука на своем члене Джин вскрикнул. Стояло так сильно что было больно. Он заскулил, протяжно и жалобно. Чонгук дрочил ему быстро и немного не в том ритме, что входил, но было абсолютно похуй. Потому что его сейчас так охуенно трахают, так правильно. Он отдавался со всей страстью на которую только сейчас был способен. - Хён, кончишь для меня ещё раз? Давай Джинни, кончай! Сокджин почувствовал, как Чонгук задрожал всем телом, как шумно и со свистом дышит. А когда он ощутил глубоко внутри себя горячую струю и громкий вскрик, его накрыло следом. Через полчаса, после того как они привели в порядок постель, и себя, Сокджин засыпал уютно устроившись в объятиях младшего. -Хён? - тихо позвал его Чонгук. -Ммм?- Джин не хотел разговаривать от слова совсем, находясь между сном и реальностью. Чонгук помолчал с минуту, будто бы обдумывая, говорить или нет, и произнес: - Я люблю тебя... Ответом было тихое и ровное сопение старшего.