Ты это всё уже слышал

Сквозь толщу век, Юра будто наяву видел весь мир. Всю его красоту и величие. Нежные ноты касались тонких струн души и не давали покоя воображению. Юра растворялся в воистину шедевральных произведениях классической музыки. Это был один из лучших подарков, что когда-либо делал Володя для Юры. Ещё бы. Прославленный мюнхенский филармонический оркестр приехал в Констанц и упустить возможность послушать их исполнение было бы абсолютной глупостью. Но Юра не догадывался, что Володя не просто купит места в центральной випложе, так ещё и выкупит все шесть мест, чтобы они были в ней одни. На вопрос “Сколько?” Володя лишь закатил глаза и отвернулся. Юра же, сдерживая улыбку, бурчал себе под нос: — Зачем тратить столько денег на места? Музыка везде одинаковая! — Хотя на самом деле ему было очень приятно. Когда в зале погасили свет, Юра всё же сжалился и чмокнул любимого в щёку с тихим “Спасибо”.

***

На второй симфонии Моцарта Юра резко открыл глаза, будто подавился. В один из моментов в голове заиграла другая мелодия. Юра проморгался, не поняв, что произошло. “Это Шопен! Пятая симфония! Совсем спятил?” Юра даже покраснел от своей глупой ошибки. Как вообще можно спутать Шопена и Моцарта? Всё, что касалось музыки воспринималось Юрой близко к сердцу и сейчас его возмущению не было предела. Но не всех так интересовала музыка как Юру. Он повернулся и увидел откровенно скучающего Володю. Тот смотрел на потолок (единственное, что хоть как-то можно было разглядеть в темноте) и шевелил губами… Считал плитки? Юра умилённо улыбнулся. Володя старался понимать музыку, но всем было понятно, что если бы не кое кто, то он никогда бы не пошёл на пятичасовой концерт. И Юра это понимал. Юрины лекции и игру Володя мог слушать часами, но только потому что это Юра. Музыкант ухмыльнулся. “Всё равно уже нет настроения слушать эту вторую симфонию.” Володя повернулся на движения справа от него. — Ты чего? Ехидно улыбнувшись, Юра сел на колени перед любимым и прошептал: — Хочу сделать этот концерт интересным для нас обоих. Даже в темноте Юра мог разглядеть, как оторопел Володя. Аккуратно проведя по внутренней части бедра, он раздвинул Володины ноги и уселся между ними. Растёгиваемая ширинка показалась слишком громкой, а оркестр слишком тихим. Володя судорожно вдохнул и инстинктивно взял Юру за волосы, не давая возможности приблизиться. Юра поднял взгляд и посмотрел Володе в лицо. Тот явно рассуждал, что для него важнее: собственные желания (уже видные всем присутствующим в ложе), или же нормы приличия. Пока Володя думал, Юра медленно вытащил его уже твёрдый член. Руки сжались на кучерявой голове ещё сильнее. Снисходительно улыбнувшись, Конев сделал рукой несколько тягучих движений вверх вниз. Без нажима. Просто подразнил. Но даже от этого Володины ноги пошли мелкой дрожью. Хватку он ослабил, но руки с головы не убрал. Тогда Юра поддался вперёд и взял пульсирующую головку в рот. Сделал вдох, создав вакуум, и опустился на половину всей длины. Он двигался механически, опускаясь всё ниже и ниже. Юра и сам получал удовольствие, чувствуя как под ним то напрягается, то расслабляется тело любимого. Дополняя всю композицию, Юра начал постанывать. Он мог сдержаться, но прекрасно знал какой эффект это оказывает на Володю. Тот грубо сжал жёсткие волосы и прижал Юру к себе почти вплотную. От неожиданности у него подступили к глазам слёзы. Он отстранился и затем несколько раз вобрал член во всю длину. Эффект порадовал, поэтому следующий стон Юра издал почти в полный голос, да так, что его действительно могли услышать люди сидящие в соседней ложе. Володя резко дёрнулся и отодвинул от себя Юру. Опасливо оглянулся и затем перевёл строгий, почти злой взгляд на хулигана. Тот в свою очередь легко пожал плечами, мило улыбнувшись, и собирался продолжить начатое, но Володя с усилием потянул его за плечи, усаживая на соседний стул. Никак не прокомментировав происходящее он молча встал, застегнулся и вышел из ложа. Юра приподнял брови и обиженно пробубнил: — Ну и не буду больше, раз не нравится. Но когда Володя не вернулся и через пять минут, Юра не на шутку встревожился. “А вдруг его опять накрыла паника? Наверное я и вправду перегнул. Надо будет извиниться.” Через пару минут Володя всё же вернулся и Юра уже собирался пылким шопотом просить прощения, но не успел. Его, со словами: “Ты всё равно всё это уже слышал.”, за руку тащили к двери. Заинтригованный Юрка послушно брёл за разгорячённым Володей. Тот выглядел странно. Румяный, немного злой, но не к месту задорный, он шёл к выходу. Когда они быстрым шагом прошли мимо их машины, Юра озадаченно промямлил: — Не понял… А когда, спустя пару минут, Володя затаскивал его в крутящиеся двери дорогущего отеля почти со смехом произнёс: — Понял! В холле Володя отпустил руку Юры и направился к ресепшену. Через пару минут он вернулся и, продемонстрировав ключ-карту, сказал: — Нам на третий этаж.

***

Просторная комната была выполнена в тёмно зелёных и серых тонах. Первый взгляд упал на огромную кровать, стоящую ближе к окнам. Юра подошёл к ней и лукаво поинтересовался: — Ну и зачем ты меня сюда привёл? Там концерт вообще-то ещё не закончился. Володя его будто не услышал. Весь задор куда-то исчез, а на смену пришла, как показалось Юре, усталость. Он, тяжело вздохнув, строго произнёс: — Конев, я говорил тебе, что ты когда-нибудь доиграешься. У Юры отпала челюсть. “Конев”. Его удивило и почему-то очень возбудило такое строгое обращение к себе. Да ещё и по фамилии. Он даже не смог вспомнить обращался ли Володя хоть раз до этого к нему так. Тем временем Володя подошёл ещё ближе, пальцем за подбородок закрыл Юре рот и начал расстёгивать ему ремень. Юрины глаза расширились ещё сильнее. Обычно нежный Володя до этого никогда так себя не вёл. Но Юре нравилось и он не сопротивлялся. Юрин пиджак полетел на пол, а вот брюки с нижним бельём Володя опустил до уровня колен и толкнул музыканта животом на кровать так, что ноги упирались в пол. Раскрасневшийся Юра наблюдал из-за плеча за Володей, как тот медленно раздевается, надевает презерватив и достаёт смазку. Их наличию он, кстати, совершенно не удивился. Они оба знали чем закончиться сегодняшний вечер. Володя опёрся рельефными руками о кровать по обе стороны от Юры и приставил свой член ко входу любимого. Юра резко выдохнул от неожиданности. Обычно у них была прелюдия и подготовка. А тут так сразу. Но он не возразил. Ему было слишком интересно что же с ним хочет сделать Володя. Очень медленно он стал входить в тугого Юру сразу на всю длину. От боли из музыканта вырвались несколько всхлипов, на что Володя ласково поцеловал любимую спину, шепотом успокаивая: — Тише, тише. Когда он был уже полностью внутри, Володя задержался в этом положении, давая Юре привыкнуть. Спустя несколько секунд, жаркие движения вновь заставили музыканта надрывно замычать. Буквально через несколько толчков дискомфорт начал уходить, уступая место удовольствию. Когда Юра совсем привык, он ощущал как внутри него движется твердый, горячий член. С каждым толчком вовнутрь, Юра коротко выдыхал, жмурясь. — Чего же ты теперь сдерживаешь стоны? Уже не так интересно, когда нет публики? — Низко спросил Володя и затем несколько раз резко вошёл в Юру, выбивая столь желанные звуки. Довольно ухмыльнувшись он встал на ноги. Юра хмуро оглянулся на него. Очень уж не вовремя тот решил остановить процесс. Володя окончательно стянул с Юры брюки, оставив того в полурастёгнутой рубашке и растянутом галстуке. Жадно оглядев любимого, Володя зацепился взглядом за зелёный лоскут. Непонятная эмоция скользнула на его лице и он, что-то обдумывая, освободил Юру от злосчастной удавки. Но не надолго. Володя взял самые красивые ладони в мире в свои и нежно поцеловал каждую, слегка прикасаясь языком. Юра заворожённо наблюдал за ним и сначала даже не понял что происходит, когда его руки оказались плотно прижаты друг к другу тугим узлом. Словно за поводок, Володя потянул Юру за длинный конец галстука к изголовью кровати. Уже через минуту Юра многозначительно хмыкнул, резко дёрнув руками и осознав, что его положение абсолютно беспомощно. Подложив под Юру подушку, Володя уложил его на живот и сразу вошёл. Придерживая Конева за талию, он грубо входил в него наращивая темп. Юра стонал и извивался под ним. Каждый толчок был очень ярким и задевал чувствительные точки. В какой-то момент Володя даже схватил Юру за волосы и потянул на себя, чем открыл новую громкость его стонов. От Юриного голоса по Володиному телу прошла дрожь. Он был уже на пределе и, видимо, намеренно остановился, чтобы продержаться подольше. Володя приблизился к изголовью и развязал тугие узлы. Рывком потянув Юру на пол, он вновь усадил его на колени перед собой. Снял презерватив и направил голову Юры к своему члену уже не церемонясь. Музыкант так же без стеснения вбирал в себя полную длину пульсирующего ствола. Минута, другая, и в рот Юры вылилась белая сладковатая жидкость. Он легко проглотил её и взмокший посмотрел снизу вверх на Володю потемневшими глазами. Тот так же взмок и тяжело дышал. — Я даже спрашивать не буду где ты научился вязать такой узел. — с насмешкой сказал Юра, вытираясь мятой рубашкой. — Тогда я не спрошу где ты научился так сосать. — в тон ему ответил Володя. Юра ухмыльнулся. — Ну это стандартный навык… А тут настоящий профессионализм! Как ты там сделал? — лукаво поинтересовался Юра, снимая с руки всё ещё болтающийся галстук. Потянулся к правой руке бывшего вожатого и намотал на неё зелёный лоскут. — Так? — Так. — сглотнув слюну, глухо ответил Володя. — Ну-у хорошо. — отозвался Юра и резко дёрнул Володю на себя. — Мне иногда кажется, что ты временами забываешь, что я тоже мужчина. Конечно, к гадалке ходить не надо было чтобы понять, что Володя сильнее Юры, но при этом сам Юра слабым не был. Он достаточно легко, через незначительные сопротивления, привязал Володину руку к кованому изголовью ближе к краю. Окинул взглядом комнату и, сделав пару шагов, поднял с пола ещё один чёрный галстук. Прежде чем привязать вторую руку, Юра снял с Володи очки и чмокнул его в нос. Довольно оглядев своё “произведение искусства”, Юра уселся на поясницу Володи. Тот лежал почти также как и музыкант несколько минут назад, только руки были растянуты в разные стороны. Большие ладони начали нежно массировать спину постепенно поднимаясь к шее и голове. Забравшись в смоляные пряди, Юра сжал в кулак любимые волосы, подражая тому как это недавно сделал Володя. Он наклонился к самому уху, нежно прикусил его и натужно ласково прошептал: — Это я доигрался? Нет, любимый. Я только начал играть. С этими словами он начал покрывать поцелуями шею и верхнюю часть спины пока рука уже зачерпнула прозрачный гель из баночки и уже приближалась к ягодицам. Юра сначала медленно вошёл одним пальцем на две фаланги и почувствовал как Володя сжался. — Расслабься — вновь ласково прошептал Юра и почувствовал, что палец начал двигаться уже свободнее. Через время добавил второй палец, тогда уже до юры начали доноситься тихие стоны. Когда уже и три пальца легко скользили в Володе, Юра решил что пора. Послышался синхронный стон, когда Юра начал медленно входить. Он задыхался от волнения и трепета. Владеть Володей Давыдовым, каждый раз было сродни взрыву. Желанное тепло и пронзающее удовольствие растекались по телу, усиливаясь с каждым движением. Кроме того, Володя инстинктивно напрягался и создавал для Юры особенную тесноту от которой волны наслаждения расходились до кончиков пальцев. Юра нежно имел своего любимого, постоянно поглаживая спину и волосы, покрывая поцелуями лопатки. Но он предупреждал, что это игра. Спустя минут десять он буквально уговорил сам себя сбавить тем. Движения становились всё медленнее и медленнее, пока не остановились совсем. Володя непонимающе взглянул на Юру, на что тот лишь мило улыбнулся и вновь начал поглаживать бледную спину. Рука, не стесняясь, спускалась к “запрещённым” местам и так же легко возвращалась обратно на спину, будто ничего особенного между ними только что не происходило. Через несколько минут Володя всё же не выдержал: — Ты… всё? — Нет — улыбнулся Юра. — Тогда чего ты ждёшь? В карих глазах блеснули шкодливые искорки и Юра вновь опустился к любимому уху. — Попроси меня. — Что? — оторопел Володя. — Я хочу чтобы ты попросил меня сделать это. — будничным тоном отозвался Юра. Покрасневший Володя повернул голову к Юре и сократил расстояние. Почти прикасаясь губами к чужим губам, он прошептал: — Юр… — М? — Я хочу, чтоб ты вошёл в меня. Пожалуйста. Я люблю когда ты во мне. Юра нагрелся от этих слов, но виду не подал. Он нежно поцеловал Володю в губы, одновременно приставляя свой ствол ко входу. Резким движением, Юра правой рукой прижал Володину голову к кровати, а левой до красноты сжал белую кожу. Он начал буквально вбиваться в Володю, заставляя того прерывисто вскрикивать. Тогда Володя впервые узнал, что и Юра умеет “жёстко”. Места на спине, ещё недавно плотно покрытые поцелуми, теперь были искусаны до красноты. Дыхание сбивалось, кожа вновь стала мокрой, а мышцы уже сильно забились, но всё это не мешало Юре Коневу иметь своего любимого человека так как он того хотел. Откидывая мокрые волосы, Юра случайно заметил своё отражение в тёмной картине над кроватью. На лице расплылась почти дьявольская улыбка. Он перевёл взгляд обратно на такого податливого, желающего чтоб его оттрахали Володю и его пронзила волна удовольствия.

***

Юра с закрытыми глазами лежал на плече Володи и отдыхал после такого активного кардио. — Концерт ещё идёт. — услышал Юра в сквозь туманную дрёму — Можем вернуться, если хочешь. Конев открыл один глаз и посмотрел им в лицо любимого. Поразмыслив пару секунд, вернулся в прежнее положение и промямлил: — Я там всё уже слышал.