ЗУБЫ | ДРАКО МАЛФОЙ

— Где твой сын, Люциус? От этого вопроса пожилого Пожирателя смерти бросило в дрожь. Где, в самом деле, носит Драко Малфоя? У него самого не было ответа. В глубине души Люциус испытывал отвращение к трусости сына, который не явился на сегодняшнее собрание. Но где бы Драко ни прятался, от судьбы не уйти. Ему суждено стать одним из них. Самым юным среди всех. Блондин судорожно сглотнул, прежде чем ответить. — Сейчас не лучшее время, чтобы забирать его из школы, мой Лорд. Поверьте, он жаждет этого больше всего на свете, но... — Молчать! — Рявкнул Тёмный Лорд, с силой опустив свою уродливую руку на черный стол из твердого дерева, за которым сидели Пожиратели смерти. Насладившись ужасом, застывшим на лице старшего Малфоя, Тёмный Лорд язвительно улыбнулся. — Позаботься о том, чтобы на следующем собрании он присутствовал. Или вся семья Малфоев заплатит за это сполна. Глядя на свои дрожащие руки и едва сдерживая сковавший его страх, Люциус Малфой кивнул. — Ваше желание — для меня закон, мой Лорд. — Вот и славно, — произнес Тёмный Лорд. Он опустил руку на плечо Люциуса, обходя стол кругом. — Мне позарез нужен студент Хогвартса в наших рядах. Мальчик или девочка, которым я могу доверять. Хоть кто-то из вас обязан предложить своего сына или дочь. И поскольку наш дорогой Люциус вызвался первым, я дам ему последний шанс. Последний шанс доказать мне свою преданность, — он злорадно ухмыльнулся, указав на себя пальцем с пожелтевшим ногтем. Мрачные слова, срывавшиеся с его тонких губ, звучали в точности как змеиное шипение — леденящее душу, холодное, омерзительное. Несмотря на сковывающий его ужас, старший Малфой почувствовал дикое удовлетворение и восторг от мысли, что его сын станет одним из самых юных Пожирателей смерти в истории. Да и кто еще это мог быть? Сын Крэбба? Или, может, Гойла? Не то чтобы он считал своего сына каким-то особенным — как раз наоборот. Люциус был твердо убежден, что Драко столь же безнадежен, как и те двое. Но Драко был особенным. Он был Малфоем, а значит, никогда не встанет с ними в один ряд. Он уже превосходил их — просто по праву рождения. Отдать собственного сына во власть Тёмного Лорда — высшая степень преданности. Драко обязан явиться на следующее собрание. Иного выбора у них нет. Он должен быть там. Но какое изощренное поручение Тёмный Лорд заставит его исполнить? Мальчишке ведь всего семнадцать. Люциус отчаянно пытался отогнать наводнившие разум мысли, но от правды было не скрыться. Чтобы заслужить доверие и стать истинным Пожирателем смерти, его сыну придется забрать чужую жизнь. Это первый и самый беспощадный шаг. Ты должен убить. И должен заставить их молить о смерти. Люциус помнил ту душу, что загубил шестнадцать лет назад. Черт возьми, он помнил тот день так отчетливо, словно это было вчера. Драко исполнился всего год, когда его отцу поручили то грязное дело. Устремив взгляд на другой конец стола, Малфой-старший наткнулся на удивительно молчаливого Северуса Снейпа. Тот выглядел погруженным в мысли и явно встревоженным. Причиной его беспокойства, без сомнения, было то, что Драко — его студент, к тому же со Слизерина. Юный Малфой в каком-то смысле находился под его крылом. Снейп нес за него ответственность. Впрочем, дело было вовсе не в самом Драко. Снейп переживал скорее за… самого себя. С обращением сына Люциуса в Пожиратели смерти его и без того непростая жизнь омрачится новыми заботами о мальчишке. Теперь Снейпу придется лично следить за тем, чтобы некогда маленький Драко Малфой получил должную подготовку для исполнения своего призвания. К своему главному часу юноша обязан быть готов на все сто процентов. И всё же, поскольку сына сегодня здесь не было, Люциус невольно винил во всём Снейпа — тот явно не справлялся со своими обязанностями. Драко должен был стоять тут, сгорая от нетерпения в ожидании этого мига, а не прятаться где-то, как трусливая крыса. — Я доверил никчемному Северусу Снейпу подготовить моего еще более никчемного сына к его великой миссии… И на что я, спрашивается, рассчитывал? — Горько подумал он. Тёмные глаза Снейпа тут же впились в Люциуса, словно зельевар умел читать мысли. — Терпение, Малфой, — едва заметно шевельнул он губами сквозь зубы, сохраняя абсолютно бесстрастное выражение лица. Люциус едва качнул головой и перевёл взгляд на Нарциссу. Жена крепко сжимала его ладонь на протяжении всего собрания. Её идеально уложенные пряди — смесь каштановых и светлых волос — мягко спадали на плечи. — Где наш сын, Люциус? Почему он так подставляет нас под удар? — Едва слышно прошептала она. Он ответил ей таким же крепким рукопожатием. — Скоро, дорогая моя. Очень скоро он возьмет на себя эту ответственность. Я лично об этом позабочусь.