ЗУБЫ | ДРАКО МАЛФОЙ

— Пора, Малфой, — негромко произнёс Эндрю. Блейз озадаченно перевёл взгляд с одного на другого. — Пора? Драко лишь хищно ухмыльнулся. Он поднялся с дивана и неторопливо поправил воротник рубашки. — Просто смотри. Глядя на танцующую Афину, Драко почувствовал, как по телу мгновенно разлилась волна удушающего жара. Она была в стельку пьяна, но выглядела при этом умопомрачительно. Внизу живота мгновенно скрутился тугой узел, стоило ему увидеть, как она покачивает бёдрами в такт музыке. Он глухо зарычал, пытаясь скрыть внезапное мощное возбуждение, и зашёл к ней со спины. Закусив губу, Драко властно обнял её хрупкую фигуру, вплотную прижимая к своей груди. Афина вздрогнула от этого прикосновения, и Драко плотоядно облизал губы. Поймав взгляд Фелисити, он едва заметно кивнул ей, давая знак. Фелисити заговорщически подмигнула ему в ответ и вернулась к остальной компании. План был официально запущен. Драко чувствовал, как бешено колотится сердце Афины. Она поняла, кто её обнимает. И он прекрасно знал, что она в курсе. Он склонился к её уху, жадно вдыхая дурманящий аромат её кожи — от неё пахло цветами. — Что ты со мной делаешь? — Низким, утробным голосом прорычал он ей прямо в ухо. Её сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди — он отчётливо слышал каждый его бешеный удар. — Что я делаю?.. — выдохнула она, теряя остатки воздуха. Драко уже не мог совладать с собой. Голова кружилась от смеси алкоголя, травки и её запаха, и ему до безумия, до дрожи нужно было попробовать её кожу на вкус. Его губы мгновенно нашли чувствительную ямку на её шее. — Из-за тебя у меня, блять, так крышу сносит, — глухо застонал он, покрывая её кожу горячими поцелуями. Его ладони уже вовсю хозяйничали под её платьем, а короткие ногти ощутимо впивались в обнажённые бёдра. Она тихо застонала, и этот звук окончательно лишил его рассудка. Он не мог оторвать губ от её кожи — она уже стала для него наркотиком. — Пожалуйста… — взмолилась она. Драко отчётливо уловил в её голосе звенящую отчаянную нужду и не смог сдержать самодовольной ухмылки. — Что? — прошептал он. — Что мне сделать? Он чувствовал, как она буквально плавится в его руках, ища опору и накрывая его ладони своими. — Я не смогу тебе помочь, пока ты сама не скажешь… — пробормотал он в её шею, не в силах прекратить эту пытку поцелуями. Драко и сам был на грани того, чтобы взять её прямо здесь, на глазах у всех. От дикого желания внутри всё сводило почти физической болью. Но нужно было держать себя в руках. Разум работал как часы. Он прекрасно знал, как сводить девчонок с ума, и она ничем не отличалась от остальных. Все они, блять, одинаковые. Драко медленно высвободил правую руку и сквозь ткань дразняще провел средним пальцем по её самому сокровенному месту. Ему стоило огромных усилий не зарычать в голос, когда он понял, насколько сильно она уже истекает желанием из-за него. Из-за него, и только из-за него. А вовсе не из-за этого грёбаного Теодора Нотта. — Пожалуйста, просто… сделай что-нибудь. Ты меня убиваешь… — разрыдалась она. Ухмылка снова сама собой наползла на его лицо. — Какая ты нетерпеливая. Идём, я отведу тебя к себе. Ну же… — повторил он, и в этот момент она развернулась к нему лицом. По её щекам катились слёзы. Она подняла на него затуманенный взгляд и покорно вложила свои пальцы в его ладонь. Драко крепко сжал её хрупкую руку, и они вместе покинули шумный зал. Пока они шли к его спальне, оба молчали. Он прекрасно знал, что она готова отдаться ему прямо сейчас, но он не собирался так просто давать ей желаемое. Сначала она сполна заплатит за всё, что заставила его пережить. Едва войдя в спальню, он не стал терять ни секунды. Увлёк её к кровати и аккуратно повалил на простыни. — Ты этого хочешь? — спросил он, пожирая взглядом её тело. Афина лихорадочно кивнула. — Да. Пожалуйста… Иначе я просто сойду с ума… Больше ему ничего и не нужно было слышать. Он неторопливо, смакуя момент, снял с неё платье. Под ним она вся трепетала от волнения. Когда он увидел её в этом чертовски сексуальном белье, в голове промелькнула шальная мысль. — А что, если трахнуть её по-настоящему? Ему дико этого хотелось. Ему жизненно необходимо было почувствовать её тепло, услышать, как она выкрикивает его имя, содрогаясь в оргазме под ним. — К чёрту план, просто трахни её по-настоящему, — шептал внутренний голос. Но на этот раз уязвлённое эго оказалось сильнее похоти. Он жаждал мести. И он её получит, чего бы это ни стоило. Драко как раз начал стягивать рубашку, когда дверь в спальню с грохотом распахнулась. На пороге застыли потрясённый, раздавленный Теодор и невероятно довольная собой Фелисити. — Сработало! — торжествующе подумал Драко, небрежно накидывая рубашку обратно на плечи. Теодор переводил взгляд с одного на другого, у него буквально отвисла челюсть. — Какого хера вы тут творите?! — выдавил он едва слышным, сорвавшимся голосом. Афина судорожно схватила валявшееся рядом платье, пытаясь хоть как-то прикрыть своё полуобнажённое тело. — Теодор, это… — Это не то, что я думаю? Серьёзно, Афина?! И это всё, что ты можешь сказать?! — сорвался он на крик. Драко молча наблюдал за ними, упиваясь хаосом, который сам же и сотворил. Но для большего результата нужно было подать голос. — Теодор, хорош заводиться, чувак. Мы просто немного поразвлеклись, — снисходительно усмехнулся он, явно получая удовольствие от происходящего. Шоковое состояние Теодора мгновенно сменилось слепой яростью. Он в два шага пересёк комнату, подлетел к Драко и с размаху съездил ему по челюсти. — Ах ты ублюдок! Я считал тебя своим грёбаным братом! — взревел он, хватая Малфоя за воротник рубашки. Вскипевшая внутри злость ослепила Драко, и он тут же нанёс ответный удар. — Остынь нахер, Нотт! Она не твоя девушка, блять, чтобы так убиваться! Кого хочу, того и трахаю! — прошипел он. Эти слова окончательно сорвали Теодору планку. Завязалась бешеная драка. Парни нещадно наносили друг другу удары, кровь летела во все стороны. Фелисити и Афина попытались разнять их, но всё было тщетно. К счастью, вовремя подоспевшие Эндрю и Блейз растащили их в разные стороны. Блейз мёртвой хваткой вцепился в Теодора, а Эндрю удерживал Драко. Лица обоих соперников уже превратились в сплошное кровавое месиво из ссадин и синяков. — Я убью тебя, сука! — кричал Теодор, отчаянно пытаясь вырваться из захвата Блейза. — Ну так давай, покажи, на что способен, блять! — орал в ответ Драко. — Что здесь происходит?! — громом прогремел суровый, леденящий душу голос. Все разом обернулись. На пороге, едва ли не дыша от ярости огнём, стоял профессор Снейп. — Ну всё, нам пиздец… — едва слышно пробормотал Блейз. В комнате повисла гробовая тишина. Все замерли, боясь пошевелить даже пальцем, и испуганно уставились на декана. Когда взгляд Снейпа перевёл на Афину, он на секунду окаменел. Афина судорожно сглотнула, чувствуя, как к глазам снова подступают слёзы. — Мисс Ван де Камп? Что вы делаете в спальнях Слизерина? Да ещё и в такой час? — ледяным тоном потребовал он ответа. Афина не знала, куда себя деть. Да и что она вообще могла сказать? Что пришла на тусовку, накурилась в хлам и едва не переспала с Малфоем? Снейп отвёл от неё тяжёлый взгляд и посмотрел на парней. — Малфой, Нотт — немедленно в больничное крыло к мадам Помфри. Разбор полётов у нас ещё впереди. Слизерин теряет пятьдесят очков, Гриффиндор — двадцать. Все остальные — живо по своим комнатам. Детально обсудим это завтра. — Убирайся отсюда нахер, — процедила Фелисити, злобно зыркнув на Афину. — Ты уже и так делов наворотила. Афина резко вскинула голову. — Да с огромным удовольствием! Вы все тут просто ебанутые! — крикнула она им в лицо и выскочила за дверь. Снейп бесшумной тенью последовал за ней. — Афина! — громыхнул он сзади, и его голос гулким эхом покатился по переходам подземелий. Но она даже не обернулась. Лишь прибавила шагу, хотя из-за алкоголя и травки ноги её почти не слушались, а коридор предательски плыл перед глазами. Тяжёлая ладонь Снейпа опустилась ей на плечо, властно разворачивая лицом к себе. — Во имя Мерлина, что ты делала в спальне Малфоя?! Отвечай мне! Живо! — потребовал он, изо всех сил пытаясь обуздать клокочущую ярость. Афина горько, истерически рассмеялась. — Он просто хотел мне отомстить, вот что произошло! И выбрал для этого самый гнусный, самый паскудный способ. Он растоптал и опозорил меня перед всеми! — сорвалась она на крик. — Вот что он сделал. А если тебе нужны подробности, иди и спроси у своего ненаглядного любимчика. С меня хватит, — уже едва слышно выдохнула она и бросилась прочь. Снейп так и остался стоять на месте, оглушённый её словами. Осознание во всей красе обрушилось на него. Резко развернувшись, он стремительным шагом направился обратно в комнату Малфоя. Там остались только Драко и Эндрю. Фелисити с Теодором уже ушли. — Эндрю, оставь нас, — ледяным тоном приказал профессор кудрявому парню, не сводя яростного взгляда со скрытого под слоем крови лица Драко. Эндрю молча кивнул и испарился из комнаты. Драко уставился на декана, и его искажённая гримасой злости физиономия на миг застыла. — Что ты с ней сделал? — спросил Снейп, стараясь говорить как можно спокойнее, но от этого его голос звучал ещё страшнее. — Ничего, — огрызнулся тот. — Она пришла сюда сама, по собственной воле. Я её ни к чему не принуждал. Снейп в один шаг преодолел разделявшее их расстояние и угрожающе упёр кончик волшебной палочки Драко прямо под подбородок. Наглый взгляд Малфоя тут же сменился животным страхом. — Я спросил тебя: что ты с ней сделал? Не заставляй меня повторяться, Малфой. Драко тяжело, прерывисто дышал, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ему было до безумия страшно, он до ужаса боялся реакции профессора. Но он ни за что на свете не признался бы в том, что сотворил с Афиной. — Ничего я не делал, — процедил он сквозь зубы. — Я же, блять, уже сказал вам! Снейп медленно опустил палочку. — Если я ещё хоть раз увижу, что она плачет из-за тебя, этот день станет для тебя последним. Ты до следующего утра не доживёшь. И мне будет плевать на Непреложный обет, который я ради тебя дал. Это были его последние слова. Развернувшись, он стремительно покинул комнату, оставив Малфоя в полном одиночестве. Драко попытался перевести дух и унять дрожь. Но, несмотря на весь страх, на его лице сама собой расплылась довольная, торжествующая улыбка — его план сработал безукоризненно. — Ты сама напросилась, Ван де Камп, — прошептал он, пока струйка крови продолжала лениво сочиться из разбитого носа к губам.

***

С момента той кошмарной ночи прошло уже несколько дней, и на пороге стоял Хэллоуин. Все эти дни Афина даже не смела смотреть в глаза Теодору. Она чувствовала себя последней тварью. Она ненавидела себя за то, что причинила ему боль, ведь она совсем этого не хотела. Во всём был виноват исключительно Малфой. Он просто хладнокровно воспользовался ею, когда она была не в состоянии соображать. Афина дала себе твёрдое обещание: больше никогда в жизни она не будет столько пить и близко не притронется к травке. Она ни за что не позволит себе опуститься так низко во второй раз. Разумеется, друзьям она ничего не рассказала. Она прекрасно понимала, что эта новость приведёт их в бешенство, особенно Гарри. А усугублять ситуацию ей хотелось меньше всего. Когда уроки наконец закончились, Афина отправилась на поиски Северуса. Им предстояло вместе отправиться в малфоевский особняк на очередное собрание Пожирателей смерти. Тащиться в дом Малфоев сейчас было последним, чего ей хотелось на свете. Они трансгрессировали к поместью, где их, как обычно, встретила Нарцисса. И, к глубочайшему сожалению Афины, Драко стоял у дверей рядом с матерью. Он буравил Афину взглядом, а на его губах играла донельзя раздражающая, самодовольная ухмылка. Она всё никак не могла оправиться от пережитого позора, обида сидела глубоко внутри и жгла огнём. Но больше всего на свете она ненавидела себя — за то, что позволила ему так легко её переиграть. Он подчинил себе её тело, словно знал его наизусть, безошибочно нажав на все нужные кнопки. И за это она презирала его ещё сильнее. Но самым ужасным во всей этой истории было чёткое, пугающее осознание, что попытайся он провернуть нечто подобное снова, она бы абсолютно, беспрекословно сдалась. Драко же откровенно наслаждался её подавленным состоянием. Она это заслужила, к тому же её предупреждали. Он не раз говорил, что с ним шутки плохи. Вместе они прошли в огромную мрачную залу. Здесь уже собрались все завсегдатаи, но мелькали и новые лица, к встрече с которыми Афина пока была совершенно не готова. Там были Теодор, Фелисити, Блейз и Эндрю. Все они, за исключением Эндрю, прибыли сюда, чтобы принять Чёрную метку. Афина знала, что Эндрю уже давно числился в рядах Пожирателей. Когда её взгляд пересёкся с её взглядом Теодора, она увидела в его глазах такую гремучую смесь боли и злости, что внутри у неё всё болезненно сжалось. Драко не упустил эту безмолвную сцену, и его мгновенно захлестнула слепая ревность. Он желал, чтобы всё её внимание без остатка принадлежало только ему и никому больше. Ему стоило огромных усилий не подойти к Теодору прямо сейчас и не раздробить ему челюсть. Афина отвела глаза, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. За последние дни она до смерти устала плакать. Если Теодор не желал даже выслушать её версию случившегося, она была бессильна что-либо изменить. Волдеморт появился словно из ниоткуда, мгновенно заполнив собой всё пространство мрачной залы. Афина содрогнулась от мысли, неужели ей снова придётся смотреть на то, как на её глазах замертво падает очередной человек. — С возвращением, друзья мои. Сегодня наши ряды пополнят совсем юные преемники. И, как показывает практика, именно они оказываются самыми полезными, — леденящим душу тоном произнёс он и сухо рассмеялся. — Давайте же поприветствуем их как подобает, не так ли? Выжигать Чёрную метку на руках новобранцев вызвался мистер Нотт — отец Теодора и Фелисити. Первой шаг вперед сделала Фелисити, за ней последовал Теодор, а замкнул шеренгу Блейз. Когда ритуал подошёл к концу, Тёмный Лорд снова взял слово. — Теперь, когда с формальностями покончено, я прошу вас слушать меня предельно внимательно. Особенно это касается нашей молодёжи, — начал он. Афина подняла голову и уставилась на Тёмного Лорда. Чего ещё он потребует от них на этот раз? Ей было искренне страшно узнать ответ. — Сегодня ночью вы нападёте на Хогвартс. Я хочу, чтобы вы знатно припугнули нашего дорогого друга Дамблдора. Посейте там хаос. Пусть они прочувствуют хотя бы малую долю того, что ждёт их впереди. Надевайте маски, облачайтесь в мантии и принесите настоящий, первобытный ужас в стены этой школы. Студенты Хогвартса испуганно переглянулись, не смея задать ни единого вопроса. Но Афина не удержалась. — Что именно мы должны сделать, мой Лорд? — спросила она глухим, потемневшим от нахлынувших чувств голосом. На самом деле она жаждала этого задания. Ей было жизненно необходимо выплеснуть наружу ту удушающую ярость, что скопилась у неё внутри. Когда смертоносный взгляд Волдеморта сфокусировался на ней, медальон на груди обжег кожу. Тёмный Лорд сардонически ухмыльнулся. — Моя дорогая Афина, я хочу, чтобы ты нагнала на них такого страху, чтобы они глаз сомкнуть не могли по ночам. Я хочу, чтобы они трепетали перед моим именем ещё сильнее. И я верю, что именно ты способна сотворить это зрелище… Афина сглотнула, чувствуя, как бешено заколотилось сердце. — Разумеется, мой Лорд. Я вас не разочарую, — ответила она. Волдеморт поднялся с кресла, неторопливо подошёл к ней и властно опустил ладони ей на плечи. — Знаю, что не разочаруешь. Как я уже говорил, ты очень похожа на меня, Афина. Мы сотканы из одного теста. Я уверен, ты заставишь меня гордиться тобой. Афина скользнула взглядом по Малфою. Тот сидел ни жив ни мертв, не находя слов, а на его лбу прорезались глубокие складки страха. И Афина почувствовала, как сладостное упоение от того, что она внушает ему ужас, заполнило всё её существо. Она была готова упиваться этим чувством вечно. — Вы свободны, — наконец произнёс Тёмный Лорд. — Северус, я буду ждать твоего отчёта, как только наши юные дарования завершат свою миссию. Северус почтительно кивнул. — Разумеется, мой Лорд. Вскоре все покинули залу, кроме Афины и Снейпа. Он поднялся со своего места и строго посмотрел на неё. — Мне нужно переговорить с Люциусом и Нарциссой. Жди меня здесь. Афина кивнула. — Хорошо, я подожду. Профессор коротко кивнул и последовал за четой Малфоев в кабинет хозяина дома. Тяжёлый стук закрывшейся за ними двери гулким эхом разнёсся по зале, и в комнате воцарилась гробовая тишина. Драко и Афина остались наедине в огромном, ещё минуту назад переполненном пространстве. Они так и сидели в своих креслах, не шевелясь и не сводя друг с друга глаз. — И что, теперь я должен буду подчиняться твоим грёбаным приказам? Жалкое зрелище… — выплюнул он, демонстративно отводя от неё взгляд. Афина коротко, зло хохотнула. — Похоже, ты напрочь забыл, что я сказала тебе, когда мы в последний раз были здесь. Он снова уставился на неё, нахмурившись от непонимания. Драко промолчал, выжидая, что она скажет дальше. Афина неторопливо поднялась со своего кресла, подошла к нему вплотную и склонилась к самому его уху. — Я ведь говорила, что люблю, когда доминируют надо мной, но иногда… мне и самой нравится брать верх, — прошептала она, заставив его ощутимо вздрогнуть. Она отчётливо видела, как часто и рвано вздымается его грудь от сбившегося дыхания. — Настал мой черёд подчинять тебя, Драко Малфой. И обещаю, тебе это не понравится. До встречи в Хогвартсе, — она едва уловимо мазнула мягкими губами по раковине его уха и оставила его одного. Драко не мог сдвинуться с места, из лёгких словно вышибло весь воздух. По телу привычной волной разлился до боли знакомый, удушающий жар. Её угроза, блять, его только сильнее возбудила. Сорвавшись с кресла, он на ходу рванул узел галстука, ослабляя воротник, и бросился на её поиски. Она стояла у главного входа, дожидаясь Северуса. Не говоря ни слова, Драко подлетел к ней и железной хваткой вцепился в её руку. — Какого хера ты творишь?! — вскрикнула она, но ему было плевать на её возмущение. Он грубо потащил её в сторону библиотеки, пока она отчаянно пыталась вырваться и разжать его пальцы. Оказавшись внутри, он с размаху захлокнул дверь, запер её на замок и наложил чары Муффлиато. Афина мгновенно поняла, к чему всё идёт. — Ты совсем из ума выжил, Малфой?! Выпусти меня сейчас же! — потребовала она. Драко резко толкнул её к стене, прижимая своим телом, и впился взглядом в её глаза. У Афины тут же перехватило дыхание. Он медленно, с трудом сглотнул и властно обхватил ладонями её лицо. Драко не стал терять времени. Он грубо, властно прижался своими губами к её, целуя Афину с яростью, дикостью, в которой смешались ненависть и первобытная страсть. И Афина сломалась. Больше не было никакого смысла притворяться и бежать от этого. Она запустила пальцы в его платиновые волосы, пока он жадно, ненасытно терзал её рот. В этом поцелуе сплелись языки и стукались зубы. Они целовались так, словно завтрашний день никогда не наступит, словно это были их последние минуты на земле. Драко оторвался от её губ и тут же переключился на шею, оставляя засосы, кусая, целуя и слизывая капли пота. — Будь ты проклят, Малфой… — выдохнула она. — Будь ты проклята, Ван де Камп… — пробормотал он в ответ, продолжая исступлённо ласкать её кожу. Он резко задрал подол её юбки и накрыл правой ладонью её интимную зону прямо через ткань белья. Она изнывала от желания, и он был в точно таком же состоянии. — Да сделай же ты это наконец… — прошептала она. Драко скользнул ледяными пальцами под кружево и коснулся самого сокровенного места. Афина судорожно вцепилась в его крепкие плечи, пытаясь удержать равновесие, и уткнулась лицом в изгиб его шеи, покрывая её быстрыми поцелуями. — Боже, как ты течёшь из-за меня, — глухо зарычал он. — Скажи, ты хоть раз ласкала себя, думая обо мне? Афина с трудом сглотнула. — Д-да… в последнее время постоянно, — призналась она, пока его искусные пальцы продолжали сводить её с ума. Он утробно застонал. — Расскажи мне… — потребовал Драко, слегка впиваясь зубами в её шею. — Я… когда я в душе… я представляю, как ты бросаешь меня на свою кровать. Как берёшь меня всю, без остатка… — шумно выдохнула она. — Сука… — хрипло вырвалось у него. — А т-ты?.. Ты думаешь обо мне? — выдохнула она, чувствуя, как подкашиваются ноги. Оргазм был уже совсем близко. — Блять… Каждый день с той самой ночи. Каждый божий день я кончаю, думая о тебе. Будь ты проклята, что ты со мной сделала? Я, сука, ненавижу тебя. До безумия. Афина снова впилась в его губы. — Взаимно. Я тоже тебя ненавижу, блять. До гробовой доски… — прошептала она и со стоном выдохнула: — Драко… — Кончай. На мои пальцы. Живо, — прорычал он, и она повиновалась. Афина буквально растворилась в этом ощущении, сорвавшись в бурный, до слёз, оргазм прямо на его руке. — Ублюдок… — едва слышно выговорила она, уткнувшись лбом в его плечо и пытаясь перевести дыхание. Он самодовольно ухмыльнулся и прижал её, всё ещё дрожащую, к своей груди, крепко обнимая. — Называй меня как хочешь. Меня это только сильнее заводит. Афина попыталась нащупать его ремень дрожащими пальцами, но Драко мягко перехватил её запястья. — Не сейчас. Давай растянем удовольствие. Должно же оставаться то, ради чего стоит ждать… — прошептал он ей на ухо. Она наконец подняла голову, и их взгляды встретились — зелёные глаза впились в синие. Она обожала его глаза. — Иди, — произнёс он, хотя в глубине души до безумия хотел, чтобы она осталась. — Снейп, небось, уже с ног сбился, разыскивая тебя. Она кивнула. — Мы увидимся позже? Драко насмешливо вскинул бровь. — Ты только что кончила от моих пальцев и уже требуешь продолжения? Афина густо покраснела, но твёрдо ответила. — После нападения. На Астрономической башне. Драко качнул головой. — Посмотрим. — В твоих же интересах там появиться, — ухмыльнулась она. Афина обхватила его лицо ладонями и напоследок подарила ему ещё один глубокий, страстный поцелуй. Он посмотрел на неё потемневшим, пьяным от вожделения взглядом. — Я приду… — пообещал он. Она снова улыбнулась, быстро привела себя в порядок и оставила его одного в тишине библиотеки. Драко опустился на диван, пытаясь перевести дух. Наконец-то она оказалась именно там, где он и хотел её видеть. Теперь она будет принадлежать ему. Плевать, хочет она того или нет. Он всегда забирал себе то, чего желал. А сейчас он желал её. И если этот грёбаный Теодор Нотт смог её получить, то и он подавно сможет. Не то чтобы Драко внезапно воспылал к ней неземными чувствами. Да, она пробуждала в нём самые первобытные, дикие инстинкты, но всё это оставалось лишь очередным способом сделать ей больно. А заодно — наглядно доказать Теодору, что Драко Малфой всегда забирает то, что хочет. Он мог обладать ею как угодно, в любых позах и формах. И она просто не способна была сказать ему «нет».