Выбор без выбора

1124 год от О.И., 27 мая, Поместье семейства Бранте. Фехтовальный манеж. Вжух! - Минус нос, - грустно вздохнул я. Это было близко. Шширх! - Ауч! - царапина на щеке. - Быстрее, ровнее, спокойнее! Не дергайся! Не болтай! - строгий, жесткий голос. Насколько Роберт мягок в семейной жизни и осторожен в политике, и насколько суров в фехтовании. Мужик отводит душу, что тут ещё сказать? Наверное, со стороны это смотрелось слегка комично - здоровый мужик в белой рубашке медленно машет железной палкой (хотя бы тренировочной, а не боевой, как в каноне), а мальчик в серой от пота рубашке еле переставляет ноги, уворачиваясь от "медленных" ударов. - Смой кровь и продолжаем. В реальных дуэлях будет больнее, - голос слегка потеплел, но ненадолго. Я кивнул, отдышался, кое-как дополз до бочки, умылся, немного перевел дух и снова встал в стойку и приготовился уворачиваться от гребаного недошпицрутена. Я всегда любил фехтование. Ещё с детства. Мечтал быть там, ножи в ножи, глаза в глаза, как пел Высоцкий. "Кто, на новенького? Кто на новенького, ну? Кто на новенького?". Крапивинский "Мальчик со шпагой", песни Миронова, Высоцкого, Боярского, другие советские песни... А после, в современности - мрачный и смертоносный, но изящный образ охотника на ведьм Виктора фон Зальцпайра из "Конца времен" и песни немецкой фолк группы d Artagnan. Словом, шпагой я был вдохновлен. Хотя разумом и понимал, что в концептуальном плане особой разницы, чем орудовать, ножом, мясницким тесаком или шпагой нет, все это орудие для быстрого и эффективного убийства. Да и Оттонов с легионерами я буду стрелять из огнестрела или взрывать гранатами, следуя заветам известного в узких кругах Гильермо Потолота. Но в турнире победить все равно хочется... Да и на дуэлях драться все равно придется. Поэтому, чтобы когда-нибудь местный наемный убийца вроде бретера Эль Корвио не подколол меня шпажонкой, мне придется учиться "чистому" фехтованию с детства. "Грязному" - с юношества, хотя когда на горизонте появится Томмас, надо будет поупражняться и с ним. Лучше быть живым и "бесчестным", чем мертвым и честно заколотым наемным убийцей. Поэтому стою здесь и поливаю ристалище потом. Убедить отца было не сложно. Я, как и в каноне, просто брал шпагу отца, когда хотел, и отрабатывал медленные движения, поначалу без ударов. Пятилетнему ребенку хватало и нескольких секунд такого вращения. Обошлось без ран, и вскоре, до того как я осознал, как по дурацки себя веду, все разрешилось само собой. До того я банально брал на плечи деревянную палку и ходил с ней отмеренными шагами в стойке, нарабатывая привычку двигаться в стойке. Из-за своей быстрой жизни я успел поучиться фехтованию совсем немного, всего занятие, но и того, что мне там показали хватило, чтобы я имел возможность сделать хотя бы что то для повышения шансов на выживание. Отец, когда увидел меня с шпагой, сначала отобрал её и посчитал упражнения детской блажью, но на второй раз до него дошло, что я занимался по какой-то схеме, после чего последовал логичный вопрос "откуда?". Услышав ответ "в какой то книге прочитал", отец покачал головой, затем тяжело вздохнул, попытался задвинуть про "потом, когда вырастешь", на что я молча раскрыл загодя припасенную книжку. Книжка была про приключения наемного бретера-убийцы дворянина меча, наподобие Эль Корвио, только старого, бездетного и потому забившего на мнение общества о его "боях чести". "Дедушка старый, ему все равно". Я ткнул пальцем в циничные рассказы про то, что дворян мантии, "навозников" разматывать на дуэлях легко, ведь они не учились владеть шпагой с детства, чтя свой Удел. Отец взял книгу, пробежался глазами по страницам... Лицо помрачнело, книгу захлопнул. - Дети не должны читать такие книги. Но я понимаю твои опасения, сын. Что ж, если ты так хочешь, я буду тебя учить. Только не часто, большую часть времени будешь заниматься сам. И, конечно, не с настоящей шпагой - не по Уделу, да и тебе пока что бесполезно. Тренировочной - можно. Я попрошу у Стефана одолжить тебе шпагу. Кое-что я тебе все же смогу показать. Только ты внимательно слушай, что я тебе скажу и не рискуй понапрасну. Не бери с собой шпагу за пределы ристалища, даже тренировочную! Договорились? Ты ещё не дворянин, и не имеешь права носить оружие, - разумеется, договорились. С тех пор я учился правильно двигаться, держать тренировочную шпагу, уклоняться, наносить простейшие удары. Потом я не раз задавал себе вопрос, какие бы у меня были шансы на выбранной стезе без этих упражнений? Честный ответ был - никаких. А в те дни я просто уклонялся, махал запасной тренировочной шпагой Стефана, поливал потом манеж и пытался не сдохнуть. Натан смотрел на это и довольно агукал. Стефана я сумел уговорить, так как ему нужен был соперник его возраста. Разговор был типичным разговором меня и Стефана. - Стефан, пошли фехтовать! - Не по Уделу. - Так я не дворянин-офицер, я твой солдат! Я выполняю твои приказы, помогаю господину офицеру тренироваться. - Мои приказы? - Ну да, тебе же нужен напарник для тренировок! Кто-то постарше послал бы меня куда подальше, но Стефан, во первых, был шестилетним ребенком, во вторых привык к моим... Своеобразным толкованиям Удела. Так что тренировались мы вовсю, хотя и так, чтобы слуги не видели. Все всё знали, но молчали. Бранте хорошо обращались со своими слугами, и те отвечали им взаимностью. Я побеждал Стефана аж в двух схватках из десяти! И твердо был намерен к приезду Грегора Бранте довести это число до пяти из десяти.