Пролог
1 декабря 2022 г., 19:00
Примечания:
Приятного прочтения
***
Я стою в темном подъезде уже битый час, не в силах зайти в собственную квартиру. Рука в кармане уже приняла форму зажатого в ней ключа, ещё немного и останется синеющий кровоподтёк. Превратив свою жизнь в сборник неправильных выборов, я как никто другой знала что неиспользованный шанс на счастье все ещё со мной. Сейчас он лежит во внутреннем кармане пальто, прямо напротив сердца. Перед смертью не надышаться. Дальше ожидает шаг в пропасть и либо взлет до самых звезд, либо паденье на такую глубину, где невозможно выжить. Я лгу. Что самое страшное - себе. Нагло укрываясь за игнорированием очевидных фактов от непроходимой топи негативизма. Кутаюсь как в плащ невидимку, плед или благодатную ночную темень. Нервный смешок, вслед за судорогой перенапряженной руки. Хватит... действительно хватит. Все, кому это было нужно уже давно знают правду. Зачем скрываться? Я осталась одна в пустом игнорировании солнечного затмения. Все будет как нужно, в первый и единственный раз. Признаюсь себе: я знаю причину, по которой все происходит. Она всегда одна, для всех эмоций, от радости и смущения, до грусти. Это причина, по которой из существования на автоматизме, я пришла к жизни, где мысли о завтрашнем дне вызывают только улыбку. За эти годы я успела выучить ее наизусть, лучше чем свои стихи, городские маршруты и меню привычных кофеен. У причины самые мягкие волосы в мире и прекрасное чувство юмора. Губы растягиваются в улыбке. Я банальна. До однотонности, до рутины и до одного любимого цвета на всю жизнь. И похоже, уже не изменюсь. Вдох. Выдох. По венам растекается сталь, вместе с давно забытым чувством. Уверенность. Не сказать, что я успела соскучится. Слишком на многое я способна в таком состоянии. Это последняя деталь, запускающая механизм. Достаю ключ, без труда вставляя в замочную скважину. Брелок с забавным котиком стукается о метал входной двери. Слышется щелчок и я давлю на ручку. Она не поддается. - Пиздец...***
От этого события нас отделяют тысячи ещё не сказанных слов, сотни мыслей и часы крепких объятий. Стоит остановиться и вспомнить, как заканчивался наш первый совместный год. Три слова: лес, болота, Анна...***
Серебристый внедорожник свернул с шоссе, плавно сбивая скорость. Вечерело, закат стучался в окна и лобовое стекло. Отгорала последняя пора осени, радуя глаз яркими красками. Шипованная резина тихо шуршала по асфальту, гармонируя с звуком работы дизельного двигателя. В салоне, спрятанном от мира надёжным щитом тонировки, царила густая тишина. Мы приютились на светлой обивке заднего сиденья. Я пыталась отогреться, пока Анечка сжимала мои руки, сравнивая их с ледышками. Не смотря на работающую печку мои колени мелко тряслись. Как заметил один из уличных музыкантов, который привлек наше внимание ещё в Сибиу: "Nu sunt locale. îmbrăcat prea lej" . Этот грузный мужчина с ангельским голосом и мазолями на пальцах был абсолютно прав в том, что я не расчитывала на местный холод. В опущенное окно ворвался ветер затухающего года, заставляя ежится ещё сильнее. Я наплевала на стеснение и прижалась к девушке сильнее, буквально оплетая ее своим телом. Анна распахнула свое пальто, накрывая меня сверху. Стало тепло. Она словно солнышко, всегда согревала и душу, и сердце. Водитель казался приятным только из-за того, что старался молчать и вести аккуратно, избегая лишней качки, насколько это было возможно. Хотелось фыркнуть, мол сервис! Но я неожиданно сдержалась. Возможно, чему-то, но эта меня жизнь и научила. Проехав последний оплот цивилизации в виде захудалой деревушки, мы оказались на нетвердой почве грунтовой дороги, где в последний раз сверили часы. Мои показывали время в родном, безмерно далёком сейчас городе. Часы моей более предусмотрительной спутницы/любви всей жизни отставали на час, относительно моих и соответствовали местному времени. Впрочем, мы были в равном положении. Конечный пункт назначения был в такой непролазной глуши, что мне было до жути интересно, каких денег стоило провести туда электричество. А главное, зачем? Вопросы остались не озвученными и утрамбовались несильной, но все же заметной качкой. Меня начало мутить. Мысли носились хаотичным хороводом и сплетались в причудливые формы. Я вслушивалась ее в дыхание, пытаясь услышать хоть что-то, за что можно зацепится воспаленному мозгу. Ничего. Сквозь мерзкую пелену я почувствовала что Анна перехватила мои ладони, сжимая сильней, пока перекидывалась фразами с водителем. Незнакомый язык воспринимался как белый шум, мерно потрескивающий в тишине. Стало немного спокойней. В конце концов, что может случится, если она рядом? Я поправила себя: все что угодно. Но "все что угодно" с ее участием предвещало только сладость, единственную, которую я любила в этой жизни. Это вызвало глупую, абсолютно влюбленную улыбку. Начался дождь. Закат с тихим шипением потух. Картинка за стеклом окончательно смазалась, смотреть стало не на что. Успокоенная, я провалилась в сон.***
В лёгкой дреме на ее плече я не заметила, как пейзаж леса за окном изменился. Сосны росли плотнее, окружая автомобиль, грубо тесня его к середине узкой калеи дороги. Ветки широко мазали по металлическому корпусу, издавая неприятный скрежет. Меня что-то смущало. И даже не бестактность местного леса. Тревога скреблась за лёгкими, задевая тонкую сеточку переплетённых альвеол. В определённый момент показалось, что все это страшная ошибка. Лес расступился, обнажая расчищенное от деревьев пространство и начало подъездной дороги, поднимающейся в горку. Из-за тумана видимость сократилась до нескольких метров, но даже так взгляд то и дело выхватывал очертания деревянных помостов в ночной тиши. Мы ехали ещё несколько минут, прежде чем остановится. Водитель заглушил мотор и вышел. Я мешкала, наблюдая за тем, как от усталости в темноте плавают цветные круги, пока Аня собиралась. Выходя, девушка завела с ним разговор на румынском. Странно, почему я только сейчас узнаю о том, что она настолько хорошо им владеет. Надо бы спросить об этом, пока информация не забылась. Я открываю багажник осматривая вещи. Все на месте. Доставая первый чемодан я зависаю на несколько десятков секунд, вглядываясь в ночное небо подернутое дымкой. - Иди ложись. Ты же сама разберёшься? - Анна закончила говорить, отпустив водителя. Забирая из моих рук чемодан, она продолжила разгружать автомобиль. Когда мы успели взять с собой столько вещей? - Сейчас там нет света, но Януш уже пошел запускать генератор. Спальня на втором этаже, помнишь? - Помню. Ладно, я пошла. Ты точно справишся сама? По ее взгляду можно было догадаться, что она на грани того что бы просто не сорваться на меня. Сейчас ей не до обмена чуткостью. Но вместо этого, Анечка подходит ближе, крепко обнимает и произносит тихо, настолько, что приходится выслушиваться: - Пожалуйста, иди спать и не отпирайся. Если я говорю что справлюсь сама, значит, я в этом уверена. Я устала, ты - тоже. Давай просто закончим этот день? Я киваю не отрывая взгляда от ее глаз, поблескивающих от единственного источника света. Анна вымученно улыбается, наклонясь, что бы поцеловать. - Люблю тебя. - мой голос хрипит. - Я люблю тебя. - стараюсь не задохнуться от осознания, что она реальна. - Иди, пока я не бросила все и не отнесла тебя сама. Я спокойно подчиняюсь. Поднявшись на один из помостов, я без труда нахожу крыльцо главного входа. Дверь не заперта, из глубины слышатся щелчки и неразборчивые слова Януша. Поднявшись на второй этаж, я быстро раздеваюсь, наплевав на все. Спать. Сейчас, только спать. Несколько дней в пути сделали свое дело, подкосив стабильную бессонницу. В будущем, мы обязательно сядем за стол переговоров и спокойно обсудим причины того, что заставило покинуть нагретые места и оказаться здесь, в глуши румынского леса, где не ловит связь, а до ближайшего населенного пункта 200 миль заболоченной местности. Мы обсудим все как взрослые люди, без лишних эмоций и поисков виноватых. Просто у нас так. После тихих звуков шагов по лестнице и шорохов упавшей одежды, я чувствую как Аня ложится рядом, обнимая меня поперек живота. Ее руки теплые, даже после неласкового ночного холода. Кротко целует в висок, пока моя сонливость раздувает песчинки сознания, превращая реальность в пустынную гладь. Мы справимся. В конце концов, всегда справлялись. Я стараюсь воспринимать все проще. Чем эта поездка не очередная попытка бросить курить?
