Родной сераль.

Еще несколько дней прошли спокойно, насколько это было возможно учитывая присутствие сестер Султана. Утром в своих покоях Султан Касым созвал свою мать и сестер. — Валиде, сегодня вечером, Хюма Хатун и Бахарай Хатун отправятся со своими семьями в новые дома. — О чем ты говоришь, сын мой? — удивилась Ширин Хатун. — Джафер бей отныне бейлербей Варны, а Султанзаде Алемшах управлять в Бургасе будет. — Бахарай в Варну уедет значит? — спокойно спросила госпожа, хотя несомненно была счастлива такому развитию событий. — Верно, а Хюма…Она останется в Стамбуле, ее мужа я в совет дивана включил. — Синан Паша мудрый советник, да и Хюма — женщина в возрасте, ей с семьей побыть надо бы. В мыслях падишах усмехнулся: « Не намекаете ли вы, мама на то, что Хюма в мир иной отойдет скоро?» — Надеюсь, в гареме все спокойно? — произнес вслух Султан. — Эмине скоро уедет. — поняла намек сына. — Славно. К отъезду все готово? Надеюсь, Басак Калфа справится без вас? — Ты что, моей Калфе не доверяешь? Она столько лет нам была верна! — возмутилась женщина. — Я знаю, Валиде.— не смог сдержать улыбки Касым. — Сынок.— покачала головой Ширин Хатун заметив улыбку сына.— Султан огромной империи, а шутишь словно юный Шехзаде. — Валиде, — рассмеялся Касым.— Что же я, не человек вовсе? Я счастлив что у меня такая семья, от того и смеюсь и хочу чтобы во всем дворце смех звучал. — Хочешь чтобы смех звучал…— грустно повторила за сыном Султанша.— У тебя трое детей, сын мой, но счастлива только Камер. Как думаешь почему? Почему твои сыновья не бегают так же весело по дворцу? — Неслихан тоже говорила со мной об этом.— устало вздохнул Султан. — Я напишу бумагу, в которой издам указ об отмене учения для Шехзаде в Эдирне. — Вот и славно. — самодовольно улыбнулась Ширин Хатун. **** В Эдирне сияло солнце. Повелитель со своей женой мирно прогуливались по саду. — Касым, я бы хотела тебя кое о чем попросить, но не знаю возможно ли это. —Все о чем ты пожелаешь. — Выйдем к народу? Только в бедных одеждах. — К народу? Я думал ты попросишь драгоценности или что—то гораздо дороже. И все-таки, зачем тебе это нужно? — Я полюбила свой народ. Когда я впервые прибыла в Османскую Империю, я ехала по улицам Стамбула и видела этих несчастных людей. Если я стала женой Султана, то я просто обязана помочь им. — Ты такая добрая и пытаешься помочь, но ведь ты не сможешь помочь всем. — Знаю, но я помогу хотя бы некоторым. — Как моя жена ты можешь это сделать. Султан погладил волосы любимой и они продолжили путь. **** Стамбул, дворец Топкапы. Покои Валиде Хатун были полны шелков и драгоценностей. Не смотря на внешнюю красоту в покоях царил гнев. Валиде с улыбкой выслушивала гневные слова падчерицы. —.......Вы пожалеете! Вам мало было того что вы сотворили с жизнью Хюмы, так решили и за меня взяться?! — Хюма сама виновата! Вы были не на моей стороне, Бахарай и за это поплатились. Я, как любящая мать должна была защитить своего сына и ты это прекрасно понимаешь. — В чем провинился муж Хюмы? Она не шла против вас! — Она мстила мне за вашу бабку! За Валиде Хунди Хатун! — Так это же вы ее в могилу свели! — парировала Бахарай Хатун. — Она уже была присмерти и ей ничего бы не помогло, я лишь рассказала ей об отродье что она так усердно защищала. Хюма Хатун избавилась тогда от ребенка, которого зачала от приезжего бея. Сердечко Валиде не выдержало. — Вы ведь лжете! — Нет, Бахарай.— хмыкнула Ширин Хатун.— К сожалению, это правда. Кстати, именно поэтому Хюма не имеет детей. — Ладно. — горько вздохнула Бахарай. — Не вы ли надоумили моего брата—повелителя сослать меня с семьей в Варну?! — К нашему всобщему удивлению…Нет, не я. А чему ты собственно не рада? Ты теперь гораздо ближе к столице чем раньше. А твои дети мне как родные внуки, ты же знаешь. — Алемшах значит по воле повелителя отправляется в Бургас.— покачала головой Бахарай. — Верно. Алемшаху я лично жену выберу, чуть позже, а Нихан мужа. — Ты и дочери меня вздумала лишить? Ей всего четырнадцать, она еще молода. — Многие госпожи в таком возрасте замуж выходили, а то и раньше. — Ширин.— яростно прорычала Султанша. — Из уважения к титулу Нихан и того, что я люблю ее, я найду ей мужа, что будет старше ее максимум на пять лет. — Я не прощу тебе несчастную судьбу моих детей! — С чего ты взяла что их судьба будет несчастной? Я сделаю все, чтобы жизнь их была сладкой. — Посмотрим, госпожа Ширин. **** Две недели прошли незаметно для султанской четы. Неслихан занималась вышивкой, гуляла по Эдирне и ощалась с простым народом, а по вечерам вместе с падишахом скакали наперегонки на лошадях. Султан же параллельно решал дела государства и принимал иностранных гостей. Супруга Султана шла в его покои. — Ага, повелитель не занят? — спросила юная госпожа. — Нет, госпожа. Я сообщу повелителю о вашем приходе. Девушка легонько кивнула и поправила платье. — Повелитель вас ожидает.— сказал ага, выйдя из временных султанских покоев. Покои были не хуже покоев в Топкапы. В них уместились и роскошь и такая простота. Июньское солнце освещало покои так ярко, что хотелось зажмуриться. С открытого балкона дул свежий воздух, а пышные деревья протянули свои кисти. — Моя роза, проходи. Хочу чтобы ты была со мной. —Ты взволнован, что такое? — Сегодня прибудет посол из Польши. — О, Польша? — удивилась девушка. — Далеко, видно, сильно хотят встретиться с тобой. — Хотят убедиться что мы войной не пойдем на них. — рассмеялся Султан. — Польский король глупец. Он женился на своей супруге, только потому, что расчитывал земли после войны с Русью вернуть. — С помощью женщины? — Именно. — Чтож, европейцы! Чего от них еще ожидать? По покоям пронесся звонкий смех. — Σήμερα είναι η μέρα σας, επίσης, κυρία μου. Девушка улыбнулась. — Что ты сказал? — Я сказал, сегодня и твой день, моя госпожа. — Почему? — Узнаешь, весь мир узнает скоро. — Касым? — удивленно вздохнула девушка. Султан лишь хитро улыбнулся. Несколько минут было молчание, но вскоре девушка резко подскочила с фразой: —А давай танцевать? Девушка начала кружиться по комнате и весело смеяться. — Я не умею.— смеялся падишах. — Давай, давай! Падишах не смог противиться любимой и все-таки поднялся с подушки. Спустя полчаса запыхавшаяся пара остановилась. — Неслихан, давай присядем.— с улыбкой сказал Касым. — Подожди, Касым…— Неслихан резко схватила руку супруга.— Мне не хорошо. — Садись.— строго сказал Касым. Девушка быстро опустилась на кровать. Спустя несколько минут Неслихан спокойно села. — Ничего страшного, такое бывает при беременности.— вздохнула она. — Что? — подскочил удивленный падишах. Спустя несколько минут пришло осознание. — У нас будет ребенок! Султан кружил по покоям возлюбленную. — Касым, мне опять станет плохо.— смеясь вскрикнула Неслихан. —Пусть тебя лекарша осмотрит. Я хочу убедиться что с тобой и малышом все хорошо. — Хорошо. — Отныне она будет осматривать тебя каждые две недели. — В этом нет необходимости. — Ежемесячно! — сказал последнее слово Султан. — Ты носишь под сердцем моего ребенка. — Хорошо, так и быть.— согласилась девушка. Утро следующего дня началось беспокойно. —Нилюфер, что случилось? — спросила Неслихан, когда служанка резко разнавешала окна. — Госпожа, повелитель пожелал видеть вас. Сказал, чтобы вы оделись торжественно. — Принеси мне одежду. Уже спустя полчаса юная султанша петляла по коридорам Эдирне. Платье развевалось не поспевая за своей хозяйкой. Двери открылись показав самого Султана. — Повелитель.— поклонилась госпожа. — Проходи, Неслихан. — Что-то случилось, Касым? — Ничего, ты моя жена, мать моего будущего ребенка и я тебя очень сильно люблю. Сегодня ты со мной будешь принимать посла. — Но… Кто я такая? Что скажет посол? — Что Хасеки Султана Касыма невероятно очаровательна. — Хасеки? — удивилась она. — Да, я придумал этот титул тебе недавно. — Что оно означает? — Озночает «жена падишаха». Выше тебя, только я и Валиде. Ты, отныне, Хасеки Неслихан Кесем Султан.