Империя Хач в эпоху Сатору Первого

***

      Красивый парень сидел на скамье перед тренировочным полем и натирал свой меч, пока преподаватель что-то говорил про правила безопасности и прочее. Между этим он обводил всех оценочным взглядом, хоть это было зря. Он считал, что на этом поле достойного противника для него не было. Хотя огр, который значительно выделялся среди остальных учеников, производил хорошее впечатление. К нему подсела его подруга.       — Мика, чего ты тут один сидишь? — проговорила весело девушка.       — Да так, чему меня на этом занятии могут научить? А ты чего отлыниваешь, Нана? Твои навыки оставляют желать лучшего, — без энтузиазма ответил Мика и убрал меч.       — Эх, снова хамишь, кто только тебя такому научил. Неужели Саю? — обиженно ответили ему. Нана ударила своим хвостом хвост своего друга, на что тот посмотрел на неё, как на идиотку.       — Никто меня не учил дерзить. Прям как тебя уму разуму, — ответил ей он. Мика встал и потянулся. Надо же было его сейчас трогать и затрагивать тему воспитания? Это раздражало.       — Ты про то, что я раздражаю уже часть группы? Ну и что, на мой взгляд забавно. Мне же не нужно с ними дружить, некоторые действительно надоедают, — посмеялась змея и встала за Микой.       — Ты не выглядишь как та, кто занимает доминирующую позицию. Встретимся на тренировочной площадке, если успеешь доползти. Все уже ушли.       Мика тронулся с места и очень быстро пошел в сторону группы.       — А? Эй! Не надо недооценивать мой хвост, уродец!

***

      — Они снова излишне шумят и выделяются, — прокомментировал Глен, периферией зрения наблюдая за взаимодействием рептилий. Сейчас он тренировался с Ноа, они сами вызвались стоять в паре.       — Ахаха, да ладно тебе. Как будто они кому-то мешают, — Ноа сделал очередной удар, но Глен легко парировал его, забавно выгнув бровь. — Почему ты такой сильный?       — Потому что ты слаб, — герой покачал головой. — А еще отвлекаешься, потому что тебе действительно мешают.       Ноа вздохнул и приземлился на землю. Он действительно устал. Как от одностороннего спарринга, так и от всего целом, но ему нельзя было выносить это куда-то за пределы своей мокрой подушки. Глен присел рядом с ним и дал бутылку воды. Когда только успел за ней сходить?       — Спасибо, — улыбнулся парень и сделал несколько глотков.       Прошла уже неделя с начала обучения в академии. Ноа нашел действительно много знакомых, но и неприятелей успел нажить. Неиронично в группу неприятелей входил объект его любовных воздыханий, однако не удавалось понять, чем было вызвано такое отношение. Возможно из-за натянутых отношений между их кланами. Исторически сложилось, что между кланами Укротителей драконов и Ядовитых змей были натянутые отношения.       После церемонии ученики разделились на группы, особенно известными из них были две, которые в первую учебную неделю успели выделиться, когда их участники подрались за академией. Кто-то говорил, что Саю поставила подножку Терри, когда та несла гору тяжёлых учебников. Кто-то говорил, что Терри прямо во время обеда зарядила в Саю квашеной капустой. Правду могли знать только они. Остальных же не волновало, кто виноват, когда толпа собралась за академией. Перед ними предстала такая картина: обе волшебницы схватили друг друга за волосы, а другие участники их кланов пытались их разнять. Ноа крепко вцепился в спину спину Терри, упрашивая её сейчас же остановиться. Глен, который легко мог остаться в стороне, крепко взял за плечо Саю, выполняя просьбу Ноа сдержать её. Недалеко от битвы, опираясь спиной о кирпичную стену, кидали радостные овации Мика и Нана, требуя продолжение. Только тогда две девушки опомнились и поняли, что они здесь не одни. Они отпустили друг друга и, пока чебурашка развернул к себе подругу и стал расспрашивать о её самочувствии, девушка с чёрным каре бросила взял на рыжеволосого и пустила слезу. Неизвестно, что её расстроило, но ей явно не хотелось видеть, что Ноа поддерживает не её. Она проследовала к своим соклановцам, что недавно болели за неё, а к чебурашке и девушке в белых одеждах подбежал обеспокоенный Эст.       Неожиданно над Ноа возникла тень, что вывела его из раздумий, которая перекрыла палящее солнце. Он в удивлении поднял взгляд и увидел перед собой синего огра, который держал руку перед собой, предлагая чебурашке чебурек.       На самом деле омега не относился к нему как-то не так, он был довольно толерантен во всех взглядах и его совсем не пугал вид огра. Просто тот был немного странным и вечно следовал за ним, как будто что-то хотел. Ноа иногда пытался поймать его, но у него ничего не получалось, огр стремительно убегал. Кажется, его звали Джек, ему где-то удалось услышать его имя. Удивление вызвало то, что к чебурашке все же решились подойти. С чебуреком.       — Извини? — спросил рыжий, не понимая для чего ему протягивают чебурек.       — Я хочу подружиться с тобой, — пропищал огр. — Поэтому прими это, если тоже хочешь.       Сбоку от себя Ноа услышал смешок, он повернул свою голову и увидел дрожащего Глена, который уткнулся головой в колени и пытался сдержать смех. На самом деле чебурашка его понимал. Но ничего не оставалось, было некрасиво смеяться кому-то в лицо и он с улыбкой принял чебурек.       — Конечно, но этого не было нужно. Ты мог просто подойти, — покачал головой Ноа.       Огр качнул головой и ушёл, ничего не сказав. Видимо ему что-то такое далось морально тяжело? Возможно у того не было друзей, и Ноа стал ему в этой академии первым другом.       — А ты популярен, — задыхавшийся Глен наконец-то подал свой голос, в котором чётко прослеживались не скрытые смешинки.       — Эй, ты совсем офигевший? Я тебе еще отомщу когда-нибудь за весь твой смех, ты просто дождись, — ответил Ноа. Однако долго продержать свой серьезный тон у него не получилось и он тоже засмеялся. — Но это было очень смешно и странно.       — И я о том же.       На этот раз тень возникла над Гленом, и его лицо сразу же приобрело свое обычное серьезное выражение. Он обратил свой взгляд на очередного беспокоившего их перерыв. Герой был готов поклясться, что из-за близости подошедшей рептилии его новоиспеченный приятель сейчас откинется.       — Ты что-то хотел, Мика? — спросил Глен и встал, отряхнув свои запачкавшиеся штаны, благо им выдавали спортивную форму.       — Хочу спарринг с тобой, — быстро ответили ему и кинули меч, который Глен без проблем поймал. Он не видел логики в том, что этот «Кроки» вызвал именно его. — Ты выглядишь сильным.       Мика перевёл свой взгляд на Ноа, как будто намекая на что-то. Всем было очевидно, что их навыки очень некрасиво сравнили и уже сделали всевозможные выводы. Но в этот момент стремительно подбежали Эст и Терри, послышался звон колокола, который оповещал об окончании занятия.       Глен хмыкнул и бросил меч обратно. Он не пытался спровоцировать Мику. Просто каждому вдавалось свое оружие для практики, которое имело определенный вес для более интенсивной тренировки. Глену не хотелось тащить всю эту тяжесть лишний раз. Дело было больше в лени, чем в отсутствии сил.       — В следующий раз.

***

      Тихий бубнёж сопровождался недовольным стуком указки преподавателя химии, которому явно не нравилось, когда во время занятия ученики прерывали его монолог, что спокойно бы сразился по объёму с «Война и мир Сатору». Многие ученики дремали прямо на партах, не выдерживая давления заумных слов. В эту группу спокойно входила Терри, нынче известная задира, которой в зубы хоть не смотри. Нана, сидящая неподалеку, составляла ей неплохую компанию, когда сопела в такт. Лишь перед своими друзьями она выделялась лёгким нравом, но врагов не терпела. Эст же, хоть и казался сначала максимально ответственным человеком, любил порисовать в блокноте. Ему нравилась творческая деятельность.       Глен и Мика, сидевшие за одной из последних парт, успели стать неплохими собеседниками. Ранее герой сидел один, будучи незаинтересованным в новых знакомствах, но когда к нему подсел Мика, неожиданно разговорился, так как гость стал расспрашивать у него советы по владению мечом. Члену «Ядовитых змей» явно не хотелось в чём-то отставать от будущего товарища, ведь он казался ему очень сильным, и Мика хотел стать таким, как он.       Ноа теребил в руках ручку, не зная, чем можно занять себя в столь нелёгкое время. С Гленом уж точно не поговоришь, особенно, когда тот рядом с Микой. Подумав о последнем парне, чебурашка нервно сглотнул, а спина покрылась колкими мурашками. Что-то было в Мике такое загадочное, манящее, заставляющее глазам ползти по силуэту. И тут чебурашка уронил ручку на пол, потерявшись в фантазиях собственных мыслей, и наклонился за принадлежностью. В спине рыжеволосого кто-то явно прожигал точку, от чего тот быстро вернулся в исходное положение и посмотрел в сторону. Его серо-голубые глаза встретились с другой парой голубых. Обладательницей бездонных озёр была Саю. Ноа от неудобства сначала отвёл взгляд, но, заметив, что девушка с каре всё ещё смотрит на него, он вновь направил зрачки в сторону и получил комком смятой бумаги в лицо.       «Записка от Саю? Странно… Что же ей нужно от меня, » — размышлял Чебурашка, разворачивая передачку. Ожидать можно было чего угодно, но то, что получил Ноа, заставило его передёрнуться во второй раз за минуту. На листке была написана просьба остаться в кабинете после звонка. А ведь это был последний урок. Может задумала пакость какую? Как никак парень и девушка не особо-то и ладили. Рыжеволосый, сложив записку втрое, набрался решимости посмотреть в сторону Саю, дабы прочитать по её выражению лица, чего она хочет. В такие моменты приходилось надеяться на личную проницательность, но сейчас она не работала: темноволосая словно испарилась, железно направив взгляд в сторону педагога естественных наук, и стала его внимательно слушать. Что поделаешь, когда чебурашку пожирают взглядом, то нарочно игнорируют. Внезапное приглашение не могло не настораживать, так как чебурашка ранее не общался с одноклассницей. Любопытство Ноа всегда было сильнее его самого, потому тот мысленно сразу согласился с предложением.       Он бережно сложил смятый лист и сунул в карман брюк и посмотрел за окно: небо заметно потемнело, надвигались тучи, приближалась томящая сырость. Какая жалость, чебурашка ведь совсем не взял зонта. Оставалось лишь надеяться на великодушие горничного Хуа, что догадается о недуге своего хозяина. Почти всегда так и было, ведь слуга привык к тому, что Ноа, видимо, совсем не приспособлен к жизни. Однажды, когда рыжеволосый забыл о том, что суп нужно есть ложкой, а не вилкой, призрак еле успел словить летящий суп в ладони, чтобы пол оставался чист. Хуа очень ценил своё время, которое работа по дому итак отнимала много, а тут ещё небрежного инцидента не хватало. Ошибкой слуги было то, что он забыл, что хозяин не любит есть суп ни холодным, ни тёплым. Крик был оглушающим. Даже сейчас Ноа помнил, как долго извинялся перед плачущим другом.       «Любопытно, помнит ли он тот случай? Надо лучше показывать ему, что он не только домохозяйка, но и мой друг, » — размышлял виновник слёз парня в костюме горничной. Ноа прилёг на стол, подмяв предплечья под голову. Спешить некуда, подождёт так.       Со звонком толпа ученика полетела из аудитории. Всем хотелось поскорее убраться домой. Самых суетливых, как Терри, беспокоила погода за окном и они переключались на бег.       В этом плане Глен и Мика были довольно спокойны: они неторопливо собирались, обсуждая между собой стратегию для бойцовского поединка. Однако, воспитание героя не позволяло тому уйти, не попрощавшись со своим товарищем, что успел уснуть прямо на парте. Пока Глен тянулся к плечу друга, Мика, стоявший рядом, так и пробубнил себе под нос: «Недотёпа.» Крокодила искренне поражало, что герой легко поладил с чебурашкой, да ещё и в первый день. Чего особенного в этом Ноа? Типичный посредственный ученик с базовой целью. Но, видимо, сам Глен так не считал. Он легонько потряс спящего за плечо и облегчённо выдохнул, когда Ноа проснулся.       — Который сейчас час? — рыжеволосый устало потирал глаза, а перед ним плыли два силуэта.       — Час мокрой головы и заодно жопы, — проронил Мика, указывая на приближающийся ливень. Изначально он не планировал влезать в диалог, но сам не заметил, как это случилось. Крокодила позабавило, что чебурашка не сразу понял, о чём идёт речь.       — Занятие только кончилось, не беспокойся. Кажется, скоро будет моросить. Ты пойдешь с нами? — Глен решил истолковать ситуацию, чтобы не терзать друга, что до сих пор считал баранов, прыгающих через забор.       — Спасибо за предложение, но у меня ещё есть дела, — рыжеволосый почесал затылок, — давайте в следующий раз, хорошо? А пока поспешите домой.       — В следующий раз, так в следующий раз.       Глен хорошо понимал, что уговаривать новоиспечённого друга бесполезно, так что он оставил это дело. Герой пошёл прочь из помещения, оставляя после себя лишь эхо из топота. Мика не хотел отставать от него и тут, но ему также было интересно, что же побудило Ноа остаться здесь. Кашель из-за соседней парты указал ему на ответ. Прямо перед ним сидела Саю, его лидер и подруга. И как давно она тут сидит? Он ведь даже не заметил девушку. Особенностью связи «Ядовитых змей» являлось то, что они понимали сигналы друг друга без слов как никто другой. Прямо сейчас Саю свела брови к переносице, намекая о том, чтобы обладатель чешуйчатого хвоста покинул помещение. Фыркнув, Мика скрылся за дверью — всё равно Глен ждёт.       Стоило Саю и Ноа остаться одним, как девушка спросила:       — Ты ведь тоже это чувствуешь? Не думаю, что это может быть совпадением, — от неудобства момента обладательница каре перебирала волосы, — мы ведь соулмейты.       — Да, ещё с самой первой встречи, — Ноа наконец развернулся к Саю, готовый к любому исходу событий, — я бы хотел узнать тебя получше, раз на то пошло…       — Нет, ты меня не понял. Мы имеем особую связь, но, понимаешь, мне это не нужно. Я пригласила тебя сюда, чтобы сказать об этом, так что, пожалуйста, не мешай мне. Я пошла учиться сюда не с целью искать своё будущее.       — Вот как, — со лба парня потёк прохладный пот, — но и ты меня не прибедняй, у меня тоже есть свои заботы, но встретить настоящего соулмейта честь для меня. Раз уж ничего более невозможно, то тогда мы можем быть обычными одноклассниками? Контакта нам точно не избежать.       — И я того же мнения, — Саю протянула руку Ноа, и они скрепили ладони в рукопожатии, — рада, что мы подумали об одном и том же. По рукам.       Ребята пожали руки. Вся ситуация выглядела максимально странно и нелепо. Говорить более было не о чем, а от накаляющей атмосферы обоим лицам хотелось скорее покончить с разговором. Не дожидаясь конечных слов парня, девушка разжала ладонь, попрощалась и быстро помчалась прочь. Она могла сказать такое своему настоящему соулмейту? С одной стороны жестко, но разве можно назвать жестокостью то, что девушка сразу сказала незнакомцу «нет»? И тут борьба противоречий. Что-то внутри сдавливало органы плотной натянутой нитью — сила соулмейтов. Плоховато, что понимание связи началось с неприятного события.       Несмотря на то, что Ноа и Саю были разными людьми, схожесть у них всё же была — растерянность. Как назло, на улице лило как из ведра, а девушка стояла без зонта. Сырость. Девушка обняла плечи, прокручивая в голове произошедшее, но их поток сбило хлюпанье обуви по лужам. К крыльцу академии, на котором стояла девушка, летел зонт. Зонт в воздухе. Может это кто-то, а может даже что-то? Саю сделала шаг назад. Незаметность приближалась к ней. Тупиком оказалась колонна, стоящая позади девушки с каре. Спустя мгновение над ней навис зонт.       — Наверное, тебе это потребуется? Можешь взять, — прозвучал голос. Может это говорящий зонт?       — Кто ты?..       — Точно, ты ведь не видишь меня, извини за такое приветствие. Я пришёл за своим другом, — горничный гордо вытянулся, успев забыть, что он невидим для Саю, — а тебе, видно, нужна помощь. Вот, возьми зонт.       Девушка потянулась за ручкой зонта и вздрогнула, почувствовав тепло ладони незнакомца. Она приняла зонт и почувствовала, как что-то направилось в помещение.       — Погоди, — крикнула Саю вслед, — как тебя зовут?       — Я Хуа, — отдалось в ответ и сразу растворилось.       В этот момент сердце Саю почему-то забилось быстрее.

***

      Витя спокойно подметал пол перед храмом, усердно следя за тем, чтоб не осталось ни одного листочка, а то потом ему бы устроили хороший вечер. Он давно не получал весточки от кого-либо и чувствовал себя максимально одиноко. Впрочем, чего он ожидал? От его семьи невозможно было чего-то дождаться, а окружение его ограничивалось Обанаем. И вот, наконец, появился новый знакомый, с которым он мог бы общаться, но и того отправили на обучение.       Однако он ничего не мог сказать против этого. Всё чаще его стали мучить плохие сны, которые были не очень хорошим знаком, но растолковать их было сложно. На обучение подобному мастерству жрецы обучались много лет. Правда сны Вити были невероятно уникальными, поэтому никто их серьёзно не воспринимал. Жрецу было обидно из-за этого, ведь ему действительно хотелось бы помочь избежать своему народу всех бед.       — Дождь начинается, — проговорил он, когда пара капель оказалась на его очках. — Причем теплый, удивительно.       Неожиданно он почувствовал чужие ладони на своей талии и поник, потому что понимал, что их обладатель не нёс своими действиями ничего хорошего.       — Пойдёшь сегодня в мои покои? — тихо спросил Обанай и положил свой подбородок на плечо Вити. Последнему оставалось лишь покорно кивнуть и отставить метлу, ведь он не хотел навлечь на себя гнев и проснуться завтра с переломами.       Глаза Обаная сверкнули и он грубо схватил его за руку, таща внутрь храма. Покои всех жрецов находились в нём же. Все они были скромно, но элегантно обустроены. Конечно покои более старших жрецов были обставлены намного изысканнее.       Вите нравилось быть в покоях Обаная. Они были красивыми и в них было уютно просыпаться утром. Пожалуй, это был единственный из плюсов их больной связи, которую младшему хотелось когда-нибудь разрушить, каким-то образом выбравшись из этого капкана. Неважно сколько пройдет лет, он обязательно добьется этого.       За своими мыслями Витя не заметил, как они уже подошли к месту главного действия. Его грубо протолкнули внутрь. Он не особо сопротивлялся, просто понимал, что Обанай не считал нужным как-то церемониться с ним. Старший лишь показал взглядом, что Вите стоит начать раздеваться, пока стал раздеваться сам. Жрец не хотел, чтоб его одежды оказались в ужасном состоянии, что было хуже половых тряпок, поэтому он начал раздеваться.       — Ты сегодня так молчалив, мой милый, — Обанай подошел ближе к Вите, сначала он провел своей ладонью по его щеке, а потом открыл рот, просунув в большой палец и придавив язык. — Тебя кто-то обидел?       — Нет, — промычал Витя и зажмурился, когда почувствовал, что один из его сосков сильно скрутили чужие пальцы. Он не мог не признать, что это было приятно, наверное, это было его чувствительно место.       Младший опустился на простыню и тихо выгнулся, когда и вторая рука стала играться с его чувствительным местом. Обанай лишь хмыкнул и опустился вслед за своей «жертвой», прежде всего отдавая все свое внимание шее, что так и манила обновить метки, которые он поставил вчера. Невероятно раздражало то, что за их формой меток совершенно не было видно. Многие позволяли себе смотреть на Витю, но Обанай достаточно хорошо дал им понять — на какую-то территорию заходить не стоит.       Когда Обанай закончил с метками, то он перешёл на грудь своей омеги, лаская ее языком, получая в ответ от нижнего громкие стоны. Он всегда был громким, особенно когда старший приносил ему боль. Кричал во всю глотку, это возбуждало. Поэтому Обанай не сдержался, он никто не сдерживался с ним, и укусил один из его сосков, прокусывая его до крови. Витя заверещал.       — Тебе так нравится? — хрипло проговорил Обанай. Он не был раздет, поэтому его штаны очень мешали, ведь у него уже хорошо стояло. Жрецу не терпелось, и он переместил одну из своих рук к своим штанам, чтоб спустить их.       Успешно разобравшись с штанами, он провел своими ладонями по чужим бёдрам, чувствуя, как всегда хорошо, тепло чужой кожи, при этом всём наслаждаясь запахом, который испускал Витя. Запах Вити был слегка приторным, словно стекающая карамель. Но ещё больше Обаная заводил запах страха младшего, что не мог противиться судьбе. Жрец был подобен игрушке в руках могущественного волшебника. Безумно послушной и слабой. Обанай решился не медлить и стремительно переместил свои крупные пальцы к чужому входу, на пробу засовывая сразу два. Они не так давно занимались этим, буквально вчера, Обанай не видел смысла разрабатывать свою пассию.       Вите было больно, очень больно. Он всегда знал, что Обанай тот ещё мерзавец, но чтобы настолько… младший жрец, зная какую боль сейчас испытает, вцепился в чужие плечи и тихо всхлипнул, прикусывая собственную губу, потому что в него уже начали входить. Смазка из-за отсутствия удовольствия совсем не выделялась, поэтому было еще больнее. Обаная же все устраивало, ему нравилось, что за него цеплялись как спасательный плот. Тот самый плот, что является единственным спасением в бескрайнем уничтожающем море. Кто знает, сколько сладкий ещё продержится? Обанай, когда, наконец, вошёл полностью, то не стал медлить и стал стремительно вдалбливаться в горячее нутро. Крепко сжимая веки, Витя вжался в плечо Обаная, надеясь, что скоро этот кошмар закончится, море высохнет, а спасательный плот больше не понадобится.

***

      Лич спокойно шёл и вчитывался в список своих дел. На него взвалилось множество задач из-за отсутствия второго генерала. Нужно было проверить, что в главном дворце работа идёт так, как надо. Конечно, тут работали ответственные демоны, но ведь и в стоге сена можно найти иголку. Раз в месяц индивидуумы, которые портили царский покой, точно появлялись. Чайлд всё еще размеренно следовал своим намеченным пунктам, но, к сожалению, ему не посчастливилось оказаться не в том месте, не в то время. А именно около покоев Его господина. Что-то было не так, ему точно не послышался удар стекла. «Ну что опять, » — пронеслось в голове у парня. Дел итак было по горло, а тут что-то произошло. Игнорировать точно нельзя, Саня мог бы не простить. Да и мало ли? Вдруг сам владыка поранился и лежит в настоящее время в полуобморочном состоянии, и хрипло просит помощи. Такой нелепой смерти нельзя было бы допустить.       Обычно разгром был в принципе невозможен, потому что большинство вещей король призывал из своего духовного пространства. Правитель не признавал материальных вещей, так как считал, что они ограничивают потенциал магической силы и сводят его к нулю. Что же случилось в этот раз? Чайлд решил не гадать и просто постучать в дверь, на что он услышал подавленное: «Входи». Наверное, показалось.       Он не стал медлить и открыл дверь. Перед его глазами показалась не такая страшная картина на первый взгляд. Всё вышло даже более, чем просто. Его правитель сидел на своем излюбленном диване, а в его ногах лежал разбитый шар. Шар предназначался для того, чтоб буквально следить за нужными людьми или событиями в любой точке времени. Саня был своего рода гадалкой. Он практиковал и гадание на таро, на которое порой напрашивался рыжий. Конечно, подобные методы работали не всегда, та же техника всё же барахлила и могла выдать что-то не то. На шаре виднелись остатки фиолетовой магии, это свидетельствовало о том, что его владелец сам разбил его. Может быть, его что-то разозлило. Мог лишь знать сам Саня, ведь его чувства не всегда можно было прочитать.       — Чайлд, этот шар действительно ужасен, я увидел то, что не должен был видеть, — сказал Саня, прикрывая свои глаза ладонью. — Больше не заказывай шары у этого мастера, найди что-то лучшее по качеству, умоляю.       — Хах? Ничего себе. Хорошо, но если не секрет, то что вы увидели?       Саня вздохнул и многозначительно посмотрел на него. Генералу было очень интересно какую информацию впитали в себя эти глаза, чтоб он стал таким.       — Божественную комедию.