Дорогая Крис

«Дорогая Крис, Здравствуй, родная. Мы с тобой не виделись очень давно, как ты поживаешь? Наверное, у тебя возник бы вопрос: «Что за хуйню ты опять придумала, Индиго?» Я не знаю. Я писала свое предсмертное нытье уже 1000 раз, пишу его и сейчас. Это — письмо, которое даже не дойдет в руки к своему адресату, которое никогда и никто не прочтёт. Никто, кроме меня. Ты заставила мое сердце биться снова в мае 2020 года, помнишь ли ты тот день? «А татуха у тебя ниче такая, зачетная. «Индиго», ты типо не такая как все?». Ты сказала, что я похожа на Арабию, с такими же большими и колючими шипами. Я до сих пор помню, как ты выводила пальцами невидимые узоры вокруг моей татуировки, обводила каждую букву миллионы раз, рассматривала ее и ухмылялась сама себе. Моя кожа до сих пор горит, когда я вспоминаю об этом. Я помню каждый твой взгляд, помню все редкие комплименты, которые ты мне делала. «Зачетная стрижечка, Индиго. Черный идет тебе намного лучше». Как жаль, что сейчас я перекрасилась в синий. Помню, как ты подарила мне георгины. Они были слегка помятые, пару бутонов надломилось, где-то поредели лепестки, но они оставались такими же прекрасными. Они завяли на следующий день, но всему виной яркое солнце, кто бы что ни говорил. Я храню в памяти все те дни, когда ты была со мной мягка, когда рядом не было твоих друзей. Почему рядом с ними ты становишься другим человеком? Нет, я не виню тебя, я все понимаю. «Так сложились обстоятельства, ты же знаешь, что я никогда так не думала». Я верю тебе, ведь я знаю, что это правда. Ты не считала меня заносчивой надоедой, прилипалой, дохуя умной, «Отъебись, Индиго», ведь ты меня любила, а я любила тебя… У нас никогда не было проблем. «Лиза, что за хуйню ты опять себе надумала? Все проблемы только у тебя в голове, не выводи меня из себя». И это чистая правда, у нас никогда не было проблем, ведь проблемы — удел слабых, а слабость ты никогда не уважала. В твоих глазах всегда царил морской штиль. Я любила июль, ведь тогда ты смотрела на меня по-другому. Почему же все изменилось? «Хватит доебываться до меня. Мишель — хорошая девчонка. Я не думала, что ты такая собственница. Чтобы начать с кем-то общаться, мне нужно спрашивать у тебя разрешение?». Я не виню Мишель, ведь она хорошая девчонка. Я с трепетом вспоминаю все проведенное с тобой время, даже те дни, когда ты приходила домой пьяной, ведь именно тогда ты говорила мне, как сильно я тебе нужна. «Если бы не ты, Индиго, я бы давно уже загнулась где-то в подворотне». Ты всегда смотрела на меня снисходительно, как на маленького неуклюжего щенка. Прощала мне все мои проебы и смеялась, всегда очень громко смеялась. «Индиго, тебе пора перестать заниматься хуйней и начать взрослеть. Не выдумывай себе всякую чушь, ты же знаешь, что ты мне необходима». «Все клятвы о любви — полная хуйня, ты же знаешь, что я думаю об этом. Неужели тебе не хватает моей любви?». Мне всегда ее хватало, ведь ты любишь не как все остальные, ты любишь по-своему. Ты всегда знала лучше меня, с кем мне стоит общаться, а с кем нет. Ты ведь понимаешь людей намного лучше и «чуешь издалека гниль людскую». «Будет лучше, если ты перестанешь общаться с Виолеттой. Она поебанная жизнью наркоша, первым же делом тебе нож в спину всадит». И я сделала так, как ты сказала, ведь ты всегда была права. Я знаю, что никому, кроме тебя, я не нужна, и ты это тоже знала. Я не могла доверять никому, кроме тебя, ведь от любого близкого мне человека можно было ожидать подставу. «Сдались тебе твои фриковатые недодрузья. Лучше проведи время вместе со мной». И я всегда была рада проводить с тобой вечера. Только потом ты всегда уходила к своим друзьям, но мне не было обидно, правда. Я ведь все понимаю. «Неужели я, блять, уделяю тебе недостаточно времени? Мне нельзя пойти расслабиться и отдохнуть с друзьями? Это повышенное внимание к себе, Индиго, хватит требовать дохуя. Ты же и так знаешь, что я уделяю тебе каждую свободную минуту». Иногда ты была совсем не в настроении. Мне всегда хотелось тебе помочь, и я помогала, просто ты просила помощи по-своему… «Я не хочу сейчас разговаривать, Индиго, ты же знаешь, чем ты можешь помочь мне». Лучше бы я никогда не знала. Я так благодарна, что у меня была ты. Я благодарна за все, что ты сделала для меня. Без тебя я бы не справилась. «Хорошо, что у тебя есть я, Индиго. Что бы ты без меня делала». Я помню тот день, когда ты назвала меня по имени… Ты тогда сильно перепила и долго извинялась за синяки на моих ребрах и разбитую губу. Ты долго плакала, целовала мои пальцы и молила, молила о прощении. Но я никогда не обижалась на тебя, честно, ведь ты не хотела, чтобы так вышло. Тебе было жаль. «Мне так жаль, Лизонька. Я прошу, прошу, прости меня. Ты же знаешь, что я никогда не хотела делать тебе больно. Я не могу контролировать это». Мне было так страшно, когда ты пришла домой вся в крови. Нет, я не боялась, что ты убила человека, я не хотела, чтобы тебе было больно. Иногда мне кажется, что вся раковина по сей день так и стоит в фантомных каплях крови. «Хватит рыдать, Индиго, лучше помоги мне перевязать раны. Или ты хочешь, чтобы я подохла от потери крови?». В тот ноябрьский вечер я заработала первые седые волосы. Я не помню, в какой момент у нас все пошло не так? Может, ты знаешь ответ? Новый год мы отмечали вместе. Я, ты и твои друзья. Перед моими глазами все еще ты и Мишель. Почему она лежала на моей стороне кровати?.. Во второй раз ты уже не извинялась. Ты не плакала, не целовала мне пальцы и не вымаливала прощения. Но я все понимаю, я это заслужила. «Ты плачешь? Для чего? Хватит делать вид, что тебе это не нравится. Ты же ебучая мазохистка, ты любишь, когда тебе причиняют боль. И ты это знаешь». Но в тот день я впервые подумала, что ты не права. Я не любила боль, но терпела ее от тебя, потому что тебя я любила… Ты не извинялась и в следующие разы. Только смотрела, как на глупого маленького ребенка. Ты всегда так смотрела. Колко. Пристально. Больно. Очень больно. Знаешь, ты сломала меня в феврале. Да, тот самый февраль стал для меня последним… Последним, когда я чувствовала себя живой. Я помню твой пустой взгляд. Ты смотрела сквозь меня, словно думала о ком-то чем-то другом. В тот день, 14 февраля, когда все должны бежать навстречу к своей любви, я бежала от тебя сверкая пятками. Может быть, это была главная ошибка в моей жизни? Может, это я во всем виновата? Я не знаю. Считаешь ли ты меня виноватой? Иногда я жалею, что я сбежала в тот день, но ты, кажется, никогда об этом не жалела, ведь ты даже не искала меня. Видимо, я была плохой девчонкой. Мне всегда было тяжело без тебя. И ты опять оказалась права, все мои друзья — вовсе мне не друзья. Никто не остался со мной рядом, но почему? Я не знаю. Ничего не знаю. Ты ушла из моей жизни — пришла моя милая пустота… У меня осталась твоя кепка, но я никогда не надеваю её. Она слишком сильно давит на голову. Не мой размер. Моя квартира полностью пропахла тобой. На столе все еще стоит золотистая тарелка с окурками. Кажется, они покрылись пылью. Когда же ты вернешься, и к ним добавится еще один, свежий? Георгины, подаренные тобой, давно завяли. Нет, я не выбросила их, они стоят на подоконнике. Иногда может показаться, что от них все еще пахнет машинным маслом. «Держи, Индиго. Их немного помяло, но ниче. Тебе же нравится?» Мне очень, очень нравится. Я никогда тебя не искала. Правда, никогда. Ты сама нашлась. Зачем ты пришла ко мне в мае 2021? В тот день я тебя возненавидела. Я поняла, что ненавижу в тебе все. Ты долго кричала. Кричала, ругалась, била стены, смотрела дико. Так дико, что мне стало страшно. Почему ты не хотела уходить? Ты все стояла. Стояла и ждала. Чего ты ждала? Я никогда тебя не прощу. Теперь никогда. «Хватит тратить время на эту хуйню. Заканчивай выебываться, Индиго. Зачем ты опять выводишь меня из себя. Ты же знаешь, что мне жаль». Тебе никогда не было жаль меня. Я поняла это. Тебе было жаль лишь себя. Я выкинула твою кепку, тарелку с окурками, засохшие георгины. Я выкинула тебя из своей жизни. Теперь я точно знаю: Ты ушла — ушли проблемы. Ты сломала меня, Крис. Сломала мою жизнь, мой май. Ненавижу ли я тебя? Нет. Я никогда тебя не ненавидела, мне все равно. Теперь мне все равно. Просто никогда больше не приходи, не ищи меня, не жди на лестничной клетке. Не встречай меня у двери, не жди на просиженном жёлтом диване, не спрашивай, какой фильм я хочу посмотреть. Просто исчезни. Исчезни, как это сделала моя искренняя любовь к тебе. Я никогда на тебя не обижалась, не обижаюсь и сейчас. Я отпускаю тебя, твои волосы, прокуренный хриплый голос, твои руки, запах машинного масла от одежды, прогулки по свежевыпавшему снегу, совместные вечера, наш май, посиделки за кухонным столом с кружкой крепкого холодного кофе, покрытого пленкой, кровавую раковину, бинты, синий LD и старую плазму с DVD плеером. Я больше никогда не вспомню тебя. Там, где я буду, я не вспомню никого. Надеюсь, и меня никто не вспомнит.

Прощай, родная, будь здорова и счастлива,

Твоя бедная Лиза».