Все пошло.. слегка иначе

- ну же, давай! Лечи его!! Слезы падали на холодный снег, смешиваясь с кровью и пеплом. Такие горячие, они оставляли дыры, будто вниз упало что то тяжелое, похожее на пулю или металлический шарик. Однако, не смотря на то, что слезы это просто вода.. именно эти капли были тяжелее любой пули и любого металла в мире. Они несли в себе боль и горечь одного маленького больного мальчика в забавной пятнистой шапке, рыдающего над телом умирающего друга. - почему не работает?! Ну же!! - Ло.. оставь это, я умираю.. - нет! Я так просто тебя не брошу, Кора-сан! Вы будете жить! Будете.. И маленькое тельце падает на грудь безмятежно улыбающегося мужчины. Губы, измазанные алой помадой, так сильно выделяющейся на бледной коже, растянулись в последней улыбке, а рука тяжело опустилась на голову рыдающего мальчика, сбивая головной убор в снег. - помни, Ло… Я люблю тебя.. И пираты, и дозорные по всей округе вздрогнули, услышав истошный, почти нечеловеческий крик. Казалось, воет раненное животное, загнанное в угол. Далеко ли это от правды? Не так уж. Когда люди добежали до мертвого тела Донкихота Росинанта, там уже никого не было. Лишь меховая шапка лежала рядом с безмятежно улыбающимся человеком. Можно было подумать, что он спит и видит приятные сны.. если бы не множество пулевых отверстий в его груди. Спустя 13 лет, Дресс Роза - ДОФЛАМИНГООО!!!! Яростный крик Мугивары отражается от скал и эхом проносится по всему острову. Площадь, на которой шло сражение, была почти полностью покрыта кровью, лишь кое где ещё оставались маленькие пятнышки грязного, покрытого пылью и обломками, но чистого от алой жидкости камня. Резиновый гатлинг Монки Д. Луффи оставляет новую дыру в полу, проходя едва правее сильно израненного Трафальгара. Тот лишь успевает облегченно вздохнуть, радуясь что удар пришелся в сторону и не задел его, как вдруг замечает, что камень стал проваливаться вниз. Не способный кричать, Ло захрипел, предупреждая увлеченного битвой напарника о приближении обвала, однако в пылу сражения тот его совсем не слышит. Больше хирург смерти не успевает ничего сделать, пол под ним исчезает, а коварная тьма пожирает падающего человека, скрывая его от посторонних глаз. Приземление вышло жестким. И так настрадавшееся тело получает новые травмы, а едва живой тусклый свет слабо выхватывает свежие брызги крови, появившиеся на полу. Трафальгар пытается встать, хватается за жизнь и старается собрать оставшиеся крупицы силы, чтобы подняться и вернуться наверх, к столь ненавистному Дофламинго, и продолжить биться, выполняя последнюю волю последнего близкого человека в его жизни. - кха.. черт.. надо выбираться отсюда, скорее.. Хриплый голос разорвал тишину, царившую в этом непонятном месте. Тишина же, возмущенная таким грубым обращением с ней, зашуршала чем то в углу. Раздалось приглушенное сбивчивое дыхание, тени на стенах зашевелились и что то схватило Ло за ногу. От неожиданности тот, не задумываясь, пнул это нечто, которое оказалось чьей то рукой. Раздался сдавленный стон. Голос показался пирату до боли знакомым, но разбираться с этим тот не стал. Он, шатаясь, поднялся на ноги и медленно побрел вдоль стены. И он бы дошёл, если бы его вновь не схватили. - п..прошу, забери меня.. отсюда.. я хочу.. кое кого.. убить.. Трафальгар вздрогнул. Крупные мурашки прошлись по его телу, а глаза расширились. Комок слов застрял в его горле, ведь.. ведь он знал этот голос, знал его обладателя. Который умер 13 лет назад. Едва избавившись от преграды в горле, Ло задает лишь один вопрос. - кто ты такой? - Я.. Донкихот Росинант.. младший брат Дофламинго.. пожалуйста, помоги мне выбраться отсюда, я должен.. должен его убить! За то, что он посмел сделать.. с дорогим мне человеком! Крепкие руки хватают врача за воротник и заставляют опуститься на колени, ближе к лицу обладателя голоса. В полутьме неизвестной комнаты перед пиратом проступают черты человека, столь крепко хватающегося за возможность выбраться. У Ло не остается сомнений, это действительно Кора-сан. Его лицо он узнает из тысячи, из миллиона людей, даже если бы все они были одеты как Коразон. - почему ты хочешь убить Дофламинго? Вновь наступила тишина, прерываемая лишь звуками дыхания. Наконец, спустя пять минут, когда Трафальгар хотел было заговорить сам, раздался сдавленный рыданиями голос. - потому что он.. он убил моего приемного сына..