Содала (Sodala)

Концепт: Мир мертвых, именуемый также Незермиром. Падме живет вместе с Энакином уже много лет, с тех пор как Скайуокер умер. Но в последнее время он стал дольше пропадать в своем гараже-мастерской и Падме стала чувствовать себя брошенной и беззащитной. Ее дочь Лея решила посвятить себя джедайству, она много тренировалась и училась под руководством Люка. У самого Люка не было ни секунды свободного времени, он посвятил себя изучению культуры джедаев, а остальное время отвел для своей жены, дочки и домашних животных. Глава 1.

"Просящий совета всегда будет вознагражден."

Это был обычный рабочий день для Хана, когда он вернулся домой после доставок, чтобы отдохнуть. Он растекся по дивану, сложил руки на животе и включив телевизор, прикрыл глаза и вздохнул полной грудью, чтобы расслабиться по полной. В такие дни обычно ничего не ждешь, да и не хочешь ничего ждать. Иногда нужно устроить себе день отдыха, наградить себя им, чтобы прийти в себя. В дверь позвонили. Хан никого не ждал, да и Леи не было дома. Он с любопытством поднял голову и взглянул на дверь. За дверью была не Лея, поскольку она обычно пользовалась ключами. В дверь позвонили еще раз. Хан спрыгнул с дивана и подбежал к двери. Он открыл ее, на пороге стояла Падме. Она была одета в темно-фиолетовое платье с черной полочкой, тяжелое, но только по виду, с юбкой в пол и подчеркнутой талией, длинным рукавом и открытыми плечами, но без декольте. Края его рукавов, юбки и выреза были украшены полосками золотой ткани; закрученные в улитку узоры напоминали листья и цветы. Волосы Падме были аккуратно закручены в пучки по бокам головы. Посмотрев Хану в глаза, она натянуто улыбнулась: - Привет. - Здравствуй, Падме. Эм... - немного замялся Хан, - Леи нет дома. - Я не к ней. Я пришла к тебе. - Ко мне? "Это что-то новое", - подумал Хан, сделав шаг назад, чтобы дать Падме дорогу. - Проходи. Падме молча зашла в квартиру и медленно, с неким изяществом, села на диван. - Что-то случилось? Падме нервничала и это было заметно, она потирала пальцы и не могла оставить руки в покое, выражение ее лица показывало явное беспокойство, а может быть волнение или стеснение: - Нет, не совсем. Хан... - Падме вдруг подняла глаза, с некой мольбой обратившись к мужчине, - Мне нужен твой совет. Я не могу обсудить это с детьми, я не знаю, как они отреагируют. Для Хана это действительно было чем-то новым. С небольшим волнением, читаемым в его глазах, он сел на диван и положил руку на колено Падме в надежде успокоить ее. Затем он наклонился, чтобы посмотреть ей в глаза; голова Падме была опущена и ее взор был прикован к рукам до того момента, как Хан коснулся ее. Она посмотрела ему в глаза, и он нежно улыбнулся ей, ее рука сама легла на шершавую, морщинистую руку Хана. - Это насчет Энакина... Падме снова опустила взгляд. На долю секунды Хан закатил глаза, но девушка этого не заметила. - И что с ним? Хан сказал это с немного раздраженным тоном, который поначалу показался выражающим безразличие. Это заставило Падме снова поднять глаза на Хана, но, взглянув на него, она быстро, машинально отвернулась. - Мы живем словно сожители. Он постоянно пропадает в гараже, я практически его не вижу. Живу как вдова при живом муже. Я не вижу от него никаких знаков любви, мне просто не хватает его внимания. Опустив голову, Падме закрыла глаза. Она почувствовала, как Хан сопереживающе погладил ее по руке. - А вы говорили ему об этом? - Конечно, много раз. Но он будто не замечает меня. Хан опустил голову. - Как я понимаю, в интимном плане у вас тоже все плохо? Падме слегка кивнула головой. - Я чувствую себя брошенной, оставленной. Я не чувствую опоры, защиты. Я даже... Я не могу ощущать себя в полной мере женщиной. Я не знаю, что мне делать. Падме закрыла глаза и всхлипнула. Хан сжал ее руку, занервничав. Он должен был как-то разбавить атмосферу, причем быстро. - Ну, кхехм... - прочистил горло Хан, - На самом деле мне сразу было понятно, что он... Не ваш партнер. Вы слишком разные, у вас практически нет никаких точек соприкосновения. Что вас держит? Ваши дети давно выросли. Вы прекрасная, добрая женщина. Он вновь нежно улыбнулся Падме, сжав ее руку сильнее. Он познакомился с ней в день своей смерти. Она была добра к нему с самого начала. Когда Хан очнулся в Незермире, он не мог поверить в то, что был мертв. Что все кончилось вот так. Собственный сын проткнул его мечом, когда тот просто хотел поговорить. Одно мгновение, и тьма. Одно мгновение и ты мертв. Ты не воскреснешь. Больше не увидишь свою семью. В первые часы Хан был в отчаянии, практически в истерике, Энакин отшучивался и подкалывал его, но Хану становилось от этого только хуже. Он сильно переживал за Лею, и за Люка тоже, и за Чуи, который видел его смерть. А Сокол? А сам Бен? Почему и как это произошло... Падме была ласкова с Ханом с самого начала, когда он сидел на полу в своей квартире, потрепанный, полураздетый, с открытой грудью, где виднелся шрам от светового меча. Его единственными родственниками были Энакин и Падме, больше у него никого не было, потому девушка была так заботлива по отношению к Хану и ее раздражало бесцеремонное поведение Энакина; он вел себя словно невоспитанный подросток. Падме успокоила и приласкала Хана, он хотел побыть в одиночестве, но девушка не оставила его, она показала ему как устроен Незермир, и Соло немного пришел в себя. С тех пор он считает себя обязанным перед этой прелестной женщиной. - Хан. Он любовь всей моей жизни. Хан едва заметно кивнул, отстраненно смотря куда-то вниз. Затем он поднял голову и посмотрел на Падме. - Значит теперь вам нужно найти любовь всей вашей смерти. Хан натянуто улыбнулся, но Падме не заметила этого. - Мужика вам надо найти хорошего. Падме взглянула на Хана, а затем легла на его плечо, сжав мужчину в объятьях. Хан нежно обнял Падме, обхватив руками ее спину и уткнувшись носом в один из ее пучков. Когда они разорвали объятия, одна пара их рук сцепилась в замке; вторую руку Хан положил на голое плечо Падме, а затем взял ее за обе руки и искренне улыбнулся. Все морщины разом выступили на его грубоватом, но по-прежнему прекрасном лице, и показались немного желтоватые ровные зубы. Падме глубоко заглянула в его зеленые глаза, которые ближе к зрачку переходили в карий цвет через красивый градиент. И Хан тоже заглянул в глубокие кофейно-шоколадные глаза Падме, с черными, случайно разбросанными по радужке, пятнами; в их несимметричном расположении была какая-то тайная красота, ее глаза были будто пенка на свежем кафе. Что-то перещелкнуло в девушке. Она не могла оторвать взгляд от глаз Хана, ее сердце наполнилось теплом, которое разлилось по всему телу, до самых кончиков пальцев. Падме слишком долго смотрела в глаза Хану, отчего ему стало неловко: - Падме? Все в порядке? - М? Девушка будто покинула другое измерение. - О, да... Конечно... Я, я просто задумалась. Падме отвела от Хана взгляд и слегка покраснела. Затем она взглянула на руки, все также крепко сцепленные друг с другом. В этом была какая-то своя тайна, которую Падме еще предстояло разгадать. Они просидели так достаточно долго, и девушка просто молчала, поглаживая слегка грубую ладонь Хана пальцем. Так продолжалось до тех пор, пока Соло сам не разорвал это волшебное соприкосновение, положив руки к себе на колени. Повисло неловкое молчание. - Спасибо тебе, Хан. - Да не за что. Падме не знала, что ей делать дальше. Ей не хотелось уходить так скоро, она на свое собственное удивление, хотела остаться рядом с Ханом подольше. Но она не придумала предлог, чтобы остаться. - Я, я, наверное, пойду. Ее голос выдал сильную, невыносимую печаль, вперемешку с сожалением; она медленно встала с дивана и, не оборачиваясь, пошла к двери. Хан не смог поддержать Падме должным образом, но он точно не хотел оставлять ее в таком состоянии. - Может мне вас проводить? Когда Падме повернулась и взглянула на Хана, ее глаза блестели от азарта и слез. - Если тебя не затруднит, - улыбнулась она, скромно опустив голову.