Как стать демиургом по-быстрому

Правила участника межпланетного шоу Иван начал нарушать еще в полете и, конечно же, не по своей вине. Во-первых, его бывшая девушка, Кристалис, писала ему сама. Залпы «плюм-плюм-плюм» ее сообщений страшно отвлекали от просмотра вебинаров, да и содержание вообще не было содержательным: сплошные упреки вперемешку с обещаниями, просьбами, вопросами, жалобами, поучениями, угрозами, признаниями в любви, клятвами, прощанием. А ведь все две недели лёта он поклялся посвятить изучению тонкостей будущей работы мечты. «Иван, если ты не ответишь, я расскажу твоей маме, что ты зазвездился! Смайл-смайл-смайл». «Я все прощу, давай начнем с начала. Смайл-смайл-смайл». «Давай сходим в этот новый модный ресторан, что открылся в центре? У нас скоро годовщина ты помнишь?» «Иван, не молчи! Я была не права, ты правда самый лучший учитель истории в МиреРос. Твое звание совершенно заслуженно». Иван со вздохом отложил посевы плесени, остановил запись лекции и после некоторых раздумий набрал ответ. «За признание заслуг отдельное спасибо. Но я физически не могу вернуться. Прости, Кристалис, поздно». Тратить душевные силы на объяснения совершенно не хотелось, их надо было беречь, как невосполнимый ресурс. Ивана и так потряхивало от ужаса, когда он, учитель истории с приличным стажем, возился с полевым набором криптобиолога. Вряд ли Кристалис, да и маменька тоже, поверят, что в проект «Стань демиургом» он вписался случайно — спутал адреса заявок. И грант случайно выиграл. То есть, думал, что заслуженно, радостно распаковывая файл от смутно знакомого адресата… Будь проклята традиционная латиница, на которой принято писать личность в инфо-почту!!! Все латиницы давно почили, и никто не помнит даже их локацию — ему ли не знать — а язык все еще в ходу. Во-вторых, сразу, как посадочная капсула вошла в атмосферу Файнона, третьего спутника планеты гиганта в «соседней» солнечной системе, он выключил веб-камеру. И это тоже было нарушением правил проклятого шоу В-третьих, по приземлении и после того, как бортовой компьютер подтвердил пригодность атмосферы для человека, он все-таки решился открыть люк. Первый шаг дался с трудом, хотя Иван и не был трусом, но необходимость выйти из зоны комфорта в прямом и переносном смысле выбивала почву из-под ног. Шлем скафандра было боязно снимать, а потом махнул рукой и на это. Сердце трепыхалось, как ненормальное, в носу пыльно свербело, но на душе стало спокойно. Он был первым человеком в этом уголке Вселенной, да что там говорить, он был первым человеком, ступившим на неизведанную планету с целью ее заселения. Не одним собой. Иван задрал голову. Корабля, зависшего на орбите, давно не было видно. Зато феерический бок того самого гиганта, напоминающий огромный бильярдный шар, казалось, сию секунду расплющит и его, и капсулу, только хрупнет в оглушительной тишине. Но ничего не шевелилось. Картина перед глазами — как неуклюжая попытка школьника придумать необычный мир. Иван фыркнул, поежился, чуть не рассмеялся, но сразу подавил смех, испугавшись нарушить равновесие. Он сам себе казался чуждым в этом месте. Фортуна и Судьба те еще суки. Наверное здорово веселились, тасуя вероятности случайных событий, вплетая узелки новых ответвлений в нити его жизни. Обе поставили галочку «выполнено» напротив последней записи о его жизни: отправиться на край света, подальше от мегаполиса. Вернувшись в свое единственное прибежище: хрупкий маленький капсульный шарик из металла и пластмассы, Иван крепко задумался. Потянулся было включить камеру и выдать заготовленную речь. Что-то невыносимо пафосное про обман, про дешевые трюки устроителей шоу, что его, простого обывателя, обрекли на одиночество и даже гибель. Неосвоенная планетка не равно уединенному бунгало на престижном курорте, знаете ли. Стыдливо отдернул руки от консоли. А мысли, мелькавшие в голове, сбились в дальнем углу мозга и даже покраснели. Он же не сопротивлялся? Времени, чтобы отказаться от чести стать демиургом для молодой, необитаемой планеты было предостаточно. Ведь в какой-то миг вспыхнула совершенно недостойная мечта стать Учителем, а не просто учителем, Первооткрывателем, Вершителем и непосредственным участником таких грандиозных исторических событий. Что, если не тщеславие заставило его удалить в корзину гневное письмо с прямым вопросом: каким образом его пространная заявка на грант «Создание материальных школ и преимущества обучения оффлайн» могла быть принята за претензию на участие в ненаучном сетевом шоу? Разжевав батончик сублимата, завел в который раз лекцию по геолокации и настройке дронов-разведчиков: пора было приниматься за работу. За пару недель Иван распаковал и активировал с десяток маленьких роботов-помощников. Они сновали туда-сюда, исследовали ближайшие территории, выискивали идеальное место для разбивки временного лагеря, собирали всевозможные данные о составе грунта, воды, воздуха. Время текло незаметно, только демиург стал разговаривать сам с собой. Около небольшого озерца, в котором уже забурлила микрожизнь, Иван торжественно посадил елку. Она, правда, была распечатана на 5D принтере и размером не выше колена. — Буду отмечать Новый Год, — сообщил Иван ёлочке. — Пусть сегодня станет день первый. Потом он, мучимый одиночеством, не выдержал и включил веб-камеру шоу. И ответил на настойчивые входящие от устроителей. — Но я подумал, что зрителям будет скучно смотреть, как летают микро-роботы. С виду все обычное. И я сижу, тупо глядя вебинары или в пробирках копошусь. Что тут интересного? — неуклюже оправдывался демиург. — Вы идиот, гражданин Иванов. Думать будем мы, а не вы! Неустойку вычтем после завершения проекта. Не сметь отключаться! Двое у нас немного покалечились, вы бы знали, как это заводит публику. Потребителям интересно все, даже устройство вашего нужника! Иван побурел и чуть опять не отключился. — Установите телеантенну и закрепите на ней камеру, чтобы были видны ваши достижения. А после подойдите, тут вам специалист разъяснит, как одной штучкой сделать время быстрее. Будущий основатель карманного человечества послушно сделал, как велено. Зрители пищали от восторга при виде елочки у лужи. А Иван, нешуточно заинтересованный фразой про «сделать время быстрее», поспешил в капсулу. Еще несколько недель прошли под девизом «Сделаем шоу увлекательным». Иван скрипел зубами, неестественно улыбался, но отметил и День второй с первыми рыбками размером с ноготок. Потом День третий с каким-то рачком или паучком. Крохотное создание быстро пробежало по твердой поверхности и закопалось, обнаружив мягкую почву. Вечерами, оставив зрителям удовольствие любоваться красочными закатами, Иван забивался в капсулу и изучал неприметный стальной шар, обнаруженный на дне складского ларя. Тыкал кнопочки, читал фразы во включающихся окнах. И думал. Вернее, фантазировал. Вот было бы хорошо, если эта штука оказалась не ускорителем времени, а той самой, из старых сказок, машиной времени. Ведь пропавшие сутки или двое можно списать на крайнюю нервную усталость. Пропал бы год — он бы заметил, как выросла елка. Или нет? Иван опять полез в справочники уточнять скорость роста деревьев, отпечатанных на принтере. После второго месяца нудного шоу отупевший демиург поймал себя на том, что смотрит трансляции своих конкурентов. Один был даже интересен: оборванный герой все время куда-то бежал и с кем-то сражался, маслянисто блистая мускулами сквозь прорехи полевой формы. Иван тогда встряхнулся, проверил все невеликие водоемы поблизости — жизнь уже переросла микроразмеры — посмотрел заснятое дронами на дальних рубежах. И остался доволен. Пора двигаться дальше, а то чревато. Встал так, чтоб не попасть под прицел камер и утопил кнопку старта в круглом ускорителе времени. Шагнул, покачнулся, уткнулся в необъятный зеленый ствол. Оглушительные запахи болота, ядовито-красные цветы, рев и клёкот обрушились на демиурга одновременно. — О, Фортуна! Земля содрогнулась, еще и еще раз… Иван понял, что, если сейчас же не уберется с пути бегущего гиганта — ему конец. Кнопку в шаре заклинило. Иван шагал то вперед, то назад, но это не имело значения. Единственно, он жалел, что не успел активировать камеру на плече. Руки буквально прилипли к взбесившей мечте. Мелькали города и села, рушились и вырастали горы, толпы человекоподобных неслись, потрясая копьями, дубинами, ружьями, бластерами и опять мечами. Пылали восходы и закаты, заливая золотом и кровью долины, пустыни, моря, поселения. У демиурга закружилась голова, все его слабое тело задрожало, и ладони наконец-то разжались. Машина времени откатилась драным футбольным мячом, ткнулась в мусорный бак на задворках мегаполиса. Иван, пошатываясь, зашагал к шумящей сумасшедшим трафиком улице. Фонари, полотнища рекламы, кубы видеофонтанов — все топило город разноцветьем цивилизации. «Chip-istoriya! Vzivi v mozg, stan uchitelem», — сияла гигантская реклама прямо в черном небе. — Опять латинцы! — сплюнул под ноги Иван. — Отлично, я вас породил, я вас и перевоспитаю. Он красиво погрозил кулаком переливающимся буквам, но запнулся о маленького робота-уборщика, затирающего следы гнева демиурга. — О! Это вы молодцы, — одобрил он человечество. Над городом занимался рассвет. Только он его пока не заметил за ослепляющим куполом иллюминации.