Субординация

Субординация. Это слово ежедневно присутствует в лексиконе Алтана. Не важно, перешёл ли Вадим на ты, или просто позвал по имени. Причина, почему Дагбаев припоминал об этом, могла быть абсолютно любой. Иногда он находил ее буквально из ничего, лишь бы Вадим не сказал ничего лишнего. Все это усугубилось, когда шаловливые ручонки Дракона начали ползти дальше дозволеного. Это раздражало, это выводило, а самое главное - это притягивало. Тянуло сильно, будто магнитом, но подпускать ближе было страшно. Довериться кому-то было страшно. Алтан боится, что его сломают, сделают больно. Но и терпеть это уже невыносимо. Хочется его близко настолько, чтобы он прижимался к нему всем телом. И не поддаться такому искушению, когда ты ужасно устал после очередного светского мероприятия, было бы преступлением. Дракон проводил его до спальни и пожелал хорошей ночи, и сейчас стоит в дверях, разворачиваясь, чтобы уйти. —Вадим, — внимание мужчины сразу же переключилось на него, — выйди, я переоденусь, и зайди обратно —расплетёшь мне косы, я слишком устал сегодня. —Как прикажете, Ваше Золотейшество. — и он выходит, спокойно, без пререканий, как и всегда. Деловой костюм быстро сменяется на излюбленную домашнюю разноцветную кофту и чёрные спортивные штаны. Уютно. Так лучше, так правильнее. —Вадим. И он заходит обратно, услышав голос, до этого оставив кожанку на небольшом диванчике в коридоре. В прошлый раз, когда он видел Дагбаева в таком виде, его отчитали, напомнили, что он не имеет права врываться в его личное пространство и все в подобном ключе. Но сейчас он открывается сам. Разрешает видеть себя таким. Слабым, уязвимым, обычным парнем, а не Господином Дагбаевым. Вадим подходит ближе, садится со спины, начинает аккуратно расплетать косы. Со стороны Алтана послышались довольные вздохи, видимо, голова и вправду устаёт от такой тугой прически. Волосы нежные, слегка пушистые и кудрявятся, не понятно, свои это кудри или от косичек, или вовсе все вместе, но были они просто невероятными на ощупь. Расплести все заняло минут 10 времени, но помимо этого, Дракон слегка массирует кожу головы, тоже бережно, мягко, боясь сделать больно. —Разомни плечи ещё. — почти шепотом доносится до наёмника. И он выполняет. С охотой, касаться Алтана, ещё и по его просьбе, льстило и насыщало тот голод, что обострялся каждый раз, когда он находится рядом с юным Дагбаевым. Трогать его доставляло невероятное удовольствие. Вадим и не скрывает, что уже давно к боссу его официально-деловые отношения переросли в романтический, даже скорее любовный интерес. Дагбаев покрывается мурашками, довольно щурится и вздыхает, поддаётся под сильные руки своего подопечного. Ему это было нужно. Да, определённо. Все больше и больше приходит осознание, что он ему нужен. Ему нужен Вадим. Преданный, честный, что любит его, не смотря на все его отстранённое, а порой плохое отношение к себе. Вадим, что ещё ни разу не подвёл и находится рядом покорно много лет. В голове промелькнула мысль: "Он мой". Алтан это знает и так, без подтверждения. Но зачем-то поворачивается лицом к Дракону. Красив, чертовски красив. Заглядывает в глаза и видит нежность, от которой по спине бегут мурашки, которую хочется сберечь, никому не показывать, спрятать. А в самих серо-голубых глазах можно было бы утонуть, и Дагбаев не был против. Он хочет в них утонуть. Рука мягко ложится на щёку мужчины. Вадима пробирает и внутри, и снаружи что-то необычное. Новые ощущения захлёстывают. Сколько бы сам Вадим не перегибал, такого бы себе ни за что не позволил. А Алтану можно, ему вообще все можно было, от того рука сейчас и наглаживает щёку Дракона, от чего тот, такое ощущение, будто сейчас замурчит. Юного Дагбаева распирают эмоции внутри. Именно поэтому сейчас он решает, что "сгорел сарай — гори и хата". Слегка поддаётся вперёд, ближе к лицу Вадима. Сердце пропускает удар, колотится бешено. Субординацию он стирает сейчас сам. Намеренно. И не жалеет. Невесомо накрывает губы напротив своими. Дракон шумно выдыхает через нос, он удивлён, приятно удивлён, ему безумно нравится то, что происходит, в груди разливается тепло. Он мягко сминает его губы, затягивая в поцелуй. Рука Вадима аккуратно ложится на плечо босса, успокаивающе поглаживает большим пальцем. Алтану нравятся его прикосновения, что уж скрывать, безумно нравятся. Особенно сейчас, в такой спокойной обстановке, увлечённым в аккуратный поцелуй, он рад это чувствовать. Внутри трепещет, так ласково, невероятно, от такого усталость по телу отдаётся приятным, а не раздражающим покалыванием. Дагбаев слегка отстраняется, обдаёт горячим дыханием губы, в них же шепча тихое "спасибо". Их отношения перешли на новый уровень, перешли к тому, что о субординации дома и речи идти не будет. Что Вадим может переходить черту. И он будет. И Алтан не против. Он доверился голосу внутри, чувствам и эмоциям. И не зря.