Ночные привычки

      Сегодня была из тех самых ночей, в которых опять снились сны. Он ненавидел такие ночи больше всего. Несмотря на лето, было неестественно холодно. Тьма была непроглядной - на небе не было звезд. Вдох. Воздух вокруг был слишком плотный, давил всей своей тяжестью, будто бы находишься глубоко под водой, а дыхание заставляло легкие болеть. Выдох. Астарион поднялся и оттер холодный пот со лба.       Шорох, легкое движение справа, боковым зрением он успевает заметить ускользающую тень между деревьев. Плохое предчувствие заставляет резко вскочить на ноги и рвануться за ускользающим образом. Он точно знал, кто это был. Ледяной страх пронзил нутро, сердце безудержно заколотилось, отдавая пульсацией в виски. Нужно двигаться, во что бы то ни стало, догнать Его как можно быстрее, пока есть силы сопротивляться, пока Его власть недостаточно сильна над ним.        В клейком пространстве время тянется слишком медленно, движения тела неуклюжи, холодные руки не слушаются, а ноги вязнут в густой хлюпающей лесной грязи. Нужно продвигаться стремительно и бесшумно, так, как он это умеет лучше всего, но почему-то кажется, что любое движение нарочно слишком громкое, а каждый шаг отдается гулким эхом среди нескончаемого темного леса. Искореженные деревья цепляются за одежду, ветки царапают лицо. Проклятый лес будто бы специально скрючился огромным древним существом вокруг его маленькой тени и нарочно задерживает, впивается своими ветвистыми когтями. Но это не должно остановить его, нужно двигаться быстрее. Резкий вдох. Впереди светлеет поляна, на которой виден знакомый силуэт. Выдох. Попался! Быстрее! Воздух слишком плотный. Тело бьет мелкая дрожь. Слишком медленно. Силуэт поворачивается. Красные угли глаз Хозяина ухмыляются при виде него. Улыбка острым оскалом расплывается на бледном красивом лице. Что-то не так. Светлую от лунного света поляну заволакивают тени. Пространство искривляется под вековой магией Живого Мертвеца. Наивно полагал, что будет так просто обхитрить жестокого кровопийцу с манией величия, садиста с неутолимой жаждой убийства. Незаметно подкрасться и нанести один верный удар. Как же глупо было даже думать об этом. И теперь, снова, загнан в ловушку. Тяжесть окружающего пространства грохотом наваливается на плечи Астариона. Ноги слабеют. Ну уж нет! Еще не поздно собрать остатки собственной воли в одно точное движение, и его мучитель будет лежать с перерезанным горлом в луже собственной крови. Казадор простирает руки в приветственном жесте, словно хочет обнять, его ухмылка становится шире. - Как же я скучал по тебе, мой дорогой Астарион! мне пришлось изрядно повозиться, чтобы наконец найти тебя. Но финал всегда неизбежен, ты знаешь это. И вот, ты снова мой, навеки. Преклони же колени перед своим Хозяином.       Астарион злобно рычит, подается вперед, напрягая каждый мускул. Сейчас эта тварь сдохнет! Рывок. На мгновение ухмылка Хозяина чуть дрогнула. Чужая воля врывается в разум, подавляет, уничтожает, заставляет подчиниться, сознание сужается до крохотной светлой точки и теряется посреди всепоглощающего плотного океана тьмы. Сильнейшая судорога пронзает все тело. Тело подводит его, не выдерживает. Звон металла о землю - кинжал, что до этого крепко был зажат в руке выскальзывает из непослушных ватных пальцев. - Зачем сопротивляться неотвратимости. Ты всегда знал, как будет. Если бы не твой побег, всё могло бы быть не так плохо. Но что же, пожалуй мне придется преподать урок, поскольку ты забыл, что бывает со строптивцами, - Казадор легко касается его плеча. И вся ментальная стена, что Астарион так долго строил прорываться и рушится от этого легкого прикосновения, в котором столько могущества и власти. И Астарион послушно, словно кукла, падает на колени. Склоняется перед тем, кого он боится и ненавидит больше всего на свете. Перед тем, кого он всем сердцем хочет уничтожить. Перед тем, кому он не в силах сопротивляться. Казадор хватает его за волосы, заставляя посмотреть на Него. - Ты мой. Кроваво-красные глаза и жуткий, торжествующий смех - последнее, что он помнит. Вдох. ***       На небе мерцают звезды, деревья плавно шелестят тяжелыми ветвями, ночь теплая и дружелюбная, но ему до сих пор холодно. Он поднялся с лежанки и отер дрожащими руками пот с висков. Сновидение было тягучим и липким, он пытался найти своего бывшего мучителя и убить, избавиться от него раз и навсегда. Но, видимо, даже во сне Хозяин имел над ним власть надсмехался над ним и каждый раз ускользал. Костер почти догорел, но пару углей все еще дымили иссякающим жаром. Лучше бы сновидения никогда не снились, даже в них не удается забыться. Его Кошмар всё ещё где-то ищет его, как адская гончая неутомимо идет по следу в поисках своей беглой собственности. Бутылка плотного зеленого стекла после общего ужина одиноко поблескивает возле костровища. Кажется в ней, даже что-то плещется. Глубокая ночь, в лагере все крепко спят. Хорошо им, наверняка ни у кого нет в прошлом маньяка-психопата, который терроризирует их во снах.       Приближаясь к небольшому водопаду, ощущаешь, как ветер тянет за собой свежесть и влагу. Небольшие камешки под ногами благодушно перестукиваются. Шершавая скала остыла с вечера и теперь отражает лунный свет и ночную прохладу. Вино кислое и чересчур крепкое, понятно, почему оставили эту бормотуху. Однако здесь тревожные воспоминания рассеиваются, и терзающий кошмар становится лишь бледной тенью глупого сновидения. Еще глоток невкусного красного. Из того, что сейчас поистине приносит успокоение, так тот факт, что Казадор действительно потерял его и даже не подозревает, какой его ждет сюрприз, когда Астарион вонзит ему кол в сердце прямо посреди белого дня. Наконец-то приятные мысли занимают голову, пожалуй, здесь можно задержаться и до рассвета.       Среди мерного шума водопада резкий всплеск вдруг привлек его внимание. Кто-то тоже не спит? Или, что действительно может быть весьма неприятно, кто-то пробрался в лагерь. Затихшая на время паранойя снова радостно машет ручкой. Час от часу не легче. Из оружия только бутылка, нелепее сражения не придумаешь. Ну что же, значит нужно подобраться скрытно и осторожно разведать. Вспоминая недавний сон Астарион сморгнул накатывающий адреналин. Это ведь не кошмар в кошмаре, иначе было бы до гротескного глупо. С этой стороны тень от скалы любезно укрывает от ненужного света звезд.        Ловко взобравшись по мшистым валунам он находит отличную наблюдательную позицию за тенью отвесного камня. Открытая площадка с водоем, освещенная лунным небом, отлично просматривалась. Беспокойство схлынуло, уступая место любопытству. Его новой знакомой, одной из членов небольшого отряда, к которому он примкнул недавно, видимо тоже сегодня не спалось. Глубокая ночь - что же это отличное время для грязных делишек. Но никак не для стирки одежды и купания. Вода как раз вобрала в себя всю прелесть ночи, наиболее мерзкая и ледяная. Странно. Возможно она просто любит холод. Астарион лично холод ненавидел. Постиранная рубаха, чародейский балахон и походные штаны гирляндой украшали старое сухое дерево неподалеку. А сама чародейка, нагая, стояла под водопадом, подставив лицо холодным струям воды. Поправляя волосы изящными тоненькими руками она дрожала, но продолжая стоять в ледяном потоке, изредка чуть открывая рот как рыбка и глотая воздух. На юной красивой коже спины, покрытой мурашками, синели пара рваных уродливых шрама. У всех свои секреты? Задержав на ней взгляд несколько дольше необходимого, Астарион спустился со своей наблюдательной позиции, к счастью лагерю ничего не угрожало и чародейка не заметила его, значит не будет неловких ситуаций с ее стороны. А вот и оставленный алкоголь, отлично, составит компанию, пока чародейка не закончит свои водные процедуры. - Давно ты здесь? - спустя некоторое время послышалось шелестение камушек со стороны водопада. Камушки пристали к ее босым ногам, а с волос все еще стекала вода, она завернулась в сухой балахон, но синие губы выдавали бесполезность ее одеяния. Под левой рукой по-хозяйски она несла постиранную одежду. - Прекрасное зрелище,- переведя взор со светлеющего неба на нее. - К сожалению, не настолько давно, чтобы увидеть всё самое интересное, — ухмыльнулся Астарион, окидывая ее взглядом с ног до головы. Он удобно расположился на валуне со всей своей эльфийской грацией и кажется был в прекрасном настроении. - Ты спал, когда я уходила, — почувствовав неловкость замялась девушка, переступая с ноги на ногу, — завтра предстоит долгий день. - Долгий день не помеха ночным привычкам - он спрыгнул с камня и сделал к ней шаг, чародейка сглотнула и непроизвольно подалась назад. Он всё еще пугал её с той первой встречи, когда чуть не перерезал ей горло, приняв за пособника Абсолюта. Если подумать, то они далеко от лагеря и вряд ли ее могут здесь услышать. - Напомни-ка, как это говорят у людей - "прошлое отбрасывает длинные тени и не дает спокойно спать по ночам", - Еще плавный шаг. Его глаза поблескивали желтыми огнями, как и у любого эльфа или хищника способного видеть в темноте. Девушка почувствовала спиной холодный камень скалы. - И мы ищем чем бы занять свой разум, лишь бы не поддаться его темному влиянию. Еще шаг. Он был крупнее и быстрее, а на таком близком расстоянии вряд ли она успела бы сейчас что-то наколдовать стоящее. - Но как бы мы ни прятались, оно всё равно нас настигает, в наших мыслях, влияет на наши поступки, где бы мы ни были, куда бы не прятались, - его силуэт перекрыл заходящую Луну. Астарион замер на пол шаге от чародейки. - Ты же в курсе, у тебя губы дрожат. Скорее утверждение, чем вопрос. Он неторопливо протянул к ней руку, а скалистые неровности стены совсем врезалась в спину девушки - Держи - только сейчас она заметила в его руке бутылку с вином, опустевшую больше чем на половину. - Не опьянит, к сожалению, так хоть согреет. Если заболеешь, придется ведь тратить время на твое лечение, а это нас замедлит на пути сама знаешь к чему. Завтра предстоит долгий день и все такое. Твои слова. - Я ни от чего не бегу, — она не в меру резко вскинула руку и, выхватив бутылку, отпила большой глоток. Возможно слишком большой и от того закашлялась. - Днём было много дел, кровь гнолла сама себя не отстирает, а это мой любимый балахон. - Один из двух? - недоверчиво окинув ее нынешний наряд подметил эльф. - Неужели ты не знаешь заклинаний, чтобы не возиться посреди ночи со всем этим вручную, - Астарион выгнув вопросительно бровь, непринужденно облокотился на скалу рядом с ней. - Ну, возможно стоит попросить об этом Гейла, он наверняка сможет мне помочь, улыбнулась чародейка, видно, что она слегка расслабилась. - К сожалению с моей дикой магией никогда не угадаешь, очистится ли твоя одежда или превратиться в спрута, плюющего в тебя соком прокисшего картофеля. - О, да ты знаешь, о чем говоришь! - улыбнулся Астарион, переведя взгляд обратно на меркнущие звезды. - Да уж, та еще практика была, - чародейка сползла по стене устроившись поудобнее на мелких камушках и отпила еще глоток. С этим белокурым эльфом нужно держать ухо востро. Она еще не определила для себя враг он или друг. Но, как ни странно ей действительно стало теплее. Тени деревьев стали короче. Светало. Предрассветное небо дает ощущение чего-то нового и волнующего, желание дня, который принесет радость или печаль, но всегда надежду. Астарион присел рядом с ней, тоже вглядываясь в светлеющее небо. - Знаешь, - внезапно нарушила молчание чародейка, - я ведь оборвала наверное ход твоих мыслей. Тебе тоже не спалось, отчего же? - Да ничего особенного, так захотелось проветрить голову, — Откинулся к стене эльф. В прошлой жизни я больше по ночам бодрствовал, - эльф замолчал, будто бы воспоминая что-то. - На самом деле скукотища та еще, особо и рассказывать нечего, - беззаботно добавил он, - Я работал городским судьей, монотонная бумажная работа, знаешь ли. Сидел с документами допоздна, а бессоница до сих пор мучает. От привычек так просто не избавиться. Так почему бы не совместить с возможностью посмотреть на рассвет, в городе такого не увидишь. - Ммм, — недоверчиво протянула чародейка, - её щеки немного порозовели от вина. Значит ты, оказывается, в душе заядлый романтик и никаких вам - понизив таинственно голос - "теней прошлого". Посмотри-ка ты! - прищурился эльф, — умеешь ехидничать значит? Или дело в чем-то другом,- он наклонился, как ей показалось слишком близко, так, что даже можно было почувствовать дыхание на своем лице. Что-то от вина и впрямь стало жарко во всем теле. Эльф несколько секунд внимательно вглядывался в округлившиеся от удивления глаза девушки, что у той сердце пропустило пару ударов, — Теперь понятно, — протянул эльф, — и сердце бьется неровно. - Как ты могла опьянеть от пары глотков! Сколько тебе лет? Тебе вообще пить уже можно? - он ловко выхватил остатки вина из рук оторопевшей чародейки и махом допил. На мгновение у Астариона промелькнула шальная мысль, что только что этого стекла касались ее мягкие губы и от того оно еще теплое. Что за бред, двести лет жизни будто бы женщин не видел. Он постарался поскорее прогнать эту глупую мысль. Тут до него донесся тихий приятный смех чародейки - она искренне улыбалась, по-доброму смотря на него. Этот взгляд и странное неуловимое чувство, которое, он никак не мог охарактеризовать, ввели его в замешательство. - И вовсе не опьянела, только может во вкус вошла! - подмигнула чародейка.- Ну что же, вина больше не осталось, придется идти греться до лагеря и готовиться к новому дню! - Вот пьянчуга! - лукаво ухмыльнулся Астарион. - А как же приятная компания? - сделал нарочно обиженное лицо эльф. - Вот только чтобы ты не подумал, что я пьянчуга, — улыбнулась девушка, — дождёмся рассвета и пойдём в лагерь.