Blind date

      Юнги хотелось то ли кричать, то ли смеяться, то ли плакать. Он в самый последний момент успел выхватить мандарин из рук Чонгука, который вообще не понял, что произошло. Сейчас Мин стоял напротив растерянного парня и пытался не сорваться на крик.       — Ты почему не сказал, что у тебя на них аллергия? — обманчиво спокойным тоном начал старший.       — У меня на них аллергия? — лицо Чона приняло задумчивое выражение.       — Ты… — зашипел Юнги, но вдруг резко замолчал, прикрыл глаза, вздохнул и мысленно досчитал до десяти. Не помогло. — Какого хрена, Чонгук? Я что, искал всё это время эти долбанные мандарины для того, чтобы ты тут из-за них задохнулся и помер? Ты почему не сказал, что твой Чимин не разрешает их тебе есть не из вредности, а чтобы ты, дурак, в больницу не попал? И нахрена ты соглашаешься выпить с незнакомым парнем, если у тебя такая реакция на алкоголь, что все последние мозги выключаются? Тебе сколько лет, девять или девятнадцать? Головой надо думать, а не жопой!       Юнги не хотел так резко всё это вываливать на Чонгука. Просто он правда перепугался. Наверное, это единственный раз за всё время, когда Тэхён позвонил как раз вовремя.       Видимо, или Юнги выглядел слишком сердитым, или Чонгук был слишком ранимым, когда пьяный. Потому что, немного придя в себя, Мин заметил, что Чон сидит весь насупленный и с глазами на мокром месте.       — Эй, ты чего это? — взволнованно спросил Мин, получив в ответ лишь тихий всхлип. — Бэмби, блин, ну прости, переволновался я, вот и вспылил, — принялся он успокаивать младшего.       Вот вроде хотел как лучше, а получается как всегда. И что теперь с этим грустным чудом делать?       А само чудо всё-таки подняло свой, как показалось Юнги — самый печальный на свете взгляд, и жалобно спросило:       — Хён, я что, неудачник получается, да?       — Почему это?       — Смотри, — начал объяснять Чон, — мне нужны сейчас всего две вещи: мандарины и человек, который будет меня обнимать. Парня у меня больше нет, правильно? Правильно. Значит, обниматься не с кем. А на мандарины у меня аллергия, правильно? Правильно. Следовательно, мандарины мне нельзя. Вот и получается, неудачник я, — тоскливо вздохнул парень, затем икнул, а затем снова всхлипнул.       — Ну, хочешь, я тебя обниму? — ляпнул Юнги первое, что пришло в голову, а потом мысленно дал себе оплеуху. Кажется, что-то подобное было и с мандаринами…       Ответ Чонгука не заставил себя долго ждать. Младший быстренько вытер заплаканные глаза и вскочил со стула.       — Хочу! — приподнялись уголки его губ в смущённой, но от этого не менее радостной улыбке.       И не откажешь же теперь… Ещё и смотрит так преданно, в самую душу. Юнги вообще казалось, что если Чонгук его сейчас попросит человека убить, то придётся думать, как лучше потом прятать труп.       Что ж, если так подумать, то в объятиях ничего плохого нет. Поэтому, задвинув голос разума куда подальше, Юнги уверенно сделал шаг вперёд и прижался к Чонгуку, обхватив его за талию. Младший тут же обнял Мина в ответ.       — Хён.       — М? — нехотя отозвался Юнги.       — Ты дышишь мне в шею. Щекотно.       — Не нравится ему ещё что-то, — пробурчал Мин и шевельнулся, намереваясь немного поменять позу, но Чонгук, видимо, подумав, что он собирается отстраниться, ещё сильнее прижал его к себе.       — Я не говорил, что мне не нравится, — прошептали старшему куда-то в макушку.       Юнги слегка отодвинулся от Чона, не покидая кольцо его рук, и посмотрел тому в глаза, слегка прищурившись. Взгляд глаз напротив был серьёзным и немного взволнованным.       — Не уходи.       — Не уйду, Бэмби, — тихо пообещал Мин Юнги, очарованный этими глазами, которые напоминали ему его любимый кофейный напиток.       А затем Чон Чонгук облизнул свои губы, и Юнги пропал окончательно. Внезапно в его голове пронеслась мысль о том, что он столько нервов сегодня потратил. Разве не заслужил он малюсенькой такой награды?       Из головы Юнги улетучились все мысли, кроме одной: какие, интересно на ощупь губы этого любителя мандаринов? Слишком велик был соблазн узнать ответ на этот вопрос, и в итоге парень не удержался. Юнги привстал на цыпочки и аккуратно, боясь спугнуть смущённого Чона, приблизился к его лицу. Затем старший нежно, почти невесомо накрыл губы младшего своими, задержался ненадолго в таком положении и нехотя отстранился.       Большего Мин себе позволить не смог. Но и от этого короткого мгновения у него чуть не перехватило дыхание. А ещё откуда-то взялся страх: а как младший отреагирует на этот неожиданный порыв.       Сам Чонгук всё ещё стоял с прикрытыми глазами. Руки с талии Юнги он убрал, но не отошёл. Так и стояли — стоя лицом к лицу. Пока Чон не открыл свои глаза и сделал то, чего старший от него, по правде говоря, не ожидал.       Кто мог подумать, что этот парень неожиданно перехватит инициативу и уже сам поцелует Юнги. Причём не так, как сделал это старший, а гораздо увереннее и напористее.       Мин на секунду завис, но быстро пришёл в себя, мысленно усмехнулся и ответил на поцелуй. Не может же он отставать от младшего.       Чонгук целовал так, словно для него Юнги был глотком свежего воздуха. Он всё пытался притянуть хёна ещё ближе к себе, но вот только ближе было уже некуда. Юнги же потихоньку задыхался от такого Чона. У обоих сердце, казалось, скоро не выдержит этого наплыва эмоций и выпрыгнет из груди.       В какой-то момент руки Чонгука стали беспорядочно блуждать по телу Мина, пока одна из них не начала расстёгивать ремень на брюках старшего. Только тогда Юнги словно вернулся в реальный мир и с сожалением оторвался от мягких губ Чонгука, вызвав у того разочарованный стон.       Чон, недовольно нахмурив брови, снова потянулся за поцелуем, однако Мин сделал от него шаг назад. А затем ещё один, так, на всякий случай.       — Так, — попытался Юнги привести своё сбившееся дыхание в порядок. — Чтобы не получилось потом как в дурацких сериалах, я сразу хочу прояснить: я целую тебя не потому, что хочу воспользоваться или из-за того, что Тэ мне купит наушники. И не по какой-то другой тупорылой причине, которая может прийти тебе в голову наутро. Я целую тебя, потому что ты мне понравился, и я намереваюсь делать это и завтра, и послезавтра, и через месяц. Ты понял? — серьёзно посмотрел он на внимательно слушающего Чонгука.       — Понял, — мигом кивнул младший и усмехнулся. — Теперь мы можем продолжить?       — Ну, если ты так настаиваешь, — промурлыкал Юнги и поманил Чона пальцем.       Реакция Чонгука не заставила себя долго ждать. Парень моментально снова оказался рядом со старшим, подхватил его за бёдра и усадил на стол, удобно устроившись между его ног.       — Смотрю, кто-то любит быть главным, — прошептал Юнги, обдавая ухо Чона своим горячим дыханием.       — Смотрю, кто-то слишком много болтает, — фыркнул Чонгук и укусил Мина в шею.       Раздался сдавленный стон.       — Молчу, молчу, — сдаваясь, поднял старший руки, обнял Чона за шею и накрыл его губы своими, сразу же углубляя поцелуй.       По спине Чонгука пробежался табун мурашек. Знал бы парень, что Юнги так потрясающе целуется, давно бы попросил Тэ их познакомить.       Мин тем временем всё никак не мог насытиться. Он жадно сминал губы Чона, периодически покусывая их. Младший же запустил свои руки под футболку Юнги, но понял, что эта ненужная ткань только мешала, поэтому тут же освободил хёна от этой ненужной вещицы. Чонгук намеревался снять и свою, но Мин его остановил.       — Не надо. Хочу видеть тебя в своей футболке, — трепетно погладив парня по щеке, попросил Юнги, и Чонгук не посмел препятствовать этому желанию.       Почувствовав, что они оба уже возбуждены до предела, Мин обхватил ногами брюнета за талию и ласково, но в то же время требовательно скомандовал:       — Перемещаемся на кровать.       Чонгуку дважды повторять не надо. Он поднял Юнги со стола и направился в сторону спальни, по пути умудряясь урвать ещё парочку поцелуев. Аккуратно уложив Мина на кровать, Чон оказался сверху. Но ненадолго.       — Поигрался и хватит, — резво подмял Юнги Чонгука под себя. — Пора уступить место старшим.       Мин жадно впился поцелуем в губы Чонгука, рукой легонько сжав его член через одежду. Чон жалобно всхлипнул, Юнги почувствовал, как парня пробила мелкая дрожь.       — Хёён, я… — отвёл Чонгук в сторону смущённый взгляд. — У меня никогда не было, — шёпотом признался младший.       — То есть, тебя никто ещё так не касался? — уточнил Мин, получив в ответ неловкий кивок. — Ох, Бэмби, ты сводишь меня с ума, — проведя пальцем во податливым губам Чонгука, искренне поделился Юнги. — Что ж, тогда буду знакомить тебя со всеми прелестями секса постепенно, — прошептал он Чону, целуя его в нос, затем в губы, медленно переходя к шее.       Не удержавшись от соблазна, парень оставил там несколько своих отметин и только потом двинулся дальше. Задрав футболку Чонгука, глаза которого сейчас были наполнены томительным ожиданием, Мин хитро посмотрел младшему в глаза, облизнул губы, а затем провёл языком по соску Чона.       — Ах, Юнгии, — глухо застонал Чонгук от этой простой махинации.       — Какой чувствительный малыш, — хмыкнул старший, на секунду оторвавшись от своего занятия. — Кажется, я вечность готов слушать, как звучит моё имя из твоих уст.       Юнги плавно спускался по телу Чона всё ниже, прокладывая влажную дорожку из поцелуев. Мин помог брюнету освободиться от штанов с боксерами, и его взгляду предстал слегка изогнутый член средней длины. Юнги медленно провёл кончиком языка по возбуждённой головке. Чонгук резко выдохнул.       — Х-хён, ты что… — попытался запротестовать Чон.       — Что-то не так? — поинтересовался Мин, не спеша двигая своей рукой по члену Чонгука. — Не хочешь, чтобы я тебе отсосал? Тогда я не бу…       — Хочу… Юнгии, пожалуйста, — жалобно протянул младший, прикусив губу.       — Хороший мальчик, — ласково улыбается Юнги и, облизываясь, обхватывает губами головку.       Мин ласкает член Чонгука языком, выводя на нём вымышленные узоры. Затем берёт его в рот, почти до самого основания. Слышит, как Чонгук не может сдержать протяжный стон. Продолжает ритмично сосать.       Чонгук прогибается в пояснице, его тело бьёт мелкая дрожь. Он сходит с ума от ощущения горячего языка Юнги на своём члене и от причмокивающих звуков, которые издаёт хён. Надолго его не хватает.       — Юнги… ах… я сейчас кончу, — стонет Чонгук, однако Мин не отстраняется, а лишь усерднее начинает двигать головой, доводя младшего до исступления.       Чон издаёт последний громкий стон удовольствия. Юнги, немного растрёпанный, но довольный собой, снова оказывается на уровне лица Чонгука.       — Теперь ты обязан на мне жениться, — весело заявляет Мин.       — Договорились, — шепчет размякший после оргазма Чонгук, прикрыв глаза.       — Отлично. Теперь ты спи, а я в душ, — заявляет Юнги, видя что младший уже одной ногой в царстве Морфея.        Чонгук открывает глаза и задумчиво хмурится.       — Хён, а как же ты? — спрашивает он, показывая на всё ещё стоящий член Юнги.       — Потом отработаешь, — хмыкает Мин. — Сегодня я и сам справлюсь. Спи, Бэмби, — едва ощутимо целует Чонгука в краешек губ и идёт в ванную.       Несмотря на то, что Юнги пришлось в одиночку снимать напряжение в душе, представляя недавно стонавшего под ним Чона, одетого в его футболку, это был один из лучших вечеров в его жизни. Кажется, это ему теперь следует купить Тэхёну десять пар наушников в благодарность за то, что сейчас на его кровати, свернувшись в клубочек, тихо посапывает Чон Чонгук.       Мин осторожно прилёг рядышком, стараясь не разбудить это чудо. Однако Чонгук, видимо, услышав, что хён вернулся из ванной, повернулся к нему лицом и, придвинувшись ближе, закинул на него ногу.       — Юнгии, — не открывая глаз, шёпотом протянул Чонгук.       — Что такое? — тут же отозвался Мин, поглаживая брюнета по волосам.       — Кажется, ты единственный мандарин, на который у меня нет аллергии.       — И что это значит?       — Люблю мандарины… — сонно пробормотал Чонгук, прежде чем заснуть.       — Спокойной ночи, Бэмби, — хмыкнул Юнги, накрывая их одеялом.       Впервые он засыпал с улыбкой на губах и теплом на сердце.