Интуиция и отвага

На улице с самого утра как из ведра лил дождь. Такая погода хоть и приносила дискомфорт, но Шинсо любил эту атмосферу: прохлада, свежесть, запах мокрого асфальта. Так начинался первый день занятий после фестиваля. Парень до сих пор не мог до конца осознать, что с ним произошло. Он правда теперь будет учиться у профессионального героя? Разумом он понимал, что это была совокупность его упорства и удачи, но чувства были не на месте. Он боялся радоваться своему успеху, ощущая хрупкость сложившегося положения. Хитоши знал, какой славой обладал Айзава-сенсей. Если ему что-то не понравится — он его просто исключит. Ну, ладно, может быть не исключит, но отказаться от личных занятий он мог бы спокойно. Парень думал о том, что у Сотриголовы есть и другие ученики. С одной стороны их наличие обнадеживало — значит, что кого-то он был согласен обучать. Но с другой стороны Шинсо понимал — это конкуренция. И придётся из кожи вон лезть и соответствовать. Пока парень шёл в академию, слушая дождь, он прокручивал у себя в голове вчерашние события. То, насколько письмо на почту от Сотриголовы было внезапным, этот бой и образ победившей его девушки… «Если я правильно запомнил, её зовут Кицуоки Ники… Её навыки сильно выше моих. Но она не использовала на мне свою причуду. Может ли это значить, что её причуда чем-то похожа на мою? Без физической силы…» Пока что Шинсо ничего о ней не знал. Он даже не знал, встретятся ли они ещё раз. Сенсей говорил о личных занятиях, но не о совместных. Со скрипом для себя Хитоши признался — он хочет вторую встречу с этой девушкой. Задетое эго твердило ему взять реванш. Рациональная часть говорила, что он пока ещё слишком слаб для этого. А что-то внутреннее интересовалось, как же всё-таки звучит её голос… Шинсо всё ещё был в шоке с её выходки с обетом молчания. Это было одновременно и дебильно и гениально. Когда Хитоши зашёл в класс, он почувствовал, как что-то в воздухе изменилось. Его одноклассники смотрели на него совершенно по другому — с уважением. До фестиваля они не были близки: с кем-то получилось пообщаться, кто-то, как и обычно узнав о его причуде, начал его избегать. Но после фестиваля Шинсо стал буквально звездой класса. Всеобщее чувство восторга вокруг его персоны конечно льстило, но быть в центре внимания отнимало много сил. — Шинсо-кун, привет! — поздоровалась с ним его одноклассница. — Привет, Шинсо! — повторил за ней другой одноклассник. С непривычки Хитоши толком не поздоровался в ответ, только махнул рукой. — Как же всё-таки круто ты себя показал на фестивале! — похвалила его одноклассница, — Представил весь общеобразовательный курс! — Спасибо, — кивнул он ей в ответ. — Мы слышали, что ты хочешь перейти в класс героев! — поддерживал беседу одноклассник. — Ну, типа того, — суховато ответил Хитоши. — Вау! Я бы так не смогла, — ворковала одноклассница. Ему хоть и было приятно быть увиденным, но он чувствовал себя некомфортно. Не потому, что он стеснялся своих желаний. Он просто не был уверен, что у него правда получится. Он был из тех, кому неуверенность в себе не мешает двигаться к своей цели, а наоборот помогает перестраховаться и найти больше вариантов для выхода из ситуации (как было с поступлением в UA, когда он подал заявки сразу на два факультета). Однако чужое внимание к этому навешивало на него груз нереалистичных ожиданий. И тот факт, что он теперь популярен, только отдалял его дальше от общества, в котором он сейчас существовал. Теперь он не мог себя причислить ни к «тем» ни к «этим». Он не соответствует геройскому классу по силам, но и не соответствует общеобразовательному классу своими амбициями. Одноклассники продолжали галдеть, обсуждая фестиваль. Шинсо сел за свою парту, невольно слушая их. — Представляешь, Репульс специально сдалась, чтобы занять второе место! Мне очень понравилась её речь об этом! — Но тогда справедливо ли Лемилион занял первое место? — Ну, формально да, но понять, кто из них сильнее можно, только если бы они подрались. Хитоши был в теме разговора, но не стал вмешиваться. Он ещё вчера вечером посмотрел запись трансляции фестиваля третьих курсов. Родители всё уговаривали его посмотреть запись с собой, но он не хотел. Смотреть на себя в записи — нет. Он обойдётся без этого. Прозвенел звонок. В кабинет зашла классная руководительница 1-С — Тсукико Андо. — Дети, сели, — скомандовала она. Тут же воцарилась тишина. Молодая преподавательница с обманчиво миловидной внешностью на деле была строгим надзирателем за своими детишками. Она не была жестокой, но и спуску никому не давала. — Классный час объявляю открытым, — сказала она, — Тема классного часа: профориентация. Другими словами: как «продать» свою причуду, если она не подходит для сражений. «По больному.» — с долей иронии подумал Хитоши. — Обсудим, как обычные люди монетизируют свои таланты. А в конце жду от вас краткий анализ ваших причуд и где бы они могли бы быть полезными, — дала задание Тсукико. Класс засуетился. По рядам раздали листочки для записи своего ответа. Началось обсуждение. Ученики говорили про супер зрение, которое могло бы быть полезно в хирургии и много где ещё, про супер память, что могла особенно хорошо показать себя в работе в сфере безопасности, про «калькулятор в голове», который мог бы гарантировать точность подсчётов, что было бы крайне востребовано в бухгалтерии. — Хороший бухгалтер или инженер-программист в агентстве зарабатывает больше и пользуется большим уважением, чем средний герой, — добавила свой комментарий учительница, — Что ж, пожалуй, достаточно обсуждений. Можете приступать к анализу своих причуд. Напишите минимум две сферы, где вы бы могли её применить. Ученики принялись за работу. Вот тут у Хитоши и образовался реальный затуп. Он уставился в белый лист, пока его одноклассники активно выполняли задание. «Использовать мою силу в бою — это одно. Но в мирной жизни это выглядит как жуткое нарушение свободы чужой воли… Почему выглядит? Это так и есть.» Он почти бесшумно хмыкнул. «Ладно, я начну с анализа.» Шинсо начал писать. Моя причуда: Промывка мозгов Что я могу: Подчинить волю любого, кто ответил на мой вопрос. Состояние контроля длится, пока я этого хочу или до резкого болевого шока у жертвы. Минусы: Это бесполезно против немых, глухих или людей давших обет молчания в наушниках. Это не работает на расстоянии. Я ограничен в своих командах, люди под моим контролем могут выполнять только примитивные и около примитивные действия. А ещё это пугает окружающих. «Уф, ну и много ж я наныл.» Глядя на свою писанину, он почти был готов всё перечеркнуть и просто сдать пустой лист с подписью «мою причуду нельзя использовать в мирной жизни». «Нет, надо придумать хотя бы что-то одно…» Шинсо просидел молча глядя на свой лист несколько минут. В голову приходил только какой-то бред. «Ладно, напишу хотя бы это…» Возможные сферы применения: переговоры. С моей причудой можно вести переговоры с террористами и бандитами или с суицидниками. В первом случае моя причуда пригодилась бы для обезвреживания опасной ситуации, во второй как экстренная мера спасения, когда человек стоит на краю и не слышит логику. «На ещё одну сферу у меня фантазии не хватит…» Он решил себя не мучать и оставить всё как есть. Классный час подошёл к концу. Ученики сдали свои работы. — Мы продолжим эту тему в следующий раз, — сказала Андо, поправляя стопку листов и вышла из кабинета.

***

Для Ники первый день учёбы после фестиваля был днём раздумий. Совсем скоро начнутся стажировки, и следовало бы уже выбрать агентство. За предыдущие года обучения девушка побывала во множестве разных агентств. И в каждом у неё вроде как всё отлично складывалось, но одновременно с этим её никуда не тянуло. Для карьеры героя конечно было бы хорошо закрепиться на одном месте. Но Кицуоки хотела посмотреть, как устроены разные места изнутри. Она хотела найти идеальное место, куда могла бы устроиться после выпуска. Жизнь вне академии будет совершенно другой, и пока есть шанс обкатать «демо-версию», Ники хотела этим пользоваться. В этом году Кицуоки планировала продолжить свою стратегию, вопрос был только в том, где и с кем она будет работать на этот раз. Ученики третьего курса были ближе всех к реальной жизни героев. Многие себя уже зарекомендовали, и народ знал некоторых по геройским именам. Имя Интуивити не было в их числе. Несмотря на свою общительность и относительную известность среди своего потока, Ники оставалась в андерграунде. Хотела ли она популярности? Возможно. Она не отрицала того, что перед сном представляла, как её теоретический фан-клуб скупал бы весь мерч и выстраивался в очередь за автографом. Но сейчас она к этому не стремилась. Чем меньше её знают, тем больше у неё козырей в рукаве. Айзава ей сразу сказал, что для таких, как она, обычные стратегии не работают. Это же и касалось популярности — система рейтингов была более актуальна для героев с силовыми причудами. Да и на самом деле, зрителю было особо нечего показать. Её интуиция очень круто помогала в бою, благодаря ей можно было стать отличными напарниками практически с кем угодно. Но интуиция — это же не взрывы, не супер скорость и не превращение в какое-нибудь животное. Это не настолько зрелищно. А без зрелищности фанатов было почти не сыскать. После занятий Ники собиралась потренироваться. Вчера вместо тренировки у неё был вкусный десерт, так что сегодня были силы на то, чтобы выложиться на полную. Распрощавшись с Асано и другими одноклассниками, Ники поскакала в раздевалку. Зал для тренировок был открыт в любое время, так что согласовывать персональные занятия было не нужно. И даже без учителя, как сейчас, там можно было находиться неограниченное время. Ники переоделась и зашла в зал. Внутри было пусто. «Хм, ну если никого нет, думаю, я могу включить музыку в наушниках.» Кицуоки подключила наушники к телефону и быстренько выбрала плейлист. Оставив кейс от наушников и телефон в сторонке, она начала разминку.

***

Сразу после звонка телефон Шинсо завибрировал. На экране высветилось сообщение от Айзавы Шоты. «Приходи в тот же зал, что и вчера через 20 мин.» Хитоши удивился. Хоть он уже и принял ту реальность, в которой он ученик Айзавы-сенсея, но ещё не привык. Сначала он старался ждать, но вскоре понял, что сейчас эти двадцать минут для него будут невыносимо долгими. Так что Хитоши подумал, что лучше уж он придёт в зал пораньше и убьёт время там, разминаясь и выплёскивая энергию. Путь до места назначения и переодевание заняло у него пару минут. Приоткрыв дверь в зал, Шинсо услышал, что внутри уже кто-то был. Его это не сильно смутило и он вошёл. Кажется, его желания имеют свойство мгновенно исполняться. Иначе как объяснить то, что внутри он встретил… «Это что, она?!» Девушка с чёрным карэ находилась примерно в пяти метрах от него и отрабатывала удары на груше для битья. Нейронным связям Хитоши потребовалась доля секунды, чтобы распознать её. Она его явно не заметила. Шинсо замер. Внутри боролись две стороны. Одна его сторона хотела отомстить за вчера. Не сильно, просто восстановить баланс власти: сейчас она ответит ему и он возьмёт над ней контроль, покажет, что он не слабак, которого можно размазать парочкой девичьих ударов. Другая сторона буквально кричала: «Ты что, мудак? Умей достойно проигрывать! Не даром окружающие тебя боятся, раз ты допускаешь мысли о злоупотреблении своей причудой.» И до этого момента Шинсо вообще не думал ни о ком в таком ключе. Но она… Она его задела. Задела настолько, что изнутри полезли такие мысли. «Стоп. Надо успокоиться. Это неадекватно, что такая ерунда вызывает столько эмоций.» Он ещё раз прошелся глазами по ней. Её резвые движения оказывали слегка гипнотический эффект. «Да и девчонка ни в чём не виновата. Меня же взяли в ученики? Взяли. А это почти предел моих мечтаний.» У него были чёткие границы — он пользуется промывкой мозгов только во благо и для достижения своих целей. Выглядит по злодейски, но он не такой. «Ладно. Просто забудем всё, что было до. Начнём с чистого листа.» — Привет, — сказал он, адресуя это ей. Но в ответ она даже не обернулась, продолжая бить грушу. — Вроде твой обет молчания закончился, разве нет? — продолжал Хитоши. Ноль внимания. — Эй, — он попробовал ещё раз. Кажется его глаз дёрнулся. «Что за хуйня?» Внутри начал закипать гнев. Шинсо специально запихал подальше негативные мысли в её адрес, ментально начал всё с нуля, а она продолжала вчерашнее издевательство? «Она что, смеется надо мной?! Небось своим игнором хочет показать, насколько я жалкий, раз проиграл?» Он сжал кулаки и начал приближаться к девушке. Злость росла с каждой секундой. Хитоши двигался без понимания, что конкретно он хочет сделать. Для начала — просто привлечь внимание. Но тут она обернулась.