Должник

— Вал, — поднял голову на вошедшую в комнату Руф, отрываясь от пролистанной в пятый раз ленты соцсети. Та взмахнула рукой с чёрным подарочным пакетом. Широкий, в таких чаще находятся алкоголь, конфеты и прочие вещи, что приносят за какие-то «хорошие вещи», иначе говоря, благодарность. — Яков передал. — Подходя ко мне, произнесла она. Поставив возле моей койки пакет, она упала на свою, залезая вытащенный с заднего кармана голубых джинсов телефон. Я приподнялся на кровати, заглядывая в пакет. — Руф, а ты когда-нибудь уроки делаешь? — Протягивая руки к пакету, поднял к себе на койку. Лёгкий. — Разумеется нет. — Бросила она, строча сообщение. Только пришла с гулянки, а уже пишет кому-то. Уверен, что Элиасу. В последнее время её из телефона вытащить невозможно. — Что с успеваемостью? — Раскрыл пакет, видя что-то чёрное и мягкое. Вытащил и раскрыл тёплую ткань, встречая свою толстовку на молнии. — Более-менее. — Пожала плечами она, не смотря в мою сторону. — Конкретнее. — Уточнил я, вытаскивая джинсы. — Два с половинкой по химии и ровная двойка по физике. — Обернулся к сестре, чуть вскидывая в удивлении брови. — У тебя же в прошлом году были четвёрки. — Хорошистка. Руф закончила десятый класс хорошисткой. — И в этом будут. — Кивнула она. Я промолчал, с сомнением смотря на неё. Та, обернувшись ко мне, почесала затылок. — Да правда, Вал, я это исправлю. — Протянула более чувственно она, пытаясь меня убедить. Зеленоватые глаза выражали искренность и небольшую вину, но вины, насколько я знал Руф, на самом деле не было. — Хорошо, если так. — Выдохнул я, возвращаясь к пакету. Вытащил ещё одну толстовку, отданную в вечер концерта. Забрать её у парня я тогда забыл. — Многовато вещей. — Отметив лежащие рядом джинсы и серую и чёрную толстовки, произнесла Руф. — Я столько же у Элиаса беру. — Ага, я заметил. — Поддакнул уныло я, кидая беглый взгляд на чисто-белый свитшот девушки. — Вал, а…? — Я не гей. — Отрезал я, понимая, к чему начинает клонить Руф. — Не, я верю, но Яков-то, видимо, нет. — Убрав телефон и скинув ноги с койки, протянула она, пока я тяжело вздохнул, рассматривая свои вещи и пустой пакет от какого-то дорогого подарка. — Я ему уже об этом сказал. — Проговорил я, запихивая вещи обратно. Вешать в шкаф означает дойти до него, найти вешалки, найти место под джинсы, сложить джинсы, убрать их куда-то, повесить на вешалку одну толстовку, другую толстовку. Мне это надо? Нет. Бросил пакет у койки. — Оу, — я в непонимании обернулся к Руф, что разглядывала пакет, грызя нижнюю губу, — Ты уверен в этом? — Что? — Нет, Вал, я не имею ничего плохого, но… если ты с ним переспал, то тебя всё-таки возбуждают парни. — Руф! — Воскликнул я, негодуя от такой темы. — Слушай, — подняла на меня взгляд она, — Яков козёл ещё тот, но он правда заинтересован. Я понять почему не могу, Элиас сам также сидит в недоумении, но это так. У вас было что-то ещё или же ты настолько хорош, что обаял за одну ночь человека, спящего ещё с уймой других клиентов? Ага, разумеется. Он был в таком восторге, говоря, как я ужасен. — Ты рассказала Элиасу? — Сложив ноги по-турецки, она мотнула головой. — Я тебе говорю, он сам это увидел. А он в этом деле слеп. Не представляешь, сколько раз мне надо было ходить в клуб и распугивать его клиенток. — Несильно взмахнула рукой она, пока я усмехнулся. Лёг на бок, подставляя под щёку ладонь и разглядывая сестру. — А… тебя не напрягает, что… он работает в эскорте? — Неуверенно спросил я, вглядываясь в зеленоватые глаза с длинными ресничками. — Да ладно, — как-то глухо и кратко выпалила она, чуть сжимаясь. — Мы встречаемся всего-то месяц, он же не бросит из-за меня свой основной заработок. — Опустила глаза она. Поднялся с койки и пересел к Руф, обнимая её одной рукой. Слов в голове, как обычно, нет. — Руф, — неудобно протянул я, раздумывая, как поддержать. — Уверен, что Элиас ценит такую красоту рядом с собой. — Мягко прошептал я, гладя её по плечу. — Даже на руках носит. — Сослался к концерту я, видя только слабый намёк на улыбку. Поджал губы, не зная, что ещё сказать. — Пошли поедим блинчики. Я хочу послушать, как вы вчера «отдохнули» с Софией. — Поднимая ко мне весёлый взгляд, протянула она, пока я вытравил улыбку, кивая. — Если не уснёшь лицом в тарелке от этого интересного рассказа. — Смешок сошёл с сестринских губ, украшенных уже более искренней улыбкой. Оставшийся вечер прошёл на кухне, под светом жёлтой лампы, висящей над головой. Аромат какао, отысканного где-то в ящиках, гулял вместе с чарующим запахом блинчиков с клубникой. Лакомство стало дома более частым, ибо деньги всё-таки были. За неделю ушло пять тысяч. Если не считать отданные Руф семь. Нужно искать работу. Половина сентября и октябрь пролетели незаметно. За это время я ещё пару раз выходил с Лиеном, Сэмом и Томом, но чаще пребывал у Софии, либо смотря фильмы, либо занимаясь учебным ужасом, либо просто попивая чай. Как-то выдался случай знакомиться с её родителями. Точнее, когда София убежала за печеньем, она вернулась ко мне, говоря, что нам стоит попить чай на кухне, пока я буду объяснять о интересе к их дочери. Тогда словно стул ушёл из-под жопы… ну, точнее, я был в смятении и страхе. «Знакомиться» с Олдриком Вагнером, который меня всё-таки вспомнил, было неудобно. Ситуацию о моей работе не поднимали. Ли Вагнер, не вернувшая себе девичью фамилию, оказалась приятной женщиной, но их редкие словесные перестрелки с Олдриком Вагнером вызывали напряжение. В такие моменты София быстро переводила тему. В отношении работы… что-то выходило. Наверно. Я устроился на подработку, занимаясь разгрузкой фур. В первые недели болели руки, спина с непривычки, но потом приноровился, хоть и шёл на работу, как на каторгу. Всегда горело желание остаться дома, хотелось забыть об этом ужасе и тянуть последние пятьдесят тысяч, но нельзя. Проблемой было ещё то, что деньги убегали слишком быстро. Отец приносил только прожиточный минимум, что хватало на еду. Куртка Руф уже стёрлась до дыр, карманы рваные, моим кроссовкам тоже пришёл конец. Этого мало. Я должен зарабатывать больше. — Эх, а у меня сегодня родители уехали. — Подставила под щёку ладонь София, сидящая на рыжем диванчике напротив. На деревянном столике стоял ореховый милкшейк, стаканчик с чаем и шоколадный чизкейк, пока по кафе разносился аромат кофе. — Какое горе. — Улыбнулся невольно я, сделав глоток чая. Своеобразное приглашение на ночёвку, на которой я бывал уже пару раз. Просмотр фильма, ночные разговоры, в которых я в основном слушал, и поедание овсяного печенья. Приходить к Софии выдалось всего три раза, ибо приходилось подгадывать момент, когда у отца ночная смена. Несмотря на холодную войну вызывать конфликт я не хотел, а пропади я, этот конфликт точно бы был, как со старой ситуацией с концертом. Однако всё было бы хуже. Один раз пришлось оставлять Софию и бежать домой, ибо Руф звонила, говоря, что подъехал к дому отец. Любой вопрос о моём местоположении равно проблемы. — Да, остаюсь в полном одиночестве. — Грустно выдохнула София и обхватила губами трубочку милкшейка, собирая со дна его остатки и лёд. — Может, я могу тебе как-то помочь? — Уголки моих губ невольно приподнялись, пока девушка тяжело вздохнула. — Даже не знаю. — Протянула она, выпрямляясь, крутя трубочку от стаканчика. — Может, ты проводишь меня до дома? А то кажется, что уже поздно. — Глянула она в окно, возле которого мы сидели. Ночная поволока уже действительно накрывала небо, пока яркий полумесяц горел среди призраков — облаков. — Это великая честь для меня. — Усмехнулся я, пока девушка отломила кусочек чизкейка, кладя себе в рот. Посидев ещё минут пять, мы вышли с огромного центра, набитого различными магазинами, и направились к девушке. Осенняя промозглость ощущалась в сыром воздухе, леденящем лёгкие, в тёмной прохладе и мокрых тротуарах, кои должны были скоро покрыться снегом. Не успели мы пройти и трёх метров, как в кармане куртки зазвонил телефон. — Да, Руф? — Вал, проверь срочно, у тебя в потайном кармашке есть ключи? — Расстегнув немного свою персиковую куртку, залез в карман, вытаскивая связку Руф с каким-то анимешным брелочком. — Есть. — Выдохнул я, оглядываясь на идущую рядом со мной Софию. — Ты опять её таскала? — Намекая на свою куртку, протянул недовольно я. — Ну она клёвая. — Оправдалась бесстыже Руф. — Будь братом, занеси Якову ключи, мы с Элиасом к нему подъедем через пару часов забрать. — А что, ты не можешь переночевать у Элиаса? — Поинтересовался я, не желая идти к тому, что осталось в сентябре. — Вал, ну пожалуйста. У Элиаса дома сестра, и у меня нет никакого желания это всё выслушивать. — Уже шёпотом произнесла она, пока я устало выдохнул. — Хорошо, я занесу. — Спасибки. — Радостная благодарность настроения не подняла никак. Отключился, убирая телефон обратно в карман джинсов и застёгивая куртку. — Соф, ты не против сейчас ещё немного прогуляться? Руф забыла ключи, нужно оставить их у одного знакомого. — Обернулся к девушке я, вытаскивая с заднего кармана пачку сигарет. Сердце почему-то ускорило темп, пока меня бросило в пот. На холоде. — Мы сегодня с тобой и так много прошли. — Устало проговорила София, смотря в даль тротуара, украшенного по правому боку фонарями. — Да, я понимаю, но это на пару минут, правда. — Кивнул я, желая поскорее сгладить угол. — Потом придём к тебе и посмотрим какой-нибудь романтический фильм. — Девушка усмехнулась моей шутке, поднимая на меня глаза. — Хорошо, может, нагуляем аппетит на такой просмотр. — К моим щекам прилила краска не от мороза, пока София улыбнулась, смотря на меня невинным взглядом. — Как твоя душа захочет. — Отозвался я, и мы направились к знакомому дому, что располагался в паре кварталов отсюда. Когда вошли в знакомый двор, дыхание словно прекратилось, и только у входа в подъезд я понял, что не дышу. Оглянулся на девушку, чьи щёки ласкал румянец от вечернего холода. Русые волосы уложены в красивые кудри, а голову украшает берет молочного цвета. Аналогичного цвета небольшая сумочка, пока от плохой погоды спасает алое пальто. — Может, подождёшь меня здесь? Я сейчас быстро сбегаю и вернусь. — Не очень тактично. Даже очень нетактично. — Ну… ладно. — Пожала плечами она, на что я чуть улыбнулся, пытаясь проявить хоть какую-то вежливость. Железная дверь открылась по божьей воле, поэтому быстро зашёл и прошёл по светлому подъезду к лифту. Не был здесь больше полутора месяца. Лучше бы вообще не был бы тут. Усмехнулся, пока двери лифта неторопливо закрылись. Небольшой по размерам лифт вновь вызвал тревогу, но больше всего пугал бьющий в ушах ритм сердца. Когда лифт доехал, я ещё пару секунд стоял на месте, а следом вышел на негнущихся ногах, ища знакомую дверь. Я не видел Якова с его прихода ко мне. Тот всё ещё может быть в обиде? Нажал пальцем на дверной звонок, пытаясь утихомирить скорое дыхание, из-за которого недоставало воздуха. Тело немело, а мысли путались в страхе. Хотя страшного ничего не может произойти, так ве…? Щелчок дверного замка заставил вздрогнуть. Поднял глаза, встречая взор чёрных глаз. Пепельные волосы привычно лохматы и заправлены с одной стороны за ухо, на голых ногах носки, на руках перчатки, а вместо толстовки длинная серая футболка с алой надписью рок-группы. Во рту пересохло, пока нос уловил давно забытый тонкий аромат. — Вальтер? — Ни удивления, ни злости. Тотальное равнодушие, говорящее, что всё под контролем. Вытащил с кармана ключи, протягивая парню. — Руф попросила оставить, скоро приедет заберёт. — Яков подставил ладонь, в которую я бросил ключи. Убрал руки в карманы, опуская глаза. Однако негромкие шаги заставили поднять взгляд. — Опять Элиа… Оу-у, привет. — Кажется, от моего лица отхлынула кровь, пока чужую шею со спины обвили крепкие руки загорелого шатена. Чёрные глаза продолжали смотреть на меня, пока раздетый до трусов Джей положил подбородок на своё плечо, дыша в заострённое ухо, поглядывая на меня. — Привет. — Кивнул я и, отступив на шаг, пошёл обратно к лифту, не оглядываясь назад, но чувствуя на себе чужой взгляд. Двери лифта закрылись, а я стоял в центре лифта, пялясь на них, осмысливая увиденное. Нет, всё складывалось логично и просто, но понять почему-то не получалось. Точнее поверить. Не выходило поверить. Почему? Мотнул головой и, дождавшись, когда откроются двери лифта, вышел и направился к железной двери подъезда. Встретил курящую у лавки Софию, что копалась в телефоне, и мы отправились к её дому. Вскоре мы расположились на кровати в небольшой бежеватой комнатке, где гуляло тепло и слышался аромат печенья и кокоса. Притянул Софию к себе, зарываясь носом в её шею. Девушка поджала плечи, прячась от щекотного касания. — Ну погоди, я ещё даже фильм не включила. — Протянула та, выбираясь из моих объятий. Я слабо улыбнулся и выпустил девушку, которая придвинулась к ноутбуку, стоящему на стуле рядом. — Стой, это серьёзно романтика? — Удивлённо спросил я, смотря на выбор Софии. Та кивнула, пока я недоумевал. — Ты же её не любишь. — Она вновь кивнула и включила фильм, который начал играть вступительные титры. Следом София легла обратно ко мне, возвращая мои руки к себе. Я всё ещё пытался уловить ситуацию, пялясь на русую макушку. Спустя пару мгновений девушка обернулась ко мне. Притянутый за ворот толстовки я понял и невольно улыбнулся такому подходу. София чуть подалась вперёд, утягивая меня в поцелуй, управление которым я перенял. Расположился над девушкой, обласкивая сладкие губы. В нос попадал аромат печенья, а во рту вкус горьковатых сигарет, скуренных у подъезда дома. Под толстовку забрались тёплые ладони, вызывая мурашки лишь своими касаниями. Перешёл на шею Софии, слегка покусывая губами. Та опустила голову, пряча шею от щекотных действий. Усмехнувшись чужой повадке, перешёл на ключицы, отодвигая декольте алого платья вниз. Единственное, что заставило притормозить, это девичьи ладони, начавшие расстёгивать пряжку моего ремня. Оторвался от ключиц, поднимая взгляд на глядящую на меня Софию, что затаила дыхание, но руки продолжили медленно расстёгивать ремень. — Ты…? — Выдохнул я, понимая, что ограничиваться в этот раз простыми ласками девушка не хочет. — Подожди, а презервативы, смазка? — Карие глаза из-под ресниц смотрели на меня, а София улыбнулась и, перевалившись через койку, вытащила лежащее под ней всё необходимое. Я усмехнулся её подготовке. — Уверена? — Абсолютно. Забрал вещи, откидывая рядом, и вернулся к ключицам Софии, покусывая губами смуглую кожу. Звук молнии добежал до ушей, перебивая нытье героини на экране. Сомневаясь в границах допускаемого, неспешно завёл ладонь под свободную юбку платья, сминая бёдра в светлых колг… чулках. Длинных чулках. Тихий вздох сошёл с губ с девушки, снимающей с меня джинсы. Бросив их на пол, стянул толстовку, бросая туда же, и вернулся к шее Софии, чьи руки огладили мои плечи, спускаясь к локтям. Завёл ладонь за спину, заставляя девушку прогнуться, и наощупь расстегнул найденную молнию платья, возвращаясь к мягким губам. Чувствовал, как невольно напрягаются мышцы, пока щёки слегка загорались. Твою мать, как какой-то школьник. Закусил ключицу, замирая на миг из-за чуть более громкого стона. Девушка выгнулась в спине сильней, пока я начал возиться с застёжкой лифчика. Бросив это неблагородное дело через пару минут, помог Софии снять платье, что улетело на пол за моей одеждой. Карие глаза уже не смотрели на меня, а были робко уведены в сторону, пока нежный румянец на девичьих щеках вызвал невольную улыбку. Навис над девушкой и, смочив губы, начал вести дорожку от ключиц к груди, попутно беря тюбик со смазкой. Стянув пальцем тонкие алые трусики в сеточку, неторопливо спустился вниз, проходя языком и губами по мягкому животику. Лёгкий укус, вызвавший тихий вздох. София расстегнула алый лифчик, бросая его к остальным вещам, пока я вылил на ладонь немного прохладной смазки с ненавязчивым ванильным ароматом. Растерев её до слабого прилипания, провёл большим пальцем по клитору, наблюдая, как девушка чуть подгибает ноги. Руки с красным маникюром впивались ногтями в мягкий плед, пока я развёл стройные ноги, поднялся повыше и начал ласкать губами женскую грудь, аккуратно вводя палец. София схватилась за мои волосы, стискивая губы и чуть постанывая. Неспешно ввёл второй палец, встречая лёгкую зажатость. Чуть отодвинулся, бросая взгляд на Софию. На стиснутых губах чуть мерцал оставшийся блеск, а глаза были сожмурены. — Всё хорошо? — Угу. — Кивнула она, взглядывая на меня. Примкнул к её губам, скользя пальцами в девушке, попутно играя большим пальцем с клитором. Тихие стоны сменялись на более громкие, пока я изучал Софию, стремясь угодить. По телу растекалось тепло, а прерывистое дыхание радовало уши. Вытащив пальцы, стянул с себя бельё и вошёл в девушку, чувствуя, как хватка на волосах стала сильней. Немного медлил, давая Софии привыкнуть, и следом постепенно ускорялся, не отрываясь от мягких губ, выдыхающих в мой рот негромкие стоны. Мороз из открытого окна обжигал голую кожу, пока я опёрся локтями на подоконник, выдыхая горький дым сигареты. Небо уже накрылось чёрным одеялом, а в соседних двухэтажных домах, построенных на старый лад, затухли почти все окна, помимо двух. В горле стоял ком, пока пол светлой кухни холодил ноги до колющей боли, что было естественно в начале ноября. Едкий дым возвышался к небу, пока мысли крутились возле сегодняшнего вечера. Ещё раз затянулся и выдохнул дым, не понимая своих ощущений. Вроде всё прошло хорошо, но какое-то опустошение в грудной клетке приковывало внимание, заставляя пытаться найти причину этого. День проходил приятно: после универа сразу отправился с Софией на свидание, походили по развлекательному центру, посидели в кафе и пошли к ней. Переспали в итоге. Ничего плохого не произошло, но что-то стягивало грудь, вызывая тошноту. Выдохнул дым, но горечь осталась внутри, хоть как-то разбавляя это прекрасное состояние. Взгляд наткнулся на детскую площадку в соседнем дворе, цепляясь за покачивающиеся от ветра холодные качели. Чёрные глаза и белая ухмылка всплыли в голове вместе со старым воспоминанием. Слабая улыбка мелькнула на губах, когда в голове скользнуло сварливое «Ты видишь здесь лавку?». Взор ушёл дальше по улице, следя за редко проезжающими машинами, пока мысли цеплялись за тот вечер, за то любопытство, присущее парню, за чёрные глаза, выдающие внимание. Даже несмотря на глупые, тупые и похабные шутки общаться с Яковом всё же было… приятно? Мотнул головой, выпрямляясь. Одной рукой упёрся в подоконник, пока второй приставил ко рту сигарету, затягиваясь под завязку. Если не учитывать, что тот склонял меня к сексу, то, возможно, с ним действительно было приятно говорить. Наверное. Прикрыл окно, уже не чувствуя ни холода, ни тела, и прошёл к раковине. Открыв столешницу под раковиной, бросил затушенную водой сигарету и, прикрыв дверцу, отправился обратно в комнату Софии. Та заняла большую часть односпальной кровати. Пару секунд поглядев на девушку, спящую на животе, аккуратно перелез к стенке, едва укладываясь. Спина упиралась в холодный бетон, заставляя чуть пододвинуть спящую. Недолго думав, утянул её в объятия, отодвигаясь от стены. Заснуть сразу не получилось. Что-то червяком грызло дыру в груди, не давая и намёка на причину таких ощущений. Разлепил глаза, чувствуя будящие толчки в плечо. Наткнулся взглядом на русые растрёпанные кудри, кофейные глаза, недлинные ресницы и… — Мы сейчас опоздаем в универ. Ещё скоро мои родители придут. — Обернулась она к двери, на что я невольно улыбнулся и притянул Софию к себе, касаясь мягких губ. — Нет, Вальтер, — отодвинулась она, отталкиваясь от меня. — Мы опоздаем. — Ты поэтому меня будишь в таком виде? — Усмехнулся я, проходя взглядом по прелестным формам, не спрятанным и слоем одежды. София на миг поморщилась. — Я в душ, сделай, пожалуйста, завтрак. — Слезши с койки, София отправилась на выход, пока я перелёг на живот и, обняв подушку, досадно выдохнул. Ебаное нежелание вставать. Время летело незаметно, но периодически казалось, что каждая секунда тянулась как час. Такое было не раз и вызывало то же неприятное ощущение, словно сдавливающее тебя, напоминающее о какой-то ошибке, которую найти было нельзя. Хотя нет, ошибка была очевидна. — Какое сегодня оправдание? — Оторвал взгляд от кружки с чёрным чаем, оборачиваясь на сидящую рядом Софию. Мы расположились на её кухне — родители той опять были в отъезде, связанной с какой-то финансовой проблемой их семейного бюджета. Чем больше я проводил здесь времени, тем больше путался в отношениях в их семье. Её родители были в разводе. В мысленном. Но брак всё ещё был зарегистрированном из-за общего бизнеса. Как понял, из-за карьерных наклонностей, никто из них не хотел терять ни капли, поэтому их отношения оставались даже и дома больше деловыми. — Соф, ну вот не сегодня, правда. — Невольно нахмурился я, встречая на свои слова в раздражении поджатые губы. — Ни сегодня, ни вчера, ни завтра. Ты мне какой уже день так говоришь? — Протянула София, заставляя опустить глаза. — Серьёзно, Вальтер, тебе неприятно с ними общаться? — Встав с места, она забрала мою и свою пустые кружки и направилась к раковине. — Если да, то так и скажи. Я не хочу слушать эти «я не могу, не сегодня, давай лучше потом» зная, что тебе не нравятся мои друзья. — Я нормально отношусь к твоим друзьям. — Обернулся к девушке я, вскидывая руки в капитулирующем жесте. — Тогда почему ты так делаешь?! — Звук удара кружки об кружку заставил вздрогнуть и прикрыть на миг глаза от громкости. София повернулась ко мне. — Я просто хочу, чтобы ты проводил со мной побольше времени, чтобы мы вместе гуляли, чтобы ты хоть как-то участвовал в моей жизни! — Воскликнула она, скрещивая на груди руки. Я лишь только поджал губу, не зная, что на это сказать. Чувство стыда, горящее внутри противным жаром, обхватывало горло верёвкой, не давая произнести в ответ и слова. — Ты же будто избегаешь меня, избегаешь моих друзей. Что не так, Вальтер?..