Должник

Рухнул спиной на постеленный диван и оглянулся на Якова, что выключил приставку и телевизор. Экран потух — мрак поглотил всю комнату, позволяя видеть только очерченный силуэт. Парень забрался на диван, ложась между спинкой и мной. Протянутая рука стала сигналом дать телефон, один из наушников которого был уже вставлен в моё ухо. Яков взял второй и ослепил нас двоих яркостью экрана блокировки. — Твоя девушка? — Щурясь и разглядывая обои на моём телефоне, тихо спросил парень, прежде чем ввести пароль. Я действительно на днях сменил картинку, ставя нашу с Софией из поездки в парк аттракционов. Вытащив за пару секунд до отправки на американских горках, она чмокнула меня в щёку, запечатлевая сей миг. На моём же лице немного нервная улыбка, выдающее осознание той катастрофы, что должна произойти с минуты на минуту. — Угу. — Негромко промычал я, чуть кивая, пока Яков ввёл пароль и полез в мою музыку. Пролистав резко и быстро пару раз вниз, парень замедлился, пробегая глазами по песням. Включив одну из них, он свернул музыку и открыл галерею. Закусил губу, пока дыхание замедлилось. Осторожно схватился указательным и большим пальцами за верхнюю часть каркаса, вынимая из рук в перчатках свой телефон. Яков глянул на меня с некой насмешкой, неясной мне. Брови чуть вскинуты, а ухмылка демонстрирует ехидство и уверенность. Я внимательно смотрел на парня, ожидая подставы возражений и всего того, что можно было бы от него ожидать, но тот просто-напросто перевернулся на бок и привычно уткнулся носом в мою шею, прижимаясь ближе. Выключив горящий экран телефона, я вернул ночь в просторную гостиную и, убрав сотовый в задний карман джинсов, обнял парня, мучаясь лишь одним сомнением, грызущим мою голову. Тёплое и тихое дыхание щекотало шею, пока мышцы расслаблялись, но не хотел отдыха только мозг, разъедаемый самим же собой. Пальцы невольно постукивали по тонкой талии, спрятанной за свободной длинной толстовкой. Ему вообще так удобно ходить?.. Голая нога лежала между моими бёдрами, добавляя к одной теме вторую. Или заменяя её. — Ты не любишь штаны? — Негромко промолвил я в пепельные волосы и слыша последующий шорох их трения о подушку, когда чёрные глаза поднялись ко мне. В темноте я разглядеть чужих эмоций к своему нетактичному вопросу не мог, как ни старался. — С чего такие вопросы, мистер Немо? — Кажется, парень вскинул бровь, ибо в голосе была сплошная насмешка. Закусив край губы, пялился в темноту, видя только чёрный мрак. — Просто интересно… — Мямлил я, уведя взгляд. — У тебя дома прохладно, носишь ты толстовку, не футболку, носки и даже перчатки. Не то что бы я упрекаю, просто хочу понять. Почему?.. — Вернул глаза к парню, чувствуя спокойный аромат розы. Тот меня разглядывал, не спеша давать ответ, и это молчание тянулось недолго, но его вес на себе прочувствовать я успел. — А для чего? — Мои брови приподнялись, пока я с недоумением смотрел на парня, что вновь вернулся к моей шее. — Я хочу спать, Немо, так что заткнись и лежи. — Отчеканил он, обжигая мою шею горячим дыханием. В этот же миг я старательно крутил шестерёнки у себя в мозге, пытаясь понять, к чему относился этот вопрос. К одежде, перчаткам или к моему вопросу. Будильник бил по голове, пока я накрылся подушкой, желая подохнуть прямо тут. Тот, кто сказал, что понедельник — день тяжёлый, забыл упомянуть, что вся жизнь состоит из понедельников, только из них. Меня ужасно клонило в сон, а я уже готов был рыдать навзрыд, только чтобы меня не сгоняли с койки и позволили бы ещё хоть пару часов быть здесь. Пару дней, месяцев, всегда. Будильник продолжал пронзительно кричать. Отключив его к чертям собачьим, откинул куда-то сотовый и накрылся с головой, сворачиваясь комочком. Похуй. Прогуляю ещё один день, ничего страшного не случится. Уснуть я не мог. Ответив собирающейся Руф, что мне сегодня повезло и никуда не надо, отвернулся к стене, слыша стук дверцы шкафа, хлопок двери, чувствуя духоту помещения, потом слушая ещё один хлопок двери, звук упавшего с кровати сестры рюкзака, её голосовые сообщения, голосовые сообщения Элиаса, короткое прощание со мной. Думал, что на этом всё кончится, но через пару минут перевернулся на другой бок, затем на спину, следом на живот, не находя себе места. Мысли о том, что я должен сейчас пойти в универ, обгладывали моё сознание, пока я старательно их отгонял. Я не хочу. Мне это нахер не надо. Ну пропущу один день, нихуя не будет. Выглянув из-за одеяла, вдохнул душный воздух комнаты и, закрыв глаза, лёг головой на тёплую подушку, желая вернуться в беззаботную поволоку сна и откинуть все думы, дробящие мой мозг кофемашиной. Слабость, тело обнимала слабость, пока я мысленно изнемогал от желания отключиться быстро, безболезненно и навсегда. Природы такого чувства я объяснить не мог ничем, помимо заёбанности. Хотелось положить на всё болт, что я и сделал сейчас. Помогло ли это? Ничерта. Чувство вины стояло над головой, говоря о том, что мне нужно собираться. А мне нужно. Я должен. Блять, я не… Противный скулёж вырвался прямо из грудной клетки, пока я, наморщившись, сел на кровати, представляя ещё один длительный день, что меня ждёт. Всё нутро восставало против того, чтобы подняться с кровати, но мне всё же пришлось это сделать, а также умыться и одеться. Доплетясь до ванной комнаты, отлил, умылся ледяной водой, пытаясь хоть как-то взбодриться, что оказалось бессмысленно, и, взяв поблёкшую зелёную зубную щётку с торчащими во все стороны щетинками, подставил под холодную воду, потёр зубы пару мгновений и сплюнул всё в раковину. Поставив щётку обратно в покоцанный желтоватый пластиковый стаканчик, вернулся в комнату. Открыв шкаф, увидел только пустые вешалки, понимая, что всё же мне стоило хотя бы одну вещь постирать. Понюхав пару толстовок, нашёл более-менее терпимую и накинул, мысленно отмечая, что нужно постирать весь тот склад, собранный на спинке стула и у койки. Придя в универ, извинился перед учительницей русского, выслушивая ещё больше отталкивающего дерьма, намекающего, что стоило остаться дома, и, проигнорировав Софию, прошёл к задним партам. Миссис «вы ничего не сдадите» вновь начала свою лекцию, пока я подложил под голову подушку из рук и, поставив на неё подбородок, прикрыл глаза, желая провалиться под землю. Нахуя припёрся? Дома сейчас было бы гораздо приятней. Приоткрыл глаза, наблюдая Софию на парты три впереди меня. Та не оборачивалась, но я видел поникшие плечи. Сука, Вальтер, ты гандон. Нахмурившись, закрыл глаза и лёг щекой, прячась за спиной одного из своих одногруппников. В перерыве вышел из аудитории, не желая изъясняться или говорить с кем-либо. Желание покурить заставило слинять в один из туалетов. Пришлось переться на второй этаж с четвёртого, но тяга была непреодолимой. Почему на второй? Зайдя внутрь, скользнул в одну из кабинок, закрыл на щеколду, быстро вытащил красную зажигалку с пачкой и резво закурил. Горечь прошла по горлу к лёгким, пока дым, выдохнутый вниз, неспешно побежал вверх. Туалет второго этажа был прекрасно оприходован для курения за счёт поломанных пожарных датчиков и приоткрытого окна, на котором стояла решётка, спасая от побега учеников. Я заебался. Я больше так не могу. Неделя пролетела также молниеносно, как и все до этого. Дни сменяли дни, пока нихуя не менялось, ничего не решалось, а я себя чувствовал ломовой лошадью. С Софией мы виделись на этой неделе после универа лишь раз и то, ничем хорошим это не кончилось. В пятницу вечером я вновь поехал к Якову, заранее предупредив о своём визите. Объяснить своё желание приехать я мог лишь простой глупой игрой в приставку да поеданием шоколадного торта с коньяком. Всё. Больше ничего. Когда время уже зашло за полночь, мы привычно устроились на диване. Я уже прикрыл глаза, когда парень отстранился, заставляя на него взглянуть. — Когда ты мылся? — Вскинул в удивлении брови, разглядывая смотрящего на меня сквозь темноту парня. Чёрные глаза были едва сощурены, пока Яков внимательно сверлил меня взглядом. — Ну, — увёл взор, — недавно. — Протянул я, смотря на не особо верящего мне парня. — Точнее? — Продолжил спрашивать Яков, пока я понимал, каким идиотом был, полагая, что заметить это нельзя. — Яков, это неприлично. — Отбил я, не желая признавать свою лень и халатность к таким базовым вещам. Парень отодвинулся и опёрся на локоть, разглядывая меня. Я же тяжело вздохнул, выжидающе смотря на него. — Когда? — Выдохнул с усмешкой он, не отступая. Я поджал губу, не желая отвечать на такой вопрос. Но молчание затягивалось, а из тьмы на меня смотрели чёрные глаза. — Недавно. — Повторил я, на что Яков усмехнулся. — Тебе стоит сейчас принять душ. Закусил край пересохшей губы, невольно противясь даже мысли пойти в душ. Просто я не хочу. Нет у меня желания. — Извини, я, наверно, домой поеду. — Пробурчал я, вставая с места. Ладонь в перчатке вцепилась в карман толстовки, не давая отступить и шагу. — Я тебе сказал уйти? — Произнёс чётко и холодно Яков, пока я чувствовал среди тьмы его требовательный взгляд. — Я сам хочу уйти, Яков. Мне жаль, что так получилось, и… — Замялся, даже не зная, что сказать в своё оправдание. Только и могу искать отговорки, не делая ничего полезного в этой чёртовой жизни. — Это из-за того, что я сказал тебе сходить в душ? — Опустил голову ещё ниже, чувствуя, как падаю на всё большее дно не только в своих, но и в чужих глазах. — Яков, я… — Идиот я. Всё. Больше никаких объяснений не требуется. — Просто сходи в душ и возвращайся. — Протянул парень, пока я мотнул головой и попытался оторвать чужое запястье от своей толстовки, но тщетно. — Я лучше просто уеду. — Промямлил я, смотря куда угодно, но не в ту сторону, где должен лежать парень. Видеть его среди темноты я не мог, но силуэт выдавал его расположение. — Тебе влом идти искупаться? — Кажется, вскинув бровь, спросил предвзято Яков, втаптывая меня ещё больше. — Я просто лучше пое… — Почему не можешь помыться? — Парень потянул меня на себя и поднялся с койки, вставая напротив и не выпуская моей толстовки. — Яков, я не б… — Тот потащил меня за собой в сторону двери. — Э-эй! — Воскликнул я, но мы уже вышли в коридор. Яков жмякнул свободной рукой переключатель и открыл серую лакированную дверь в ванну, ослепляя ярким светом. — Яков, я правда не… — Зайдя внутрь, тот обернулся ко мне, начиная расстёгивать мою пряжку ремня. Я схватил тонкие запястья, трусливо смотря на парня, что поднял ко мне недовольный взгляд. — Хватит, я не… — Почему? — Повторил свой вопрос он, пронзительно смотря на меня. Я облизнул пересохшие губы, не зная, что ответить, ведь причины никакой не было. Я просто не хотел. И это «не хотел» тянулось уже почти неделю. — Яков, мне лучше поехать домой. — Мирно проговорил я, съезжая с ответа. Парня это не устроило. — Дай мне объективную причину и можешь валить на все четыре стороны. — Бросил он, на что я увёл взгляд, проходя им по серо-беловатой ванной комнате. Моё молчание стало показателем, что ответить мне нечего. Яков вернулся к моей пряжке, пока я напряжённо смотрел, как он меня раздевает. Стащив с меня толстовку и футболку, тот кинул их на стиральную машину и начал расстёгивать ширинку моих брюк. Я неловко перехватил управление над своим раздеванием, начиная самостоятельно стягивать с себя джинсы. Яков, глянув на меня, прошёл к ванне и включил воду. Следом он вышел, кинув на меня ещё один взор. Когда дверь за парнем закрылась, я стянул трусы и залез в ванну, тёплая вода в которой лишь едва поднялась. Отыскав среди нескольких флаконов шампунь, намылил голову и смыл. Использовав какой-то пахучий гель, намылил тело и сел в ванну, делая глубокий вдох. Пахло приятно, но в груди было тошно. Поджав к себе ноги, принялся оглядывать ванную, в которую меня запихнул Яков. До середины стен прокладывалась белая плитка, следом шла просто белая краска. У входа, по его правую сторону стояла стиральная машина, с которой свисала штанина моих джинсов, рядом с ней небольшая серая лакированная тумба с выдвижными ящиками, а напротив расположены раковина да унитаз. На белом кафеле пола также лежал сероватый ковёр прямо у самой ванны. Здесь гораздо светлее и «белее», чем в остальных комнатах. Мне нужно было поехать домой, а не страдать хернёй. Блять, неужели от меня воняло несколько дней? Ленивый идиот, неужели нельзя было просто залезть и искупаться? Дело пяти минут, но даже тут мы нихуя не сделали, а решили напечатать это глупое «потом». Ты просто жалок. Дёрнулся, когда дверь в ванную приоткрылась. Глаза приковал пепельноволосый парень, что неторопливо зашёл, кинув на меня взгляд. Я хотел возмутиться, но… это его ванная. Не факт, что он в ответ меня просто не прогонит. Хотя это тоже не такой и плохой вариант. Мои глаза округлились, когда Яков подошёл ко мне, протягивая низкий кругловатый гранённый бокал, наполненный доверху тёмно-янтарной жидкостью. — Это что? — Недоумённо спросил я, поднимая на парня взгляд. Верить в своё предположение не хотелось. — Виски. — Кратко бросил Яков, добивая мою надежду. — Для чего? — Парень раздражённо вдохнул, закатывая глаза. Я стиснул губы, всё ещё дожидаясь ответа. — Чтобы пить, Немо, чтобы пить. — Процедил с ухмылкой, похожей на оскал он, заставляя невольно сжаться. Чёрные глаза смотрели на меня, а я осторожно взял бокал из руки парня и сделал глоток под его внимательный взор. Яков отстранился и отставил второй бокал с виски на тумбочку. Тревожно поглядывая на парня, я не торопился пить, всё ещё находясь в смятении. — Эй, ты ч…его? — Говоря каждое слово тише предыдущего, спросил я, наблюдая, как Яков снял толстовку, бросая её к моим вещам на машинке. — Искупаться хочу, мистер Немо. Довольно обыденное желание, разве не так? — Грубый сарказм. Я отвёл взгляд к бокалу, невольно боковым зрением подмечая, как парень снял носки и трусы. Взяв с тумбы отставленный виски, Яков направился ко мне и медленно сел напротив, пока я опустил глаза, чувствуя себя ужасно. Ванна не была супердлинной, поэтому парень также слабо подтянул ноги, укладывая локти по бокам ванны. Отодвинутый в сторону кран пускал воду по белой стенке ванны, наполняя её уже почти до половины. Журчание было негромким, но среди этой ночной тишины, среди этой белой комнаты, наполненной светом в каждом углу, это был самый громкий звук, прежде чем Яков начал разговор. — О чём думаешь? — Поднял взгляд на парня, но следом отвернулся, не собираясь смотреть на голого него. — Ни о чём. — Пожал плечами я, чувствуя взор Якова на себе. Тому это вообще нормально? — Скажешь, зачем мне виски, или ты просто решил меня споить? — Протянул равнодушно я, возвращая глаза на Якова. Тот сам ко мне подсел. Значит ничего такого в разговоре с глазу на глаз нет. — Для чего мне тебя спаивать, Немо? — Вскинул бровь Яков и затем сделал глоток из бокала. Локти так и лежали по бокам, пока на самих руках перчатки. Даже в ванной не снимает? — Тогда для чего ты мне налил виски? — Повторил я, выжидающе глядя на Якова. Тот усмехнулся. — Разве я не налил виски нам, Немо? — Чуть приподнял бокал в своей руке он, демонстрируя мне, будто я его не заметил. — Значит хочешь споить нас двоих? — Продолжил я, на что Яков раздражающе улыбнулся и сделал глоток. — Ты опьянеешь от одного стакана, Немо? — Я сжал губы в тонкую линию, наблюдая бесящее превосходство на его лице. Однако самым раздражающим было то, что это превосходство великолепно сочеталось с его довольно недурной внешностью. — Ты не принесёшь ещё? — Удивился я, теперь не понимая вообще ничего. — А тебе хочется ещё? — Козёл. — Отвали. — Буркнул я, вызывая смешок. Ну и пошёл он в жопу. Увёл взгляд, но вернул его к парню, слыша плеск воды. Яков пересел, упираясь локтями в мои согнутые колени. Я во все глаза смотрел на лицо, не смея опускать взгляд ниже на грудную клетку, по которой стекали капли воды, которая наполнила ванну уже чуть больше половины. — Выпей бокал, и я отвечу на один любой твой вопрос. — Для чего? Нахуя он вообщ… — Ты меня травишь. — Даже не вопросом произнёс я, видя улыбку на тонких губах, и, поднеся ко рту бокал, за пару грубых глотков выпил содержимое, следом морщась. Блять, так понтоваться не стоило. Яков разглядывал страдающего меня и затем забрал из моих рук бокал, отставляя его куда-то на пол. Его локти вернулись на мои колени. — Нельзя с тобой пить дорогой алкоголь, ты его пьёшь, как палёную водку. — Я закатил глаза, но чуть нахмурился, чувствуя, как виски ударил в голову. — Для чего тебе перчатки? — Глаза парня на миг округлились, но затем он засмеялся. С непониманием смотрел на недолго смеющегося Якова, что свободной рукой убрал волосы с лица. — Чтобы носить. — Сделав глоток виски, ответил он. Я дожидался объяснения, но Яков смотрел на меня непринуждённо, показывая, что ответил на мой вопрос. — Да, но зачем? — Спросил я, на что Яков лишь покачал головой. — Я тебе ответил на вопрос, Немо. На другие вопросы отвечать не намерен. — Протянул спокойно он и сделал ещё один глоток. Я с возмущением посмотрел на парня. — Но я же… Я же тебя и спросил об этом! — Противился я, невольно сжимая ладони в кулаки. — Ты спросил: «Для чего тебе перчатки, Яков?». Я тебе ответил: «Чтобы носить, Немо.». Ничего другого в твоём вопросе не было. — Протянул поучающим тоном он, взмахивая пальцем, объясняя мне как учительница первокласснику. — Ты понял суть вопроса. — Процедил со злостью я. — Это не меняет того, что ты его задал неправильно, Немо. — Уёбок. — Иди к чёрту. — Повёл коленями я, желая согнать с себя парня. Тот не отодвинулся. — Бросьте, мистер Немо, я же только из благих побуждений. — Улыбнулся Яков и отставил свой пустой бокал на пол. Его глаза вернулись ко мне, а придурковатая ухмылочка не слезала с очерченных губ. — Зато вы теперь знаете, что нужно думать, прежде чем задавать вопросы, чтобы не попасть впросак. — Я фыркнул, скрещивая руки на груди. — Почему не захотел мыться? — Я взглянул на Якова, чей голос уже стал более спокойным, а с губ сошла нелепая ухмылка. — Я сказал, иди к чёрту. После такой хуйни у меня с тобой разговаривать желания никакого нет. — Чувствуя укол вины за свои слова, проговорил я. Но и он меня заебал с этими ебаными расспросами. — Ну мистер Немо, — вновь ухмыльнулся парень, перекладывая свои ладони на мои плечи. Голос был тихим и хрипловатым, смешиваясь с журчанием воды. Яков приблизился, заглядывая в мои округлившиеся от ощущений глаза. Точнее говоря, что-то упёрлось между моих икр. Яков медленно отодвинулся, поняв мою реакцию, и, положив ладонь на бортик, вылез из ванны. — На работу только завтра, а привычки за неделю никуда не ушли. — Пояснил он, топая мокрыми босыми ногами по светлому кафелю к унитазу. Крышка была откинута, поэтому парень просто склонился, упираясь ладонью в верхнюю часть и… Я нервно сглотнул, хлопая глазами. Яков низко простонал, выгибаясь, пока у меня по коже побежали мурашки, а взор был невольно прикован к дрочащему парню. — Я, наверно, пойд… — Сиди. — Безразлично бросил парень, срываясь на негромкий стон. — Мы ещё не закончили разговор. — Я еле дышал, наблюдая за парнем. Точнее, блять… я, сука… Закусил губу, чувствуя, как дыхание невольно стало глубоким. Яков прикрыл глаза, толкаясь себе в руку. Я видел, как по костлявому телу стекали капли воды, как они струились по белой коже при каждом резком толчке. Сухие пепельные волосы заправлены за уши, тонкие брови вскинуты будто бы в мольбе, пока из рта выходят откровенно порочные стоны. Поджал ноги, невольно чувствуя затягивающееся в низу живота возбуждение. Возбуждение? Я не… Блять. Поёрзал, поглядывая на Якова, что, склонившись над унитазом, более скоро себе надрачивал. Когда чёрные глаза приоткрылись и метнулись в мою сторону, одаривая своим пьяным от похоти блеском, я замер, ощущая, как начинаю гореть со стыда. — Нр-равится, Н-немо? — С хриплой усмешкой бросил он, а следом прикрыл глаза, срываясь на ещё один стон. Меня обдало жаром. Не зная, что делать, сидел в углу ванной, не сводя взгляда с Якова. Вскоре парень кратко простонал, а ладонь в перчатке в последний миг ушла от члена. Когда последние капли скрылись в унитазе, Яков выпрямился. — Салфетки во втором ящике, подай, пожалуйста. — Прохладно протянул он, не оглядываясь на меня. Чуть кивнув, хоть парень этого и не увидел, я неловко вылез с места и, подавляя ёбаное стеснение, вытащил синеватую упаковку, подал ему. Следом залез обратно в ванну, пока Яков приводил себя в порядок. Обратно сев напротив меня, парень выключил журчащую воду, так как ванна наполнилась доверху. — Я тебя слушаю, Немо. — Я пялился в чёрные глаза, всё ещё пытаясь уложить в голове произошедшее. Он… он просто подрочил передо мной и затем сел говорить как ни в чём не бывало? Это… — Это ненормально. — Брякнул я, указывая пальцем вначале на туалет, а потом на него самого. Яков усмехнулся. — Есть такие идиоты, что заплатили бы мне за «это», — он показал пальцами кавычки, — около двадцати плюсом к базовому сеансу. — Закусил губу, всё ещё смотря на расслабленного, непринуждённого Якова, что буквально не видел здесь ничего аморального. — У тебя явно нет чувства стыда. — Выдохнул я, скрещивая подрагивающие руки. Главной проблемой было то, что, заметь сейчас парень, вызовет насмешку. Ещё Руф оказалась права. Меня могут возбуждать парни. — Оно мне не нужно, Немо. — Пожал плечами Яков, устраивая локти по бокам ванны. — Да и тебе оно жить мешает. — Одна из ступней парня устроилась между моих икр, раздвигая их. Моё лицо, наверняка, покрылось краской, пока Яков насмешливо разглядывал меня, уже пуская ногу между моих бёдер. — Прекрати. — Он понял. Я, паникуя, смотрел на Якова, что пальцами ноги коснулся моего вставшего члена. После моего требования, прозвучавшего пискляво, парень убрал ногу, разглядывая с свойственной ему усмешкой. Свёл ноги вместе, желая умереть от чувства вины. Вальтер, ты в отношениях. Это переходит все границы. Схватившись за бока ванны, начал приподниматься, желая вылезти. — Сядь. — Яков, я не… — Я не буду до тебя домогаться. Мы просто поговорим. — Кинул взор на Якова, что уже не ухмылялся, а внимательно смотрел на меня. — Пока наш разговор был наполнен только виски, твоей ложью, дрочкой и твоей попыткой трахнуть меня ногой. — Проворчал я, но всё же сел на место, подгибая ноги обратно. Старался выгнать из головы образ парня, думая о бытовых вещах. Яков усмехнулся. — Так ты мне даже на один вопрос ответить не можешь, как я должен с тобой говорить? — Ухмылка быстро спала, а парень сосредоточенно разглядывал меня. Ни дымки опьянения от выпитого на голодный желудок виски. Почему понесло только меня? — Ты уклоняешься от моих вопросов, почему я должен отвечать на твои? — Противопоставил я, получая от парня кивок на свои слова. — Тогда давай один вопрос я, один — ты. — Я уже хотел потребовать ответа на свой первый вопрос, но Яков добавил. — Помимо перчаток. Закусил губу, смотря в серьёзные чёрные глаза. Что такого в перчатках? Под ними? Что он прячет? — Хорошо. — Кивнул я, собираясь вскрывать другие чужие карты. Он так хочет копаться в моей голове, как палкой в муравейнике? Пожалуйста. Только пусть не думает, что я не буду делать то же самое. — Почему не мылся? — Не хотел. — Равнодушно ответил я, получая едва вскинутую бровь. Ждёт продолжения. — У меня нет сил и времени на это. Не было, по крайней мере. Я заебался с этим чёртовым универом и работой, поэтому просто, приходя домой, заваливаюсь на койку, радуясь лишь тому, что Руф выросла и может о себе хоть как-то позаботиться. Тем более у неё есть Элиас. — Также безразлично отчеканил я, смотря в прохладные чёрные глаза. Ни усмешки, ни ехидства. Одна пустота. — Теперь я. Как отреагировали родители на твою работу, или они не знают? — Назвали пидорской сукой, пихнули чемодан и сказали убираться. — Аналогично мне бездушно выдал Яков, подперев щёку парой пальцев. Чувства неловкости за такой вопрос и за последующий ответ не было. Он первый полез. — Ты любишь свою девушку? — Я пару секунд молчал, удивлённый вопросом, но Яков продолжал смотреть на меня также безразлично. — Мы встречаемся не так долго, чтобы любить. — Ответил я, уводя взгляд. — София хороший человек, и я даже не понимаю, почему она вообще со мной возится. В последнее время я только больше всё порчу и мы отдаляемся. Я не знаю, как долго мы ещё будем, но, мне всё чаще кажется, что она меня бросит. — Проговорил я, осознавая в который раз какой я урод. Вернул глаза на Якова. Ни тени эмоции. Я недолго молчал, смотря на него. В голове пролетали вопросы, но все они были малозначительны. Я хочу его понять. — Как ты себя чувствуешь? — Губы Якова окрасила усмешка, не предвещая ничего хорошего. — Что именно ты хочешь от меня услышать, Немо? Вопрос слишком расплывчатый. — Ты не ешь, кажется, мало спишь, недавно-давно тебя чуть не изнасиловали, и я знаю, что тебе тяжело, — кивнул своим словам я, — Похудел и… — Ну не я один похудел. — Усмехнулся Яков, кивая на меня. Я опустил взгляд, только сейчас замечая, что живот стал меньше, и понимая, почему джинсы начали спадать. — Не своди тему. — Вернулся я, поднимая глаза на уже не улыбающегося Якова. — Мне интересно, как ты себя чувствуешь… — Оборвал себя, понимая, что Якову действительно здесь объяснять придётся не парой предложений. Парень, подметив, что до меня дошло, противно улыбнулся лишь на миг. — Хорошо, — кивнул я, — что ты чувствуешь, когда ложишься под других людей? — Скорректировал свой вопрос я. — Всё зависит от людей, Немо. — Прохладно произнёс Яков. — Когда я ебусь с новыми клиентами, периодически удивление и отвращение. Как-то пришёл клиент с любовью к женскому белью. — Я поморщился, но невольно ехидно улыбнулся, даже только предполагая такой расклад. Яков, подметив мою усмешку, улыбнулся, добавляя ещё информации. — У меня по-прежнему лежат чёрные стринги с чулками… — Не надо… — Помотал головой я, пытаясь не засмеяться. — Ты просто меня не видел. Я был бесподобен. — Всё же тихо засмеялся, прикрывая рот ладонью. — Был ещё какой-то фетишист на ноги. Тот просто любил лизать ступни, просовывая язык между пальцев. — Я с весельем смотрел на Якова, пытаясь подавить улыбку. — У каждого свои вкусы. — Пожал плечами я, на что Яков вздохнул. — Бывают и постоянные клиенты, — продолжил свой ответ он, — Они не то что бы опытные, скорее уже сработались со мной. Есть любители БДСМа, есть просто любители прийти и, завалив на койку, трахать до потери пульса, есть ролевики, а есть любители нежного, но таких мало, ибо сам такое ненавижу. — Проговаривал парень, пока я внимательно его слушал, но всё же, дождавшись, уточнил. — И что ты в эти моменты чувствуешь? Нет ощущения, что ты продаёшь себя или что ты просто игрушка в чужих руках? — Яков глянул на меня. На его лице уже вновь не было эмоций. — Они мне платят, Немо. Они меня трахают и платят мне за это. Несмотря на некоторые субъекты со специфическими вкусами, я доволен опытными клиентами, что приходят из раза в раз. Да и… — Его взгляд скользнул по мне. — Некоторые новые клиенты действительно удивляют своим умением учиться. — Закатил глаза, помня все оскорбления, что слышал от парня. — Ты хочешь жить? Я взглянул на Якова, что беспристрастно рассматривал меня. Закусил губу, понимая, что врать не только плохо, но и бесполезно. — Нет, — выдохнул я, сам холодея от своего признания, — Я… я не хочу. — Опустил глаза, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить это Якову. — Я… я говорил, что в принципе моя жизнь не имеет смысла, как и, наверно, любая жизнь на планете. Я никак не отличаюсь от других людей, остальным я только мешаю, каждое моё слово, каждое действие ошибочно, даже сейчас я поступаю как идиот, сидя с тобой здесь и говоря тебе весь этот бред. — Обнял колени, не поднимая глаз на Якова, но чувствуя его взор. — Я… я — ошибка, Яков. Мне в принципе незачем существовать. Единственное, что я делаю в своей жизни, это пашу до седьмого пота, и мечтаю вернуться обратно на кровать, чтобы на ней же и подохнуть. Нет в этой жизни чего-то хорошего, точнее есть, но не для меня. Сколько раз я общался с людьми, понимая, что я там нахер не нужен; сколько раз София меня звала просто прогуляться с ней, а я отказывал, желая, чтобы она меня не трогала; сколько раз я только и делал, что лажал? Я… я — ошибка… Мне будет гораздо лучше просто не жить, ибо я не могу. Я не вывожу такую жизнь, даже если у меня всё хорошо. Просто… я просто не могу. И проблема не в ком-то другом, а во мне. Я не создан, не приспособлен, не так умён для других людей. Я-я просто тупая биомасса, не понимающая в этом мире ничего. — Хлюпнув носом, встрепенулся, понимая, что глаза уже слезятся. Хах, вот идиот. Вытер запястьем глаза и поднял взор на Якова, что молча разглядывал меня. Отлично, теперь и он знает, какой я конченый. Отодвинулся ближе к спинке, не зная, что ещё сказать. Продолжил противно хлюпать носом, мечтая сдохнуть прямо сейчас. Взгляд Якова не отходил от меня, заставляя стиснуть губы, чтобы хоть как-то попытаться убрать эти глупые слёзы. Только и делаешь, что рыдаешь, Вальтер. Молодец. Вода с крана покапывала, падая и оставляя тонкие круглые разводы, расходящиеся всё дальше и дальше. Стыд накрыл своим одеялом, заставляя спрятать лицо в ладони, которыми я старательно пытался стереть влагу. Оторвал руки и взглянул на Якова. Тот молчал. Что, наша игра сменится на молчанку? Всплеск воды, а парень чуть приподнялся, пересаживаясь на колени. Осторожно приблизившись, тот навис надо мной, смотря в мои глаза. Я затаил дыхание, чувствуя себя теперь ещё отвратительней. Почему не соврал? Почему не прекратил это тупое развлечение? Руки легли на плечи. Яков коснулся щекой моей, мокрой. — Яков, не н… — Я просто хочу тебя обнять. — Тихо выдохнул он без усмешки, пока я почувствовал, как к глазам подкатывает новый поток слёз. Что за идиот?! Хлюпнув носом, осторожно обнял парня, чувствуя себя сволочью за своё действие. Выпрямив ноги, позволил Якову пересесть и прижался ближе к нему. Сопляк, идиот, сплошная ошибка природы. Всхлипы стали сильней, а я никак не мог это остановить, заставляя мокнуть ключицы не отодвигающегося от меня Якова. Почему я такой идиот…?! Почему меня не сбила машина?! Не умер во время родов?! Сегодня с утра не задушился подушкой?! Всё стало ещё хуже, когда по голове начала гладить ладонь в успокаивающем жесте. Этот жест ничерта не успокаивал! Схватился за парня, пока слёзы застилали глаза. Мне было жалко его за то, что он попал в эту тупую ситуацию, и сейчас сидит терпит меня, а я, как пятилетний мальчишка, не могу успокоиться, закатывая истерику. — Я-яков, я… — Парень чуть отстранился, заглядывая мне в глаза, которые продолжали слезиться. — П-прости, я… я… Мне н-нужно е-ехать… — Ты сегодня ночуешь у меня, Немо. Тебе никуда не нужно. — Я стиснул губы, совсем не понимая парня. Это можно было бы списать на показную вежливость, но я знал Якова. У того не было ни стыда ни совести. — Спасибо… — Выдохнул я, трясясь от собственных слёз. Слабак. Чмошник. Яков, проведя ладонью ото лба, убирая мою чёлку, упёрся лбом в мой, тихо выдыхая: — Сейчас тебе никуда не нужно, и ты никому ничего сейчас не должен. Сейчас тебя никто никуда не гонит, и ты имеешь право сейчас отдохнуть. — Я тихо всхлипнул, смотря во мрак чёрных глаз. Яков говорил это ровно, чётко, но тихо и спокойно. Я безжизненно улыбнулся и уткнулся носом в его плечо, прижимаясь к голому парню, чувствуя, как остывает вода в ванне. Никому не должен?.. Могу отдохнуть?.. Я не могу сказать, сколько ещё я так плакал в костлявое плечо, но, когда рыдать было уже нечем, а вода леденела, я отодвинулся от Якова, поднимая взгляд на его отрешённое лицо. Поймав мой взор, парень вскинул брови, ожидая дальнейших моих действий. Я же молчал, не зная, что сказать. Мурашки начали бегать от холода, украшая кожу гусиной лапкой. — У тебя есть в плейлисте что-то депрессивное? — Ухмыльнулся Яков, вновь возвышаясь надо мной. Он неспешно отодвинулся и, поняв, что больше мне объятия не нужны, аккуратно вылез из ванны. — Земфира. — Усмехнулся невесело я, поднимаясь следом за парнем. Тот, не торопясь одеваться, начал закидывать вещи в машинку. — Эй, подожди, а мне что носить?! — Хватая тонкое запястье с моими трусами, воскликнул я. — Спать можно и голым, — отметил Яков, заставляя мои глаза округлиться, — Я подыщу у Джея что-то на твой размер. — Невольно прикрыл член ладонями, вспыхнув от взгляда парня, направленного именно на мой пах. — Я не хочу носить его бельё. — С отвращением бросил я. — Тогда спи голышом, Немо. — Усмехнулся Яков, бросая мои трусы в стирку. Закинув остальные вещи, он направился к выходу. Я последовал за ним. — Мне искать для тебя трусы? — Поинтересовался парень, нажимая переключатель. Весь свет за спиной потух, и мы оказались в привычном мраке. — Да, пожалуйста. — Тихо выдохнул я, пытаясь следовать за Яковом, чтобы не споткнуться ни на чём. — Ай, сука! — Схватился за мизинец на ноге, стискивая от боли зубы. Яков включил свет в гостиной, оборачиваясь на меня, пока я страдал от нападения арки. Блять, всё тут не по фэн-шую. Выпрямился, встречая плотоядную улыбку на очерченных губах. — Тебе трусов хватит, или мне принести ещё футболку с шортами? — Не стал добивать меня Яков, вероятно, уже удовлетворяясь тем, что я голым ёбнулся о какую-то торчащую хуйню. Я стиснул губы, раздумывая. Брать чужие вещи не хотелось, но и спать полуголым в обнимку с парнем, когда у меня есть девушка… — Ещё и футболку с шортами. — Ответил я, на что Яков кивнул и, выключив свет, направился во тьму. Фыркнув на чужую подъёбку, аккуратно шагнул туда, где стоял парень, и попытался нащупать переключатель. Спустя пару попыток свет загорелся. Оглядев просторную комнату и подметив панорамные окна, всё же нажал на переключатель ещё раз. Пройдя по темноте к кровати, сел на край и прикрыл глаза, вдыхая прохладный воздух квартиры Якова. Перед глазами всплыли чужие, чёрные, такие пустые, но в то же время словно о чём-то твердящие. Сейчас тебе никуда не нужно, и ты никому ничего сейчас не должен. Сейчас тебя никто никуда не гонит, и ты имеешь право сейчас отдохнуть. Для чего он это сказал? Это полноценная ложь… или… Откинулся на спинку, выдыхая тяжесть. Стараясь выдохнуть тяжесть. Я-я правда могу расслабиться? На один день, Вальтер. На одну ночь. Почему-то глаза от этой мысли вновь начали слезиться. Блять, да что за херь. Я… я хочу отдохн… Отдохнёшь ты только в гробу, Вальтер. Нельзя быть слабым. Нельзя вести себя так жалко, как ведёшь себя ты. — В следующий раз неси свою одежду. — На лицо упали тряпки. Взял в руки вещи, пока парень плюхнулся рядом, вытаскивая со своего кармана толстовки мой телефон. — Обязательно. — Выдохнул я, вставая, натянул трусы, шорты и накинул футболку. Всё оказалось немного большим, ибо в комплекции Джей был крупней меня. Сейчас же, как отметил Яков, я стал ещё худей, поэтому шорты всё время приходилось поправлять. Лёг к Якову, что уже хозяйничал в моём телефоне, слушая музыку через наушник. Взяв второй, устроился рядом, слыша Земфиру. Он серьёзно её нашёл? — Ты опять полез в мою галерею? — Усмехнулся я, устраивая руки на талии парня и притягивая его к себе. — Мало ли, что ты там прячешь. — Пролистывая сохранённые мемы, тиктоки, ответил Яков. — Ведёшь себя как ревнивая девушка. — Съязвил я, получая взгляд чёрных глаз и тут же жалея о своей шутке. Яков недолго гулял по мне глазами, словно над чем-то раздумывая. Следом он отвернулся обратно к телефону, листая дальше. — Думаешь, я тебя ревную? — Спросил он, а я замялся. — Нет, но… нет, наверн… — Телефон является важной частью человека, там всегда содержится что-то, что рассказывает о его владельце. — Произнёс как ни в чём не бывало Яков, пока я чуть удивлённо смотрел на него. — И что ты хочешь найти? — Поинтересовался я. — Тебя. — Спокойно ответил Яков, тормозя у фотографии с Софией, Лиеном и Сэмом. Том тогда поехать не смог, уходя на свидание с какой-то девушкой. Приблизив, парень недолго рассматривал. Листнул дальше, пока я прикрыл глаза, лишь изредка посматривая в телефон. Когда лежать так стало уже неприятно, аккуратно вынул из рук парня свой телефон и потушил экран, привлекая взор чёрных глаз, сливающихся со мраком комнаты. — Ты правду сказал, что я могу отдохнуть, и что ты меня не выгонишь? — Спросил осторожно я, видя внимательный взгляд даже в темноте. — Я тебя выгоняю? — В ответ поставил парень, пока накрывшая неловкость заставила стиснуть губы. — Я… я хочу тебя послушать. — Еле слышно выдохнул я. — Я… Ты хочешь узнать меня через телефон, а я хочу узнать тебя так, как ты мне расскажешь. — Яков усмехнулся и опёрся на локоть, разглядывая меня сверху вниз. — Хочешь, можем продолжить игру. — Я покачал головой, даже не имея желания вспоминать этот садизм. Причём поступающий с двух сторон. — Мне интересно, что ты сам расскажешь о себе. — Облокотился на подушку я, равняясь с Яковом. — Вытаскивать из тебя клещами что-либо я не хочу. — А если я разрешаю спрашивать про перчатки? — Смотрел в чёрные глаза, что ожидали моей реакции. — Нет. — Ответил я, слыша в ответ смешок. — Твоё право, Немо. — Парень упал обратно на подушку, закидывая за голову руки. — Я прекрасен в сексе, довольно умён, очаровател… — Это очевидные вещи. — Улыбнулся я, вызывая закатывание глаз. — Разумеется, мистер Немо. Однако я напоминаю, чтобы вы не забыли, — кивнул своим словам он, довольно ухмыляясь, — Очарователен, вел… — Великолепен, восхитителен, красив и всё далее по пунктам. — Понял рассказ парня я. Яков кивнул, разглядывая меня. — А также остроумен. — Ну как я мог забыть? — Продолжил соглашаться с парнем я. Яков довольно лыбился, посматривая на потолок. Я же разглядывал его лицо, раздумывая. — Знаешь, — выдохнул я, привлекая взор мальчишечьих глаз. — Ты действительно великолепен, Яков. Я… я рад, что знаком с тобой. — Парень уже собирался ухмыльнуться, но остановился и недолго смотрел на меня. Я едва видел Якова, но уголок губ, мягко и даже робко вырисовавший тёплую улыбку, отпечатался в моей памяти ярко и чётко. Что-то было такое искреннее, возможно, ласковое в этой улыбке, но что-то такое же болезненное и грубое, небрежное, словно старый страшный шрам, который никогда не сойдёт с кожи. — А мне приятна твоя компания, Вальтер. — Яков приподнялся на локти, заглядывая в мои глаза. — Мне… — Он… замялся?! Парень увёл взгляд к окну, пока я его разглядывал, пытаясь понять причину такого. — Возможно… Только возможно, что… сука… — Он вернул глаза ко мне. — Если я… если я сделал что-то не так, Вальтер, — акцентировал моё настоящее имя он, — я… мне… прошу, не держи на меня зла. Я… не хоте… — Я понял, Яш. — Слабо улыбнулся я, смотря на распинающегося парня. Тот поднял ко мне глаза, вновь скользя по моему лицу взглядом, не выдающим эмоций. Но его попытка извиниться говорила, что всё же Яков не настолько глух к чувствам других. По крайней мере, к моим чувствам.