Этот мужчина вынужден содержать семью

      Когда Лу Чэнь говорил это, врач сидел на корточках рядом с ним, чтобы осмотреть его ноги, постукивая и постукивая. Услышав, как генерал-лейтенант Лу произнес эти слова столь прямолинейно, доктор не мог не поднять глаза. Армия-зергов штаба рассредоточилась и больше не окружена. Они поспешно связались и мобилизовали подразделения и команды за пределами арены, готовясь провести масштабную зачистку потока насекомых на арене после того, как мать насекомых будет уничтожена. Ни один зерг не заметило, что только что сказал генерал-лейтенант Лу. После того, как врач оглянулся, Лу Чэнь опустил глаза и спокойно посмотрел на него. Через некоторое время Лу Чэнь спросил:       — Как мои ноги?       Врач на мгновение остолбенел, затем быстро отвел взгляд и посмотрел на рану:       — Генерал-лейтенант, ваша рана практически затянулась благодаря своевременному лечению, и нам не нужно никакого дополнительного лечения. Я думаю, что через несколько дней все придет в норму. А шрамы… Боюсь, что полностью избавиться от них будет немного сложно.       Лу Чэнь не заботился об этом. Что касается шрамов, то он давно привык к новым и старым ранам на своем теле — пока они не не нравятся его семейному герою, Лу Чэнь не захочет выбрасывать и удалять их. Его пальцы бессознательно двигались по коленям, приподнимая веки:       — Я хочу спросить о старой травме из прошлого.       Это была старая рана, которую так и не удалось вылечить из его сердца. Врач на какое-то время опешил, но быстро понял, о чем идет речь, и осторожно сказал:       — Генерал-лейтенант, вы поправляетесь очень хорошо, и теперь вы можете снять экзоскелетное устройство для ходьбы, но конкретная ситуация… Я пока не уверен, вам нужно снова обратиться в центральную больницу для комплексного обследования.       — Но, — доктор сделал паузу, — неожиданно ваши ноги восстановились до 70–80% от того, что было до аварии, и в вашей дальнейшей жизни не возникнет никаких серьезных препятствий.       Пальцы Лу Чэня на коленях невольно сжались. Он изо всех сил старался, чтобы его голос оставался спокойным:       — Тогда… я снова смогу управлять мехом?       Доктор встал и с серьезным выражением лица потер глаза.       — Генерал-лейтенант, я не могу вам ничего посоветовать. Вам нужно приехать в нашу больницу для прохождения ряда обследований.       Не стоит отрицать, что это уже главная надежда Лу Чэня. На самом деле, он не одержим идеей водить меха и вернуться в армию. В последний раз, когда он водил мех на Урра Стар, после возвращения в столичную звезду, его строго предупредил лечащий врач, а его господин Юй также несколько раз «наказывала» его за это дело. Но Лу Чэнь не хотел возвращаться в прошлое. Последний раз на Ура Стар был, вероятно, единственным, когда он пилотировал меха, но тот мех не назывался «Звезда Империи». Продолжая эту мысль, когда произошел инцидент с подавлением повстанцев, Лу Чэнь и «Звезда Империи» едва не пережили «крушение» и «возрождение».       Он шел так торопливо, что даже не успел поздороваться со стариком, который сопровождал его в славные дни первой половины его жизни. «Звезда империи» едва не стала его болезнью сердца, и он даже не осмелился вернуться и посмотреть на нее. Но по прошествии года Лу Чэнь уже многое повидал. Сожаление, возможно, все еще остается сожалением, но оно уже давно не является занозой в моем сердце, причиняющей боль, когда я думаю об этом. Лу Чэнь просто хотел попрощаться со своим старым другом.       На этот раз генерал-майор Гу действительно покинул арену, покрытый славой и блеском своего Y01. В тот момент, когда он вышел, эта фотография была запечатлена навечно бесчисленными средствами массовой информации империи, и после этого в течение месяца она появлялась на первых полосах ведущих СМИ и газет. Полностью искоренить нашествие насекомых и решить самую страшную болезнь сердца среди всех зергов. Можно сказать, что предыдущие достижения Гу Ю не идут ни в какое сравнение с этим временем. Преданные поклонники Гу Сюнцзы на форуме уже начали беспокоиться о повышении больше, чем сам мастер. Такая большая заслуга, как лейтенант Цзинь может быть слишком велика?       Конечно, общественное мнение не подавляюще, и всегда есть один или два несогласных голоса: Гу Юй был повышен до должности генерал-лейтенанта больше года назад, не слишком ли быстрое повышение? Боюсь, это из-за его отношений с женщиной-монархом, он прошел через много задних дверей, верно? Тск-тск, здесь вода, я не знаю, насколько глубока… В общем, пока кто-то завидует, одной из причин существования панацеи является то, что «вода глубоко внутри».       Солнечные пятна были уверены, что Гу Юй не заботится о своих собственных замечаниях, поэтому он не будет желанным гостем Гу Юя на всей сети, как Хэй Лу Шэнь, и он все равно отказывался его отпускать. Но у Гу Юя тоже есть риски. Его безмозглые самки могут утопить их одним словом. Первоначально солнечные пятна думали, что Гу Юй, будучи самцом червя, будет так бесстыдно лизать свою монархиню. Это был позор для самца червя. Он должен был потерять много мозгового порошка самки червя. насмешка. Но только открыв его, он узнал, что количество поклонников Гу Юя, оставшихся в его мозгах, не уменьшилось, а наоборот, увеличилось. Там были не только самки, но даже самцы вышли.       Комментарий 1: [В то время я был в команде самцов-зергов в зоне D арены, и я чуть не умер по дороге. Всех их возглавлял генерал-майор Гу, который вел зону C, чтобы принять нас! Конечно, вы, безмозглые солнечные пятна, которые этого не испытали, не можете понять, насколько красив был генерал-майор Гу в то время!]       Комментарий 2: [Некоторые солнечные пятна, похоже, не понимают поговорку о том, что время создает героев. Была ли империя мирной в этом году? Вы можете быть мирными до сих пор, не знаю, из-за кого это?]       Комментарий 3: [Это все из-за чёрных насекомых? Я так ослеп от жира, что проклинаю всю вашу семью, чтобы вы ели лапшу быстрого приготовления без пакетиков с приправами!] …       Конечно, Гу Юя не волновало общественное мнение о Синване, и у него не было времени заботиться об этом. Сначала он послушался врача и хотел отвезти Лу Чэня в центральную больницу звездной столицы для комплексного обследования, но как только нашествие насекомых прекратилось, Лу Чэнь поспешно отвез его в больницу.       Визит к генерал-лейтенанту Барду. После пятичасовой операции Бада благополучно перевели в VIP-палату. В течение этих нескольких часов Альфрид охранял дверь операционной, сидя безучастно, без еды и питья. После того, как Бад благополучно вышел, он был таким же, как и пришедший в себя. Он помнил, что нужно позаботиться о себе, прежде чем Бад проснется, чтобы он не был вынужден снова, как только откроет глаза.       Когда Лу Чэнь и Гу Юй поспешили к Баду, анестезия оказалась недостаточно сильной, он все еще спал и так и не проснулся. Сквозь одеяло также видно, что часть правой штанины полая. Лу Чэнь просто взглянул на него, затем повернул голову, опустил веки и терпел, его глаза все еще были красными. Он — насекомое, которое действительно испытало это однажды, и ситуация Бада еще хуже, чем была в начале. По крайней мере, ноги Лу Чэня все еще там, и даже если вероятность мала, есть надежда на выздоровление. Независимо от того, насколько высока способность самки к самовосстановлению, эта нога уже никогда не восстановится. Он повернул голову и посмотрел на Гу Юя. Гу Юй крепко сжал руку своего учителя Лу, подошел к нему, обнял его за плечо и прижал к себе.       Альфрид некоторое время молча стоял рядом с ними, а затем последовал за ними из палаты. Стоя в коридоре и вдыхая свежий воздух за окном, Альфрид сказал:       — Больше всего я хочу поблагодарить тебя… тебя.       Он не силен в словах и неуклюже выражает благодарность, но он произносит каждое слово, каждое слово тщательно и внимательно.       — Ситуация была такой внезапной… — Альфрид закрыл глаза. — Я был самым нерадивым из всех, я был совершенно глуп. Если бы ты не отреагировал, он… Он бы не потерял ногу.       Гу Юй посмотрел на детей, бегающих в больничном саду внизу, и ничего не сказал. Он знал, что в этом случае ничего не будет уместным.       — Ты хочешь сказать «нет, спасибо»?       — Нет, спасибо, мы только что заставили твоего партнера потерять ногу       Внизу зерги подпрыгивали и болтали, проходя мимо пациентов, которые шатались и которых поддерживали медсестры, привнося неизгладимое сияние в серый зимний сад. Гу Юй посмотрел на увядшие ветви и внезапно понял, что в столице уже наступила зима. До этого он провел несколько месяцев в чужих галактиках, таких как Урра Стар, и ему приходилось тратить время на то, чтобы вернуться домой, и он долго не мог устать от своего генерал-майора.       В последний раз, когда самец вернулся, он догнал много армейцев. Он был так занят, что не мог следить за землей, и даже не заметил, что столичная звезда вступила в зиму. Все три насекомые молча наблюдали за невинными детьми, бегающими внизу, которым не о чем было беспокоиться. Через некоторое время Лу Чэнь спокойно спросил:       — Его правая нога… можно сделать механическую ногу?       Альфрид молчал:       — Да, я спрашивал у доктора. Но что касается того, хочет он или нет, я спрошу его, когда он проснется.       Не все хотят, чтобы часть их тела превратилась в машину. Бад выглядит беззаботным, но на самом деле он старомодный червь, который слишком традиционен, и Альфрид не может определиться. Но он добавил:       — Даже если он откажется, я смогу заботиться о нем до конца его жизни.       Слова были ровными, но тон — твердым. Альфрид редко выражает свои чувства напрямую, что на некоторое время немного удивило Лу Чэня и Гу Юя.       — Наши отношения не признаются Имперским законом о браке, — Альфрид смотрел на одинокую зиму за окном и слушал смех и смех маленьких детей, которым было все равно. — Но я потрачу свою жизнь, больше, чем закон. Чтобы верно сдержать свои обещания.       Гу Юй наклонил голову и посмотрел на Лу Чэня, и в его глазах загорелся свет. Лу Чэнь тоже посмотрел на него в то же самое время, ладони под окном молча нашли ладони Гу Юя, а затем они согрели ладони друг друга и крепко сцепили пальцы зимой, когда начинался холодный ветер.

***

      К тому времени, как Мен Лю покинул арену, Рэндалл уже ждал его. Расспросив окружающих, он узнал, что маршалу нездоровится, и он уже находится в госпитале после того, как руководил отступлением командующих армией. Мэн Лю снова вышел и отправился на поиски Гу Си среди зрителей в Зоне А. Эван внезапно появился из ниоткуда, опустил брови и почтительно сказал:       — Мэн Сюнцзы, адмирал приказал мне остаться и подождать тебя, а я заберу тебя позже. Зайди к нему в больницу и проведи полное обследование, чтобы убедиться, что на твоем теле нет ни единой царапины.       Этот неоспоримый стиль действительно соответствует оригинальным словам Рэндалла. Мэн Лю увидел Гу Си, который издалека манил его к себе из окружения зергов, он кивнул и сказал без возражений:       — Тогда я побеспокою вас, генерал-майор.       «Друг» Гу Си пожала ему руку, посмотрела на уходящих Мэн Лю и Эван и сказала:       — Эээ! Сяо Си, разве это не твой самец? Почему ты даже не поздоровался с ним хоть на минутку?       Гу Си с отвращением вытащил руку, лениво зевнул и ушел.       — Нет нужды, он тоже, кажется, в хорошем расположении духа, и ничего страшного, если он подпрыгнет несколько раз. К тому же, у меня еще есть свои дела.       Его друг была удивлена, и он продолжил и спросил: — Что еще ты умеешь делать?       Гу Си опустил голову и передал сообщение брату: [Эй, дурак, просто ответь, если ты еще жив.]       Вскоре Гу Юй холодно ответил. [Гу Эр глупый брат.]       Поэтому Гу Си с удовлетворением положил светлый мозг обратно в карман и не мог не быть тронут: он действительно самый преданный и хороший брат в мире, и мать с отцом были тронуты до слез. Друг на стороне все еще преследовала его и спрашивала, на что Гу Си лениво закатил глаза:       — Что мне еще остается делать — пойти домой и немного поспать.       Мен Лю подумал, что Рэндалл переутомился и ему все еще следует спать в палате. Когда он вошел, он закрыл дверь и пошел легким шагом. Подняв глаза, он увидел, что Рэндалл был в оптических очках, прислонившись к изголовью кровати, чтобы заняться делами, и когда он увидел, что тот входит, он тоже поднял голову и слегка улыбнулся, выглядя очень хорошо. Мэн Лю на мгновение остолбенел, почти ошеломленный этой улыбкой.       — Ты… — задумчиво спросил Мэн Лю. — Ты в порядке?       Рэндалл не ответил. Он убрал линзы и потянулся к тумбочке рядом с собой. Мэн Лю понял, что он имел в виду, открыл ящик, вынул самую крайнюю книгу и протянул ее Рэндаллу. Это их молчаливое понимание на протяжении многих лет. Сейчас эта больница принадлежит частному червю. Номинально она принадлежала Мэн Лю, но Рэндалл фактически владеет большинством акций, так что неудивительно, что есть палата, посвященная ему. После долгого пребывания в комнате есть более или менее личные вещи, принадлежащие Рэндаллу. Рэндалл разложил межзвездную карту и сказал:       — Садитесь. Хотите чаю?       Мэн Лю налил два стакана и поставил их на прикроватный столик, прежде чем сесть рядом с кроватью. Пролистав страницы несколько раз, Рэндалл поднял взгляд на черноволосого мужчину, который пристально смотрел на него:       — Что случилось? Почему ты продолжал смотреть на меня, когда вернулся?       Мэн Лю слегка покачал головой. Рэндалл тепло сказал:       — Если вы устали, просто закройте глаза и отдохните.       Мэн Лю облокотился на колени поперек одеяла и медленно закрыл глаза. Рэндалл легко держал левую руку, опустив глаза и серьезно читая книгу, при этом подсознательно поглаживая кольцо на безымянном пальце левой руки. Послеполуденное зимнее солнце тихо светило на пол, и лучи заходящего солнца лились на длинные бледно-светлые волосы Рэндалла, которые упали, когда он опустил голову. Сегодня, во имя болезни, он был ленив, поэтому распустил свои длинные волосы, которые были длиной до половины талии. Цвет волос Рэндалла не чисто золотой. Он был бледно-золотым, больше похожим на теплый свет зимы.       Рэндалл молча читал книгу, он лучше всех знает, что сегодня у мужчины есть что ему сказать. Он очень терпелив, поэтому никуда не торопится. На самом деле, нет нужды это говорить. Для Рэндалла их будущее давно уже идет по предопределенному им пути, и что бы ни случилось посередине, этот путь никогда не будет сорван. Рэндалл остановился, поглаживая безымянный палец Мэн Лю, а затем медленно повернулся снова. «Никогда не сходи с рельсов,» — он повторил это про себя.       Голова Мэн Лю внезапно шевельнулась в его руках, Рэндалл нежно погладил его по волосам и тепло спросил:       — Проснулся?       Мэн Лю не поднял головы, но крепко обхватил руками талию и приглушенным голосом сказал:       — Я наконец-то понял, где я ошибся. Рэндаллу было очень любопытно, почему он вдруг это сказал, и он с большим интересом спросил:       — Что случилось?       Мэн Лю обнял его еще крепче и зарыл голову глубже:       — Арена, Прилив жуков, так называемый эксперимент «Царства самцов»…На самом деле, инстинкта никогда не бывает, верно? Все — мое оправдание. Очевидно, есть тысячи вариантов избежать результата, но в конце концов это превращается во что-то неправильное, и именно я знаю, как спастись после того, как это произошло…       На этот раз он поднял голову, и в его черных глазах ясно отразился Рэндалл. На этот раз он признался без увиливаний:       — В тот день это действительно я предал тебя.       Рэндалл продолжал молча наблюдать за ним. Мэн Лю посмотрел на него прямо и сказал:       — Это моя некомпетентность, моя слабость выдает тебя, это никогда не инстинкт мужчины. Я нерешителен, я привык плыть по течению, и я слаб и некомпетентен. Это причиняет тебе боль, и это причиняет боль и тебе тоже.       Мэн Лю медленно закрыл глаза, с приглушенным рыданием в голосе:       — Если бы я был таким же сильным и решительным, как Гу Юй с самого начала, то этот инцидент никогда бы не произошел от начала и до конца, и я бы тоже… Даже любимого супруга не может защитить.       Рэндалл долго и пристально смотрел на него. Затем он тихо вздохнул и заключил упрямого и прямолинейного мужчину в объятия. Мэн Лю оперся на его плечо с красными глазами:       — Даже если другие зерги, угнетающие нас, виноваты, это не только я…       Рэндалл молча выслушал его, а затем, опершись на его плечо, сказал:       — Если это так, то я тоже виноват.       Мэн Лю на мгновение остолбенел. Рэндалл мягко отпустил его, с улыбкой опустил голову и нежно вытер слезы с уголков глаз мужчины кончиками пальцев:       — Не плачь, почему ты все еще такой же, как в детстве?       Мэн Лю молча вытер бесполезные слезы. Рэндалл все еще смотрел на него с улыбкой и сказал:       — Мастер, твоя предпосылка неверна — мне она нравится, так почему же она не похожа на тебя? Предположим, ты изменишь общество, каким бы мягким ты ни был, ничего не будет. Надавливая на наши головы, заставляя признать поражение, мы все равно сможем жить спокойно и счастливо, верно?       Мэн Лю не совсем понял, что он сказал, но, казалось, услышал какие-то подтексты и поднял свои черные зрачки, чтобы посмотреть на него. Рэндалл не стал продолжать, а поднял левую руку и легонько поцеловал безымянный палец.       — Так что прекрати спорить на эту бессмысленную тему, обещай мне, ладно? — с предельной нежностью сказал Рэндалл, опустив глаза.       Мэн Лю внезапно схватил его за руку и закатал полуоткрытый рукав. Глаза Рэндалла расширились, но он не остановился, а просто спросил:       — Что случилось?       Мэн Лю посмотрел на точечное отверстие на своей руке и спросил дрожащим голосом:        — Что это…?       Рэндалл фыркнул:       — Я же говорил тебе в прошлый раз, ты забыл? Это вакцина, которую мне дал доктор, когда я отправился патрулировать планету, где внезапно началась эпидемия.       На этот раз Мэн Лю не сразу поверил его словам:       — Один укол вакцины? Тогда почему же игла так глубока, а рана не зажила. Очевидно, ее вводили несколько раз одновременно в больших дозах!       Рэндалл слегка улыбнулся, его тон был по-прежнему мягким:       — Ну и что? Господин, ты снова споришь со мной из-за маленького укола?       Мэн Лю нахмурился, но удержал его за руку, но не отпустил.       — Я не это имел в виду. Рэндалл, я просто хочу, чтобы ты был честен со мной… Что именно вы сделали?