Хонкай Импакт: Таскмастер

      Эмбер ждала три дня, а отряды Валькирий, охраняющие комнату Отто, уже успели дважды смениться.       Но епископ Отто так и не отдал приказ снять блокировку, поэтому Эмбер продолжала ждать здесь.       Она даже не занималась обучением леди Терезы, передав ей заранее множество задач.       Епископ Отто запер себя в комнате, открыть которую можно было только снаружи, и это вызывало у Эмбер недоумение. К тому же, Сесилия и Яэ Сакура тоже пропали.       По записям, они должны были тренироваться в тренировочном зале, но словно растворились в воздухе.       Изначально планировалось, что отряд Сесилии будет охранять комнату Отто, но исчезли не только капитан Сесилия, но и её заместитель, Яэ Сакура.       Без шума и пыли штаб-квартира Шиксала потеряла двоих.       Но Эмбер предположила, что это дело рук епископа Отто. Судя по всему, епископ каким-то образом утащил их в свою комнату.       Однако Эмбер строго следовала приказам Отто и не стала открывать комнату раньше времени.       Но теперь срок, указанный епископом — три дня, — истёк.       Эмбер приказала снять блокаду вокруг комнаты епископа, но отряды валькирий не ушли, продолжая охранять периметр.       Сейчас она одна стояла перед дверью комнаты Отто, без какой-либо охраны.       Силами Эмбер не отличалась. Во время Второго Извержения она сражалась с девушкой, обладающей псевдо-ядром Смерти, и в итоге лишилась обеих рук. В тот раз её спас епископ Отто в самый последний момент.       Тогда она была готова пожертвовать собой ради него.       И сейчас в сердце Эмбер жила та же готовность — она была готова в любой момент отдать жизнь за епископа.       Когда епископ приказал ей запечатать эту комнату, Эмбер заметила, как мрачно было его лицо, словно он столкнулся с делом, где на кону стояла его жизнь.       Словно он шёл на эшафот.       Словно собирался заглянуть в неописуемый хаос, исследовать неведомую тайну.       Эмбер волновалась за Отто, но верила, что он выйдет из этого невредимым. Поэтому она точно следовала его приказам.       Но сейчас, стоя у двери его комнаты, она не слышала ни звука внутри — звукоизоляция была идеальной.       Три дня прошли, и ей нужно было проверить состояние епископа.       Эмбер подняла руку и мягко постучала в дверь.       Но ответа не последовало.       Тишина.       Не колеблясь, Эмбер толкнула дверь и увидела тёмную комнату.       «Господин епископ.» — почтительно сказала она, но ответа из комнаты не последовало.       Вздохнув, Эмбер вошла внутрь. Как секретарь епископа, если он столкнулся с трудностями, она должна была остаться рядом, невзирая на опасность.       Но в комнате не было ни следа Отто.       Только на его огромной кровати спали две девушки.       Они не были укрыты одеялом. Обе были в тренировочных костюмах, слегка помятых от сна.       Это были Сесилия и Сакура.       Они обе были девушками епископа.       Хотя епископ полностью изолировал себя в комнате на три дня, он всё же затащил этих двоих к себе.       Эмбер принюхалась. В воздухе не было никакого странного запаха, в частности, того, что обычно остаётся после близости мужчины и женщины.       В комнате были только эти две девушки. Эмбер посмотрела на спящих на кровати. Они лежали по краям, а между ними было достаточно места, чтобы там уместился епископ Отто.       Эмбер протянула руку. Сесилия почувствовала чьё-то присутствие — её ресницы дрогнули, и она открыла глаза.       Глубокие голубые глаза Сесилии посмотрели на Эмбер, но та не остановилась. Она положила руку на место между двумя девушками.       Там всё ещё сохранялось тепло — совсем недавно здесь лежал кто-то ещё.       Епископ ушёл совсем недавно.       «Мисс Эмбер.» — зевнув и потянувшись, сказала Сесилия. Её зевок был очень милым, и она выглядела бодрой — очевидно, хорошо выспавшейся.       Ведь она спала целых три дня.       Проснувшись, она чувствовала огромный прилив энергии.       Сакура тоже проснулась и села, хорошенько выспавшись после долгого сна.       Эмбер посмотрела на только что проснувшихся девушек. Её голос был ровным, но в нём чувствовалась твёрдость и непреклонность: «Леди Сесилия, леди Яэ Сакура, вы знаете, где сейчас епископ?»       Две валькирии, пропавшие на три дня, были здесь, но мужчина, который должен был быть с ними, исчез.       Её волновало, где епископ. А вдруг с ним что-то случилось?       Даже если перед ней стояли женщины епископа, Эмбер не собиралась церемониться. Если потом епископ накажет её, она не станет возражать.       «Э?» — только теперь Сесилия и Сакура заметили, что на кровати остались только они. Мужчина, которого они любили больше всего, не был рядом с ними.       Отто исчез.       В сердце Сесилии появилась пустота, ощущение, что её бросили, но мягкая рука легла на её запястье.       Это была рука Сакуры.       Сакура нежно посмотрела на Сесилию. Когда Отто страстно целовал их обеих на глазах друг друга, она поняла, что он хочет, чтобы они вместе служили ему.       Трое в одной постели.       Какой жадный мужчина.       Но с того самого момента пятьсот лет назад, и до сих пор, она безнадёжно любила этого жадного мужчину.       «Отто вернётся.» — мягко сказала Сакура. В отличие от Сесилии, она привыкла ждать. В чёрном ящике она ждала Отто пятьсот лет.       «Мы будем терпеливо ждать его возвращения. А когда он вернётся, послушаем историю о его приключениях.»       В это время епископ Отто, который исчез из комнаты, всё ещё находился в штаб-квартире Шиксала.       Он сидел на краю пустынного летающего острова, одетый в белоснежно-золотое облачение епископа, в отличие от привычного ему пурпурного одеяния. Сейчас ему больше нравился этот стиль.       Отто сидел на краю острова, болтая ногами в воздухе. Под ним раскинулись белые облака.       Смотря на бескрайнее небо, он чувствовал небывалую лёгкость. Он обнимал своих двух девушек и спал целых три дня.       Никогда раньше он не испытывал такого чувства освобождения, словно стал юношей с чистым сердцем. На его лице сияла улыбка.       И в этот момент за его спиной послышались шаги.       «Отто, зачем ты вызвал меня?» — раздался холодный голос позади.       Не оборачиваясь, Отто знал, кто это. Ведь он сам позвал Фу Хуа.       «Старый друг, я — Отто.» — сказал он, глядя на облака.       Фу Хуа промолчала. Она сочла его слова очевидными.              ´ Да неужели? Или ты думал, что я принимала тебя за Зигфрида? Думаешь, я слепая?       Но следующие слова Отто заставили её, обычно лишённую эмоций, нахмуриться.       «Старый друг, пойдём на свидание.»