Красивая девочка Лина.

А когда умерла мама, Лина уже не билась в истериках и не так сильно плакала, ей хотелось напрочь забыть обо всем, забыть о том,какой цвет был её любимым, какой кофе она любила, все. Лина рыдала всю ночь после похорон, зарывшись лицом в мамин бордовый ситцевый шарф, который впитал в себя запах её духов, и свернулась вокруг него, так и заснув лишь под утро. Саша на кухне тоже плакала, так же плакала, но беззвучно, залива всё водкой и изредка выдыхая что-то навзрыд. Они снова были порознь, им снова было нечего сказать друг другу. Когда Лина проснулась, замёрзшая и отёкшая от слез, ей показалось, что в ней что-то погибло, и сил на слёзы просто не осталось. Они вернулись в Магнитогорск, и Лина даже не попрощалась с одноклассниками, когда забирала документы со школы. Она сидела в коридоре у кабинета директора, игнорируя всех знакомых, что проходили мимо и пытались заговорить. Саня тогда разбиралась с формальностями, будучи единственным опекуном. Официально. Так как иначе Лину забрали бы в детдом, а оставаться одной, как она призналась ей в пьяном бреду, Саше было страшно.

Ей было страшно.

Казалось,что загрузив себя учёбой, убежав в другие миры, проблема решится. Там она могла быть волшебницей, последней надеждой человечества.Но это не помогало. Наверное, проблема была и в Лине тоже — она не хотела сталкиваться с правдой. И в старом доме, где не были завешаны зеркала, можно было сделать вид, что ни папы, ни мамы никогда не было. И не теряла она никого, и скучать ей не по кому. В старую школу её приняли быстро, никаких сложностей не .Если в восьмом классе кто-то мог позволить себе неприятную шуточку или даже издёвку, то сейчас, повзрослев и прозрев, все стали относиться серьёзнее к учёбе, и к окружающим. Она мало что могла сделать сама, но у неё всегда была Саша, на голову отбитая. Иногда у неё возникали сомнения, что они вообще родные. Они были настолько разными: Лина не глушила самогон из горла, не испытывала тяги к запрещённых веществам и алкоголю, не слушала дворовый рэп и не имела желания совершать противозаконные действия, вроде тех, что делала её сестра. Саня же железно да. К тому же, у Сашки была глупейшая любовь к своей развалюхе, ВАЗ- 2109. Тот стал неотъемлемой частью их жизни настолько давно, что Лина забыла точный день. Эта развалюха шаталася, в ней вечно что-то гремело, но Саня только умничала, мол с годами, Лина поймёт, насколько механика ценна, что машина «как девушка». Хорошо лишь, что она подвозила её в школу, Лина терпеть не могла автобусы. Среди одноклассниц оказалась одна девочка, которая ей искренне нравилась — Лина отлично сходилась с Лизой: та точно так же любила классическую литературу и как Лина писала стихи, ненавидела окружающих людей и терпеть не могла одноклассников. ни были совместимы по всем критеОднако среди одноклассниц была одна девочка, которая ей искренне нравилась — Лиля отлично сходилась с Лизой: та точно так же любила классическую и фикциональную литературу и играла на гитаре собственные песни, в то время как Лиля писала стихи, Эти двое были совместимы по всем критериям. Ей никогда не было скучно с Лизой, но та любила умничать, но это были мелочи. Как никак, единственный комфортный человек. Лина была уверена, что она ни за что и никогда не изменит своего решения, что она закончит школу и поедет поступать куда-то далеко, в Питер, быть может, а может, вообще в Москву, и сделает свою жизнь достойной. И у неё не будет никакой болезненной привязанности к Магнитогорску, какая была у Сашки, она не будет тянуться сюда снова и снова, как прикормленная во дворе собака. Субботним утром Лина проснулась от шума на кухне, гремела посуда и слух резала неприятная нецензурщина, грязная и мерзкая. Но голос, произносивший эти слова, Лина узнала сразу. Он впечатался в память и спутать его было невозможно. Лина как ошпареная вскочила в чем была и побежала в ванную- приводить себя в порядок.