Удел Отверженных 2.0: Сириногрузка

Средиземное Море, летающая Крепость-Монастырь Шиксала

      За массивным столом из дорогих пород дерева сидел блондин в богато украшенной одежде. Отрешившись от мира и полностью сосредоточившись на возникшей проблеме, существо, давно сменившее человеческое тело на соулимный аватар, с огромной скоростью перебирало в разуме информацию, поступившую из Вавилона. Странный юноша, возникший из ниоткуда. Пришествие Второго Херршера, спровоцированное его действиями. Узы Энкиду, связавшие их навсегда незримой цепью. Появление фанатиков Изначального Сада. И всё это в одном месте, в Вавилоне.       Владелец кабинета погрузился в ещё более глубокую медитацию, устремляясь разумом в высокую башню посреди снегов и льда, желая познать сокрытое забытой магией Старца. Пролетая за секунды тысячи километров, он достиг места назначения и задумался, смотря сверху на массивное сооружение, возвышающееся на десятки метров над землей. Башня Вавилон. Точнее оная под порядковым номером 5. Вавилон №5. Построенный недавно под его личным контролем оплот, чья истинная цель известна лишь единицам, доверие к которым незыблемо. Шедевр человеческой мысли, воплотивший в себе весь прогресс цивилизации. Лестница, призванная возвысить человека к Божественному Престолу.       Мужчина мысленно поморщился. Это место напоминало о его потенциальной неудаче. Потеря Вавилона №1 в Берлине в 1955 и последующие провалы Вавилона №2, №3 и №4 тогда разочаровали его так сильно, что он собирался устроить из Вавилона №5 гигантский жертвенник, в котором страдания и смерти сотен молодых детей, пропитанных Хонкаем до предела, разорвали бы тонкую грань между реальностью и нереальностью, впустив в материальный мир божественное дитя, Второго Херршера.       Он бы так и поступил. Поступил и проиграл Старцу. Древний Проклятый хорошо изучил его и сыграл на обнаруженных слабостях как на нотах. Казалось бы, ничего страшного, ибо цель оправдывает средства. Что ему, владыке всего мира, сотни лет направляющего государства и народы в выбранном им направлении, смерти небольшого количества людей, обречённых на смерть от Сибирской Чумы, плещущейся в их венах. Казалось бы, малая цена за достижение Великой Цели. Цели, что наконец даст ему ответы. Разговор с самим Богом. Однако отнюдь не тем, в которого его усилиями верят обыватели.       Истинным Богом, способным стереть всех их мысленным посылом. Посылающим людям испытания и преграды, награды и наказания. Но для существа, прожившего больше половины тысячелетия, ничего из этого не имело значения. Им двигало лишь желание воскресить близкого человека, что поставил Огонь своей души против Хлада мира. Огонь, желавший всем блага и спасения, даже если это было почти невозможно и бесконечно наивно. О, она это понимала, но никогда не собиралась сдаваться. Даже смотря в маску палача, она не отступила от своих идеалов. Но в итоге Огонь оказался потушен. Вместе с погасшим Огнём оказалось скованным Хладом его сердце. Он бы сдался, наложил на себя руки, уйдя вместе с нею. Но это было бы предательством по отношению к той клятве, что он дал ей тогда, в первую встречу.       Сделать мир лучше.       Именно эта клятва сорвала Вуаль Обмана, наложенную на него Старцем. Бешенство и отвращение заполонили его суть. Не к Древнему и не к миру, а к самому себе. За проявленную слабость и ничтожность помыслов. За выбор простого пути. Пути Старого Шиксала, который был им свергнут и уничтожен. Воссозданный его руками и руками его товарищей Новый Шиксал избрал иной путь. Путь гармонии и мира. Пускай за них и приходилось платить. Уходили в Небытие враги и друзья, ученики и приёмные дети. Для существа это стало настолько привычно, что он почти не испытывал горечи. Почти. Каждого из них существо сохранило в своей памяти навсегда. Ибо никого из них нельзя забывать. Ибо на их костях и плоти построен Новый Шиксал. И никто не посмеет осквернить их память. Даже он сам. Особенно он сам.       Пока малая часть разума мужчины предавалась воспоминаниям, основа расплетала веретена лжи, выискивая истину среди фальшивых образов и отражений. Пускай тех и было много, а среди них попадались специально оставленные для него ловушки, но для сильнейшего менталиста и ясновидца Шиксала они не представляли угрозы, уничтожаясь на ходу. Интриги Джессики Русе, обман с проектом «Бенарес», маскировка рабов Старца, они раскрывались под его Оком, неспособные выдержать пристальный взгляд существа. Просматривая их жизни с самого рождения и до нынешнего момента, существо приходило в неистовую ярость. Снова они желают уничтожить, исказить и извратить её чистый помысел.       Сделав глубокий вздох, мужчина загнал жгучую ненависть обратно вглубь разума, вместе с желанием раздавить хлипкий рассудок культистов. Необдуманные поступки сейчас будут неэффективны и даже вредны, лишь усиливая позиции Старца. Старца, что не мог не приготовить сюрприз, если он сведёт с остатков ума последователей Цветущего Сада.       Открыв глаза, блондин моргнул и обвёл слегка мутным взглядом свой кабинет. Его окружало просторное помещение, бывшее для него священным местом, в котором он проводил больше времени, чем даже в собственной спальне. Он рассеяно отметил, что уже некоторое время не предавался сну, прежде чем отогнал случайную мысль. Сейчас были дела куда более важные, чем телесный отдых. Да и не нужно это ему, уже давным-давно забывшему что такое человеческие потребности и эмоции, променявшему их на нечеловеческую мудрость и знание.       — Эмбер, сколько я отсутствовал? — его спокойный, даже слишком спокойный, как для человека его положения, голос раздался тихим перезвоном колоколов и шёпотом бесчисленных отражений.       Стоявшая до этого неподвижной статуей молодая девушка с короткими белыми волосами, заплетёнными в косу, и одетая в женскую монашескую рясу, подняла голову от пола и посмотрела на него продвинутым визором оранжевого цвета, закрывавшим её глаза.       — Час и шестнадцать минут, Господин Апокалипсис, — слова девушки лились словно горный ручей, освежающий и дающий новых сил. — С момента начала вашего транса ситуация не изменилась критически. Лорд Бондрюд и его силы заканчивают зачистку Вавилона. Им осталось прорваться на самый верх башни, к административному центру, где засели, судя по отчётам, лидеры нападения Генрих Крюгер и Джессика Русе, вина которых доказана и неоспорима. Остальные фанатики убиты или взяты в плен без сопротивления. Основную часть в бескровном захвате взял на себя послушник Салус. Советую присмотреться к данному юноше вашим Оком, Господин Апокалипсис.       Монахиня замолчала, завершив краткий доклад, и принялась ждать дальнейших указаний от внимательно слушавшего её мужчины. Он ответил ей коротким мысленным посылом, содержавшим в себе благодарность за хорошо выполненную работу. Поднявшись из-за стола, названный Апокалипсис сбросил с себя остатки транса, снова становясь собой. Отто Апокалипсисом, последним Архиепископом Шиксала. Он остановился на мгновение, смотря на герб своего Дома, представляющий собой открытый глаз с двумя ладонями, обхватывающими его. Вечное Око. Их дар и проклятие. Чудовищная способность, дающая своим обладателям право знать всё. И всё же, чем сильнее погружение в него, тем ужаснее последствия. Желая спасти Шиксал, он погрузился в эту древнюю силу до конца, разменяв свою человечность на становление Смотрителем. И если бы не договор с извечным спутником Архиепископа, то хаотичные образы прошлого, настоящего и будущего свели бы мужчину с ума ещё десятилетия назад. Но не теперь, когда мощь его разума оставила далеко позади человеческие рамки.       Лёгкое усилие воли, ни капли не напрягающее мужчину, и нужным людям отправлены мысленные сообщения-приказы. Для сохранения Второго Херршера и неизвестного элемента в лице Салуса, он не поскупится на отправку сильнейших своих учеников. Зигфрид Каслана и Сесилия Шариак, могущественный дуэт, связанный Узами Энкиду. Тереза Апокалипсис, приёмная дочь и плод множества эксперимента, его гордость как отца и творца. Иоахим Нокианвиртанен, наследник Первого Херршера и будущий приемник титула Архиепископа. Именно эти люди, которых он взрастил с самого детства, как и тех, кто были до них, отправятся совершать новый Подвиг. Не ради почестей и славы, а лишь из понимания, что некому кроме них выполнить поставленную задачу. Потому что таковы их желания и стремления. Великие Герои и отвратительные Чудовища, такие одинаковые и разные одновременно. Сколько было их, кладущих свои бесценные жизни ради целей одного безумца, когда-то давно взвалившего на себя целый мир и продолжающего нести его вопреки всему? Однако это было необходимо. Ему же оставалось лишь надеяться на лучшее и молиться за души тех, кого он считает своими детьми.

Средиземное море, летающая Крепость-Монастырь Шиксала, дом семейства Каслан

      — Ха-ха, я победила тебя, папочка! — счастливо воскликнула беловолосая девочка, смотря на своего игрового персонажа, стоявшего в победной позе. Положив джойстик на стол, она повернулась к своему родителю, широко улыбаясь. — Теперь ты должен сводить меня в тир! Тот самый, с настоящим оружием! Ты обещал! Я помню, как ты хвастался, как хорошо умеешь стрелять!       — Ха… — высокий мужчина, с волосами такого же оттенка, ухмыльнулся и рассеяно почесал голову. — Хорошо-хорошо, моя куколка. Если Каслана дал кому-то обещание, то он всегда его выполняет!       Резко подхватив девочку на руки, он принялся кружить её, стоя на месте и крепко удерживая, чтобы дочь не улетела. Под её громкий смех и его счастливую улыбку они дурачились ещё минуту, пока их не прервал весёлый женский голос:       — С утра пораньше опять устроили соревнование? — в дверном проёме гостиной стояла женщина, озорно смотревшая на них бирюзовыми глазами. — Что я вам говорила насчёт игр? Зигфрид, Киана, неужели вы так сильно хотите быть наказанными снова?       Мужчина слегка побледнел и сглотнул, аккуратно опуская на пол свою дочь, что шустро спряталась за его широкой спиной.       — Сесилия, мы… — Зигфрид съёжился под её пристальным взглядом и лёгкой улыбкой, не предвещавшими некому рыцарю ничего хорошего. — Проходили тренировку на реакцию, вот! Ха-ха, ты ведь знаешь, как важно будущей Валькирии вовремя реагировать на любые угрозы!       — Дорогой. — в руках женщины внезапно возникло короткое деревянное копьё. — Так что же ты не попросил меня? Уж для своей драгоценной семьи я всегда найду время на тренировки. Не сомневайся, я лично попрошу у Епископа закрытый полигон, в создании которого принимала прямое участие. И Терезу приглашу.       Сесилия уверенно приближалась к Зигфриду, чьё лицо становилось бледнее с каждым её шагом. Зловещая аура женщины становилась всё сильнее, намекая об физической расправе Зигфриду, однако не задевала Киану. Приблизившись к мужу вплотную, она взяла его за подбородок и пристально посмотрела в глаза, совершенно не обращая внимания на его гораздо более высокий рост.       — Мой дорогой муж, если ты ещё раз попытаешься испортить нашу дочь своими бесполезными играми, придуманные дилетантами, то в следующий раз урок тебе преподаст лично Лорд Апокалипсис. Конечно, он занятой человек, но уж на мужа своей любимой дочери определённо найдёт время. Много времени, — ногти представительницы Шариак слегка впились в кожу Касланы, оставляя еле заметные следы. — Мы поняли друг друга, верно?       — К-конечно, Сесилия… — с опаской смотря на неё, пробормотал мужчина. — Я…       Он хотел что-то ещё сказать, но моментально замолчал, закрыв глаза. Сесилия подняла бровь в удивлении, но затем тоже ощутила мягкое давление мысленного приказа в своём разуме. Семейная пара потратила несколько секунд на ознакомление и затем синхронно посмотрела друг на друга.       — Вот и кончился наш отпуск, дорогая, — Зигфрид широко оскалился, ободрённый возможностью размяться в реальном деле… и возможностью избежать наказания от любимой жены.       — В иной ситуации я бы не согласилась с тобой, дорогой, но мой отец не стал бы просто так отправлять сразу нас двоих, — Сесилия слегка покачала головой, не одобряя рвение своего супруга. — По видимому ситуация слишком сложная, но обнадёживает, что всё уже под контролем Бондрюда. Пускай и его решения мне не особо приятны, но отрицать их эффективность глупо.       Пара погрузилась в обсуждение операции, сосредоточившись на подготовке, когда их прервал вопрос оставленной без внимания Кианы, что внимательно прислушивалась к диалогу своих родителей:       — Мама, папа, вас куда-то отправляет дедушка Отто? — девочка выглянула из-за спины мужчины, любопытно сверкая глазками. — Это снова очередная опасная миссия откуда вы можете не вернуться?       — Милая, — Шариак наклонилась к ней и ласково погладила по голове. — Ты ведь знаешь, что твои родители защищают мир от Хонкая, исполняя свой священный долг. Пока нас не будет, за тобой присмотрит тётя Эмбер. К тому же, ты ведь обожаешь её истории. — Мать посмотрела в глаза дочери и нежно улыбнулась. — Ты уже такая большая и умная у нас, сама знаешь, что мы обязательно вернёмся. И, скажу по секрету, вместе с нами отправится тётя Тереза.       Киана внимательно слушала свою мать, понимающе кивая. Она прекрасно знала, что надо делать, когда родители покидают её надолго. Да и здесь, в самом, по её мнению, безопасном месте во всём мире, ничего не могло случится и ей предстоит лишь послушно ждать возвращения мамы и папы. Прибытие же тёти Эмбер, сделает разлуку гораздо менее грустной. К тому же, с ней можно будет продолжить незаконченную партию по реконструкции одной из битв прошлого. А уж упоминание её крёстной ещё сильнее убедило Киану в благополучном исходе миссии, поставленной перед её родителями. Несмотря на свой нрав, заставлявший множество высших чинов Церкви и самого Шиксала с ненавистью и страхом смотреть на признанную внучку Отто, Тереза Апокалипсис всегда доказывала, что является достойной благородной крови своего рода.

Евразия, Дальний Восток, безымянный летающий остров

      Невысокая девушка степенно гуляла по ухоженному лесу, витая в своих мыслях. Некоторое время назад она ощутила странный всплеск Хонкая где-то очень далеко от неё. Ветра донесли ей незнакомый запах, никогда не встречавшийся раньше. Странно манящий, но одновременно и очень опасный. Если бы её спросили, то она описала бы вкус будоражащего всё её естество существа как нечто горячее снаружи и холодное внутри.       Она вздрогнула и ей показалось, словно по её коже прошёл прохладный ветерок, несмотря на солнечную погоду. Однако нельзя было списать на фантазии мигнувшее рядом присутствие, наполненное безумием и диким голодом. Голодом, превосходящим даже её собственный. Это сильно напрягало девушку, но вместе с тем и несколько заводило. Желание встретить его, возросло ещё сильнее.       Непристойные мечтания женщины прервал такой привычный шёпот в её голове, которым с нею общался некий человек, входивший в очень узкий круг близких ей людей. Кем бы там старый глупышка себя не считал, для неё он навсегда останется любимым дедушкой.       Закрыв глаза, она погрузилась в пришедшее воспоминание-послание, обрабатывая его и узнавая, что требуется Смотрителю на этот раз.       — Ха… Ха-ха-ха… — из её уст вырвался громкий и безумный смех, а сама девушка открыла свои голубые глаза, обводя окружающий её лес весёлым взглядом. — Порадовал ты меня, дедушка, ох, порадовал. Позволил мне развлечься с этими шаловливыми негодниками, так ещё и одобрил набор из Вавилона самых перспективных детишек.       Хлопая в ладоши и носясь по лесу с диким хохотом, Валькирия не переставала веселиться, испытывая небывалый подъём настроения. Пускай для неё работа и находилась всегда, а недавнее приобретение в лице этого острова отнимало у неё всё свободное время, но это не более чем скучная рутина, большую часть которой разрешали куда более опытные в организации работники её дедушки. Хоть Академия и была изначально её идеей и девушке пришлось много побегать по миру, выполняя разные поручения всяких смешных людей, считавших себя высшим сортом, а её их маленькой девочкой на побегушках, однако это мелочи, не стоящие внимания. И как бы она ни хотела показать им страшную правду мира, насладившись их ужасом и безысходностью, но тогда пришлось бы выслушивать скучные лекции дедушки, печально смотрящего на неё. А уж его расстраивать не хотелось, он единственный давал ей настоящую свободу действий, потакая во всём, если это не переходило весьма призрачные границы. Добрейшей души человек и любимый родственник, ценимый всей душой. Как ему теперь отказать в столь тривиальной просьбе?       Она, Тереза Апокалипсис, родная внучка Отто Апокалипсиса, носительница генов Каллен Касланы и Божественного Ключа «Клятва Иуды». Валькирия S-класса Шиксала и живая Святая. Вот только это всё пустое. Вторичные имена и титулы. В первую очередь она Зверь Хонкая. Вишну. И её Голод нашёл новый источник для собственного насыщения. Херршер. Истинный Херршер. Возможно она даже вырастет ещё сильнее, ибо застыла на последние два десятилетия в состоянии шестнадцатилетней девушки. А ей хочется наконец-то дорасти до положенных природой форм и размеров. Да и дедушку внуками когда-нибудь порадовать. Он заслужил. Как никто иной заслужил.

Северная Америка, США, округ Колумбия, город Вашингтон

      Высокий шатен, одетый в белую рубашку с короткими рукавами, лёгкое пальто коричневого цвета и чёрные брюки, медленно смотрел в окно из своей квартиры, являвшейся для него к тому же рабочим офисом. Мужчина медленно обдумывал недавно полученную информацию. Их информаторы из Шиксала принесли странные вести об Вавилоне. Короткое послание от доверенного агента гласило, что комплекс приблизился к рождению следующего Херршера, что будет полностью стабильным. Шатен даже обрадовался бы этому, однако всё это произошло слишком быстро. Подозрительно быстро. Жизнь отучила его верить в счастливые совпадения. К тому же, уверенно утверждал об этом лишь один информатор, в то время как остальные не могли подтвердить эти сведения, обладая схожим или даже более высоким уровнем допуска.       Неторопливо меряя шагами свой офис, мужчина пытался понять, что же могло произойти такого в Вавилоне-5, об истинном назначении ему прекрасно было известно ещё с самого начала. Да, он доверял Шиксалу как организации, но всё равно предпочитал иметь своих агентов и должников, подчинённых лично ему. Прошлый провал дался ему слишком высокой ценой. Именно тогда он стал одним из основателей закрытого научно-промышленного объединения группы людей, переживших события 1955 года, известных всему миру как Первый Выброс. Если бы не помощь Шиксала и лично Архиепископа, то теперь на месте страны могла бы быть заражённая пустошь, населённая лишь мутантами и порождениями Хонкая.       И теперь на пороге человечества стоит ситуация схожего риска, на которую он обязан отреагировать. Хотя бы в качестве жеста благодарности тому человеку, которого он называл своим Наставником, что дал его организации окрепнуть и обзавестись самостоятельностью. Даже не говоря про защиту человечества и возможную ликвидацию последствий если всё выйдет из-под контроля по причинам, неподвластным ему и его товарищам, проигнорировать всё это было бы просто неприлично.       Шатен уже собирался отдать соответствующие распоряжения своим ближайшим сторонникам, когда резко застыл на месте. Секунда, потраченная на обработку пси-импульса, и большая часть мозаики сложилась. Изначальный Сад. Безумцы, верящие в своего Отца, живущие лишь для привнесения хаоса и разрушения в стабильную жизнь человеческой цивилизации. Если кого он и презирал сильнее всего на свете, то этих жалких предателей. Они, несмотря на тысячелетия противостояния Хонкаю, поддались лживым речам пророков Врага и перешли на его сторону, разлагая общество изнутри.       Внедряясь во все возможные структуры, они напоминали гидру, отрубание одной из голов которой не приводило ни к чему, ибо всегда вырастала новая в ином месте, вынуждая тратить ещё большие силы и время на своё искоренение. Главная голова и основное тело же в это время надёжно пряталась в самых глубоких норах планеты. Никто так и не смог найти, а ведь они пытались. Он сам лично потратил восемнадцать лет и уничтожил сотни ячеек фанатиков, но это не привело ни к чему. Оказались найдены лишь малые частицы истинного плана «Отца». Впрочем, даже их ему хватило, чтобы назначить это древнее существо своим личным врагом. И вот теперь очередной культ вскрыл своё отвратительное нутро, разбрызгивая свой смрадный ихор, оскверняя им всех, кто оказался рядом. Но в этот раз у них ничего не получится. Берлинская Трагедия и Первый Выброс не повторятся. Энтропия будет остановлена на этот раз. Так решил он, Иоахим Нокианвиртанен, известный всем как Вельт Янг и как Первый Херршер малому кругу лиц. Лидер Анти-Энтропии. Наследник Вельта Джойса и лучший ученик Отто Апокалипсиса.