Напомни как любить..

Паша подскочил к ней, придерживая её за талию. Сердце стучит так быстро и сильно. «Мне так страшно за неё». Много мыслей и волнений переплетаются в голове. Он поднимает её на руки, кладя на диван. - Всё хорошо, не волнуйся, минутку, и я встану, всё уберу. Голова что-то закружилась, давление скачет, наверное, спасибо тебе! - Оля, я сказал лежи! - прикрикнул Паша,ведь сам чуть до инфаркта не перепугался. - Ты злишься... Давай ты мне скажешь всё, что у тебя сейчас в мыслях? Мне очень не хочется недомолвок. И, пожалуйста, не приукрашивай. - А что мне приукрашивать?! Я безумно не доволен тем, что ты себя же гробишь и врёшь мне! А потом выходит это! - Но… - Давай без «но». Ты два дня не ешь точно, и это если говорить, что известно мне. А на самом деле? Оля, ты совсем сдурела?! Это еда, это жизнь твоя. Тебе нужно есть. Тебе не первый раз плохо. Через 10 минут, полежишь пока, ты сядешь и будешь есть. Могу тебя сам кормить. Это не дело. Да я злюсь, злюсь, потому что волнуюсь, и повторюсь, врешь. Вчера отказалась завтракать, прихожу с ночной - нетронутая тарелка. Я очень зол, - всё сильнее и сильнее поднимал голос на брюнетку. Не знал куда себя девать. Сердце бешено колотится, а руки крепко сжаты в кулаки. - Я... Я поем... Обещаю... Прости... – сдавленно проговорила брюнетка. - Оль… ты же врач… - вздохнул он, увидев её стеклянные глаза, наполняющиеся слезами. - Давай ты возьмёшь выходной, прошу тебя... - обнял её. - Прости… Я переборщил с эмоциями… - Нет, ты прав... Во всём прав. Но выходной я не возьму, проверки скоро, - да, она была виновата, она это знала, а слезы... Слезы просто от усталости. Арефьева понимала, что ослабела, причем достаточно резко. Аккуратно она подошла к Паше и обняла его. - Ты у меня очень сильная… Очень... - поглаживая её по макушке, коснувшись губами лба. - Ты уверен во мне больше, чем я... Что ж, будешь меня мучить? Только немного ладно? - но увидев свирепый взгляд Рыкова, опустила глаза в пол. - Хм... Мучать? У меня уже есть несколько способов! - немного успокоившись, посмеялся. Перед ней уже несколько минут стояла тарелка с едой, а она медленно водила вилкой, лишь иногда кладя что-то в рот. Паша ни разу не отвлекся, следил, чтобы хоть как-то ела - Съешь хоть что-нибудь… - отчаянно проговорил мужчина. - Ем, ем... - спустя ещё минут двадцать она смогла съесть половину тарелки. - Всё, Паш, ещё немного и я лопну. А это будет зрелище не красивое. Я завтра утром доем! Идём спать поскорее. - Ты такая умница! - похвалил её, подойдя. Он понимал, что просто по его просьбе она не может запихнуть всё, что ей немного сложно. - Я тебя люблю! - А я тебя! - Она медленно встала -голова все равно немного кружилась - и нежно вовлекла в поцелуй. - Спасибо за заботу. - Моя любимая… - держа её за талию. - Я всегда буду рядом!.. Уже в кровати Оля легла, положив голову на его грудь, выводя непонятные линии. - Как же я тебе безмерно благодарна, как же хорошо, что мы вместе. - Мг… Ну а кто бы тебя кушать заставил? – улыбнулся. - Ну... Может кто-нибудь и нашелся. Какой-нибудь брюнет два метра ростом. - Серьёзно? Нашёлся? - сделав удивлённую физиономию. - Ну.... Пару месяцев назад мне оставил свой номер телефона кто-то, кстати до сих пор в контактах записан. Саша вроде. - Хм… Александр… А фамилию не знаете? Или какое-то ещё описание человека? - Ну высокий. Голубые глаза, очень красивая улыбка... - мечтательно протянула Оля, но в этот момент почувствовала, что Пашина рука, обнимающая ее за талию, немного поднапряглась. - Так, так... ещё чего у него такого там? - Кстати, на вид даже моложе меня на пару лет, в хорошей форме. Кольцо мне подарил даже и сережки, кстати сережки до сих пор ношу, - только после того, как Оля произнесла последние слова, она поняла, что Рыкову точно не понравится, что она носит сережки от чужого мужчины. - Согласен, у него хороший вкус, - усмехнулся, задумываясь над тем, что она реально не шутит. - Ревнуешь? Ты же их небось даже не замечал никогда, - Оля начала чувствовать его горячее дыхание близко к шее. - А как ты думаешь, ревную! - нависнув над ней, глубоко дыша. - Ну не знаю... Ой, кстати, он же мне ещё купил одно из платьев, что я надеваю иногда на работу, помнишь, чёрное облегающее? Ты ещё в один из дней сказал, что тебе оно очень нравится, - Оля видела, что Рыков все больше начинает ревновать, а ей это почему-то приносило удовольствие. - Специально заводишь меня… Да?! - целуя ключицы девушки. – Специально! - сознательно произнёс, со сбитым дыханием сжимал её грудь. - Ну ты спрашивал, а я отвечала, - его движения, касания приносили неимоверные удовольствия. - Паш, а тебя Сашей никогда не хотели назвать? - она соблазнительно закусила губу выгибаясь, но в ее голове в это время созревала одна идея. Рыков посмеялся. - Я не интересовался такими вопросами, - плавно добираясь до её груди, проводя язычком. - А жаль, вот звали бы тебя Сашей, хоть легче представлять было бы... - Она понимала, что Пашу это раздражает, понимала, что вызывает дикую ревность, но хотела это получить. - А что ты хотела представлять?! - тут он ехидно улыбнулся. - Ну.... Фантазия женщины способна на многое, особенно в объятиях мужчины, так были бы у вас и сходные имена, шанс перепутать был бы меньше, - касания были до дрожи, но недостаточно, ей хотелось сильнее его завести. - С чего это меньше… А если он какой-то там добренький, -придумывая - А я страстный Рыков!? - сжимал её ягодицы .Искра азарта и ревности продолжала пылать в его глазах. - А ты уверен, что ты лучше него? - Оле нравилось то, что происходит, но продолжать она не хотела, завтра обоим на работу. Но подтрунивать заведенного Рыкова доставляет огромное удовольствие. - Ну если тебе хотелось бы, чтобы у нас были одинаковые имена, наверное, тебе мы нравимся больше вместе, но в кровати с тобой лежу сейчас я… - параллельно ласкательные руки плавно ползли к трусикам. - А это значит… Что я лучше! – улыбался. Ты лежишь… Да... - Оля сбивчиво говорила, но до последнего держала роль. - Но кто в моей голове? В моих фантазиях? А может Саша? Может сейчас ты, а в будущем... - Она не успела договорить. Рыков как разъярённый тигр, прильнул к её губам, страстно целует, кусая. У Арефьевой перехватило дыхание, пытаясь его остановить, промолвила: Всё-таки ревнуешь! - Никто не говорил про ревность, я же просто тебя люблю… Но серёжки не дарю, - посмеялся, переводя руки на её привлекательную и упругую грудь. - Ты только что с силой целовал меня, Паш, не ври, я чувствую, что ревновал, - ухмыльнулась Оля, знала, что добилась, чего хотела, а значит пора заканчивать спектакль. - В смысле с силой? Я же говорил о том, что я страстный! - Да-да, есть с чем сравнить. - она чувствовала его уже хаотичные касания по всему телу, сбивчивое дыхание. - Ну всё, всё, Паш. Спать пора, - пытаясь хоть немного отлепить его от себя. - Не понял… Какой спать?! - гуляя руками по её телу. «Зачем это всё тогда нужно было?»-задавался в голове вопросом. Остановиться - было безумно сложной задачей. - Завтра на работу, не забывай. Паша! Да убери свои руки, завтра же просим! - Ты чего психуешь... -с ноткой грустью ответив отпустил руки. - Я не психую. Ну, ты что? Обиделся что-ли? - она нежно коснулась его лица. Да... Возможно эта была злая шутка, но сколько наслаждения дал Рыков. - Да нет, не обиделся, - и лёг на свою сторону, выключая свет. Паш, ну... Неужели тебе нужен от меня только секс? Раз сразу обижаешься... Понятно всё с тобой... Спокойной ночи, люблю - вопреки обычаю она легла на край кровати, даже не укрывшись одеялом, но последние слова произнесла с особой нежностью.