Право на жизнь

Хочу историю одну вам рассказать. Она скверна, страшна, не дать не взять. В ней жизнь ребёнка одного будет раскрыта, Которая до боли так трудна и разными заботами покрыта. --- Жила обычная стандартная семья: Две кошки в доме, мама, папа, я. Соседи нас любили, уважали И слухов никаких не распускали. Отец работал днями и ночами И с мамой мы сидели дома сами. Она про всё забыла, мою дверь заперла. Ложится на диван, ключ в тумбу убрала. Сижу один в молчанье. Мама, должно быть, рада... Не буду ей мешать, наверно так и надо. Проходит час, ещё один, другой... А я сижу, воркую сам с собой. Уже животик просит кушать, Но мама не желает меня слушать. Она ведь знает, помнит обо мне? Но лишь мой голос раздается в тишине. В квартире пусто, вечер за окном И я тихонько забываюсь сном. Приходит папа. Мамы дома нет, И в кухне на столе не прибранный обед. Тогда по малолетству я не понимал, Что дома намечался огромнейший скандал. Мама вернулась поздно, качается слегка, Папу удостоила лишь лёгкого кивка. Отец просто разгневан и просит объясниться, Но мама не в себе и громко материться. Она достала ключ от комнаты моей, А папа с каждым словом становится лишь злей. Моя дверь отворилась. Вот я выхожу И на своих родителей по очереди гляжу. Они о чём-то спорят, ругаются так громко, Что не замечают присутствия ребёнка. Отец уже на грани, кричит до хрипоты, А мама в ход пускает дешёвые панты. Я тихо наблюдаю, как папа замахнулся, Ударил мою маму и к ней слегка нагнулся, Сказал что-то плохое и вышел прочь из дома, Когда к нам забежала соседка – тётя Тома. Мою маму в чувство быстро привела, Тяжело вздохнула и скоренько ушла. Мама на диване, громко-громко плачет, Рядом с ней свернулся котик, как калачик. Отвлекать её я попросту не стал, Тихо ускользнул и в кухню побежал. Став на табуретку, открыл я холодильник, Но где-то по соседству затрещал будильник. Я сильно испугался, посуда полетела, Тут появилась мама и всё это узрела. Она так разозлилась, ударила меня, И я понимал, что сделал это зря. Зря я захотел кушать среди ночи, Жаль ничем не смог, не смог ничем помочь им. Почему весь мир так сильно обозлился? Знаю мама, зря... Зря я появился. Так проходит день, а за ним неделя. Месяц пролетел заметно, еле-еле. Вот проходит год. Я уже взрослей, Только в доме с мамой живётся всё страшней. В холодильнике еды сто лет уже не видел, Ведь маму я давненько сильно так обидел. Сказал, она плохая, сказал, меня не любит, Сказал, уйду я к папе, так правда лучше будет. Но мама промолчала, роняя тихо слёзы, А вскоре ободрилась в поисках новой дозы. Я не осуждаю и всё это терплю. Она же моя мама, и я её люблю. Папа иногда мне деньги присылает, Только самого его дома не бывает. Через пару лет я в третий класс пошёл, Только вот друзей себе так и не нашёл. Все меня гнушались, всем был не по нраву. Ну, раз так. Пускай. Это ваше право. Мама загуляла и слегла опять. Я вышел на работу, листовки раздавать. Деньги не большие, но на двоих хватало, Тем более я тратил очень-очень мало. Покупал что нужно, самый минимал. Я больше не малыш, я всё понимал. Прошло ещё три года, жизнь не изменилась. Мама похудела, сильно покосилась. Кожа желтовата, глаза немного впали, Вот только алкоголь и шприцы не пропали. Как-то я домой вернулся после школы. На полу жестянки, там же и уколы, Всякие бумажки, ампулки лежат, А в душе лишь боль и ненависть кружат. Мама на диване, она меня не слышит. Ближе подхожу. О нет! она не дышит! Она была мертва. Никто ей не помог. Ах, если бы домой прийти я раньше мог. Я винил себя во всём, глотая слёзы, И в моей душе беснуются морозы. Я её прижал к груди, ближе к себе, Но гадкие вопросы кружатся в голове. За что тебя люблю я? За что кричу я «мама!»? Ведь всё что ты дала мне – это на жизнь право.