***
— Ты издеваешься? Это называется «не усердствовать»?! — вопросил Хакон, мрачно рассматривая получившийся результат: каждый палец был основательно зафиксирован лангетой и аккуратно замотан в несколько слоёв пропитанного раствором бинта, плавно спускающегося на ладони. Вполне профессионально, только о хоть какой-либо моторике можно забыть. — Я же сам теперь ни пожрать, ни поссать, ни подр… ни хрена не смогу! — Не ворчи, — Эйден явно собой гордился. — Я помогу и с первым, и со вторым, и со всем остальным. — Иди на хер! Разматывай! — У нас уговор. — Я передумал! Снимай давай, я же ебанусь с этим. — Хакон… — Не обсуждается. Эйден покорно вооружился ножницами, но вдруг удивленно воззрился на что-то за его спиной. Хакон настороженно обернулся, но ничего достойного внимания там не нашёл, комната как комната. — Что ты там угляде… Вот засранец! — Прости, дорогой, сделка есть сделка, — ехидно прокомментировал Эйден, скотчем приматывая к его руке варежку. — Только не завязывай мне глаза, — сдался Хакон. — Конечно, не буду, у нас же ещё стриптиз на повестке дня.Часть 1
23 ноября 2022 г., 22:03
— Летун! — прошептал Эйден.
Хакону дважды повторять не пришлось, он быстро толкнул Эйдена плечом в ближайший переулок и втиснул в небольшой закуток между стеной и мусорным контейнером. Вступать в бой с летунами не рекомендовалось, хорошо, что у них отвратительное зрение. При встрече с таким монстром лучшим вариантом было шкериться по углам, прикидываясь ветошью, и молиться, чтобы эта хероборина накануне подхватила насморк.
Хакон на всякий случай схватился за топорик, тут же со стоном его выронил и прижал руки к груди. Эйден моментально запечатал ему рот ладонью, но летун успел засечь этот звук, одним прыжком сократил разделяющее их расстояние и замер рядом с мусоркой, шевеля наростами и жадно принюхиваясь. Секунды в адском напряжении текли бесконечно долго, зомбарь явно чувствовал неладное, но доносящееся из помойки амбре надежно маскировало их человеческий запах. В итоге летун, словно бы пожав плечами, съебал во тьму.
— Блять, пиздец! — как только миновала опасность, заговорил Эйден. — Он бы нас точно на лоскуты порвал, надо быть осторожнее.
— Всё казалось таким крепким, и не скажешь, что на соплях держалось, — оправдывался Хакон, украдкой посмотрев на свои пальцы: их вид удручал, поэтому он прятал руки в карманах, чтобы лишний раз не демонстрировать их Эйдену. Залезть в развалины стоящего на отшибе дома было не лучшей идеей, ценного там оставалось мало, а само здание рассыпалось на глазах. А уж пытаться вытащить из глубин шаткой печки заныканные туда консервы и вовсе заслуживало премию Дарвина. Расплата не заставила себя ждать. — Я ведь почти дотянулся!
— Ты почти без рук остался, классное достижение, — Эйден подобрал с асфальта топор, чуть помедлил, но не стал возвращать его владельцу. — И ради чего?
— Там была куча консерв, конечно, я соблазнился, — тоскливо вздохнул Хакон.
— Тебе объяснить принцип мышеловки или сам догадаешься? Пошли отсюда, пока ещё какая-нибудь дрянь не залетела на огонёк.
— Смейся, смейся, я, вообще-то, для тебя старался. Там такие деликатесы были! Манго, персики… Могу поспорить, ты раньше такого не пробовал… — пробурчал Хакон, следуя за Эйденом по тёмным улицам Вилледора — от комфортной дороги по крышам пришлось отказаться, благо заражённых на пути встречалось мало.
— Тебе повезло, я как раз на днях обновил аптечку в убежище.
— Нет уж, никаких аптечек, — воспротивился Хакон.
— С хуя ли? — Эйден аж затормозил от удивления. — У тебя настолько важные дела, чтобы шляться со сломанными пальцами? Считаешь, наглотался обезболивающего, и так сойдёт?
— Не могу себе позволить полностью потерять подвижность, сейчас худо-бедно, но хоть на что-то способен, — пояснил Хакон.
— Дааа, я заметил, как лихо ты справился с летуном, — скептично хмыкнул Эйден. — На тебе быстро заживает, неужели не потерпишь пару дней без активностей?
— Увы, такие времена, надо быть готовым ко всему: и драться, и уносить ноги, — посетовал Хакон. — Поэтому ограничусь пластырями.
— Пластыри? Да ты прикалываешься, это будет что мёртвому припарка. Как насчет ингибиторов? Я тебе их достану, а ты дашь мне поиграть в доктора. Обещаю сильно не усердствовать, — закинул удочку Эйден.
— Хорошая попытка, но нет, я завязал, — улыбнулся Хакон. — Малыш, прекращай, всё не так плохо, как кажется.
— Ты сам-то в это веришь? Надо подумать, что примирит тебя с суровой действительностью… Я так понимаю, мешком картошки подкупать глупо?
— Ага, через желудок — путь к сердцу мужчины, а не к его пальцам, — заржал Хакон.
— Могу арбалет подогнать.
— Предпочитаю ножи, с пистолетом я ещё умею обращаться, но арбалет… с ним есть реальный шанс случайно застрелиться.
— Всё-то тебе не нравится. Ладно, зайдём с другой стороны: хочешь, наручники добуду? Полезная, многофункциональная вещь…
— Ну и мнения ты обо мне, — присвистнул Хакон. — Они пригодятся, когда ты снова в какую-нибудь залупень намылишься.
— Намёк понял, лесом наручники. Колись, что мне сделать, чтобы ты согласился? — настаивал Эйден.
— Малыш, угомонись уже. Я взрослый мужик и сам могу решить, когда мне нужна помощь, а когда нет.
— Да? А если бы я оказался в аналогичной ситуации, ты бы забил? — надавил Эйден.
— Не сравнивай, — после паузы откликнулся Хакон.
— Ну-ну. Я же не отстану. Хочешь новые шмотки?
— Я так хреново выгляжу?
— Да нет, просто Барни мне все уши прожужжал про новый образ, подбирает какую-то хрень, расхваливает. Заставлю его добыть для тебя чё-нить модное.
— Пожалуй, обойдусь, видел я эти БДСМные тряпки…
— Что?
— Ничего, сюрприз будет. Ты бы мне ещё ключ ВГМ предложил.
— А сработает? — озадачился Эйден.
— Нет.
— Зараза, должно быть что-то… О! Я могу устроить тебе свидание.
— Это уже интереснее, — развеселился Хакон.
— С Лоан?
— Спасибо, есть менее болезненные способы самоубийства.
— С Хуаном? — набрасывал идеи Эйден.
— Вот только гонореи мне не хватало!
— С Вальцем? — от такого вопроса Эйдена Хакон аж споткнулся. — Окей, перебор. Со мной?
— Идёт, если к своему предложению добавишь стриптиз, — нагло заявил Хакон, уверенный на все сто процентов, что пилигрим спасует и тема будет благополучно закрыта.
Но не тут-то было.
— Умеешь ты торговаться… — растерялся Эйден. — Если от этого зрелища у тебя кровь из глаз пойдёт, я не виноват.