Снег

Люциус — полубог Ада. Он не знает что такое холод и зима по-настоящему, потому что всегда жил в горячих, можно сказать, раскаленных условиях Ада. Первое время его пребывания на земле пришлись на лето — самую теплую земную пору, осень же была… Терпимой. Едва-едва тепло, но все ещё не холодно. Так что когда после осени пошли настоящие холода Люциус был… Шокирован. Он тихо причитал на тему того что он, Великий Полубог и вынужден находится в таких ужасных условиях, кутался в свою мантию сильнее, и совсем незаметно дрожал. И, если он и напрашивался из своего холодного замка в теплый отопленный дом Лололошки — никто не мог его осудить. (да и сам мироходец не был против, Люциус очень теплый и его очень хорошо обнимать) И снег. «- вау что это за белые хлопья- — Стоп, Люциус, ты не можешь это есть! — конечно я знаю это, смертный, я всё-таки- — полубог Ада и самый умный мальчик на земле, да-да, но если ты заболеешь я тебя предупреждал»

***

Сказать что когда снег впервые выпал Люциус был в восторге — промолчать. Это было ближе к обеду, когда полубог только-только проснулся и решил таки выйти из дома к своему мироходцу, закутавшись перед этим во всевозможные одежды, и увидел -это-. Все земля была полностью покрыта маленькими белыми снежинками, да так сильно что в снегу утопала почти половина ноги. А с неба игривым вихрем кружилось ещё больше. Сперва Люциус, только от неожиданности! в панике закрыл перед собой дверь, сразу как увидел. Потом ещё раз открыл, настороженно осмотрелся. Пара снежинок упали ему на нос, растаяв. Он глупо моргнул, смотря в одну точку пару секунд. В таком состоянии его и застал Лололошка, который возвращался с огорода. — Мм, Люциус, ты уже встал? — Лошка подошёл ближе к полубогу, который как заворожённый наблюдал за вихрем снежинок, кружившихся туда сюда. — Ага, а что это такое? — Он указал пальцем вперёд, а потом ладонью окрутил всю территорию. — Белое такое. Лололошка сначала удивлённо посмотрел на него, а потом словно что-то вспомнил и пришёл к своему выводу, кивнул сам себе. — Это снег! — Он развёл руками, а затем показательно наклонился, зачерпнув немного белой субстанции в руку и сжал. На руке образовался небольшой снежок, который мироходец с гордостью показал Люциусу. — Вот, смотри, он выпадает каждую зиму, и ещё очень холодный, обычно люди лепят из него снеговиков или другие фигурки, или кидаются друг в друга, это называется снежки! И, о, ещё можно делать снежных ангелов, хочешь покажу? Глаза Лололошки сверкали весельем и предвкушением, а Люциуса — чистым любопытством. Полубог задумался на пару секунд, чисто для приличия, а потом кивнул. Его сразу же потащили на открытую поляну, полностью занесенную снегом. Лололошка учит Люциуса стоить снеговиков, тяжело, потому что полубог в душе — перфекционист тот ещё, поэтому весь процесс сопровождается его причитаниями по поводу того что у них должен быть лучший снеговик. (так и выходит, он идеально круглой формы, Люциус со своей силой постарался, аккуратно собранный с руками-палками и морковкой вместо носа.) Люциус недовольно шипит первые пару попаданий по нему снежками, — потом тихо смеётся, бегая от такого же смеющегося Лололошки, который кидается в него снежками. И вау это действительно весело, думается ему. Ещё, он конечно же пытается съесть немного снега: «потому что он выглядит сладким!», за что получает подзатыльник и лекцию о том что его организм, выросший в теплом климате Ада совершенно не привык к такому и он заболеет. Они играют в снегу пока не стемнеет, на самом деле, и оба чувствуют себя до невозможности счастливыми. Некоторое время лежат на снегу, уставшие, раскинув руки в стороны и просто молчат. Лололошка забирается на Люциуса сверху, обнимая и прижимаясь всем телом, полубог даже сквозь тысячи слоёв одежды теплый, и вздыхает, трётся о чужую щеку, оставляя нежный поцелуй, — потом такой же в губы и шепчет тихо-тихо, о том что он устал и им пора домой. Они возвращаются и почти сразу же, только перекусив, заваливаются спать. Люциус на следующий день заболевает. Лололошка на фоне кричит что-то в стиле: «Я же говорил!»