реквием по мечте или i love you?

Колеса автобуса гордо рассекали по улицам Белгорода, уже практически подъезжая к гостинице. Суетившиеся массы, состоящие из людей, куда то бежали, шли, поезжали. Оно и понятно, 5 часов вечера, конец рабочего дня. Странно было осознавать — у каждого из этих скопищ своя судьба, мысли и действия. Одни бегут домой думая о семье, детях, любимом человеке. Другие мчатся беспокоясь о карьере, работе, друзьях. А третьи совсем лишены каких либо переживаний. Они передвигают ногами совершенно без цели. Их жизнь представляется серой рутиной, поглащающей самих же. Хотя очень громко сказано по отношению к ним слово «жизнь». Такой образ больше походит на существование, не имеющее шанса на амбиции. — Так, 85 год, слушайте. Я вас распределил, кто с кем живёт. В комнате по два человека. Только один вопрос остался нерешенным. Волковское шило кто будет контролировать? Либо Шаркова либо Катина. Кто из вас рискнет попытать удачу на 5 дней и пожить с Волковой? — Как только все вышли из автобуса, Роман Александрович занялся расселением народа. — Ну, давайте я. — отозвалась Шаркова на последний вопрос тренера. — Ага, нет! Я с ней жить не буду. Уж лучше с Ленкой. — забастовал звонкий Юлин голос, стоя прям под подмышкой мужчины. Роман на это лишь усмехнулся. Ему всегда нравился характер короткостриженной, её чёткая позиция и умение отстоять своё. В спорте такие как глоток воздуха. — Значит Волкова падает на плечи Катиной. Не знаю, кто из вас кого, но удачи пожелать вынужден, она ой как понадобиться. Так, далее. Уманская с Медведевой. Москалева с Шарковой. Ну и вы вдвоём. Всё, вперёд за ключами. — раздавши указания, тренер двинулся в здание гостиницы, возглавляя эскадрилью спортсменок, послушно идущих следом. *** — Опаа, дастиш фантистишь! Ленка, иди сюда быстрее — воодушевленные писки брюнетки доносились на всю территорию гостиницы. За ней следом шла Катина, что спокойно осматривала убранство помещения. Подойдя к двери, именуемой номером 69 Волкову накрыл заливающийся смешок. — Я теперь знаю, чем мы будем с тобой заниматься, в свободное от тренировок и игр время — с намёком протянула короткостриженная дама, глаза которой горели озорным огоньком. — Волкова, ты пьяная ещё или уже моча в голову бьёт? Открывай дверь, я устала держать два чемодана, пока твоя персона чушь всякую несёт. — огненоволосая не оценила шуток Юли, казалось, новоиспеченная соседка порядком успела надоесть. На такой риск юлина смелость не решилась, поэтому послушно оттворила входную дверь и тут же наполнила комнату ещё более громким смехом. — Блять, тебе ещё и спать со мной! — оглушающе провизжал громкий вскрик, увидев двуспальную кровать, вместо двух односпальных. — Спать вместе ты будешь со своими парнями, а со мной ляжешь на диване. — кажется пошлые шуточки начали доставать Лену. Положив вещи на пол, она быстро ушла в ванную, желая принять душ и отдохнуть от назойливой компании. — Да, а ещё что мне сделать? В ладоши не похлопать? — огрызнулась брошенная брюнетка, злобно плюхаясь на диван. — Ещё пару слов и в ладоши хлопать на скамье запасных будешь — раздался размеренный и властный голос из душевой. «Ну и не надо» *** Званый ужин был назначен на шесть часов вечера, в столовой при гостинице. Все спортсменки были в сборе, кроме Волковой, которую не обнаружила в номере даже Лена. За столом, к счастью, они сидели без разделения, все за одним. — Лен, а Юльку где вообще носит? — поинтересовалась заметной пропажей Уманская. Рыжая лишь тяжело вздохнула. — Я понятия не имею где её величество находится. Она обиделась на двуспальную кровать. У вас кстати как с ними? — так же спокойно и холодно пояснила ситуация Катина, решив продолжить диалог. — У вас двуспалка? Странно, всем же должны по две раздельные кровати дать. Нам так и дали. — Ничего не понимающая Алёна лишь запуталась ещё сильнее. Классика. — Да нам вообще не повезло. Ладно, что в меню вообще? — На завтрак твоё безразличие, на обед мой ценизм, а ужин мы разнообразим обидами. — Не успела огненная макушка получить должный ответ от Алёны, как со спины приблизился шибутной силуэт, прошептавший на ухо совсем не тот ответ, который ожидалось получить. Волкова ухмыльнулась, осматривая спортивное тело повернувшейся. Катина же быстро среагировав, пустилась блуждать взглядом по лицу пришедшей. Глаза её были немного красными. Скорее всего причиной этому стали слезы. Почему, а главное, из-за чего? Алкоголь уже как три часа не бил и без того в дурную голову. А других обстоятельств Лена и не могла предположить. Слишком мало ей было известно. Но кажется Алёне всё стало понятно. Без лишних слов. Только с лишними действиями: она взяла Юлину порцию, затем саму Юлю, и потащила обоих с собой, подальше от всех. *** — Он тут, Алён, он тут. — стояло лишь переступить порог комнаты Уманской и Медведевой, как Волкова растворилась в сильнейшей истерике. — Где ты его видела? — подруге было очевидно — речь шла про Алексея. — Я искала Ромика, чтобы спросить про кровати, вышла на балкон, а в соседний отель грузились баскетболисты, и там он шёл. Даже не смотря на то, что он подстригся и накачался я всё равно его узнала. Зачем, просто зачем? — Не переставала реветь брюнетка, лёжа на кровате, лицом к потолку. — Юль, ну всего же месяц прошёл, конечно ты его узнаешь. Ну что ты плачешь то, если вы расстались, значит так надо было, понимаешь? Все будет хорошо. — шатенка знала, насколько тяжело девушке даётся пережить это расстование. Но ничего не поделаешь, такова её судьба и надо суметь выстоять. — Алён, я хочу выпить. У Машки в сумке ещё есть виски, давай поможем ему исчезнуть. — резко выдала плачущая и бурно направилась в сторону соседнего номера. — Волкова, ты с ума сошла! Завтра тренировка в 8 утра, какие виски? — зпричитала Уманская, хотя сама понимала, пить всё же придётся. — Виски вкусные! А до тренировки у нас ещё 14 часов. — таким образом, все «но», были успешно растоптаны предкушающей брюнеткой. Заедать выпивку девушкам пришлось юлиным ужином — пюре с котлетой, всё довольно просто. *** — Ты не понимаешь, даже в Советском Союзе были предатели! Они все там с сюрпризом шли. Хотя Сталин ничего такой чувак. Хорошо при нём жили. Нет, плохо. При нем не было Лешки. И Лены моей не было! Пиздец. — пьяный бред напоминал триаду сумасшедшего алкоголика. Веки медленно, но так уверенно смыкались. Однако мысли о горячо любимых личностях никак не давали покоя выпившему, совсем юному разуму. Юля сидела на подоконнике, ноги её подогревала старая, практически жёлтая батарея. По лицу скупо падали девичьи слезы. Моральная тяжесть тяготила даже задурманенное сознание. В момент голову осветила неплохая идея — пойти искать Никитина. Правда неплохой она казалась лишь неадекватному мозгу. Выйдя в коридор, нижние конечности с трудом передвигались, давай телу возможность перемещаться по коридору. Глаза предательски слезились, но идти надо. Дойдя до лестничной площадки, на ступенях мелькнула высокая фигура. Разглядеть её владельца оказалось очень сложно. «Лёша» — Лешкаа! — пропищал еле разборчиво тонкий голос, одновременно прыгая на руки силуэту. Правда это было совсем не Никитин. Всего лишь Александра Медведева, что шла, по видимому, к себе в номер. — Юль, ты, что вообще. Вы пьяные что ли? — блондинка буквально потеряла дар речи. Ну никак не могла найти места в светлой голове мысль о свободно рассекающей выпившей Волковой, так ещё и накануне соревнований. Ответа дебошир не передал. Адреналин резко ударил в тело Саше. Если их увидит Роман Александрович — будет безумно жёсткая расправа. Жарче, чем в аду. Ни одна из шкал температурных измерений не сможет установить градус этого наказания. Точно так же, как градус в крови Юли, предательски бивший по разуму девчонки. Она явно пыталась что-то сказать, но на деле выходил набор мычаний разных звуков. В то время Медведева неслась к Лене, в номер. Встав у двери, она начала судорожно стучаться. Спустя пару секунд заветная дверь оттварилась, а на пороге возник сонный силуэт рыжей, что не особо вникал в происходящее. — Лен, тут это, Юля выпившая. Что с ней делать, Лена? — от страха блондинку накрывала истерика. Если об этом узнает тренер, дома ей будет ой как не сладко. Нужно было срочно что-то предпринимать. — До какого состояния? — спокойно и размеренно озадачился усталый голос. — Да вроде не сильно, она просто не понимает, что происходит и перепутала меня с каким-то Лёшей. — уже чуть поспокойнее отвечала Александра. — Саш, это называется состояние пред алкогольной комы. Заноси её сюда. Интоксикация скоро должна начать бить по организму, поэтому весёлая ночь мне обеспечена. Тут даже таза нет, придётся с ней у унитаза сидеть. Волкова, ты не человек, а какое то недорозумение. — принялась читать нотации огненоволосая, одновременно затаскивая одурманенное тельце расслабленной девушки. Рвотная реакция не заставила себя ждать и спустя двадцать минут совершила первый звонок в виде позывов. Катина с Медведевой молниеносно доставили бомбу замедленного действия до пункта обезвреживания — санузла. И первая партия пошла. В ней можно было различить котлету с пюре. От такой красочной картины Александру затошнило и Лена отправила подругу спать. Закрыв дверь номера, провожающая вернулась к брюнетке. — Знаешь, мне так плохо. Всё хорошо, но как только я увижу его — тут же всё становится необычайно ужасно. Это не любовь, нет. Но почему такая нечеловеческая тяга? — разум довольно хорошо прояснился, давая возможность здраво выражать больные мысли. — Эмоциональная привязанность. Ты не любишь, но помнишь о нём. Да, иногда действительно может казаться, что любовь ещё жива и даёт какие то отголоски. Но нет, лишь привязанность. — рыжая прекрасно понимала страдалицу. Сейчас ей хотелось лишь облегчить мучения последней, поэтому данный диалог был очень кстати. — Как же ты права. Но к чему это всё? Ему без разницы, абсолютно. Мне страшно, страшно снова полюбить. Открыться, довериться и сделать больно. Пускать Лёша сам расстался со мной, однако это всё было решено из-за больных чувств, что терзали его любящее сердечко. Что мне делать, Лен? — слёзы ступили с новой силой. Волковой действительно было нелегко и эта тяжесть собственных мыслей, что тяготила девичью душу на протяжении целого месяца выходит лишь сейчас. -Радуйся и ничего не бойся, счастье принадлежит бесстрашным. — Снежная королева все же с таким же холодом в лице начала гладить встрепанную макушку невообразимо нежно. В голове на укладывалось, очень странный парадокс. Рука, наполненная любовь и нежностью, так бережно касается, но при этом лик сохраняет сдержанность и даже отстранённость. — Ха, Ремарк. Тоже его любишь? — узнала столь знакомую цитату Юля, лёжа на ногах поглаживающей. — Не люблю. — отрешенно отозвался голос сверху, не переставая касаться. — А я люблю, его, Маяковского, Кафку, Паланика. Люблю когда пишут красиво и соответствуют сказанному. А ещё люблю собак, слушать музыку на DVD, ноябрь и тебя тоже люблю. — горячее признание вылилось из уст засыпающей. Сказав последнее предложение, брюнетка отправилась в царство Морфея. — Обязательно, как только протрезвеешь. — прошептала сонному сознанию Катина, оставляя нежный поцелуй на виске. После чего она откинула голову на стену, что подпирала её спину, и грустно улыбнулась. Леди холодный разум и чувства? Иронично. «Чем больше откровений выдаёт твой голос, тем больше я теряю себя.»