Рождество

Если бы Чхве Бомгю платили каждый раз, когда он позорится — у него бы уже была своя яхта и остров на Мальдивах. Но, увы, за свой позор он получает ровно ничего. Жаль. И как бы понятнее объяснить, Бомгю действительно самый обычный, среднестатистический старшеклассник по прозвищу «лодырь» у учителей; погонялу «Гажил» полученному еще в далеком детстве от лучшего друга (ведь Гажил был его любимым персонажем из аниме); непонятному, слишком детскому «медвежонок» у мамы и «Бэн», английское имя, которое он получил, когда был в Америке в десять лет. Почему он такой невезучий не знает никто, кроме его лучшего друга, пожалуй. Тэхён только смеётся и молча переглядывается с лучшим другом, когда мимо проходит ОН. Причина такой неуклюжести Бомгю. Чхве Ёнджун тот тип парней, с которым у Бомгю ничего и никогда, как бы не хотелось. Ведь он уже пробовал, но все попытки оканчивались неудачей. То упадет на лестнице перед ним, то громко, с подробным описанием, расскажет Тэхёну о том, как ему приснилось, что он встречается с Чхве. Но пиком личного позора стал случай, когда Гю, выходя из уборной громко заявил, что «ещё один толчок сломался», ожидая увидеть в коридоре друга, но, как это случается, увидел только свой предмет воздыханий. И хоть он тогда и улыбнулся, Бомгю ещё неделю старался не попадаться ему на глаза. Короче говоря, Бомгю полный неудачник, а Ёнджун успевает хорошо учиться, готовиться к экзаменам (ведь они в выпусном классе), общаться со всеми и обалдеть как круто одеваться. Его часто называют Даниэлем (его английским именем) и это шикарно звучит, не то что его английское имя… друзья иногда называют его вроде бы «лис», но это прозвище непонятно Бомгю. Но не суть, по всем вышеперечисленным причинам — у них ничего и никогда. — ребят, у меня для вас шикарные новости! — в класс заходит Йеджи, их староста, и в её голосе чувствуется явная ирония, — мы готовим в этом году зимний бал, если кто забыл. По классу волной прокатываются огорчённые вздохи, Тэхён, сидящий рядом с Бомгю за последний партой, тоже вздыхает и шепчет на ухо другу. — надеюсь, снова буду играть роль «никого». Гю кивает, соглашаясь. Кто вообще придумал, что именно выпускному классу нужно готовить зимний бал, а не свою голову к сдаче экзаменов? Делать им больше нечего… Вот Гю, например, иногда не успевает даже расчесаться утром из-за этой учёбы. Он никогда особо не наряжался, а в этом году вообще гардероб сменил только на худи и джинсы. А вот Ёнджун… когда он всё успевает? Сделать укладку, какой-нибудь лук прикольный сообразить… не ясно. — почему именно мы? У нас что, больше занятий нет никаких? — Юна озвучивает то, о чем подумали абсолютно все. — ну, не ко мне вопросы, — вздыхает Йеджи, опираясь о парту, — сегодня после уроков мы все собираемся в актовом зале, чтобы решить кто и что будет готовить. Ведь участовать в подготовке будет и параллель, — улыбается она. А Бомгю как-то совсем не до радости. В параллели учится Ёнджун. Только с Божьей и Тэхёна (одно и то же) помощью, Гю удаётся притащить в актовый зал. Они садятся в переднем ряду со своим классом, надеясь, что параллель сядет на задних рядах. На сцене стоят руководительница по воспитательной работе, педагог-организатор, старосты обеих групп и даже директор. Вот, какие важные люди. У входа слышится шум, и Чхве, оборачиваясь, видит, как в зал заходит параллель. И он готов поклясться, что прямо сейчас его сердце, как говорится, «пока горит спичка», собралось и покинуло его, ведь он встретился взглядом с Даниэлем. — гляди не помри от радости, — говорит Тэхён, опустив руку на плечо друга, из-за чего тот вздрогнул. — постараюсь. На сцене начинают говорить. Из всего монолога Гю узнает, что зимний бал проводится в этом году за день до Рождества, будет основная часть, то бишь что-то вроде детского утренника со спектаклем (сценарий которого уже нашла Йеджи), а далее, как говорится в простонародье, дискотека. Ну, классика. И все уже поднимаются со своих мест, когда со сцены слышится громкое: — Всем сидеть! Сейчас будем распределять роли, — все садятся. Йеджи всегда умела убеждать, — значит слушайте, у нас есть Санта-Клаус, эльфы, олени и дети, которые себя хорошо вели. Кто хочет быть Санта-Клаусом? Повисает гробовое молчание, какое бывает разве что, только на уроках химии и биологии в классе. — ну, я ожидала что-то такое, поэтому на такой случай я уже распределила роли, — улыбается староста, ища взглядом кого-то в зале. У всех (двух лодырей в первом ряду) замирает в ожидании сердце, ну как перед казнью. — Суби-ин, — тянет довольно девушка и в этот же момент их класс начинает несдержанно смеяться, тот самый Субин вздыхает. Почему все смеются? Всё просто. Субин отличник, причем очень ответственный, ему всегда доставались главные роли, потому что он всегда всё тщательно учил. — так, тихо, — кричит Йеджи и класс постепенно успокаивается, — далее у нас эльфы, не буду спрашивать, кто хочет ими быть, поэтому слушайте: Хюнин Кай, Юна, Бомгю… Бомгю мысленно хоронит себя, потому что актер из него такой себе и это мягко сказано. Друг смеётся, ведь ему роль не дали. — извините, а можно я тоже буду эльфом? — спрашивают из конца зала, когда староста заканчивает читать и Гю искренне надеется, что он перепутал голоса. — конечно, Ёнджун! Я запишу тебя! — улыбается девушка, — вот видите, хоть кто-то инициативу проявляет! Дальше Бомгю не слышал ничего кроме «завтра после уроков первая репетиция, всем обязательно быть! Уже начало декабря, осталось всего три недели!» Уже упоминалось, что он неудачник? Так вот, он полный лузер, неудачник. Повезло только Тэхёну, ведь он так и не получил никакой роли кроме грузчика — носильщика и сейчас носит украшения в коробках в зал с остальными грузчиками старшеклассниками, что не получили роли. Только первая репетиция, а Бэн уже уверен, что всё окончится полным провалом для него. Может, он слишком пессимистичен? Но у него действительно не получается даже выучить свои слова и это полный…. Джингл белз. Ещё хуже становится, когда он понимает, что буквально все знают свои роли и могут играть лучше него. Что за несправедливость? Почему кто-то умеет всё, а он даже иногда масло на хлеб ровно намазать не может? Такие мысли часто посещают его голову. Действительно ведь — обидно. — не получается? Хочешь, вместе порепетируем? — да мне уже ничего не поможет, — машет рукой Гю, поглощенный своими мыслями, но подождите-ка… что-то не так с голосом Тэхёна… Да и вообще, он сейчас выходит из кладовой с ящиком в руках… и почему-то подмигивает другу, когда они встречаются взглядами. Причинно-следственные связи работают, и сложив два плюс два, Бэн понимает страшное. И чтобы проверить свои догадки, медленно поворачивает голову влево. С ним, на краю сцены, сидит Ёнджун, сохраняя дистанцию в полметра. — ты дома пробовал репетировать? Может, у тебя именно здесь не получается? — говорит, как ни в чем не бывало старшеклассник, — можем порепетировать дома у тебя или меня. У нас очень похожие роли. — а… э… — глубокомысленно изрекает Гю… срочно нужно придумать что-то такое… если он откажется, то будет полным идиотом, верно? Но если и согласится — не факт, что сможет выжить, оставшись наедине со своим крашем. Тяжело… «ну, дома и стены помогают» вот что он решает, когда соглашается встретиться в шесть часов вечера. Прибрать завалы в комнате, которые там еще с седьмого класса; перемыть кучу грязных кружек; приготовить какао и синнабоны (читать как «мешать маме на кухне в попытках что-то сообразить») за два часа оказалось сложной задачей. Но не такой сложной, как успокоить своё сердце за пять минут до шести часов. Комната Бомгю располагается на втором этаже, можно даже считать, что на чердаке. В детстве он мечтал о такой комнате, поэтому её и освободили от кучи ненужного хлама и загрузили другим ненужным хламом. Но со временем оказалось, что это не так уж и удобно… Кто ж виноват в том, что он почти до ста восьмидесяти вымахал? А высота чердака всего метр девяносто? То-то же… все стены, окрашенные в темно-зеленый, увешаны разными плакатами. Абсолютно по разным фандомам: начиная «наруто» и заканчивая Селеной Гомес. Большая кровать (единственная большая вещь в комнате, ведь сон — это важно) заправлена пушистым черным пледом. На нём валяется куча разных подушек и игрушек. На рабочем столе, как бы Гю не убирался, стоят куча книг, лампа, стакан для карандашей и ручек, ноутбук, лежат тетради. На небольшом комоде рядом покоятся две кружки с уже остывшим какао и тарелка с синнабонами. Гирлянда, развешанная по всей комнате, одна напоминает о скором Рождестве. На первом этаже слышится звонок. Старшеклассник мчится к двери, на ходу крича «я открою». Мама на кухне, и не собиравшаяся открывать, только кивает. Уже у двери парень останавливается и делает пару глубоких вздохов. Тяжело. Ведь, как уже упоминалось, он такой, а Ёнджун — он другой, поэтому у них ничего никогда, как бы не хотелось. Хозяин дома открывает дверь, на пороге стоит гость, обмотанный шарфом, на черных волосах лежат маленькие снежинки…. И действительно… Снег пошёл. — я пройду? — спрашивает гость спустя пару секунд молчания, и Бомгю понимает, что слишком долго пялился… — да, конечно! — и отходит в сторону. Даниэль снимает обувь и передает пуховик Чхве, тот отходит, чтобы повесить его на крючок. — э… ну, пойдем? Они уже поднимаются по лестнице, когда из кухни выходит мама Гю, и Ёнджун здоровается с ней. — может, вам принести чего? — мам, не нужно ничего, — отвечает Бэн и мать пожимает плечами. Гость молча осматривает комнату около двух минут и Бомгю кажется, будто он на сдаче проекта и оценивают его работу. Страшно. — у тебя тут уютно, — заключает тот, присаживаясь на кровать и замечает раскрытую тетрадь по математике на столе, — не сделал ещё эту задачу? — спрашивает, Гю вздыхает, присаживаясь на стул у рабочего стола (ведь он не будет садиться на кровать рядом, это слишком). — нет… я вообще не понимаю, что тут нужно сделать. В интернете решения нет… Он никогда не был силён в математике и других похожих науках. Он вообще гуманитарий… — хочешь помогу тебе решить? Нам это задавали недавно. «математика — это последнее, что я хотел бы делать с тобой» хочется сказать Гю, но он сдерживается. Неожиданно вспоминает о какао и синнабонах, поэтому протягивает Ёнджуну кружку и тарелку, тот берёт один. — сам готовил? — ну, эти да, поэтому они не очень получились… — вздыхает старшеклассник, — и насчёт математики, ты серьезно? Ты ведь пришел, чтобы помочь мне с ролью. А теперь еще и с этим готов помочь? Мы ведь не общаемся фактически… — ну и что? Если я что-то знаю, то почему бы не помочь? — отвечает гость и в будущем окажется, что абсолютно всё из этого было ложью, но это будет дальше, — кстати, синнабоны очень вкусные, ты молодец. Бомгю похвалил… Ёнджун? Стоп, серьёзно? Он сейчас умрёт. — спасибо, — коротко отвечает он и задает вопрос, интересующий его долгое время, — слушай, а когда ты всё успеваешь? Ну, то есть, ты хорошо учишься, уже выучил роль, всегда выглядишь как с обложки, реально… есть что-то, чего ты не умеешь? Даниэль смеётся. Почему? — годы практики, — улыбается он, — ну, а если серьезно, то я просто встаю в пять часов утра и ложусь в двенадцать, как тебе такое? — серьезно? Но ведь спать пять часов в сутки — это треш, как ты живешь… — вот видишь, ты выбрал высыпаться, не то, что я… — уже как-то не весело улыбается гость, — а я не могу просто так выйти куда-то без укладки, как ты, например. Ты не стесняешься быть собой и это круто. Ёнджун похвалил Гю уже второй раз за сегодня, и он боится, что может привыкнуть. Это приятно, знаете ли… — не то чтобы я не стесняюсь быть собой, просто мне лень рано вставать, — признается тот, — и вообще, я всегда восхищался тем как ты всегда так идеально выглядишь и всё знаешь… — по-моему он сказал лишнего… хотя нет, Ёнджун благодарно улыбается, значит всё в порядке. — и ещё… мне интересно, почему тебя некоторые называют лисом? Если это личное, то не отвечай, — Бэн не особо надеется на ответ, но Чхве отвечает. — да тут всё просто, — пожимает плечами, — кто-то как-то сказал, что разрезом глаз я похож на лиса, вот и пошло Если хочешь, то тоже можешь так меня называть. И Бомгю не знает, как, но они успевают решить ту задачу по математике, порепетировать роль и даже посмотреть «гринч». Как случилось последнее он все еще не знает… просто, ну, решили как-то… и сидели рядом пока смотрели. Ёнджун уходит домой уже в десять. Из-за всех вышеперечисленных причин и из-за того, что мама Гю посчитала нужным накормить его и сказать, что «медвежонок, ну да, я его так называю иногда» рассказывал о нем, совершенно не замечая умоляющего взгляда сына не говорить это. Парень падает без сил на кровать и сразу же начинает звонить телефон. Тэхён. — ну что, как порепетировали, герой? — Гю не видит лица друга, но знает, что тот сейчас ехидно так улыбается. Вот же… — замечательно, — вздыхает Бэн и неожиданно даже для самого себя замечает в своем голосе мечтательность что ли…. — о… ну всё понятно — тянет друг, — потеряли пацана. — да иди ты… ты просто не понимаешь, он такой…. А я вот не такой… ну ничего, увидишь меня завтра, обалдеешь. — чего? Не понял. Кантэ не успевает договорить, как Гю завершает вызов и вскакивает с кровати, останавливаясь перед комодом. У него есть идея. И эта идея срабатывает полностью и на все сто процентов, когда следующим днем он слышит «привет, классно выглядишь» от Ёнджуна в коридоре. Это абсолютная победа. Но вот только никто кроме Тэхёна и самого старшеклассника не знают причину того, почему он вырядился так, словно сегодня узнал, что он наследник пары миллионов долларов и острова. Поэтому вопросы по типу «у тебя что, день рождения?» поступали очень часто. Но это всё играло никакую роль, ведь после уроков на репетиции он смог снова поговорить с Лисом. (да, ему понравилось так называть Ёнджуна хотя бы в своей голове) — кстати, я видел у тебя в комнате гитару. Умеешь играть? — Спрашивает Ёнджун, когда они снова сидят на краю сцены, повторяя свои слова в ролях. — ну… вообще, да. Но сейчас не особо есть время на это, уже разучился, наверное, — смущенно отвечает старшеклассник, ведь он сомневается в своих навыках. — я уверен, что ты очень круто играешь! Я бы хотел услышать… Так они и договорились о новой встрече сегодня в семь часов вечера. Только вернувшись домой, Бомгю первым делом пошёл на кухню, чтобы узнать у мамы что такого можно испечь прикольного за три часа. И главное, чтобы он САМ мог это испечь. Мама улыбнулась, и сказав что-то вроде «ну наконец-то ты заинтересовался чем-то кроме телефона» (классика), порылась в своих рукописных рецептах и сказала, что ничего проще и быстрее по приготовлению, чем панкейки не найдешь. И он честно все два часа простоял на кухне, готовя панкейки, в которые решил добавить клубнику. Вообще, можно было управиться гораздо быстрее, но это Бомгю. Дав маме на дегустацию один панкейк, он получил удовлетворительный кивок и довольный начал готовить горячий шоколад. И в этот раз напиток был действительно горячим к приходу Ёнджуна. Когда тот позвонил во входную дверь, Бэн только поставил на рабочий стол кружки и тарелку под выпечку. Он торопливо поправил волосы, посмотрев в зеркало, и пошел открывать дверь. Но на лестнице услышал неожиданно разговор мамы с Даниэлем. Ну нет! Только раз не предупредил, что откроет дверь он и на тебе! От такой досады Бомгю недовольно насупился. — да, он к твоему приходу и панкейки приготовил, волновался так хорошо получилось или нет, — мама старшеклассника улыбнулась, принимая из рук гостя верхнюю одежду. — ой, да не стоило ему… — смущенно сказал Чхве. — мама! Ты зачем?! — две пары глаз удивленно уставились на неожиданно объявившегося обиженного Бомгю. Мать только хихикнула и отправилась на кухню. Ну как же она похожа на Тэхёна, боже… Ёнджун, растерянный, всё еще стоял на пороге. Чхвегю закатил глаза. Как же глупо он, наверное, сейчас выглядел… — ну, что стоишь? Пойдем? — махнул рукой он, разворачиваясь. Ёнджун кивнул и пошёл за ним. Когда они поднялись на чердак, Лис первым делом заметил акустическую гитару у кровати, а после — кружки с горячим шоколадом и панкейки на столе. — мне даже как-то неловко, — сказал тот, присаживаясь на край кровати, — я в гости пришел, так ты еще и для меня панкейки готовил. — чёй-то для тебя? — моментально возразил Гю, чувствуя, как покраснели кончики ушей, — для всех готовил, просто настроение такое было… — ну ладно, — кажется не поверил, — может я тогда тебе с математикой помогу? Или чем-нибудь другим из домашнего задания? Или сценарий порепетируем еще? «просто заткнись и ешь панкейки» — попробуешь? — спросил Бэн, и гость кивнул, взяв в руки один панкейк и кружку. — очень хорошие получились, — кивнул Лис, попробовав, — кстати, насчёт гитары… — а… да… даже не знаю, как у меня получится, уже так давно не играл, — промямлил хозяин, беря в руки инструмент. Ёнджун на это ничего не ответил, ожидая. Гю взял самый простой для себя аккорд и провел рукой по струнам. Даже не расстроилась. Быстро вспомнив одну из самых простых песен, он сыграл пару аккордов… и получилось хорошо. Как говорится «мастерство не пропьешь». — ого… sweater weather… — задумчиво произнес Даниэль и парень кивнул, — а ты говорил, что разучился… получилось очень красиво… у тебя оказывается так много талантов. Бомгю не нравится, когда его хвалит Ёнджун только по одной причине: слишком заметно, как он рад этой похвале. — да ну… с тобой не сравнюсь, — негромко сказал, — ты вон какой… не такой, как я… «что он хотел этим сказать» — неправда, мы похожи, не находишь? — Гю поднимает взгляд на старшеклассника, смотря удивленно. Да нет же, они очень разные, поэтому ничего и никогда… или нет? Почему-то внутри стало очень тепло от этих слов. Может, не всё ещё потеряно? Даниэль снова уходит поздно и в этот раз Бомгю провожает его до поворота, оба замечают то, какой сильный снег начинает идти к ночи, и когда первый предлагает сделать снежных ангелов, ведь снега уже по колено, второй не может ему отказать. На прощание Лис бросает что-то вроде «доброй ночи, эльф» и почему-то Чхве не сразу понимает, чем было обусловлено его новое прозвище. На следующей день на репетиции Йеджи замечает, что одноклассник стал заметно лучше знать свою роль и перестал запинаться, поэтому и хвалит его. — да у меня просто хороший учитель, — улыбается Гю, а староста кивает, похлопывая по плечу одноклассника, и уходит через пару секунд, когда слышит своё имя с другого конца сцены. — хороший учитель? Спасибо, — Бомгю вздрагивает, когда слышит голос Даниэля за спиной и оборачивается. Тот стоит у сцены и поэтому он присаживается на корточки, чтобы их головы находились примерно на одном уровне. Он замечает, что у Чхве руки за спиной и хочет спросить, но тот опережает его, доставая из-за спины небольшую коричневую коробочку и протягивает ее Гю. — что это? — спрашивает он, а Ёнджун пожимает плечами, говоря «посмотри и узнаешь», любопытство берёт вверх и старшеклассник поднимает крышку, обнаруживая аккуратно выложенные песочные печенья на пергаментной бумаге. И неожиданно для себя, он чувствует бабочек в животе, ему никогда не делали таких подарков. Да и вообще, никто кроме Тэхёна и родителей не делал. — я старался. Надеюсь съедобно получилось… — после недолгого молчания говорит Ёнджун, а Гю вместо ответа пробует печенье, чтобы доказать, что «конечно съедобно», но… Только огромным усилием воли он заставляет проглотить себя «это». Низ подгорел и в начинке чувствуется какие-то очень кислые цитрусы. Как вообще можно было додуматься в песочное печенье добавить цитрусы? И что сказать теперь? Соврать будет некрасиво, и расстраивать не хочется. Но неожиданно, как по щелчку пальцев, в поле зрения появляется Тэхён и Бомгю зовет друга подойти. Когда тот оказывается рядом, Чхве торжественно вручает ему печенье, предлагая попробовать. Из Тэхёна, оказывается, хороший актер бы получился, потому что тот умудряется еще и улыбнуться после дегустации, и по его виду можно подумать, что печенье действительно вкусное. Буквально секундного зрительного контакта хватает на то, чтобы Кантэ понял, что нужно сказать. — ну слушай, вообще, очень неплохо. Даже хорошо, — говорит он Ёнджуну, но того это не особо убеждает и тут Тэхён неожиданно для Гю добавляет, — но вот ты не думал у Бомгю поучиться? У него классно получается… Что. Тэхён ехидно улыбается и быстро ретируется в кладовую. — а правда… — тянет Лис, — не хочешь прийти ко мне в гости сегодня? Мы могли бы приготовить печенье… моих родителей не будет, так что можешь не волноваться. Серьезно? Не волноваться? Бомгю будет еще больше волноваться, понимая, что они остались вдвоем во всем доме, но… снова же, отказав он будет полным дураком, и, хотя он очень взволнован, находит в себе согласиться на встречу. Они решают встретиться в шесть у Даниэля, и по пути к нему Гю покупает пищевые красители, чтобы украсить имбирное печенье, которое они решили приготовить сегодня. И всё идёт очень даже неплохо до того момента, пока гость неожиданно не решает пооткровенничать, доставая печенье из духовки. Ведь хозяин дома сейчас занят вырезанием разных форм печенья вроде елочек и звездочек, а значит не смотрит на него. И всё так, но… — не думал, что ты будешь общаться с таким как я, — негромко произносит Гю и тут же понимает, что зря, ведь Ёнджун сразу же откладывает своё занятие и поворачивается к нему. Видимо, он влип. И как бы ему выкрутиться. Уже не особо хочется продолжать эту мысль под пристальным взглядом. — В смысле? — просто спрашивает Чхве и гость неуверенно мнется с противнем в руках. — ну… я перед тобой пару раз на лестнице падал, обсуждал тебя перед тобой и так далее… реально вел себя как дурачок. Я бы не общался с собой… — ну это ты, а я считаю, что ты смешной и необычный. — серьезно говорит Лис и задумывается, — с тобой так легко общаться, чувствуешь себя комфортно. По крайней мере, я так себя чувствую, когда я рядом с тобою… и репетировать с тобой… Ого… Бомгю молча выслушивает парня и что-то в его словах заставляет его сердце очень часто забиться. Ёнджун считает его смешным и приятным человеком! И это логично, он бы не стал общаться с ним, дарить ему печенье и приходить в гости, если бы ему было с ним некомфортно, но это Бомгю. С этого момента Чхвегю чувствует будто что-то кардинально изменилось в их отношениях? Они встречаются в кофейне, которую выбрал Даниэль, за день до представления и зимнего бала. Они последний раз повторяют свои роли. Ёнджун заказывает капучино и медовик, а Бомгю, следуя его примеру, заказывает то же самое, говоря, что это его любимые напиток и торт, хотя на самом деле он в душе не чает, что ему нравится. Но ведь в этом есть частичка правды… старшеклассник тепло улыбается, говоря «а я говорил как-то, что мы похожи», Гю кивает. И он бы так и продолжил тупо пялиться на улыбающееся лицо парня, если бы в кармане не завибрировал телефон. И он скорее всего не взял бы трубку, если бы не увидел на экране «Тэхён», ну, это другое дело, ладно… Неаккуратно смахнув иконку трубки вверх, он приложил телефон к уху, но тут друг громко закричал. — ну что, как там? Не признался еще? А то я ж поесть спокойно не могу, все думаю, — Бомгю моментально убирает телефон от уха, понимая, что случайно включил громкую связь. Его лицо заливается краской, когда он видит удивленно — смущенное лицо Ёнджуна. Вот дурак он…. И Тэхён тоже, за что… — Тэ! Что несешь? Не шути так, ты на громкой связи! — обиженно говорит Гю, и друг сразу понимает, что тот пытается выкрутиться и поэтому на ходу выдумывает отмазку: — да я про тот сериал, что тупишь? Там вообще песня, Инсу начал встречаться с Ихён? — театр двух актёров не особо сработал, но они по крайней мере попытались… Кантэ даже вспомнил случайных персонажей из «мы все мертвы» ради такого, настоящий друг… но Ёнджун так и остался на весь вечер задумчивым… неловко вышло… И когда на следующий день, в самом конце выступления, пока староста благодарила всех за посещение, Даниэль, стоявший рядом с Бомгю, крепче сжал его руку, старшеклассник напрягся. Помедлив пару секунд, тот наклонился к уху эльфа (сейчас даже в костюме) и тихо, еле слышно сказал: — сейчас признаюсь, ты мне нравишься. И только все актеры начали уходить со сцены, Бомгю крепче сжал руку Чхве и практически потащил того в кладовую. Когда дверь за ними закрылась и Гю убедился, что они остались незамеченными в толпе, сразу же повернулся к Ёнджуну. Тот, как ни в чем не бывало, стоял в метрах двух от него. В кладовой темно, поэтому трудно рассмотреть лицо. — повтори, что ты сказал. — что? — переспрашивает Лис. — на сцене, — коротко отвечает Гю, ему сейчас не до шуток, и подходит ближе, останавливаясь в полуметре от старшеклассника. Ему срочно нужно услышать ЭТО еще раз, вдруг он ослышался. — ты мне нравишься. И эти три слова так просто срываются с губ Ёнджуна, что Чхвегю кажется, будто его обманули. Неужто ТАКОМУ человеку действительно может нравиться он?.. по щеке одиноко скатывается слеза, что сильно так пугает Даниэля и тот подаётся вперёд, чтобы стереть слезу с щеки, но рука зависает в воздухе. — вот не ври мне, скажи честно, как ты ко мне относишься? Не может быть такого, чтобы я понравился тебе за такой короткий отрезок времени, — спрашивает Бомгю. — ну так ты мне и не недавно понравился… ты думаешь почему я решил помочь тебе с ролью? Я уже давно хотел начать общаться с тобой… но как только ты видел меня, то сразу куда-то уходил и, в общем, не было возможности раньше. Каждое новое слово трогает и удивляет старшеклассника до глубины души. Да разве ж может быть такое, чтобы они так давно друг другу нравились, но из-за стеснения и неуверенности Гю не общались? Как всё странно однако бывает. И разве «у них ничего и никогда»? — ну не молчи… — Ёнджун заметно нервничает из-за длительного молчания. Но эльф так неожиданно улыбается и начинает смеяться, что тот впадает в ступор. И повезло же ему втрескаться в Бомгю. — ну так что это получается, если я тебе нравлюсь, и ты мне нравишься, — тянет старшеклассник, — это нам встречаться теперь? И Ёнджун кивает.