Мой.

Мчать по К1 вдоль порта, обгоняя попадающиеся по пути легковые автомобили и фуры на скорости 200 км/ч. И не использовать способность, ибо малыш под ним при желании может развить и 325 км/ч. Но когда дома тебя ждут, ты никак не можешь позволить жажде скорости одолеть твой разум. В день, когда ‘Тросс показывал другу своего новенького железного коня, Чуя тщательно скрывал восторг в синих глазах под полами своей шляпы, стоя скрестив руки на груди. И даже не верится, что тогда, словно миллион лет назад, друг, выжимая на себя рукоятку подачи газа и ловя укоризненный взгляд Чуи, сказал «ты чего трусишь?», а сейчас, практически становясь с байком одним целым, Накахара мчит, и огни фонарных столбов сливаются в зигзаги светящихся линий. Зайдя наконец домой и укоряя себя, что, естественно, прибрался только ночью, Чуя сбрасывает с себя перчатки и шляпу, прежде чем направиться умывать руки и лицо. И, оказавшись на пороге их спальни, ему оставалось разве что застыть и непроизвольно облокотиться на дверной косяк, когда брюнет наконец заметил его присутствие. — Чиби, привет То, как расцветает улыбка на лице Дазая каждый раз при виде своего парня, порождает в Чуе желание снова и снова сворачивать горы ради этого милашки. — Привет — Не молчи. Что скажешь? Дазай стоял перед большим зеркалом, вертясь со всех сторон и оглядывая себя, и что скажешь про растянутую домашнюю футболку, но там, где она покрывала, судя по всему, обнаженные ягодицы, от чего у Чуи уже пересохло во рту, начинались красивые, очень длинные ноги, один вид которых вызывал в рыжем ни с чем не сравнимое желание взять, обладать, оставлять алые отметины, снова и снова, чтобы весь мир знал, Дазай принадлежит ему и только. Но на этих ногах, которым Чуя и без того готов посвящать поэмы, сейчас красовались черные босоножки-ботфорты со шнуровкой спереди, обтягивающей бледную кожу… Что ж, блять господи, Накахара чувствует себя таким везунчиком. Ведь это всё только ради него одного. Пока рыжий не может оторвать взгляда от произведения искусства перед ним, Дазай уже наклоняет голову вбок — он, конечно, добивался крышесносного эффекта, но, кажется, Чиби впал в транс, а кто же тогда его будет трахать? Подходя ближе и из-за высоких тонких шпилек смотря на Чую чуть не с высоты фонарного столба, это не мешало ему наклониться и, осторожно запустив руки в мягкие медные локоны, слить их губы в невероятно глубоком и влажном поцелуе. Ахх, это действует, и, подхватывая под бедрами, Чуя поднимает брюнета, не церемонясь, подходя и бросая на кровать. Матрас пружинит, улыбка на лице Дазая сумасшедшая, оскал на лице Чуи и его заметно выпирающий из брюк стояк. — Мой. Со стуком падая на колени перед кроватью и резко дёргая Дазая на себя, легко, словно он кукла, Чуя, задирая домашнюю футболку парня, наконец лицезреет прекрасный длинный эрегированный член. Смысла тянуть уже нет, впиваясь одной рукой Дазаю в бедро, рыжий, наклоняясь, обхватывает нежную головку губами, всасывая в рот все капли предэякулята. И этот вкус, вкус Дазая… Замечательно! Хватая одной рукой стояк у основания, Чуя сразу опускается на всю длину. Головка щекочет стенку гортани, боги, длина Дазая идеальная, и теперь уже поднимаясь, Чуя прижимает плотнее язык к твёрдой плоти, чтобы опуститься снова, и уже помогая себе рукой, он отсасывает, втягивая щёки, плотно облегая горячий член губами. Это, это просто вау. И пока тело брюнета пускает дрожь, мелко вибрируя, Чуя ухмыляется у себя в голове — он абсолютно и стопроцентно знает, сколько Дазаю нужно, чтобы кончить. И тот уже стонет, упираясь ногами на каблуках в пол и поднимая бедра, гоня лишь одну цель — глубже проникнуть Чуе в рот, и тот глухо стонет, опускаясь губами до основания члена и принимая Дазая в себя целиком. Каждый раз. Каждый раз. Остались мгновения, но нет. Резко поднимаясь с члена, да и с колен, Чуя мгновенно разбирается с брюками, наконец высвобождая свой до боли твёрдый орган. Да, действительно, наконец. Одной рукой смазывая свой стояк, сразу двумя пальцами другой он грубо проникает в Дазая, разводя их в стороны, чтобы не оставлять партнера без внимания, и растяжка после их регулярного и, что греха таить, частого~ секса отличная. Почувствовав наконец пальцы в себе, Дазай начал поёрзывать на простынях. И эти алые щёки и надкусанные губы. Ещё секунда до того, как он начнёт молить, но Чуя не ждёт, закидывая одну ногу Дазая себе на плечо, низко наклоняясь над ним и подстраивая головку к влажным мышцам прохода, он входит сразу до упора. Пока он от кайфа проникновения запрокинул голову, с его уст срывается неприличный пошлый стон. Кожа ботфортов скользит по рубашке, норовя сползти с плеча; обхватывая изящную ногу рукой, Чуя наклоняется ещё ниже. О, да. Дазай любит быть сложенным практически пополам, ведь и член растягивает его идеально. Тааак глубоко сейчас. — Ахх… Чибии…. Дазай, признаться, обожает закидывать ноги Чуе на плечи, и чтобы пах того ударялся с громким шлепком в его ягодицы. Лучшее, Накахара знает. Дазай распластался под ним, разложенный на его члене, божественный, красивый, его парень. Поддерживая одной рукой партнёра за бедро, Чуя скалит зубы, это тот самый момент, когда Дазай делает так, что скобу от желания у рыжего срывает. — Моя принцесса. Оххх, как же хорошо, внутри Дазая, и как он принимает член, каждый раз с таким желанием его облегая, пульсируя вокруг него мышцами и тёплыми стенками. И брюнет и так был уже совсем близко, поэтому, отводя бёдра назад медленно, Чуя знает, яростный темп приведёт их к оргазму за мгновения, поэтому он плавно ведёт рукой по ноге на своем плече, крепче сжимая пальцами другой мягкое бедро. Дазай определенно наденет эти ботфорты ещё не раз. Пусть контроль почти всегда в руках Чуи, но Дазаю определенно нравится устанавливать свои правила игры, и сейчас остались секунды, поэтому он ёрзает под Чуей, прижатый его весом, и синие глаза партнера сейчас смотрят с таким вожделением. — Ты прекрасен, Осаму… Ты готов? — Даа… Растягивая парня до максимума давлением своего тела, насаживая его на твёрдый член до основания, Чуя толкается внутрь так, словно это их последний раз. Тело Дазая содрогается под беспощадными толчками, ах боже, и при всем желании, Дазай даже извиваться не в состоянии, и неистовые движения горячей плоти внутри него отбросили бы его к изголовью кровати, но Чуя держит крепко. — Ч-и-би… я … я… — Кончи для меня, Дазай Ой всё, Чуя перешёл на «Дазай», он, возможно, не совсем тут. Хотел грубый трах, Осаму — ваше желание исполнено. Сполна. — Ах …ах…. аххххх Выгибая спину, Дазай летит в пропасть, где есть только поглощающее каждую твою клеточку блаженство. Как же приятно… — Вот т..ак… Не отрывая взгляда от своего творения и от алой головки, по которой стекает сперма, Чую продолжает заданный темп, гоня теперь уже свой оргазм, и он готов кончить только от того, как Дазай выглядит сейчас. Он чертовски… Он блять невероятный. И сейчас член Чуи продолжает проходится быстро по набухшей простате, и, не пережив до конца сильный оргазм, Дазай уже обволочен давящим ощущением сверхстимуляции. Бля… И это не чересчур. Сегодня. Это как нужно. Ударяясь в бёдра и впиваясь до синяков руками, и оргазм иголочками покалывает всё существо Чуи… — Аагггххх… Даа….зз…заа… Входя до упора и поддаваясь пульсации мышц прохода на своем члене, Чуя, нависая и замирая, кончает внутрь парня, ощущая, как тот весь и целиком сжат, дрожит от всех чувств, блять это было… просто заебись. Слегка отстраняясь, Чуя не способен отдышаться, в глазах Дазая блестят слезинки, вызванные слишком большим количеством чувств в каждой клеточке тела. Поворачивая голову в бок и оставляя лёгкий поцелуй прямо поверх чёртовой обуви, Чуя медленно выходит, пачкая всё под собой, но сейчас похуй. Аккуратно снимая ногу парня со своего плеча, он падает на кровать рядом, позволяя грудной клетке самой восстановить дыхание и уже не париться. Ни о чём. Прикрывая глаза и дотягиваясь рукой до пальцев Дазая и сплетая их, можно позволить разуму постепенно успокоиться, спуститься на землю. Он соберёт в себе силы, буквально через минуты, чтобы помочь Дазаю расшнуровать это бесконечно высокие ботфорты, так хочется провести горячей ладонью по этим красивым ногам. Как же он любит.