Или разум, или петля

      

Правило №3. Не ври своим друзьям

      

«Манифест Бродяги»

      

16.05.2005

      

Понедельник

      

      Дверь кабинета распахнулась, затопив комнату отзвуками клубной музыки. Рану не надо было даже вставать с дивана, чтобы убедиться в личности человека, что так бесцеремонно нарушил его покой. Он лишь закатил глаза и про себя досчитал до пяти, сохраняя невозмутимое выражение лица и выдавая почти дружелюбно, - Каким ветром тебя сегодня к нам занесло?              Посетительница сделала вид, что не услышала раздражение в голосе собеседника, - Я за Нобуо. Он собирался сегодня обсудить свой график с вашей сисястой администраторшей. Но её кабинет закрыт и, судя по раздающимся из-за двери звукам, она в поте лица сводит дебет с кредитом вместе с вашим прелестным новым бухгалтером.              Неприкрытая ирония в голосе подруги не позволяла сохранить невозмутимость. Губы сомкнулись в тонкую полоску, брови поползли к переносице. Ран прикрыл руками лицо, сделал глубокий вдох и на выдохе начал массировать виски. Мысленно он уже начал прикидывать, кого можно взять на вакансию, что освободится в ближайшем будущем.              Девушка прикрыла дверь, отрезая за собой громкую музыку, и с тихим смешком прошагала к массивному дубовому столу. Кабинет Хайтани никогда не был похож на комнату, в которой должны зависать подростки. Первое сравнение, что всегда приходило Дио на ум это - склеп. Склеп, в котором глухо и ритмично стучали басы, синхронизируясь с её дёргающимся глазом. Нервный тик всего лишь одно из последствий недосыпа и истощения нервной системы. В целом, винить парней в отсутствии вкуса было глупо, поскольку помещение досталось от предыдущего владельца клуба, чья жизнь завершилась весьма трагично. Однако руки чесались при каждом посещении – хотелось что-нибудь сломать или поджечь, чтобы мрачная обстановка перестала давить на виски.              Сейчас рыжеволосая расположилась в рабочем кресле, закинув ноги на стол поверх карты Токио. Обведя взглядом кабинет, и в очередной раз фыркнув, она достала из-за уха сигарету и закурила. Ран, вернув на лицо маску безразличия, лежал на тёмном кожаном диване, залипая в телефон. Обратив внимание на манипуляции своей гостьи, ему пришлось с унылым вздохом подняться. Мебель противно скрипнула, от чего Дио вновь скривилась. Парень подошел к окну, одёрнул тяжелую темную штору и открыл дверцу нараспашку. Протянуло ночной свежестью.              - Ты же в курсе, что за тобой хвост? – старший Хайтани неторопливо обернулся и облокотился о подоконник, - Весьма занятный хочу заметить, - лёгкая улыбка тронула губы. Окна кабинета выходили на улицу перед главным входом, где на противоположной стороне Ран наблюдал знакомую ему парочку гопников.              - О, а я уж подумала, что у меня появились фанаты-сталкеры, - девушка лениво затянулась и стряхнула пепел прямо на дорогой, но абсолютно безвкусный ковер, что устилал весь пол кабинета. Парень это привычно проигнорировал. О том, что интерьер в комнате необходимо или «полностью поменять» или «нахуй сжечь», девушка напоминала при каждом удобном случае. Риндо же ей постоянно поддакивал. И хотя такие советы со стороны бездомной выглядели весьма абсурдно, Ран с каждым посещением был всё ближе к стадии принятия идеи о капитальном ремонте. Хотя бы из-за того, что темно-бордовые обои походили на внутренности какого-то чудовища, что грозились вот-вот схлопнуться и расплющить посетителей. А массивная хрустальная люстра противно позвякивала и грозилась свалиться на голову деловым партнёрам, что располагались обычно в кожаных креслах напротив стола. Точнее только над правым креслом, Рану казалось, что левое если и заденет, то только слегка и потенциальный союзник отделается лёгким испугом.              Не обращая внимание на задумчивость Рана, Дио продолжила вещать с явной насмешкой в голосе, - Я вот даже имена им дала, тёмненький – Чип, а светленький – Дейл. Крайне забавные ребята, весь день меня пасут. Наверное, устали бедняжки, - одновременно с этим, девушка опустила ноги со стола и поднялась, медленно цедя папиросу, плавно шагая в сторону дивана. Остановилась напротив картины, висевшей над кожаной мебелью, и потушила остатки сигареты о лицо на холсте. Нелюбовь к данному произведению искусства отражали прожжённые дыры по всей площади полотна. Дешёвая реплика на «Последний день Помпеи», негодующе что-то прошипела и расползлась по кабинету запахом жжёной синтетики. Щелчком пальцев окурок улетел в открытое окно.              - Как некрасиво с твоей стороны мусорить, - спокойно сказал парень, взглядом провожая действия подруги, та лишь закатила глаза и вновь по-хозяйски вернулась за стол.              - И как же ты, лёжа на диване, разузнал о том, что за мной следят?              - Риндо написал, - парень кинул ей в руки раскладушку с открытой перепиской, - я отправил его выбивать инфу у парочки придурков. А на обратном пути он заметил этих двоих и тебя неподалеку.              - Вау, а вот я мелкого даже не приметила. Хорошая работа. Как придёт – поглажу по головке.              Парень улыбнулся,- Сдаёшь позиции, старушка.              - Скорей уж позволяю ученикам превзойти учителя, - хохотнула и бросила телефон обратно.              - Учитывая то, что всё твоё наставничество можно описать одной фразой, - парень поднял руки, изображая кавычки, – «делайте как я, а то сдохнете», то мы тебя уже давно переиграли.              - Один-ноль, пиздюк, - Дио кисло улыбнулась и достала очередную сигарету, задумчиво повертев её в руках.       - Это они тебе синяки нарисовали? – Ран хмуро оглядел лицо подруги и прошагал к гостевому креслу напротив стола. Левому, конечно же. Такому же кожаному и противно скрипучему, что и диван.              - Не-а, это я на птичку засмотрелась во время вчерашнего боя.              Парень сложил руки замком, опустив сверху подбородок, - Я так понимаю, у птички есть имя?              - Сано Манджиро, - девушка улыбнулась, наблюдая, как эмоции одна за другой сменяются на лице парня. Брови поползли вверх – удивление, глаза хищно сщурились – непонимание; губы тронула улыбка, а в фиолетовой радужке зажёгся огонёк – осознание комичности ситуации. Увлекательное зрелище. Ран Хайтани – профессионал по части сохранения лица. Проявление истинных эмоций для него – непозволительная роскошь, которой удостаивается весьма малый круг лиц.              - А Чип и Дейл, насколько я понимаю, это подручные из его шайки гопников.              Парень рассмеялся и бросил взгляд в сторону окна, - Командир первого отряда – Баджи Кейске и его заместитель – Мацуно Чифую.              - Какая честь, - протянула девушка и все-таки подожгла новую сигарету.              Следя с лёгким прищуром, как Дио в который раз стряхивает пепел на ковёр, парень тихо бросил, - Это твои «несерьёзные проблемы» недельной давности? – в ответ девушка выдохнула и просто кивнула.              - Они распидорасили мой любимый домик на окраине Минато во время стычки с другими гопниками. Потом младший Сано предложил вступить к ним в банду. Был послан нахуй. Но, как видишь, не успокоился.              Дым причудливым узором расползался по кабинету, придавая таинственности разговору. Ран следя, как огонёк отражается в глазах подруги, задумчиво проронил, - Может он просто узнал в тебе подругу своего брата и решил наконец-то познакомиться?              - Точно нет, - холодно отрезала девушка, бросив ледяной взгляд на собеседника. Ран его стойко выдержал, отметив в глубине радужки что-то давно позабытое. Что-то, что Дио постоянно прятала от него с братом, и что он не мог прочитать. Однако та тихо продолжила, переведя взгляд на уголек меж пальцев, - Мы с Шиничиро прообщались не так долго. Он не успел познакомить меня с семьей, сам знаешь. Да и до меня только вчера дошло, что Манджиро его брат - Такеоми перед боем вспоминал Черных драконов, - вытянув все до фильтра, рыжеволосая одним движением отправила окурок в окно.              - И что планируешь с этим делать? – не отводя взгляда от лица собеседницы, проговорил парень, - Глава свастонов весьма интересный персонаж – упертый и целеустремлённый, а еще непобедимый, если ты не в курсе, - хохотнул и начал накручивать косичку на палец. Девушка обречённо вздохнула и возвела глаза к потолку, разглядывая вверху такую не уместную для этого заведения лепнину.              - Да-да, этот старпёр тоже упомянул о его прозвище. Хочу лично надавать ему пиздюлей, чтобы убедиться наверняка. Все-таки старший страдал от противоположного таланта, - легкая улыбка тронула губы девушки, - А что дальше – хуй знает, - перевела взгляд на собеседника, подперев щеку кулаком, - Еще вчера хотела его послать, а потом подумала, что Шиничиро бы это расстроило.              - Мертвецам так-то уже все равно, - пожал плечами, наплевав на сочащееся со стороны девушки неодобрение, - еще скажи, что это твоя ответственность и по манифесту тебе от неё нельзя убегать, - со смешком бросил Ран и, взглянув на Дио, понял, что попал в яблочко. Появилось огромное желание ударить себя по лбу и закатить глаза, однако Хайтани его благополучно проигнорировал.              Увы, но держать мнение при себе парень не любил, поэтому поделиться им было делом принципа, - Зачем ты продолжаешь следовать манифесту? Ты же из раза в раз ограничиваешь себя и свой потенциал. А уж если нарушаешь одно из правил, то и вовсе с ума сходишь от чувства вины, - на этом стоило бы остановиться, но затыкаться вовремя Ран не умел, - Мы с Риндо не успели познакомиться в школе с твоим Ши-Ши и проникнуться вашими идеями о прекрасном будущем. Однако твой друг, следуя написанному вами манифесту, не смог избежать смерти. Так какой смысл тебе держаться за это прошлое? Тем более, если твое будущее весьма линейно и предсказуемо.              Разногласия на счет «Манифеста Бродяги» сопровождали отношения Дио и Рана с самого начала знакомства. Девчонка, что была немногим старше Хайтани, изо дня в день вдалбливала в голову братьев эти правила, заставляя проговаривать их наизусть на завтрак, обед и ужин. И если Риндо особо не сопротивлялся, то Ран постоянно вставлял свои колкие замечания, за что регулярно отхватывал оплеухи. Амбиции несоразмерные его возрасту, не позволяли ограничивать себя и брата правилами, написанными детьми на коленке. Хотя больше всего старшего возмущал факт того, что большинство пунктов из старой школьной тетрадки были абсолютно нереализуемы в тех условиях, что они тогда находились.              Взять хотя бы правило №12: «Колеси по миру, защищая других бродяг». Как его выполнять, когда вы - ученики школы-интерната, что больше напоминает тюрьму с колючей проволокой по периметру и смотровыми вышками. С охранниками, что носят на поясе электрошокер. Со своим военным уставом, включающим отбой после десяти вечера и подъем в шесть утра. Следуя этой логике, десятилетний Ран считал большинство правил манифеста полной чушью, так как содержание противоречило окружению. Для Дио же, исполнявшей в те времена роль мудрого семпая, каждый пункт являлся путеводителем в светлое будущее.              То что будущее после школы оказалось для детей мягко говоря хуёвым, вопрос личной философии каждого. Поэтому, когда интернат прикрыли из-за шумихи в прессе, а Хайтани через какое-то время оказались под опекой перспективного криминального авторитета, гуманные правила из Манифеста были задвинуты в дальний уголок сознания. Примерно в то же место что и запылившаяся совесть. Всплывала же эта раздражающая Рана тема довольно редко, но всегда в присутствии рыжеволосой подруги по несчастью.              - Знаешь, косичка, вот если бы ты следовал манифесту, то не загремел бы с младшим братом в тюрьму для несовершеннолетних. А мне не пришлось бы нарушать еще больше этих детских правил, чтобы скостить вам срок. И после, как ты выразился, испытывать чувство вины, - девушка бросила ледяной взгляд в сторону Хайтани, а на лице её застыла непроницаемая маска. В воздухе повисло напряжение. Ран нервно поёрзал в кресле, но глаз не отвёл.              - Ты лучше меня знаешь, как работают законы и кого, в большинстве своём они защищают, поэтому их соблюдение для меня вторично. Тогда как этот манифест дает хоть какие-то моральные ориентиры в моей такой линейной и предсказуемой жизни.              Парень сдался в этой игре в гляделки и тихо проронил, - Правило №3 «Не ври своим друзьям».              Дио победно вздёрнула подбородок, а губы тронула ехидная улыбка, - Да забей, мы уже не в школе, я больше не ваш семпай и за свои косяки вы отвечаете сами. Просто не смейте помирать раньше меня, - парень заметно расслабился, но тут же вспомнил о последнем поручении отца и тяжело вздохнул. Предчувствуя трудный разговор, он выпрямился в кресле и надел маску холодной отстраненности. За глаза Дио с Риндо называли это выражение лица «Снежной королевой». Тихонько хихикая в самом укромном уголке, дабы не разрушать авторитета старшего Хайтани. Большинство переговоров с высокопоставленными шишками проводил именно он.              - Кстати об этом, не хочешь подработать? – начал издалека. Заметив серьезную физию парня, Дио выгнула бровь и уставилась на него с немым вопросом, - нужен твой совет. Иуоо-сан попросил нас устроить облаву на один склад в Тайто.              Девушка в кресле немного напряглась. Иуоо-сан, также широко известный в криминальном мире как Паук, редко выдавал своим приемным сыновьям что-то сложнее выбивания долгов в барах и контроля гопоты на районе. Он, как самый заботливый папаша, старался беречь своих пиздюков и не впутывать их в «мокрые» дела до поры до времени. В этом вопросе свою тяжелую руку приложила и сама Дио, особенно после того, как братья вышли из колонии для несовершеннолетних.              Обычно всеми криминальными разборками Иуоо-сана руководил Чико – глава отдела безопасности. Чаще всего такие дела сопровождались зрелищным фаер-шоу и парой-тройкой летальных исходов. Участие Дио в подобном случалось редко, но метко, причем всегда по личной просьбе самого Паука, с приличным задатком на карман и некоторыми вольностями персонально для бестии. Потому-то факт того, что сейчас именно Ран предлагает подобную работу девушку неприятно удивил. «Мокрые» дела, она жопой чуяла и эта жопа её еще ни разу не подводила.              Прочистив горло, девушка нервно поёрзала в кресле и всё-таки спросила, - И что на складе?              - Оружие, - бестия ощутимо напряглась, а брови стремительно сомкнулись на переносице. После этого заявления, сомнений в том, что дело пахнет жареным не осталось.              Со слабой надеждой на то, что всё не так плохо, Дио продолжила прощупывать почву, - Уровень охраны?              - Около двадцати вооруженных наёмников. Камеры видеонаблюдения только снаружи. Связь между противниками по рации. Чертежи здания и окрестностей у тебя прямо под ногами, - Ран кивнул на карту, расположенную на столе.              С каждым словом лицо рыжеволосой становилось все мрачнее. Она с легкой нервозностью опустила конечности и уставилась на здание, обведённое красным маркером. Внутри начинало клокотать негодование, - Блять, Ран, - зло выплюнула девушка, - и какого хуя Паук решил втянуть в это дело вас? Этим должен заниматься Чико!              - Чико в этот момент будет штурмовать головной офис уёбков, что хотят напасть на отца, - парень произнес это таким тоном, будто они обсуждали прогноз погоды, а не облаву на вооруженный склад. От подобной реакции, Дио вспыхнула как спичка и разразилась непередаваемым потоком брани.              - А вы, значит, выступаете вместо пушечного мяса?! Пусть заплатят наёмникам, вам в такое лезть еще рано!              - Дио, оставь свою заботу! – парень слегка повысил голос, однако на лице сохранялось невозмутимое спокойствие, - Если отец дал нам это задание – мы его выполним. С твоей помощью или без нее.              - С таким же успехом, можете в русскую рулетку поиграть, с полным барабаном! Я вроде ещё в школе тебе говорила, что нельзя игнорировать инстинкт самосохранения. А ты решил его в жопу засунуть!? - свой гнев девушка решила выместить на карте лежащей на столе, звонко ударив кулаком где-то в районе реки Сумиды, - Доставай обратно! Ты не должен сдохнуть раньше меня!               Общаясь с Дио столько лет, Ран прекрасно научился игнорировать и усмирять вспыльчивость подруги. Однако гиперопека с её стороны раздражала. В конце концов, она же немногим старше самого Рана, а ведёт себя как курица-наседка. Хоть Дио никогда бы не сказала об этом вслух, но она до смерти боялась потерять близких ей людей. Таких можно было пересчитать по пальцам одной руки и Братья Хайтани входили в это число, что одновременно радовало Риндо и раздражало Рана.              Старший не был лишен амбиций и не был идиотом. Поэтому справедливо решил - чем раньше он покажет, что может решать подобные задачи, тем быстрее Дио примет, факт того, что они с Риндо больше не дети, которых надо опекать. В теории план был идеален, на практике же подруга с этим мириться не торопилась, в отличие от Иуоо-сана, который уже давно одобрял творческие порывы своих приёмных сыновей.              Сохраняя хладнокровность, Ран продолжил, проигнорировав реплику девушки, - У нас есть план. Сначала мы захватываем этот склад, тем самым отрезая вооруженное подкрепление. Подаём сигнал Чико, после чего его люди нападают на головной офис оппонентов. Если все пройдёт чисто, то никто не пострадает.              - Никто не пострадает? А в атаку ты пойдешь со своим гоп-отрядом? С шайкой школьников, которые только на кулаках махались и тяжелее игрушечного пистолета в руках ничего не держали?! Против вооружённых наёмников! Ран, это же пиздец!              - Именно поэтому мне и нужна твоя помощь!              Диалог достиг точки кипения, повисло напряжённое молчание. Дио, словно глыба льда напряжённо уставилась на Рана, надеясь выжечь из его черёпной коробки все суицидальные наклонности. Сейчас девушке больше всего хотелось скрежетать зубами и ругаться на чем свет стоит, ибо ситуация была патовая. Старший Хайтани не был идиотом, иначе она его с младшим и не опекала бы с пиздюкового возраста, однако его упрямство и преданность папаше не знали границ. Понимая, что парень не отступится, единственное, что остаётся – это смириться и приложить все усилия к тому, чтобы пиздюки не подохли в её смену.              С трудом сдержав очередное ругательство и помассировав точку между бровей, девушка все-таки проговорила, - Сколько у тебя человек и когда вы планируете этот парад живых мертвецов?              Парень немного расслабился. На лице отразилась дежурная улыбка, - Если ничего не поменяется, то в атаку мы пойдём через неделю. Моих ребят около пятидесяти человек, не считая тебя, меня и Риндо. Чико может выделить десяток своих парней. Огнестрел, как ты понимаешь, есть только у старших.              Помолчали. Дио вцепилась руками в волосы и начала расплетать тугую косу, - Расклад нихуя не радужный. Мне нужно время, чтобы продумать тактику, - и с тяжелым вздохом принялась складывать карту, - я её заберу. Надо будет посмотреть, что есть в том районе.              Парень кивнул, - Когда тебя ждать?              - Сначала разберусь со сталкером-коротышкой. Надеюсь, его интеллект выше среднего и мне не придётся напрямую обращаться к его подручным, чтобы они привели его на наше рандеву, - Ран усмехнулся и коротко кивнул. Дио сложила карту в рюкзак и достала очередную сигарету. Одновременно с этим в дверь постучали и на пороге появилась белобрысая макушка.              - Огонёк, наконец-то я тебя нашёл! О, господин Хайтани, доброго вам вечерочка! Позволите забрать это дитя улиц на вечерний променад до моего скромного жилища? – Нобуо лукаво подмигнул своему непосредственному начальнику и улыбнулся во все тридцать два. Ни один мускул на лице Рана не дрогнул в ответ на такую фамильярность, однако Дио чувствовала, как тот с трудом сдерживается, чтобы сохранить лицо невозмутимым.              Все-таки шило в одном месте и флиртующая манера общения со всеми представителями мужского пола, старшего Хайтани раздражали. Объективная же причина терпеть все эти нетрадиционные замашки состояла в том, что бармен приносил каждую смену чуть ли не тройную выручку. И обладал исключительным талантом в нужные моменты вытягивать у посетителя абсолютно любую информацию – от цвета нижнего белья последней любовницы, до доступа к офшорному счёту особенно неудачливого гостя.              - Пошли уже, жертва совокупления смурфиков, - беззлобно бросила Дио в сторону бармена. С его приходом, напряжённая атмосфера вмиг улетучилась. Чуть помедлив у двери, рыжая, стоя вполоборота игриво протянула Рану, что располагался всё в том же кресле, - До встречи, косичка. Кстати, я всё ещё жду, когда ты вернёшь мне должок, - и с легкой полуулыбкой покинула уродливый кабинет под аккомпанемент скрипа чужих зубов.       - Один-один, пиздюк, - довольная собой промурлыкала бестия.              ***              Под щебет длинноволосого блондина о «Пьяных мужланах», парочка медленно двигалась в сторону спального района. Дио старалась игнорировать прожигающие спину взгляды горе-преследователей. Параллельно размышляя о предстоящей работе. В один момент взгляд уловил на балкончике одного из баров знакомую мелированную шевелюру. Поймав взгляд девушки, фигура поправила очки на переносице и начала активно жестикулировать.              Заметив, что его важнейшие измышления пролетают мимо ушей, Нобуо выразительно глянул на подругу, а затем и на объект её интереса, - О, это же…, - но договорить не успел, так как Дио, не глядя, дала ему лёгкий подзатыльник, на что парень насупился и замолчал.              Как только фигура на балкончике закончила свой монолог, Дио бросила в ответ пару еле заметных жестов – со стороны могло показаться, что она поправила волосы и почесала нос. Однако фигура в ответ лишь кивнула и скрылась в душном помещении бара.              - Терпеть не могу, когда вы так делаете! – негодующе воскликнул бармен, - Нет чтобы как нормальные люди, подойти - пообщаться, строите из себя инвалидов-партизанов.              - А ты постоянно ворчишь, как бабка старая. Что, репетируешь уход на пенсию? – хохотнула девушка и продолжила движение, как ни в чём не бывало. Блондин в ответ лишь закатил глаза и пробурчал под нос, - Да я хотя бы до пенсии доживу, а вы - дети мои, постоянно помереть пытаетесь, - Дио в ответ только хохотнула.       - Что начальство хотело от тебя? Сначала ты с Раном что-то долго обсуждала, теперь вот, Риндо тебе тут нажестикулировал поэму. Опять дела какие-то мутные мутите?              - Да так, работы подкинули, - еле слышно бросила девушка и ускорила шаг. Парень лишь удивлённо вскинул брови, но отставать не собирался. Как бармена, его никогда не посвящали в суть дел начальства. Информации, что он своим талантом вытягивал из клиентов, было достаточно, чтобы понимать, куда свой нос совать не следует. И он бы даже не задумывался об этом, если бы после такой работы Дио не вваливалась к нему домой и не засыпала беспробудным сном на его диване. Не трудясь при этом ни умыться, ни раздеться, ни элементарно снять обувь. Чаще всего он заставал её в таком виде после смены в клубе и по пробуждению лишь молча протягивал аптечку. Попытки убедить Дио заниматься чем-то более законным были обречены на провал с их первой встречи, а потому Нобуо оставалось только смириться с её образом жизни и помогать по мере возможности. На большее он, к его же сожалению, был не способен.              - Надеюсь, после этой работы мне не придется разоряться на химчистку. В последний раз, то пятно на диване смогла вывести только третья по-счету клинслужба, - беззлобно бросил парень, - еще и пришлось убеждать их не вызывать полицию, ты представляешь?              - Полицию? – брови девушки опустились к переносице, и она перевела взгляд на собеседника.              - Ты что, не помнишь? – парень оглянулся по сторонам и, склонившись ближе к девушке, полушепотом продолжил, - У тебя вся одежда пропиталась чем-то отвратительно-липким. И уж поверь мне, я профессионально могу отличить кровавую Мэри от всяких биологических жидкостей красного цвета. А налило с тебя тогда как с бочонка тридцатилетнего виски! Паршивого. Вонючего. Старого виски, – и перейдя с полушепота на театрально-переигрывающую интонацию бармен продолжил, - Ах, мой бедный новый прекрасный ковёр! Он был так молод и не заслужил той участи, что ты ему уготовила! Его пришлось сжечь, дабы избавиться от всех улик, - смахнул несуществующую слезинку и печальным взором уставился на девушку.              Дио вымученно выдохнула, - Давай сделаем вид, что это всё-таки была кровавая Мэри, и забудем. А ковёр как-нибудь вместе сходим-посмотрим. Будет тебе подарок на день рожденье.              Нобуо лишь закатил глаза, но от предложения не отказался. Всю оставшуюся дорогу до дома они проговорили ни о чем. Ближе к часу ночи пара друзей завалилась в небольшую и уютную квартирку.              Пока Дио снимала свои громоздкие ботинки, бармен привычным движением включил свет в прихожей, одновременно освещая и часть гостиной. Скинув модную кожанку, прошел комнату и завернул в спальню. Пока он вынимал из недр своего комода тряпки, что не выглядели слишком вульгарно, Дио уже вовсю хозяйничала на кухне. Услышав металлический грохот, парень в ужасе содрогнулся и поспешил к подруге. Застал её рядом с холодильником. Одной рукой та придерживала дверцу, другой же держала упаковку яиц. В голове тут же всплыли строчки из постскриптума злополучного письма, что прилагалось к Дио в их первую встречу: «Ни в коем случае не подпускай её к плите и готовке, если только не планируешь переезд и тебе срочно надо замести за собой все следы».              Не в первый раз содрогнувшись от представшей перед глазами картины своей полыхающей квартиры, Нобуо кинул в девушку комплект одежды, одновременно забирая из её рук упаковку яиц, - Так, пиздуй-ка ты мыться!              В ответ девушка лишь фыркнула и попросила приготовить «пожрать», одновременно направляясь в сторону ванной комнаты, что располагалась напротив хозяйской спальни. Как только хлопнула дверь и послышался звук льющейся воды, парень облегчённо выдохнул.              Пока Дио полоскалась, блондин успел быстро приготовить яичницу на двоих, постелить подруге диван в гостиной, полить цветы и посидеть на жопе ровно.              Квартирка в спальном районе Роппонги была простой и уютной. А факт того, что Нобуо купил её на свои кровно заработанные гроши, не переставал радовать вот уже год с закрытия ипотеки. Прошлой зимой он закончил ремонт в гостиной и теперь не мог налюбоваться на небесно-голубые обои, что подобрал ему очаровательный парень-консультант в строительном магазине. Огромный книжный шкаф во всю стену, позади дивана, Нобуо выбирал в течение месяца. А собирал он его вместе с Дио в помощниках три дня подряд, под аккомпанемент отборных матюков и переругиваний. Девушка предлагала нанять сборщиков, а парень отказывался, аргументируя это тем, что это его дом. Он здесь мужик. А значит, он и соберет этот «ебучий шкаф» по «хуёвой китайской инструкции». И он собрал. Дважды. В первый раз по перевернутому мануалу, а во второй раз так как надо.              Отмечая это событие, Дио в подарок преподнесла ему огромный диван, что сейчас размещался посередине гостиной. Пастельно-серая обивка, минималистичный стиль, что идеально вписывается в интерьер и внушительные размеры, что говорят о не менее внушительной цене. Сначала парень был тронут до глубины души, пока не понял, что подарок предназначался в большей степени самой девушке, чем хозяину квартиры. Так как после этой покупки, она перестала жаловаться на затекшую шею и больную поясницу после сна - прошлый диванчик был вдвое меньше и втрое некомфортабельней.              Еще через неделю после этого, с премии за особо удачную смену в клубе, парень купил в ту же гостиную журнальный столик и строгие портьеры насыщенно-синего цвета. Плотная материя прикрывала окно и выход на незастеклённый балкон с проржавевшими перилами и косой пожарной лестницей. Этот элемент интерьера справлялся со своей задачей, скрывая неприглядные глазу виды.              Кухня отделялась от гостиной и прихожей весьма условно – с помощью небольшой стойки-обеденного-стола, сидя за которой, Нобуо оглядывал свои хоромы. Ремонт этой части квартиры пока только планировался и на данном этапе не представлял ничего особенного. Вдоль стены, за спиной парня располагались холодильник, плита с вытяжкой, пара тумб с кухонной утварью и раковина над которой висел шкаф-сушилка для посуды. Правее от стойки, в углу, висел старенький ламповый телевизор, что выполнял по-большей части функцию радио.              В свои почти двадцать семь, Сакаи Нобуо считал себя счастливым человеком. Счастливым и относительно удачливым. Еще десять лет назад он еле сводил концы с концами – брался за любую чёрную работу, чтобы нагрести немного средств на пропитание и жилье. Все невзгоды того времени объяснялись тем, что узнав о любви к мальчикам, отец выгнал его из дома. Благородно вручив лишь сумку с вещами и толстый конверт наличности, которого должно было хватить на месяц-два.              Сакаи Юсо был расчётливым человеком. Расчётливым. Грубым. И до крайности гомофобным. В тот момент его расчёт шёл на то, что сынок наиграется, выбьет из головы всю чушь про однополую любовь и вернётся обратно – повзрослевший и поумневший.              Нобуо не вернулся. Ни через два месяца, ни через полгода.              Первое время после ссоры он жил у своего лучшего друга по балетной школе. Лучшего друга и объекта влюбленности. Однако чувства оказались невзаимными. И уже во второй раз Нобуо оказался на улице из-за своей «неправильной» любви. И, как бы в насмешку от судьбы-злодейки, ещё и с разбитым сердцем. Хороший сюжет для какого-нибудь дешёвого романчика.              Жалеть себя не было возможности. К тому моменту старшая школа была окончена, а мечтой всей жизни являлся большой балет. Поэтому сразу после трудоустройства в третьесортном баре, парень подал документы в хореографическую академию. С блеском пройдя прослушивание и получив высокую оценку своей техники от известного танцора, Нобуо оказался на седьмом небе от счастья. Однако, увидев цену за год обучения, пришлось тут же спуститься с небес на землю. Парень забрал документы и отправился разбираться с «финансовыми трудностями».              Через год, он только-только смог позволить себе снять небольшую квартирку и больше не ночевать под барной стойкой на работе. А уже через два, накопивши нужную сумму, опять подал документы и, Ками-сама, прошел отбор! Далее, во время обучения тот самый танцор, что нахваливал его на первом прослушивании, предложил парню встречаться. Да ещё и так красиво ухаживал, что Нобу просто не мог не сказать да!              В то время, ему казалось - ещё немного и он умрет от счастья. Вот, все идет как по маслу и кажется, что жизнь начала налаживаться. Да только на третий год после ссоры с отцом, когда Нобуо хотел примириться; и в очередной раз попытаться разубедить Сакаи старшего в его перманентной гомофобии. На третий год после ссоры, двадцатилетний Сакаи Нобуо узнал, что его отец умер.              ***              В пасмурный июньский вечер на пороге квартиры появилась тощая, побитая девочка в грязной школьной форме. С огромным рюкзаком наперевес и с помятым конвертом в руках. Со светлых почти белых седых волос, слипшихся в тёмные сосульки, на пол прихожей вместе с дождевой водой капала кровь.              Девочка рассказала, что Сакаи Юсо был убит мёртв и попросила убежище на пару дней.        Девочка выглядела паршиво. Как бойцовая собака после особенно ожесточенной схватки. На её бледном лице пухла рассечённая губа. А на длинных стройных ногах алым расцветали синяки. Форма неизвестной школы местами была порвана и, кажется, в области правого плеча на глазах у Нобуо расплывалось тёмное пятно. Из живого в этой тощей фигурке можно было выделить только глаза, горевшие эмоцией, что парню была не знакома. Сейчас, Нобуо сравнил бы этот огонь с убийственным пожаром во многовековом лесу. В первую же встречу было ясно, что связываться с этим ребёнком небезопасно.       Девочка ничего не рассказала о своих родителях, а Сакаи Юсо приютил её по просьбе старого друга из криминального прошлого.              Девочка не говорила, почему выглядела как жертва домашнего насилия. Пока двадцатилетний Нобуо обрабатывал раны, она лишь скупо бросила, что: «Юсо тут ни при чём». Нобуо и сам это знал – отец никогда не распускал руки. Даже когда ругался с его матерью. Даже когда застал её в постели с любовником. Даже когда Нобуо сказал, что влюбился в лучшего друга. Сакаи Юсо был грубым и расчетливым. Но он никогда не был жестоким человеком. Изгнание из дома не в счет. К своим двадцати Сакаи младший расценивал этот поступок как отеческое наставление - жизненный урок самостоятельности. Кажется, он даже был за него благодарен.              Девочка говорила и вела себя как взрослая. На вопросы о смерти отца отвечала неохотно, заверив парня в том, что похороны организовывать нет смысла, потому что случился пожар и тело Сакаи старшего уже развеяно пеплом по ветру. Ребёнок не должен так спокойно об этом говорить.              Девочка вела себя равнодушно и отстранённо, что вместе с её общим внешним видом выглядело жутко. Нобуо попытался списать все на шок. Однако осознание того, что ребёнку, кажется, всё равно совсем похуй на происходящее вокруг – его шокировало больше, чем девочку. Как будто все увечья – это что-то нормальное. Как будто у неё на глазах не случился пожар. Как будто в этот день не умер человек, приютивший сиротку по просьбе друга. Как будто столь ужасные события - неотъемлемая часть её жизни.              А потом Нобуо добрался до письма, что принесла эта девчонка, свалившаяся ему как снег на голову. И после прочтения понял, что позаботиться о ней – последняя воля Сакаи Юсо. Последняя воля отца, с которым он не успел помириться. Строчки того письма отпечатались у него на подкорке и даже десять лет спустя он сможет воспроизвести его дословно.              Девочка сказала, что её зовут Дио. Но прозвучало это неуверенно, с запинкой. Будто она придумала имя в тот же момент, как прозвучал вопрос. Фамилии у Дио не было. Она сказала, что у бездомных нет фамилии, но если Нобуо всенепременно необходимо вежливое обращение, то он может называть её Диоген.              В тот вечер Дио сказала, что её жизнь дерьмо и, что она не будет втягивать в это дерьмо единственного сына Юсо. Двадцатилетний Сакаи Нобуо сказал, что сам втянется во всё её дерьмо, потому что такова последняя воля его отца.              ***              - Прием! Земля вызывает петуша-ару! Нобу! Ау-у-у! – оглушительный голос над ухом выдернул парня из собственных воспоминаний. Отпихивая эту довольную совершённой пакостью морду, - Заткнись, ебучая ж ты Иерихонская труба!, - и раскидывая слабенькие затрещины, парень кричал в ответ, - До инфаркта меня довести хочешь?!              Дио, смеясь, продолжала играючи парировать удары блондина. С душа она вышла в его белой растянутой футболке, свисавшей с одного плеча и открывающей вид на часть татуировки, расположенной на спине. Маленькая белая змейка выползала из-за плеча на шею и умещала свою голову с кроваво-красными глазами вдоль ключицы. Парню постоянно казалось, что когда Дио колотит его (не всерьёз, конечно, иначе он бы уже давно откинулся), эта змея холодно щурит оба глаза, готовясь к смертоносному броску.              - Конечно хочу! Это же охуенная схема – убить старика, приватизировать хату и жить-кайфовать в свое удовольствие! – последний удар она нанесла коленом по его бедру, слегка качнув его тушку на высоком стуле. Парень в ответ ощутимо ткнул её носком под коленку, обтянутую пижамными штанами со слониками.              - Да-да, садись и ешь уже, – пряча улыбку и наигранно хмурясь протянул парень, - Я б поверил, если бы не знал, что тебя на одном месте дольше трех дней удержать невозможно, – Дио в ответ показала язык и, взмахнув мокрой шевелюрой, забрызгала парня. Пока тот пищал что-то нечленораздельное, уселась с противоположной стороны, принявшись уминать яичницу.              Отряхиваясь от холодных капель, парень продолжил, - И если бы ты цивилизованному жилью не предпочитала сон в какой-нибудь заброшке. Или ночлег в районе Сан Йа.              Бестия только усмехнулась и продолжила уминать поздний ужин со скоростью пылесоса. Нобуо, пожелав приятного аппетита, принялся за свою порцию. Завершив трапезу в считанные минуты, девушка вышла из-за стола и вернулась обратно с двумя конвертами. Первый – толстый и запечатанный она подвинула ближе к Нобуо, а второй – еще пустой положила рядом с собой.              - Где в твоей холостяцкой берлоге раздобыть листок с ручкой?              - Пошмотри на рабощем столе в шпальне, - все ещё жуя, ответил парень и проводил взглядом отправившуюся на поиски.              Ещё минуту спустя, Нобуо уже следил, как девушка выводит на бумаге иероглифы.              - Ста-нция перелива-ния крови Окута-ма… - медленно читая закорючки, произнес парень, - Ого, это ж жопа мира. То есть Токио. И что там?              Девушка приподняла брови и посмотрела на него как на идиота, - Вообще-то это адрес. И по этому адресу находится эта же станция переливания, - её тону мог бы позавидовать воспитатель детского сада. Пока старший формулировал в своей голове дерзкий ответ, Дио сложила лист и убрала его в конверт, запечатав последний. Оставив пустыми поля адресата и отправителя.              - Я конечно понимаю, что в моих интеллектуальных способностях ты разочарована. Но по-моему, - бармен тыкнул вилкой в сторону конверта, - нет, это конечно не великое знание, - на ироничную интонацию девушка приподняла одну бровь, - по-моему адреса пишут на самом конверте, а не внутри него.              На губах девушки расползлась приторно-вежливая улыбка, что придало её лицу жутковатый вид. Синяки под глазами априори наводят жути, - Блондинчик, иногда адреса помещают внутрь конверта, когда хотят их отправить кому-то по почте, - к концу предложения улыбка превратилась в оскал, а в голосе прозвучали холодные нотки.              Парень злобно сщурил глаза, - Уж прости мне мою тупость, огонёк, но я не знал, что ты вместо нормальных писем отправляешь кому-то адреса донорских станций. Это какой-то новый вид угроз?              - В моём случае, это старый вид сохранения собственной почти-безопасности и относительной свободы.              Нобуо недоумённо нахмурился, а затем вспомнил, что случилось два года назад и весь дерзкий настрой мигом испарился, - Так это та самая сделка с дьяволом? Не думал, что они в прямом смысле будут у тебя кровь пить, - попытка пошутить успехом не увенчалась, однако напряжение в позе девушки явно спало. Она тихо выдохнула и тут же перевела тему.              - Этот, - девушка взяла уже запечатанный конверт, что был визуально пухлее предыдущего, и начала выводить адрес получателя, - отправишь от своего имени.              Взяв бумагу свободной рукой, старший прочитал, - Префектура Фукусима? А там у тебя что находится? – искренне полюбопытствовал парень, - Э-это что, пачка денег?!              - Блонди, давай без твоих изобличающих вопросов. Это… Может, как-нибудь потом расскажу, - она устало потянулась и облокотилась на спинку стула.              Немного помолчав, парень доел ужин и, собрав тарелки, отправился их мыть. Параллельно его мысли крутились вокруг двух конвертов. Любопытство съедало, но его гасило знание о том, что вытянуть информацию из Дио невозможно. Да, его талант заговаривать зубы в работе весьма эффективен, но подруга к нему уже давно выработала иммунитет. Если Дио сама не хочет что-то рассказывать, то не помогут даже пытки. Однако в противовес этому, когда девушку прорывает, заткнуть её невозможно. И последнее парень считал в большей степени проблемой. Так как случалось подобное редко и всегда в трагичных обстоятельствах. Как при первой встрече; как два года назад; и как в тот день, когда умер Сано Шиничиро, с которым девушка общалась около полутора месяцев. Удивительно, но за столь короткий срок, паренёк умудрился сделать невероятное - заставить холодную и ужасную Диоген рассказать о себе всё - от начала и до конца.              Закончив с мытьём посуды, парень обернулся и уставился на девушку. Дио сидела с отстранённым видом и отбивала пальцами незатейливый ритм по поверхности стола. Простая белая футболка, мешком висела на тощей фигуре, слегка оголяя плечо и острые ключицы. Белый змий смотрел на Нобуо. Нобуо смотрел на змия. И когда мужчине на секунду показалось, что гадюка вот-вот кинется, парень понял, что пора ложиться спать.              - Я в душ, а ты там сама располагайся, как всегда.              Выйдя из душа и пройдя в гостиную, парень удивился звенящей тишине, - Что, неужели сегодня будешь спать без своих колыбельных? Я там уже беруши приготовил.              Девушка лежала на спине, сложив руки на животе и пялилась пустым взглядом в потолок. Заслышав вопрос, тяжко вздохнула, - Мой магнитофон пал смертью храбрых ещё неделю назад. Его разбили о мою голову.              Губы парня сложились буквой «о» и оперевшись плечом о книжный шкаф тот театрально вздохнул, - И как долго ты расчленяла несчастного, что посмел такое сотворить? - в ответ Дио бросила в его сторону испепеляющий взгляд и перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. После чего красноречиво выставила средний палец.              Парень закатил глаза, - И тебе сладких снов, огонёк, - в ответ раздалось что-то отдалённо напоминающее «Угум». Выключив везде свет, Нобуо радостно прошагал в спальню, думая, что на этот раз не придётся ругаться с соседями из-за нарушения комендантского часа.