Непроницаемость

Веко подергивается. Изо рта вырывается тишина. Европейские города настигают друг друга на станциях. Запах мыла выдает обитателю джунглей приближающегося врага. Там, где ступила твоя нога, возникают белые пятна на карте мира.

***

Утро началось не с кофе, а с боли в затекшей спине. Полина устало простонала, откидываясь на спинку стула. Засыпать за столом, проверяя тетради для контрольный работ было не просто плохим решением. Оно было ужасным. Но, как бы то не было, она выполнила всю свою работу за эту субботу, а значит воскресенье не испортит ничего. Отвлек от мыслей звонок. На экране появился номер матери, после чего Полина перевела взгляд на часы. И для чего ей звонить в десять утра, если Полина собирается ехать только к трём? Капля беспокойства успела ударить Москалёвой в голову, из-за чего она брала телефон уже с небольшой тряской в руках. И, когда на том конце провода послышались тихие перешептывания, Полина вздохнула. — Да? — Ну наконец-то, — недовольно фыркнула Ольга, отвлекаясь от тихих разговоров с кем-то другим. — И тебе привет, — Полина закатила глаза, ловя себя на мысли, что именно такого тона она и ожидала. — Привет, — выдохнула мама. — Приезжай сегодня пораньше. К нам собирается заехать одна моя старая знакомая со своим сыном. Познакомитесь, пообщаетесь… — Так, стоп, — перебила Полина, не давая женщине закончить предложение. — Я не собираюсь знакомится ни с какими парнями. Сколько раз можно говорить, что у меня на первом месте работа? — Полина! Не нужно со мной спорить, тебе уже давно пора обзавестись семьей. А то так и будешь в девках ходить до старости, а там ты кому будешь нужна? — Мама! В таком случае можешь меня не ждать сегодня, — встав со стула, Полина подошла к окну, открывая форточку. Из-за негативных эмоций ей стало жарко. — Нет, ты приедешь и поговоришь с человеком. И это не обсуждается. В трубке послышались гудки, а Полина отбросила телефон в сторону, падая на диван. У неё никогда не было хороших отношений с матерью. Она была слишком упёртая и всегда пыталась сделать так, чтоб другие плясали под её дудку. Вот только сама Полина всегда этому противилась и делала так, как нравилось ей, часто провоцируя ссоры в семье. От размышлений её отвлек новый звонок. Уже собираясь психовать, Полина взяла в руки телефон, но вместо номера родительницы увидела Виолетту. Всю злость будто волной смыло, и она улыбнулась, поднося телефон к уху. — Привет, Полин. Не забыла про встречу? Девушка в тот же момент вскочила с дивана, уносясь в комнату. Как она могла забыть? — Конечно нет, — соврала она. — Тогда скинь адрес, я тебя встречу. Не говоря больше ни слова, Полина напечатала сообщение с адресом, после чего в панике забегала по квартире. У неё было около получаса, чтоб собраться и успеть выйти из подъезда до того, как Малышенко окажется рядом. Тим ошарашенно смотрел, как его хозяйка носится туда сюда, на ходу одеваясь, расчесываясь и собирая сумку. «Как я могла забыть?» — единственная мысль, которая крутилась у Полины в голове. Было ощущение, словно вся одежда резко куда-то пропала, вещи сами себя разбросали по всем комнатам, а волосы, как на зло, кто-то спутал в один большой колтун. Полина устало присела на диван и громко выдохнула, когда со сборами было покончено. Она планировала отдохнуть хотя-бы пять минут, потому что боль в спине стала невыносимой, а ноги еле держали, но, к её огромному разочарованию, кто-то позвонил в домофон. Это была Виолетта. Она оповестила о своем приходе и сказала, что ждет около подъезда. Полина надела кофту потеплее и спустилась вниз. Входная дверь парадной со скрипом и писком отворилась, и перед Полиной предвстало счастливое лицо Виолетты: — Утро доброе! — Виолетта улыбалась во все 32. — Хотя, по выражению твоего лица, оно не такое уж и доброе. — Не будет утро добрым, если ты проверяешь десятки одинаково списанных работ всю ночь, — Полина решила умолчать об утреннем разговоре с мамой. Это было уже не так важно. Такое происходило регулярно, и каждый раз это заканчивалось весьма плачевно. — Итак, куда же ты собираешься вести меня? Виолетта хитро прищурилась и протянула руку Полине. — Просто иди за мной, — Она схватила её ладонь и пошла по совершенно непонятным для Полины путям. — Сначала зайдём в магазинчик к моему другу, Эдику. Он всё по скидке продаст. Я один раз спасла его от каких-то забивнушек. Ну… как спасла, просто залила им лица перцовкой. — Полина тихо посмеивалась от новых историй Виолетты и удивлялась, как в жизни такого обычного на первый взгляд человека, ещё и учителя по химии, может происходить столько интересного в жизни? Или это её жизнь настолько обыденна и монотонна, что её удивляют абсолютно любые мелочи, которые не вписываются в стандарты скучных будней. Они шли уже минут 20. Виолетта постоянно на что-то восхищенно тыкала пальцем и рассказывала истории, которые у нее связаны с тем или иным местом. Она то и дело тянула руку к карману и проверяла время, будто спешит куда-то. На горизонте показался обычный круглосуточный магазин, который есть почти у каждого под домом. Они зашли внутрь, а звон дверного колокольчика оповестил работающих об их приходе. Из служебного помещения вышел парень, на вид такого же возраста, что и Полина и Виолеттой. Он выглядел немного…нестандартно, для современных моралей и принципов. Молодой человек был ярко накрашен и одет во что-то среднее между «жертва любого гопника Невского района» и «смелый и открытый человек». Виолетта отсалютовала ему и подошла ближе к прилавкам. Пока она стояла и тыкала пальцами во все, что по её мнению было необходимо, Полина стояла и задумчиво рассматривала прилавок с молочными продуктами. — А это Полина - моя коллега и подружка, знакомься. — Полина вздрогнула от резкого переключения из своей мыслей в реальность и слегка кивнула головой в знак приветствия. Виолетта рассплатилась, засунула все купленное в свою сумку, которая теперь была похожа на шарик, который вот-вот лопнет, и стремительно быстро вышла из магазина. На улице она снова схватила Полину под локоть и пошла быстрее, чем до этого. — Давай, нам надо поспешить. — Виолетта передвигалась резкими рывками, но маршрут не изменила. Они по прежнему петляли по дворам, подворотням и непонятным улочкам. Через 30 минут, Виолетта привела Полину в какой-то панельный район. Перед ними стояла полуразрушенная пятиэтажка, которую, кажется, сто лет никто не реконструировал. — Куда мы пришли? — Полина с недоверием и лёгкой брезгливостью осмотрелась. — Мы ещё не на месте. Не переживай ты так, тебе должно понравится. Подъезд пах сыростью и чем-то затхлым. Лифта не было, поэтому пришлось бежать вверх по лестницам вплоть до самого последнего этажа. Лёгкие подводили Виолетту. Тяжело дымить, как паровоз, и при этом оставаться атлетом. Она откуда-то достала длинную палку с крючком на конце и потянула дверцу люка, который вёл на крышу. Полина слегка напряглась. Вся эта картина не внушала доверия, а мысль о том, что придётся куда-то карабкаться, навевала страх и панику. Но все сомнения испарились в тот момент, когда Виолетта полезла первой. Она залезла и протянула руку вниз. — Давай, залезай, я тебя подтяну немного, — Виолетта сжимала и разжимала ладонь. — А это точно безопасно? Я не уверена, что так можно делать, — Полина переминалась с ноги на ногу в сомнениях. Ей было очевидно стрёмно делать такие вещи. — Я сто раз здесь бывала и, как видишь, всё ещё жива и здорова. Доверся мне, принцесска, тебе понравится это место. Полина всё-таки решилась залезть. Её встретила просторная крыша и неплохой вид, открывшийся на все улицы, по которым она недавно бежала до этого места. — Та-даам! У нас будет пикник! — Виолетта развела руки в стороны и побежала ближе к краю. — Пикник?.. — Полина не поверила своим ушам, а когда Виолетта достала из своей сумки тёмно-синий бархатный плед и разложила на нем всё, что купила, Полина тихо стояла с распахнутыми от удивления глазами. — Прыгай скорее ко мне. Чего встала, как статуя, — Виолетта пригласительно похлопала по месту около себя и принялась зубами доставать пробку из бутылки. — Как ты нашла это место? — Полина смотрела на открывающийся вид, словно завороженная. — У меня есть определённые связи, — Ви подмигнула и растянулась в улыбке. Пробка вылетела из бутылки с характерным звуком и была откинута куда-то в сторону. — Надеюсь, ты не особо побрезгуешь пить со мной из одной бутылки, бокалов то нет. — Я не брезгля, по молодости часто приходилось и впятером с одной бутылки глотать, особенно с Мишель. — Виолетта громко рассмеялась, вспомнив о той самой истории с барной стойки. Время летело незаметно. Девушки сидели и громко смеялись. Каждая рассказывала о своей жизни, взглядах и мнениях, любимых вещах и просто о том, что приходило в голову. Солнце близилось к горизонту, а вместе с тем, становилось гораздно холоднее. Полина начинала подрагивать от холода, который пробирался до самых костей. — Ты замерзла что-ли? — Виолетта выпустила сигаретный дым и посмотрела в сторону Полины. — Немного есть, но жить буду, — Поля потирала плечи руками. Виолетта сняла с себя кожанку и накинула на плечи девушке. Сердце Полины снова пропустило удар, а щеки слегка порозовели, конечно же от тепла, ничего другого и быть не может. — Спасибо… — она смущенно отвернулась, на что темноволосая лишь тихо усмехнулась. — Сегодня небо чистое. Все звезды видно, — Виола провела рукой вдоль тёмной долины звёзд, словно окуная руку в млечный путь. — Смотри, там малая медведица! — Полина тыкнула пальцем в небо, очерчивая силуэт, который выкладывали звезды. — А вон, вон, погляди! Цефей! А чуть ниже Андромеда! — Полина продолжала восхищённо указывать на каждое созвездие, которое ей известно, даже не замечая, что Виолетта смотрит совсем не на созвездия. — Видишь? Чуть восточнее — это Кассиопея, — Виолетта заинтересовано подняла взгляд наверх. — Почему такое название? — По легенде, Цефей обратился к оракулу. Он посоветовал принести в жертву Посейдону принцессу Андромеду, — Виолетта внимательно слушала, пытаясь вникнуть и впитать в себя всё, словно губка. — Прекрасную Андромеду приковали к скале. Но поражённый её красотой, Персей спас девушку. В благодарность Цефей отдал Андромеду в жёны спасителю. Однако на свадьбе произошла битва жениха с одним из поклонников красавицы Андромеды. В один миг Персей достал голову медузы Горгоны. В результате все, кто посмотрел на неё окаменели. К сожалению, среди них были отец и мать невесты. Матерью, как раз таки, являлась Кассиопея. — И что же случилось с ней и её женихом? – Посейдон пожалел Цефея и Кассиопею и отправил их на небо. Но всё же в наказание за гордыню, созвездие царицы половину времени находится перевернутым, – Полина подытожила эту весьма грустную историю. – Принято считать, что показав кому-то Кассиопею, это можно рассчитывать, как некое признание в любви, а сравнение с Кассиопеей – признание в божественной красоте другого. – Полина, а ты знала, что выглядишь словно Кассиопея?...

над ними звезды, вздрагивая,

пели,

над ними останавливались

ветры...