Думая о тебе

      Кан Со Джун возвращается на такси в Сеул. За окном проносятся огоньки деревенек, то и дело сменяющиеся тёмной стеной леса. Тьма и свет чередуются, мелькая калейдоскопом перед глазами. «Я тоже много думал о тебе», — сказал Джи У Сон Юн. Вот так оно и вышло, что Кан Со Джун опоздал. Джи У уже встретил свою особенную большую любовь, и, когда Кан Со Джун строил планы на ближайшие двадцать лет, мечтал о домике в горах, где они будут пить кофе и любоваться природой, Джи У думал совершенно о другом человеке. Впрочем, он сразу честно сказал: «Будем вместе, пока нравимся друг другу. А нет, так нет». С самого начала присутствовало это «пока». Но тогда Кан Со Джун был настолько счастлив, что «пока» казалось несущественным.       Он был уверен, что сможет всё вернуть, хотя Хан Джи У постоянно отталкивал его от себя. «Говори, что хотел, и уходи», «Самое раздражающее, что ты скрипишь зубами во сне!» «Давай станем просто партнёрами! Можем иногда есть вместе, иногда спать!» «Ты мне не нравишься! Мне с тобой было одиноко!» Вот только Кан Со Джун — профессиональный актёр и тонко чувствует фальшь. А ещё о Джи У всегда надо было судить не по словам, а по делам. Это Кан Со Джун понял на второй день их знакомства, когда увидел, как Джи У положил яйца назад в холодильник, потому что вспомнил, что Кан Со Джун их не ест. И сейчас поступки Джи У говорили за него лучше всяких слов. Он сохранил рубашку, первый подарок Кан Со Джуна, мало того, он спал в ней. Он не мог отвести глаз от губ Кан Со Джуна и поцеловал его под мостом жадно и страстно, а потом они провели вместе ночь и, как всегда, заснули в обнимку. Он так ярко и открыто ревновал к Ким Пиль Хёну, когда все вместе разбирали старые вещи, что Кан Со Джун невольно улыбался под маской. Он поймал упавший стакан и тревожно посмотрел на Кан Со Джуна, проверяя, всё ли в порядке… Так что, да, Кан Со Джун был уверен: он вернёт Джи У, потому что тот до сих пор любит его. Уверен, до тех пор пока не подслушал чужой разговор: «Кто бы ни был рядом, иногда нужен кто-то другой… Я тоже много думал о тебе… С тобой мне было тепло и спокойно…»       Кан Со Джун считал, что поцелуй под мостом и совместная ночь станут началом их новой истории. Он не понял, что это был конец. Прощальный подарок Джи У. А должен был понять ещё тогда, когда утром Джи У сбежал от него без всяких разговоров. Но он продолжал надеяться, что это всё что-то значит, и путался под ногами. Третий лишний. Конечно, Кан Со Джун нравился Джи У, в конце концов они целый год прожили вместе, и у них много хороших воспоминаний, просто так вышло, что не Кан Со Джун стал смыслом жизни Джи У, и в этом никто не виноват. Иногда нужен кто-то другой. И надо отпустить, уйти из жизни любимого человека, чтобы больше не тревожить его.       Кан Со Джун чувствовал, как раскалённая игла плавно входит в его сердце, вызывая боль в каждой клеточке тела. Но попрощаться следовало достойно. «Я желаю тебе счастья…» — сказал он, не отводя глаз от Джи У, даже в этот миг всё ещё на что-то по-глупому надеясь. Но тот растерянно молчал. Да и что тут сказать? Сердцу не прикажешь. А сердце Джи У всегда было с сердцем Сон Юн. Тогда Кан Со Джун и понял, что это всё, финал.       Джи У всё-таки был прав: Кан Со Джун — законченный эгоист, потому что радоваться за Джи У, неожиданно нашедшего свою потерянную большую любовь, он не в состоянии. Слишком больно.       Его выгнали из сериала, работы нет. В интернете поток грязных статей, где, каждый, кому ни лень, ставит ему диагнозы. Телефон на кровати тихо жужжит. В общем чате на троих новое сообщение. «Я люблю тебя, хён!» -пишет Хо Мин. Следом прилетает и второе от Ким Пиль Хёна: «Я тоже тебя люблю!» Только Кан Со Джун всё бы отдал, чтобы получить такое сообщение с номера телефона, который уже год как выключен.       Ким Пиль Хён настаивает, что надо сняться во второй серии «Деревенских ресторанчиков». — Все увидят, что ты в полном порядке и на коне. Если тебя не будет, это даст новый повод для разговоров       Вернуться к тому, с кем ты уже попрощался? Снова есть его еду, улыбаться ему, что-то говорить, в то время как в сердце медленно поворачивается раскалённая игла? Да пусть провалится пропадом эта карьера! Это не первый и, судя по всему, не последний скандал Кан Со Джуна! Поговорят и забудут! И он тоже должен всё забыть! — Я никуда не поеду, — сухо говорит Кан Со Джун. — И прекратите всё время врываться в мой дом, я хочу насладиться одиночеством.       Однако ехать всё равно приходится, потому что начались не менее грязные статьи про Джи У. Подталкивая его к съёмкам, Кан Со Джун хотел просто прорекламировать ресторанчик, чтобы люди туда ходили, потому что еда Джи У того стоила. Он не ожидал, что всплывёт какая-то тёмная семейная история, которая окажется в топе хотпоисков. И если Кан Со Джун не появится во второй серии, то будут говорить, что известный актёр не захотел засветиться в одном кадре с человеком из семьи мошенников. Он не может так поступить с Джи У. В конце концов сердечная боль — его личное дело, которое никого не касается, а он профессионал и сделает свою работу, как всегда, на отлично.       Съёмки выматывают так, что Кан Со Джун выходит из ресторана, падает на скамейку и не может подняться. Он бросил все свои силы на то, чтобы улыбаться, комментировать еду, общаться со съёмочной группой и стараться не смотреть на Джи У больше, чем нужно. По-хорошему надо встать и побыстрее уйти, подальше от ресторанчика, и Джи У, и вообще каких бы то ни было людей, но Кан Со Джун выжат до последней капли. — Ты в порядке?       Такие до боли знакомые тёплые интонации. Сколько раз Кан Со Джун возвращался домой, смертельно уставший, раздражённый чужой глупостью и непрофессионализмом, больной, и слышал этот вопрос! Вот только потом он ложился на диван, клал голову Джи У на колени, тот слегка ерошил ему чёлку, легко гладил по волосам, и усталость, и раздражение, и боль растворялись в его осторожных ласковых прикосновениях. Но зачем сейчас?! Как будто он тревожится за Кан Со Джуна, как будто ему не всё равно, как будто он не сделал выбор… Кан Со Джун собирается с силами. — Просто занимайся своими делами, не обращай на меня внимания, — тихо говорит он.       Но, кажется, в планы Джи У это не входит. Он вновь и вновь разыскивает Кан Со Джуна. В горах, в Сеуле. Жалеет? Чувствует себя виноватым? Хочет объяснить свой выбор? Кан Со Джуну всё равно. Он просто желает, чтобы его оставили, наконец, в покое! Он живой человек, он не может постоянно качаться на этих эмоциональных качелях! Кан Со Джун использует против Джи У его же оружие. «Ты думаешь, тебе стоит прийти, и я приму тебя с распростёртыми объятиями? У человеческой глупости тоже есть свои пределы! Убирайся!»       Но Хан Джи У остаётся в квартире. Со второго этажа Кан Со Джуну слышно, как он ходит по кухне, чем-то шуршит, льёт воду. А потом дверь тихо хлопает. Ну, вот и всё! Кан Со Джун медленно спускается по лестнице на первый этаж. Кухня сверкает чистотой, мойка блестит, будто новенькая. Кан Со Джун слышал много историй о том, как люди, расставаясь, устраивали в квартире бардак, чтобы насолить бывшему или бывшей. Что ж? Кан Со Джуну повезло. Его бывший специально ехал четыре часа в Сеул, чтобы привести в идеальный порядок его мойку. Здесь в каком-то месте нужно, наверное, посмеяться.       На улице уже совсем темно. Кан Со Джун смотрит в высокое окно на разноцветные огни ночного города, щедро рассыпанные перед ним. Когда-то он купил эту квартиру в том числе и из-за роскошного вида на ночной Сеул. Он всегда успокаивал и помогал привести мысли в порядок, но сейчас магия ночного города не срабатывает. Кан Со Джун достаёт из кармана кольцо и рассеянно вертит его в руках. Надо начать новую-старую жизнь. Опять записаться к психотерапевту, опять принимать антидепрессанты, опять взять всю работу, которую предложат, и к вечеру уставать так, чтобы не думать ни о чём. Завести с кем-нибудь роман. Ведь клин клином вышибают. Правда, при мысли о том, что к нему прикоснутся чьи-то чужие губы и руки, начинает слегка подташнивать. «Это пройдёт, — думает Кан Со Джун, — не может не пройти. Для чего-то придумали поговорку про то, что время лечит». Но сначала нужно избавиться от кольца. Завтра же он попросит Ким Пиль Хёна продать его, а деньги внести в какой-нибудь благотворительный фонд. Да, именно так он и сделает! У двери раздаётся какой-то шорох, Кан Со Джун спускается, чтобы посмотреть, что там такое, и видит входящего в квартиру Джи У с пакетом продуктов. — Я больше не буду убегать и прятаться. Можешь обнять меня?       Кан Со Джун, оцепенев, смотрит на него. Он вернулся, потому что… потому что… В памяти всплывает фраза: «Кто бы ни был рядом, иногда нужен кто-то другой» «Кто-то другой!» Джи У говорил о нём?!       Пакет с продуктами падает на пол, круглая баночка с соусом скользит по паркету. Кан Со Джун изумлённо её разглядывает. Всё, что связано с едой, для Джи У священно. Он бы никогда… Но Джи У переступает через пакет, не обращая на него никакого внимания, подходит к лестнице и делает шаг вверх, а потом несмело комкает край домашней кофты Кан Со Джуна в кулаке. Его глаза полны слёз. — Ты обещал, что в трудный момент всегда будешь рядом…       И Кан Со Джун вдруг понимает: Джи У никого не выбирал. Он даже не задумывался о возможности выбора, потому что не было никакого любовного треугольника. Всегда были они двое. Джи У любил только Кан Со Джуна, любил той самой большой особенной любовью, которая даётся в жизни очень немногим и навсегда, которая радует и пугает своей огромной силой. От этой любви никуда не денешься, даже если сбежишь за четыреста километров от Сеула и дальше, потому что от себя убежать невозможно. Игла в сердце расплавляется. Кан Со Джун делает шаг к Джи У и обнимает его. — Я рядом.