SCP без номера.

- Это было глупо, согласен. Я не догадывался даже, что смогу так проколоться. Но не отрицаю своей вины, понимая, что это ничем мне уже не поможет. Мне была нужна только месть и ничего больше. Я долго искал эту организацию, и когда мне попался тот друг Волтера Томпсона, я понял, что он выведет меня на "повстанцев". Его состояние опьянения сыграло мне на руку. Он не заметил, как я подсыпал ему в напиток снотворное. Ввести после этого раствор с наночастицами - легче легкого. С помощью этого моего изобретения, которое, между прочим, фонд не запатентовал, я и выследил их базу. Конечно, я и не собирался тогда раскрывать себя. Я элементарно не знал этого. Амнезиак класса А - хорошая вещь, но ненадежная. Я обработал себя им, когда с домашнего компьютера отправил Томпсону фотографию объекта №096. Естественно, я пред этим подчистил все лишние данные и надежно скрыл их. Для этого пришлось придумать собственный шифр, который я бы не смог вспомнить. Я хорошо все продумал, но обломался на практически ровном месте. Если бы остальные ученые даже не подоспели тогда к компьютеру "повстанцев", я бы признался сам, или, опять же - амнезиак, что более вероятно. Профессор закончил свой длинный и мучительный монолог. Детектив Джонс продолжал сверлить его взглядом. - Вы понимаете всю тяжесть своей вины, профессор? - холодно спросил он, прищурившись. - Да. И, повторяю, ни о чем не жалею. Хамато был спокоен. Исход давно был известен ему. По крайней мере, он догадывался. - Совет О-5 вынес решение относительно вашего наказания. Вы готовы его услышать? - Да. Кейси Джонс выровнялся на стуле, готовясь озвучить страшный вердикт. - Вы приговариваетесь к ликвидации. Ни единой эмоции не отразилось в блеклых глазах уставшего Донателло. Конечно, жаль, что он умрет таким молодым. Но это же фонд... - Есть ли у вас последнее желание? Он склонил голову. Что же можно сказать? Выбор очевиден. Эйприл, не сдерживаясь, рыдала у него на груди. Хорошо, что разрешили свидание лично. Он сможет в последний раз погладить ее непослушные темные вихры, прикоснуться губами к ее лбу. Положить тяжелую руку на плечо Джима и посмотреть в его красные, но сухие глаза. Он будет достойным последователем Донателло. Он уже мало что соображал. Даже не сразу осознал то, что его вывели из камеры и повели в расстрельную. Он бросил взгляд на маленькое окошко: наверняка там сейчас стоят они, Эйприл и Джим. "Простите, я не мог иначе..." Ахнул залп. Резкая боль обездвижила и повалила на пол. Стоящие вокруг солдаты не шевельнулись, наблюдая за тем, как он умирает. Понемногу зрение начало затухать. Но слух уловил, как кто-то выбил дверь. затем где-то совсем рядом раздался приглушенный выстрел. Голос произнес: "Я с тобой!". Чьи-то пальцы переплелись в его руке. Он попытался улыбнуться остатками сил в онемевших мышцах лица. Тьма... Раф, Лео, Майки... Такие радостные, такие добрые, такие живые... Лео со своей чуть насмешливой интонацией обращается к нему: - Ну что, братец, как дела? Вместо ответа Донни бросается обнимать его и остальных. Они смеются, совсем как тогда, давно-давно. - Ребята, я к вам! Подбегает Эйприл и тоже вливается в эту кучу. Так вот чей голос он слышал тогда, перед смертью! Она последовала за ним, не желая оставаться одной. Да и была ли это смерть такая, какой ее себе представляют обычно? Для него это стало переходом в новый, но до боли родной мир. В мир, где вся семья снова вместе и нет крови, аномалий, фонда, мести...