Exodus/Исход: (Пост Золотое Утро: Worm/BH6)

Поезд метро ехал очень тихо, а его ход был гладким. Отстранённо Хиро отметил, что скучает по старым вагонам, время от времени издающими клик/клак звуки каждый раз, когда переезжали участки, где рельсы приваривались друг к другу. Но теперь старые вагоны исчезли, а магнитные железнодорожные линии с характерным ощущением невесомости достаточно быстро заменили их по всему городу. Двери открылись со звонком, и женский голос объявил, что следующая остановка — Каллоувэй-роуд. Его остановка. Вагон снова тронулся с места, и Хиро решил, что ему лучше обновить свои данные до того, как всё начнётся. Сунув руку в карман, он вытащил наушник, который большинство людей сочли бы просто навороченным блютуз-устройством. Они бы не ошиблись, но всё равно было немного обидно, когда его работу сравнивали с обычным блютузом. Устройство прикрепилось к уху, и перед его правым глазом возник маленький голографический экран, едва видимый посторонними, но тем не менее не закрывающий обзора. Он посмотрел в сторону и моргнул, чтобы загрузить интерфейс, быстро подключаясь к системе наблюдения. — Что это? Ещё один? Возглас привлёк внимание Хиро к двум мужчинам, белому и чернокожему парням. Оба были одеты в чёрные брюки и синие рубашки на пуговицах. Возможно, продавцы? Судя по сумкам в их руках, они вполне могли возвращаться с обеденного перерыва. — Ага, чувак, — ответил белый парень, держа свой телефон так, чтобы они оба могли видеть что-то на экране. Взгляд Хиро сосредоточился на предмете в руках незнакомца, пока голографический интерфейс не подсветил его. Одним движением пальцев в кармане он включил особую программу, хирургически точно подключившись к системе управления дисплеем телефона и отправив на экран перед его правым глазом то, что смотрели парни. Ох. Так вот о чём они. Это была статья о девушке, живущей недалеко от них, на севере штата, примерно его возраста, может, немного стройнее. Гораздо стройнее его, к тому же ниже ростом. Весившая, скорее всего, меньше 130 фунтов и худая как палка. Теперь она могла в жиме лёжа поднимать над собой машину. Машина была доверху набита походным снаряжением. Её младший брат для пущей убедительности сидел на крыше авто, крича от возбуждения, когда его сестра бросала вызов законам человеческой физиологии, поднимая над собой то, что должно было весить никак не менее полутонны с улыбкой на лице и смехом. — Это безумие. — Я знаю, да? Как думаешь, сколько весит эта машина? — Они говорят, что почти у одного процента населения есть такие штуки, чувак… Про один процент говорилось полгода назад. Сейчас по приблизительным оценкам процент поднялся до двух или трёх, хотя исследования показывали, что постепенно показатели уменьшаются. Достигают некоторой стабильности. — Думаешь, ты тоже такие получишь? — Хах, было бы круто! Из любопытства Хиро посмотрел на двух мужчин, активируя функцию, скопированную из сканера Бэймакса. Нет… ни у кого из них не было шанса. Он едва ощутил, как поезд остановился, плавно, словно вода, и совершенно тихо. Двери открылись, сопровождаемые перезвоном системы оповещения. Он встал, пройдя мимо тех двух парней с вежливым «простите», и моргнул, закрывая трансляцию с экрана чужого телефона, убирая отвлекающие факторы, когда он приступил к своей настоящей работе, перекинув тяжёлый рюкзак через плечо, поднимаясь по лестнице. Он прижал пальцы к коммуникатору. — Хей, ребят. Я на месте. — Как раз вовремя, я уже начал думать, что мне придётся начинать без тебя. — Ну, не все из нас обладают настолько маниакальным чувством пунктуальности, Плазматек, — пробормотал он с улыбкой, поднимаясь на уровень улицы и немедленно сворачивая в сторону места сбора. — Думаешь, я этого не знаю? — пожаловался Васаби с небольшим укором. — Ты там как, заметил уже что-нибудь? Хиро посмотрел вперёд, поверх толпы, которая представляла из себя людское море на фоне городского пейзажа, в сторону Музея Современного Искусства Сан-Франсокио. — Пока ничего, — сообщил он Васаби на другом конце линии. — Смена караула должна начаться примерно через три минуты, вероятно, это произойдёт именно тогда. — Мы действительно уверены, что эта информация верна? — Эту информацию получила я. С ней всё в порядке, — раздался новый голос по линии связи. — Оу… хей, Тей… к-когда ты подключилась? — Примерно за четыре секунды до того, как вы начали болтать. И я считаю твою пунктуальность безупречной, Плазматек. Рот Хиро задрожал, пока он пытался подавить смех. Если и был кто-то, кто до чёртиков пугал Васаби, так это Тейлор, и наблюдать за их взаимодействием всегда была ох как забавно. — Оу… Окей. Эммм… так… Где Хим и Трейсер? — Вероятно, они не успеют к нам присоединиться. — А когда Фред вернётся к своей героической работе? — Послезавт… — он остановился, когда предупреждение на голографическом экране у него перед лицом не загорелось ярко-красным. — Народ, сигнализация только что сработала. — Где? — Восточная сторона, — его взгляд скользнул по интерфейсу, а после он моргнул, чтобы скользнуть через бэкдор, который он установил в системе безопасности музея несколько дней назад, быстро просматривая камеры, показания датчиков движения и прочие технические средства защиты. — Похоже, их четверо и… оу? Оооооооу, — он улыбнулся, слегка качая головой. — Что такое? — Скоро сам всё увидишь. — Не будь таким наглым. — Я никогда так себя не веду, — нахально ответил Хиро. — Бэймакс? — Я нахожусь на позиции, Хиро… у меня на голове птица. — Это здорово, приятель. Приготовься. — Я был готов… в течение трёх часов… Хиро съёжился. Если он хорошо знал своего друга, то Бэймакс тонко пытался намекнуть, что Хиро поступил нехорошо. Он загладит свою вину позже. Хиро повертел головой, и не заметив никого, кто смотрел бы на него слишком пристальным взглядом, отступил в ближайший переулок. И как только он подумал определённую мысль, рюкзак на его плечах… внезапно перестал быть рюкзаком.

(X)

Дэвид Уилер был не из тех кто любит приключения. Кто-то другой мог подумать, что это не так, учитывая, что он работал охранником в музее. Но честно говоря, едва ли это место нуждалось в чьей-либо охране. Большую часть дня он просиживал за столом, записывая имена вошедших посетителей, улыбался другим сотрудникам музея, которые регулярно попадались ему на глаза, и выполнял непыльную работу швейцара. За пятнадцать лет работы здесь ему, вероятно, только один раз пришлось схватиться за электрошокер, и ни разу не пришлось использовать дубинку для физического воздействия. Самый жёсткий инцидент, в котором он принимал участие, состоял в том, что он однажды выпроводил из музея чьего-то разгневанного бойфренда. Сегодняшний день ничем не должен был отличаться от его обычного рабочего дня. Проснуться, поцеловать жену, пойти на работу, сделать в конце смены обход и вернуться домой. Приятно, просто и безопасно. Почти ленивой походкой Дейв патрулировал коридоры с ожиданием не обнаружить ничего, кроме экспонатов, которые он видел уже бесчисленное количество раз.  Поэтому он был весьма удивлён, когда, завернув за угол одного из коридоров, на нижнем этаже обнаружил… людей. Нескольких людей. Людей, которые не были похожи на реставраторов, хранителей музея или сотрудников службы перевозки. Людей, которых на самом деле не должно было быть здесь. Ему потребовалась секунда, чтобы его мозг переварил то, что Дейв видел. Хотя, если быть справедливым, злоумышленникам тоже потребовалась пауза, чтобы понять, что они видят. Дэвид и незваные посетители молча смотрели друг на друга целых три секунды, пока в мозгу у Девида наконец-то что-то не щёлкнуло. Мужчины начали надвигаться на него. Девид отреагировал так, как отреагировал бы на угрозу любой умный сотрудник службы безопасности. Он повернулся… и побежал. Мужчина средних лет, с избыточным весом, лысеющий и страдающий от диабета, набрал очень впечатляющую скорость, учитывая его физическое состояние. Люди позади него едва успели добежать до того места, где Девид замер секундами ранее, как он уже распахнул дверь на аварийную лестницу на другой стороне коридора, намереваясь сбежать наверх. Он почти, почти добрался до первого лестничного пролёта, шаря рукой по поясу в поисках рации, чтобы связаться с Карлом и сказать ему вызвать полицию, только чтобы осознать, что что-то внезапно ударило его в ноги. Это что-то потянуло на себя, засасывая, словно густая грязь, и руки Девида замахали, ища опору, за которую он мог бы зацепиться, чтобы остановить падение прежде, чем его лицо встретится с полом.  Спасение пришло в виде фиолетовой, желеобразной… слизи. Его лицо погрузилось в желеобразную субстанцию, растёкшуюся по полу  в виде выпуклой, волнующейся от движения водяной кровати. И в этот момент… Девид ощущал себя очень сбитым с толку. Затем, сквозь слегка прозрачную массу, он заметил, что движется, линии плиток пола постепенно сдвигались по мере того, как слизь везёт его вперёд. Девид обнаружил, что… честно говоря, он был удивительно спокоен, учитывая ситуацию… и тот факт, что он только что понял, что не может на самом деле двигаться. Его мягко покатили обратно по пути, по которому он бежал, к тому месту, где, если ему не изменяла память, он видел незваных посетителей. О, чёрт… Слизь под ним сдвинула его с места, развернув лицом вверх. Там стояло четверо мужчин, и каждый из них носил лыжную маску, закрывавшую всё лицо, оставляя открытыми только глаза. И то их прикрывали защитные очки. Мужчины уставились на Девида… он уставился на них в ответ. Затем самый долговязый из четвёрки, наконец, заговорил. — Его не должно было быть здесь. Они, что очевидно, не ошибались. Вот что ты получал, когда решал начать патруль на пять минут раньше обычного. — Ну, так и есть, — ответил другой мужчина, с тянущими интонациями. Может быть, он был южанином? — И что нам с ним делать? — спросил долговязый. — Пристрелить его? — предложил третий, вытаскивая очень большой, очень блестящий пистолет. С гравировкой. — Чувак?! — Я предлагаю пристрелить его. — Мы не будем ни в кого стрелять! Девид вздрогнул, поражённый тем, что последняя реплика раздалась прямо у него над ухом. Вытянув голову вверх, он немного повернулся и увидел, что у фиолетово-розоватой желеобразной слизи, которая поймала его в ловушку, было… лицо. У неё не было ни носа, ни бровей, только «глаза», выполненные в виде какого-то захваченного внутрь слизистой массы мусора, смутно имитирующего положение глаз над ртом, который был заметен только тогда когда в желеобразной массе формировалось отверстие, контуром похожее на губы. Так что назвать это «лицом» было довольно великодушной оценкой. — Оу, — Девид поймал себя на том, что говорит, всё ещё пытаясь собрать воедино кусочки разрозненной ситуации. — Ты, ээ. Один из тех людей-плюс, верно? — Да-с, сэр… — из части каплевидного тела выделился отросток, отсалютовав приветствие. По крайней мере, жест был похож. Девид осмотрел сгусток слизи с ног до головы. — Это больно? Прежде, чем он получил какие-либо ответы на свой вопрос, ему пришлось вернуться к настоящему. — Что ж, мы должны пристрелить его сейчас же! — заявил парень с пистолетом, махнув на него свободной от пушки рукой. — И почему? — спросил долговязый, по-видимому, встревоженный этим предложением. — Он видел его лицо! — парень с пистолетом кивнул на слизь. Долговязый перевёл взгляд на Дейва, потом на парня с пистолетом, а затем повторил это движение ещё несколько раз. — Чувак. Он слизь. — Но он видел его лицо! — У него нет лица… потому что он — слизь. — …я всё ещё настаиваю на том, чтобы мы его пристрелили… — Мы не будем в него стрелять! — снова сказала слизь ему в ухо. Девид обнаружил себя кивающим на эти слова. — Как бы то ни было, я… я согласен со слизью. — Глобби, — поправила его упомянутая слизь. — С Глобби, — исправился Девид. — Глобби правильно мыслит… Четверо мужчин снова посмотрели друг на друга. Наконец, тот, что говорил с южным акцентом, поставил точку в разговоре. — Слушайте, давайте просто возьмём то, за чем мы пришли, что должно было приехать на выставку. Глобби, убедись, что он не сможет двигаться или говорить после того, как мы уйдём. — Верно. Девид снова задвигался, скользкое, липкое тело, принявшее шарообразную форму, катило его вперёд, как катится чемодан по ленте выдачи багажа, в сторону кабинета хранителя музея. — Не волнуйся, приятель. Я просто свяжу тебя, а потом мы заберём кое-какие вещи, и, уйдём не уронив ни волоска с твоей… — сгусток слизи сделал паузу, по-видимому, заметив отсутствие волос у Девида на макушке. — Ну короче, ты понял, что я имел в виду. Усадив Девида в кресло смотрителя музея, слизь наконец отпустила его, расправив своё тело и приобретя гуманоидную фигуру — с двумя руками, ногами и головой. — Хорошо, а теперь давай найдём то, что сможем… — Приветствую. Вы занимаетесь незаконной деятельностью. Я должен попросить вас немедленно прекратить. Девид не узнал этот голос, но узнал Глобби — он видел, как человек-желе заметно вздрогнул, а студенистая масса, имитировавшая глаза, расширилась, когда он выпрямился, словно палка. — О, нет… — Что за ч-ААА! Следующее, что запомнил Девид, это как один из мужчин в масках, долговязый, если он не ошибался, врезался в стену, поскольку, очевидно, его довольно сильно швырнул туда… кто-то. — О, нет, — сгусток слизи, казалось, усох и съёжился у него на глазах, прежде чем снова приобрести гуманоидную форму, склонившись над Девидом. — Окей, приятель, планы только что изменились. Я действительно извиняюсь за это… — Извиняешь за чт... Внезапно он полностью погрузился в желеобразную массу, так, что наружу торчал только нос. Девид решил, что это был… это был действительно один из тех дней, когда ему просто следовало сидеть дома, сославшись на болезнь. Потом он услышал приглушённые звуки того, что — он мог только догадываться — должно было быть перестрелкой в коридоре. Глобби начал двигаться, и его скользкое тело зашевелилось, оставляя после прикосновений ощущение холодного геля, особенно покалывающего в верхней части его лысой головы. Они добрались до коридора, где прокатились мимо долговязого, который громко скулил от испытываемой боли. Парень с пистолетом, южанин и четвёртый, который до этого не сказал ни слова, и который Девид мысленно решил называть тихушником, завернули за угол и побежали в их сторону. — ДЕРЬМО, ЧТО ОНИ ЗДЕСЬ ДЕЛАЮТ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Они перепрыгнули через долговязого, и один из них уронил тяжёлый фонарик прямо на лицо их падшему другу. Заключённый в теле Глобби, Девид не мог слышать звук, который после этого издал парень, но выглядел удар достаточно болезненным. — Вытащи нас отсюда, Глобби! — Хорошо, тогда все держитесь за охранника, — ответил Глобби, быстро начиная убирать желеобразную массу с тела Девида. Парень с пистолетом размахивал пистолетом: — А я всё ещё говорю, мы должны его пристрел… Что-то ударило его в спину, прервав речь и заставив пошатнуться вперёд, прежде чем его внезапно не начали тащить обратно по коридору в сопровождении его же криков. Девида поймали, и его тело барахталось, как вытащенная на берег рыба в руках парня, который подхватил его до того, как успел вытащить из кобуры пистолет. После плохого парня развернули и ударили кулаком так, что его впечатало в стену с сухим треском. — Оружие опасно, всегда держите его на предохранителе… — щелчком массивного пальца пистолет поставили на предохранитель. Девид винил во всём адреналин… или, может, он просто окончательно сошёл с ума от шока, стресса и всего остального… но ему пришлось подавить почти физическое желание залезть в карман теперь уже свободными конечностями, чтобы вытащить телефон и сделать снимок. Это был Большой Красный! Один из Большой Шестёрки героев! Теперь он будет читать про него и смотреть про него новости целую вечность! Он мог бы отправить его фото Диане, и ей будет что показать своей соседке по комнате. Массивное бронированное тело опустило пистолет и помахало рукой. — Приветствую вас ещё раз. Пожалуйста, освободите гражданское лицо, чтобы мы могли положить конец боевым действиям. Девид уставился на героя. — Глобби, давай! — Понял, сейчас всё будет! Рывком Девида снова затянуло обратно в гелеобразное тело Глобби, и они направились в то, что, Дейв был уверен, было стеной, и… продолжили движение сквозь неё. Следующее, что осознал Дейв — они оказались снаружи здания, в переулке между музеем и многоэтажной парковкой, и он обернулся на стену, на которой увидел… ну, желеобразное тело Глобби, закрывшее собой всю стену, прежде чем человек-плюс отделился от неё, оставив после себя ровную поверхность с гладкими, целыми и прочными на вид кирпичами.. — Хорошо, давайте валить, прежде чем он… С оглушительным ТРЕСКОМ — Дейв чуть не выпрыгнул из штанов — бронированный кулак пробил стену, после чего в дыру посмотрело бронированное забрало. Большой Красный помахал им рукой. — Здравствуйте. Трое оставшихся парней завизжали, как девчонки, а после южанин схватил Дейва за шиворот куртки и бегом потащил его прочь из переулка. Дейв споткнулся и чуть не упал, удержавшись на ногах и побежав дальше, прежде чем осознал, что наверное лучше бы ему действительно было просто упасть. Однако прежде, чем он уже целенаправленно плюхнулся на землю, в Глобби, который прокладывал им путь, скользя по земле, внезапно выстрелило штырём. Он закричал, его тело содрогнулось, в воздух полетели искры, а потом человек-плюс растаял в лужу. Дейв заметил, как воздух перед ними замерцал, становясь всё более серебристым, белым и чётким. Лучшее описание, которое он мог бы дать этому явлению, было «белый щит света». — Ладно, парни, шоу закончено. Плазматек вышел из-за щита, полностью бронированный, как Большой Красный, который высунул голову сквозь пробитую в стене дыру. Единственной открытой частью тела Плазматека была его голова — на лице он носил всего лишь зелёный с оранжевым визор. Глобби забулькал на земле, принимая очертания не особо понятной фигуры. — Ох, да ладно вам, ребята! Как я должен зарабатывать на жизнь? Сдавать себя в аренду в качестве водяной кровати? Нет уж, спасибо. Плазматек, которого Дейв узнал из новостей, вздохнул, по-видимому жалея, что не может ущипнуть себя за переносицу сквозь свой визор. — Серьёзно, Глобби, сколько раз мы должны через это проходить? Ты же понимаешь, что если Химия доберётся до тебя, она заставит тебя заплатить за то, что ты сделал с её волосами? — Она всё ещё злится из-за этого? — жалобно булькнула лужа. — Это был несчастный случай! И это получилось исправить! — Не думаю, что она будет настолько понимающей. — Позвольте мне разок сорвать джекпот, и я буду обеспечен на всю жизнь. Вы меня больше никогда не увидите! Обещаю! — «лицо» Глобби на мгновение проявилось в луже, широко улыбнувшись, прежде чем снова растаяло. Плазматек нахмурился, наклонив голову. — …ладно… по шкале от одного до десяти, насколько ты по-настоящему надеялся, что это сработает? — Три. Я не мог не попытаться. Большой Красный позади них вмешался в разговор. — Оптимизм — это позитивная и здоровая черта личности, которую человеку стоит в себе воспитывать. Наполовину поднятый большой палец из лужи стал ответом Глобби. — Ладно, смотрите сюда! — внезапно крикнул южанин, вытаскивая свой собственный пистолет из-за пояса и подтягивая Дейва к себе. — Вы все, назад! Мы уходим отсюда, иначе пристрелим этого парня! — Меня зовут Дейв, — вырвалось изо рта Дейва прежде, чем он смог себя остановить. — Всем плевать, как тебя зовут! — Мне не плевать! — пробулькал Глобби. — Знаешь что, Глобби? — парень перевёл пистолет на всё ещё наполовину скукожившуюся лужу. — Если мне будет нужно узнать твоё мнение, я его спрошу! — пистолет вернулся к Дейву, а южанин повернулся к Плазматеку, стоявшему по другую сторону силового поля, всё ещё с рукой навытяжку, удерживавшей щит. — Ну и что ты теперь будешь делать, герой? Герой в зелёных доспехах пожал плечами. — Ну… ты можешь попробовать нажать на спусковой крючок… вот только боёк исчез. Дейв моргнул, и внезапно пистолет убрали от его головы, чтобы приблизить к лицу и осмотреть внимательнее. Затем пушку выдернуло прямо вверх, из рук мошенника в небо. Девид поднял взгляд и увидел человека в серебристо-синей броне, парившего над ними, и пистолет лениво крутился над его рукой. — О, чёрт… — тихушник наконец-то заговорил, нарушая своё молчание. — Это Герой! Пистолет был разобран на составные части, и каждая отдельная часть плавала в воздухе над рукой Героя. — Ну же, ребята, — сказал Герой, и его голос потрескивал через динамики, встроенные в закрытый, похожий на рыцарский, шлем. — Не усложняйте себе жизнь. Дейв чувствовал спиной тело южанина, который всё ближе и крепче прижимал его к себе. И тут охранник внезапно вспомнил… у него был с собой электрошокер. Он развернулся и поднял локоть, который с хрустом врезался в нос преступника в маске, заставив того пошатнуться, а другой рукой потянулся к электрошокеру. Вонзённая в грудь преступника штука ожила, и южанин замер и задёргался на том же месте, где и стоял. Подёргиваясь, словно вытащенная на сушу рыба, он жёсткими, отрывистыми движениями потянулся к Дейву. Дейв посильнее вжал в кнопку электрошокера в тщетной надежде увеличить уровень разряда силой нажатия. Внезапно трубчатые перила ближайшей лестницы были вырваны со своего места, и пролетели по воздуху, чтобы обвиться вокруг истекающего кровью, бьющегося в конвульсиях южанина, словно металлическая змея. Концы перил с кряком врезались в асфальт, уронив парня на землю. Все взгляды обратились к тихушнику, который поднял руки в знак капитуляции. — Эй, эй. Я всё, окей? Сижу в углу, жду копов. Нет необходимости в кулаке Большого Красного, плазменных щитах или электрошокерах. С меня хватит! И верный своим словам, мужчина повернул за угол, сел на бетонную лестничную площадку и замер на месте. … Дейв осознал, что всё ещё жмёт кнопку электрошокера. — Мы ценим ваше сотрудничество.

(X)

За много миль отсюда, наблюдая за происходящим через компьютер, Тейлор ощутила, как слабая, довольная улыбка легла на её губы. Она открыла комм. — Узнайте, где они попытаются удержать Глобби в этот раз. Мы сможем навестить его и спросить, кому понадобились эти произведения искусства. — Думаешь, он нам расскажет? — спросил Васаби. — Скажите ему, что номер Королевы Улья у вас на быстром наборе. Он заговорит. — Знаешь, тебе действительно стоит извиниться перед ним за тот случай, — напомнил Хиро. — Он преступник. — Он хороший парень! — запротестовал Хиро. — Не говоря уже о том, что если он когда-нибудь сойдёт с ума, было бы сущим кошмаром иметь с ним дело. Последнее замечание было довольно справедливым. — Вы молодцы, ребята, — решила она сменить тему. Хотя и говорила совершенно серьёзно. — Рада видеть, что технология жёсткого света наконец-то работает как надо. Возвращайтесь домой, как только закончите с копами. — Да, мэм, — сказал Хиро, и она почти слышала улыбку в его голосе из-за её похвалы.  Она отключила связь со своей стороны, продолжая слушать новостные ленты с другого экрана, которые она мониторила до того, как вышла на связь. Ещё один триггер… потому что конечно это был именно он. Она попыталась в сотый раз напомнить себе, что это было за место. И чем это место не было. Оно не было Землёй Бет. И не обязательно, что всё здесь будет происходить точно так же, как там.

(X)

Улица за пределами музея гудела в организованном хаосе. Полиция, машины скорой помощи, ограждения из жёлтой ленты, репортёры, идиоты, вытягивающие шеи, чтобы всё это разглядеть — все сновали туда-сюда, когда чёрная машина въехала на парковочное место сразу за периметром ограждённой зоны. Двое мужчин вышли из авто и направились к заградительной желтой ленте походкой профессионалов. Один был высоким парнем, явно выше шести футов роста, с тёмными волосами, в которых уже начинала серебриться седина у висков и корней волос, но с аккуратно постриженной бородкой, которая была едва ли длиннее обычной щетины. Второй был намного моложе, возможно, лет двадцати с небольшим, с тёмно-каштановыми волосами и чисто выбритый, в отличие от мужчины постарше. Офицер, заметив их приближение и то, что на них отсутствовала форма, шагнул вперёд со вскинутыми руками, чтобы остановить их. — Джентльмены, вам сюда нельзя. Мужчины, не моргнув глазом, полезли в карманы пальто и вытащили свои удостоверения личности. Офицер странно посмотрел на мужчин, поглядел их удостоверения и попросил их оставаться на месте, пока он будет звонить. Двое мужчин так и поступили, терпеливо ожидая, стоя на тротуаре. Наконец, ситуация прояснилась, и им разрешили войти. Не прошло и пяти минут, как мужчины открыли специальный транспортный грузовик. — Мистер Уильям Уортхам, — громко сказал мужчина в возрасте, с улыбкой забираясь в кузов грузовика. — Он же Заявитель, он же Глобби, он же самый милейший мошенник, которого вы когда-либо встречали. Ком слизи задвигался там, куда его посадили, прижимаясь «лицом» к прозрачному материалу, который запечатал его в почти что вакуумную камеру. — Это я, мистер… эмм… как бы вас ни звали. — Прости, — мужчина в возрасте виновато улыбнулся, пока его напарник забирался в фургон вслед за ним. — Меня зовут агент Морган, а это агент Сингер. — ФБР? — каплевидное тело задрожало. — Э-эй, ребят, у вас же н-нет причин ко мне приходить, да? — Если бы мы действительно были из ФБР, тогда нет. Но есть ли у нас причины? — агент Морган чуть улыбнулся, как может улыбаться человек, который знал о чём-то, чего не знал его собеседник. — Агентство по Интеграции Плюс-Людей, или сокращённо ПЛИА, — сказал молодой парень, агент Сингер. — Никогда о таком не слышал, — признался Глобби. — Два года назад в нём не было необходимости. Политикам обычно требуется время, чтобы вытащить головы из задниц, — улыбка агента Моргана стала чуть шире, когда он с ухмылкой приблизился к прозрачной клетке. — И вы удостоились чести стать нашим первым делом. — Агент! — протестующе одёрнул старшего товарища Сингер. — Оу… — студенистое тело словно задрожало, прежде чем принять гуманоидную форму. Гелеобразный человек поднял руки и пожал плечами. — Ну… я как бы уже попался, ребята. Вы с этим немного опоздали. — Напротив, мой студенистый друг, мы пришли как раз вовремя, — мужчина постарше прислонился к прозрачной камере. — Потому что теперь вы задержаны, и мы можем задать все те важные вопросы, которые нам всем до смерти хотелось бы позадавать. — Например какие? — Для начала, давай-ка поговорим о той компании, которая продолжает ловить тебя, будучи такими «полезными», — он покачал головой. — Их, скажем, примерно шесть. Иногда, в действительно плохой день, семь. Хочется ли вам поговорить о них, мистер Глобби? — его улыбка стала шире. — И если тебе интересно, что думаю я, то это будет действительно увлекательный разговор.