Исход 7.5 (часть 2)
27 мая 2023 г., 06:00
Мы были в пути — как и было обещано, копы оцепили некоторые перекрёстки, и я могла только предполагать, что сделано это было по той же причине, по которой мы ехали по маршруту. Мэр хотел устроить шоу, и более впечатляюще это смотрелось с десятком явно вооружённых полицейских, перегораживающих дороги, чем с автоматизированными системами, перекрывающими улицы.
Было тихо, мой рой и естественная популяция насекомых прислушивалась к сотням тысяч звуков и голосов вокруг нас, причём большинство людей жаловались на пробки, а множество представителей СМИ освещали нашу поездку.
Но кроме этого не происходило ничего, даже несмотря на то, что Бэймакс действительно включил для нас больше зелёных светофоров, чем мы должны были иметь в пути.
Васаби и Хиро летели над нами, я сидела в первом бронированном грузовике колонны, набитом довольно большим количеством солдат, которые пытались «незаметно» меня разглядывать, не поворачивая в мою сторону головы — двое из них, в самом дальнем углу, вообще шептались обо мне. Им было интересно, как я выглядела под маской, и насколько полезной «девочка с жуками» вообще может быть в драке.
У нас в запасе было ещё десять минут, когда мы доехали до внешней границы аэропорта, направляясь к частной взлётно-посадочной полосе, где нас ожидал самолёт.
— Похоже, эта поездка всё-таки оказалась скучной, — выдохнула Гого.
— Скучная поездка — это хорошо, — сказала Хани.
— Мы ещё не доехали, — пробормотала я, достаточно тихо, чтобы это услышали только по нашей линии связи.
Я слушала, как водители отчитывались перед директором Уилсон, когда они проезжали последний контрольно-пропускной пункт, и как переговаривались пилоты вертолётов всякий раз, когда они попадали в зону действия моих сил — их перекрикивания слышать и понимать было сложнее. Они называли названия улиц и мест, которые я не могла видеть, но я имела хотя бы общее представление о том, что они имели в виду…
Теперь, когда мы были на окраине города, шум мегаполиса оказался за пределами моего радиуса. На открытой местности, окружавшей аэропорт и его взлётно-посадочные полосы, не было ни высоких зданий, ни нагромождений улиц.
— У нас есть движение! — послышалось из всех радиоприёмников одновременно, и я узнала голос одного из пилотов вертолётов.
Солдаты в моём грузовике не колеблясь схватились за винтовки и замолчали.
— К вам приближается несколько транспортных средств на повышенной скорости, маршрут пересечётся с вашим, если вы продолжите двигаться в том же темпе. Расчётное время прибытия — меньше минуты…
Как только он договорил, они появились и в моей зоне действия сил, две, три, четыре, шесть машин.
— Ещё больше приближается с юга… Вас понял, приказ подтверждаю. Директор Уилсон разрешила использовать боевые патроны, всем сменить магазины!
И солдаты не колеблясь заменили магазины с резиновыми патронами на боевые, помеченные красной отметкой.
— Ваши указания, сэр? — сказал уже другой человек, водитель моего бронированного транспорта.
Я слышала голос Хиро через своих жуков и наушник.
— Всем машинам остановиться! Первое подразделение, охраняйте медтранспорт, второе подразделение, вы будете прикрывать тылы. Всем солдатам выйти из машин и готовиться к бою.
Грузовики развернулись, и казалось, что угол поворота был настолько резким, что машины вот-вот перевернутся, но после инерция погасла. Двери открылись, и я вышла. Солдаты двигались за мной, словно единый механизм. Они были хорошо обучены.
Площадка, где мы остановились, была полностью открыта, не было ни одного места для возможного укрытия.
Моя рука потянулась к уху и пальцы активировали личный комм.
— Что насчёт автоматизированных систем безопасности?
— Они двигаются по краю рабочего периметра! — ругнулась Гого. — Они в нашей слепой зоне. Бэймакс не сможет их остановить!
Я почувствовала, как кровь застыла в жилах.
Совпадение? Или же они каким-то образом спланировали всё это?
У них есть предсказатель? Боевой Умник?
Грузовики противника мчались в нашу сторону. Их было двенадцать — восемь ехали с восточной стороны, ещё четыре — с южной.
Я прощупала местность вокруг меня — у меня всё ещё был приличный рой, но большая его часть была бесполезна — огромного количества жучков, которыми я могла управлять в черте города, здесь не наблюдалось.
Мне сойдёт.
Я чувствовала, как насекомые вокруг меня жужжат — пчёлы, осы, оводы, комары, пауки, скорпионы, тараканы и всё, что было между ними — даже мелкие мошки и медоносные пчёлы с окрестных полей были взяты под мой контроль. Над нами начало формироваться клубящееся облако, заслоняющее нас от лучей послеполуденного солнца.
— Плазма, на тебе безопасность медицинского транспорта. Мы не можем допустить пробуждения Дрожи Земли.
— Я понял.
Я подняла голову вверх и увидела Героя.
— Подтверждаю, плюс-человек был идентифицирован как Химера! Я повторяю, второй вертолёт подтвердил, что в составе группы есть Химера, всем следовать протоколам взаимодействия с Оборотнями.
Я чувствовала, как мои пальцы сжимаются, пока я оценивала нашу ситуацию.
Шестеро человек в каждой машине, всего двенадцать машин, всего семьдесят один человек плюс Химера, все вооружены. Когда противники начали готовиться к столкновению, их винтовки загудели необычным звуком, от которого у меня вдруг заныли зубы.
Некоторые из них носили броню, но не силовую, какая была у Охотника за головами, а броню, которая закрывала их с головы до пят. Таких была фактически половина. Тридцать из них были рангом повыше, лейтенанты?
Восточная группа с визгом шин по асфальту остановилась рядом с нами секунд на двадцать раньше южной группы. Наши солдаты открыли шквальный огонь по противнику, пули врезались в передние машины со скрежещущим звуком. Машины оказались брорированными, ни одна из пуль не смогла пробить их насквозь, но первая машина потеряла управление, резко накренившись на бок, прежде чем переднее колесо резко отвалилось, заставляя машину уйти в неконтролируемый штопор.
Автомобиль был остановлен в воздухе — он завис на месте, прежде чем его отшвырнуло назад. Задняя машина вильнула, избежав лобового столкновения, только для того, чтобы импровизированный снаряд задел заднюю её часть. Грузовик практически потерял заднее правое колесо, прежде чем остановился.
Остальная часть группы противников рассыпалась вокруг нас веером в попытке окружить. Люди из грузовика, который вывел из строя Герой, вывалились наружу, некоторые из них начали стрелять, но не по солдатам, а в Героя.
Я ощутила, что от оружия исходит жар, и сразу поняла, что…
— Это тепловые пушки! Двигайся! — крикнула я.
Герой знал, что лучше не спорить, что лучше не колебаться. Он начал уклоняться — крутился, вертелся, нырял в воздухе, ловко уходя от выстрелов, прежде чем перед ним возник плазменный щит.
Земля затряслась и потрескалась у нас под ногами, и на мгновение я подумала, а не очнулся ли внезапно Дрожь Земли, но он этого не сделал — жучок, которого я посадила на него, говорил о том, что тот всё ещё находился под действием седативных.
Вместо него это оказались водопроводные трубы, проходящие под землёй — они изгибались и перекручивались, отрывались с оглушительным треском металла, поддаваясь действиям Хиро, который возводил из них импровизированную баррикаду к северу от нашей группы.
К нам уже приближалась вторая часть нападающих, двигавшаяся с юга и возглавляемая Химерой, сидевшим за рулём машины во главе их колонны. Оборотень-парачеловек уже изменял форму своего тела — его мускулы стали больше, чем имели право быть у обычного человека, а руки начали покрываться жёстким чёрным мехом.
Наёмники из первой группы уже полностью выбрались из машин и открыли по нам огонь, когда я обрушила на них с небес свой рой.
То, что последовало за этим, было чистым хаосом, следить за которым у меня получалось только с помощью своего роя.
Я обрушила свой рой на противника, словно библейское нашествие саранчи. Насекомые жужжали, кусались, жалили противника. Какофония звуков была оглушительна даже по сравнению со звуками стрельбы из штурмовых винтовок.
Не все наёмники были в сплошной броне, чем я и воспользовалась. Мои жучки кусались, жалились и набивались внутрь, в результате чего большинство незащищённых бронёй солдат отчаянно царапали сами себя, пытаясь избавиться от насекомых, даже когда их крики становились всё тише из-за распухших ртов.
Хотя те, что были в сплошной броне…
Оставались невредимыми. Каждый из бронированных солдат был одет в облегающий костюм из материала, который мои насекомые не могли прогрызть. Я пыталась ослепить их, залепив им визоры, но они каким-то образом всё равно могли видеть обстановку вокруг, потому что их выстрелы всё ещё попадали в цель.
Я рассеяла рой вокруг таких, позволяя агентам ПЛИА видеть, где они находятся, позволяя им сосредоточить своё внимание на проблемных противниках. Один противник в сплошной броне упал, когда по нему попало бронебойными пулями — раздался крик, и вслед за ним упал и другой.
Я увидела, как Химера выпрыгнул из своего грузовика, бросившись вперёд на своих всё ещё человеческих ногах, взяв курс прямиком к медицинскому транспорту.
— Плазматек, слева от вас! — крикнула я. — Химера!
Васаби повернулся, и я увидела, как он поднял щит, в который злодей и врезался, словно поезд, оставив на щите паутину трещин, из которых с шипением выплёскивались газообразные горючие сгустки.
Мой рой окружил его, но его кожа больше не была обычной человеческой плотью, она стала чем-то более толстым, похожим на шкуру. Мои насекомые кусали, жевали и жалили, и я чувствовала, как под кожей Химеры перекатываются мышцы, но он превозмогал боль. Я слышала, как трещат его кости, когда он начал трансформироваться дальше, теперь больше похожий на зверя, чем на человека, словно помесь собаки с богомолом, на своих длинных, долговязых конечностях.
Я подтянула рой к его глазам и заметила, что они были защищены очками, и как и другие солдаты в сплошной броне, облако роящихся вокруг него насекомых, казалось, совсем не мешало ему видеть всё перед собой.
Нет…
Они были готовы ко встрече со мной!
Я думала, они готовились столкнуться только с командой.
Но они подготовились даже ко встрече со мной.
Химера что-то прорычал низким и нечеловеческим голосом, звук зарождался у него прямо в груди, прежде чем он снова взял на таран плазменный щит, словно разъярённый бык пробив его насквозь. Впервые за долгое время Плазматек включил свои клинки.
Васаби бросился на Оборотня, все его триста с лишним фунтов силовой брони в резались в то, во что, чёрт возьми, превращала Химеру его сила. Они столкнулись, словно грузовики, въехавшие в друг друга на полной скорости.
Васаби всегда использовал клинки больше как инструмент защиты, чем как оружие. Даже сейчас, после многих лет героической деятельности, он не хотел калечить противника.
Клинки сделали своё дело, выдержав напор Химеры и не позволив ему приблизиться на расстояние удара.
Я следила за боем, выискивая слабые места противников, даже когда ныряла за укрытие, избегая выстрелов от наёмников, которые видели меня даже сквозь облако насекомых.
Именно тогда я узнала, что они знали про некоторые аспекты моей силы, но не про все из них.
Один из наёмников подал сигнал рукой, и двое его парней отошли в сторону, чтобы обойти меня с фланга. Ещё двое отправились в другую сторону, чтобы взять меня в тиски.
Они не знали, что я могла их видеть.
Это означало, что они всё ещё не могли видеть сквозь твёрдые предметы, даже с помощью технологий, которые они использовали, чтобы видеть сквозь насекомых.
Первый наёмник выглянул из-за края бронированного грузовика только для того, чтобы кулак моей протезированной руки врезался ему в район виска.
Он пошатнулся, застигнутый ударом врасплох. Другой солдат навёл на меня винтовку и выстрелил, но я уже двигалась, обойдя его напарника, чтобы заломить его руку. Своей живой рукой я вытащила оружие у него из кобуры, направив на второго мужчину, используя его всё ещё ошеломлённого приятеля в качестве прикрытия.
Он колебался перед тем, как выстрелить.
Я — нет.
Мой выстрел попал парню в плечо, отдача была ужасной — мне точно повредило запястье. Это была пушка с обычными, бронебойными пулями, не тепловая.
Мои жуки кинулись в дыру, проделанную в броне, кусая и разрывая живую плоть, и внезапно парень оказался слишком занят криками и попытками убрать от раны насекомых, чтобы даже подумать о том, чтобы пристрелить меня.
Его приятель, которого я использовала в качестве живого щита, пришёл в себя, развернулся и попытался ударить меня своей винтовкой. Я пригнулась, выбросив вперёд протез, чтобы схватить его за горло и врубить на полную мощность электрошокер.
Он задёргался, начал задыхаться и схватился за горло, прежде чем его отбросило назад. Он ударился головой о землю и разбил шлем.
Последний из трёх наёмников, пришедших по мою душу, вскинул винтовку и выстрелил, но я снова вскинула руку, выстреливая из протеза абордажным крюком. Крюк, который мог спокойно пробить бетон, пробил броню и зацепился за неё ровно настолько, чтобы я могла без боязни дёрнуть его на себя со всей силы. Я сбила его прицел и отступила так, чтобы за его спиной оказались двое его приятелей, которые вот-вот должны были выйти на нас с другой стороны грузовика.
Увидев меня, они выстрелили, но попали в своего товарища. Раскалённые снаряды тепловых пушек прожгли его броню и плоть.
Он упал, захлёбываясь криком агонии.
Я выстрелила один раз, попав одному из наёмников в бедро. Последний оказался умнее и нырнул обратно за укрытие, за угол бронированного грузовика.
Я упала на землю — моя рука уже знала, в каком направлении должна смотреть. Я выстрелила, пуля просвистела под машиной, раздробив лодыжку наёмника. Он взвыл, падая на землю, как раз в тот момент, когда Васаби на моих глазах отбросило в борт медицинского транспорта, чуть его не перевернув.
— Герой!
— Я вижу!
Химера сделал выпад вперёд, протянув когтистые руки, намереваясь разорвать броню Плазматека. Плазматек поспешно поднял перед собой щит, чтобы защититься.
Однако прежде, чем злодей успел нанести удар, из облака насекомых вырвался лист металла, врезавшись в Химеру, словно шар для сноса зданий. Я услышала хруст то ли костей, то ли каких-то других частей его тела, когда он упал на асфальт. Герой пролетел между ним и Васаби, и куски металла, вырываемые им из машин, вращались вокруг него, словно планеты вокруг солнца.
Химера поднялся на ноги, кинув яростный взгляд в сторону героев. Его когти выстрелили собой, удлиняясь на невозможную длину, двигаясь с невозможной скоростью. Мои насекомые залетали прямо в его рычащую пасть, заползали внутрь его горла, даже когда он кусал, жевал, глотал и пытался их выплюнуть.
Хиро увернулся, едва избежав попадания под когти Химеры и последовавшего за этим удара.
Внутренняя часть горла Химеры изменилась, мышцы внутри сменили форму, теперь без труда перемалывая насекомых, раздавливая их и проглатывая.
Я недооценила то, на каком тонком уровне он был способен контролировать свою биологию…
Я услышала и почувствовала, как недалеко от меня упали ещё двое агентов. Наёмники начали прорываться не только с северной, но и с южной стороны тоже. Их оказалось слишком много.
— Плазма — возьми на себя южную сторону, агентам требуется подмога!
— Но что насчёт…
— Герой сможет постоять за себя! Мы не можем позволить взять себя в окружение дюжине наёмников и Химере, двигайся!
Он бросился в указанную сторону. Так будет лучше. Поскольку он не хотел использовать свои клинки для нанесения ран, а его щиты не могли удержать более чем парочки усиленных ударов Химеры, лучше ему будет заняться контролем толпы и усилить наших солдат.
Я услышала и почувствовала, как северную линию обороны, удерживаемую нашими агентами, прорвали, и все они отступили к медицинскому транспорту, последнему рубежу, который должны были защитить во что бы то ни стало.
Химера бросился на Героя, когда смог перевести дыхание, глотая и с хрустом перемалывая насекомых, которых мне удалось запихать ему в глотку. Он держал зубы стиснутыми, и каждый из его зубов был острым и зазубренным, словно нож, не давая моему рою снова забраться к нему в рот, даже когда он втягивал в себя воздух через рот.
Собранный Героем металлический мусор был, теоретически, слабее щитов Плазматека, но тем не менее, у мусора перед щитами было явное преимущество.
Гибкость.
Металлические пластины врезались в Химеру в середине его прыжка с силой, заставляющей заныть зубы. Металл вокруг него деформировался, скручивался и изгибался, обвиваясь вокруг парачеловека, словно вторая кожа, прежде чем вдавить Химеру в бетон, как только у Героя получилось остановить его продвижение вперёд.
Химера ударился об асфальт с громким звуком и тёмной крошкой, брызнувшей под его весом. Когти Химеры впились в землю, а колени подогнулись, когда Хиро навалился на него всем телом.
Васаби добрался до агентов на южной стороне, когда рухнула ещё одна линия обороны по восточной стороне. На этот раз никто не отступал — наёмники убили всех солдат.
Я стиснула зубы — нас чертовски разбросало.
С основной массой наёмников без спецзащиты, на которую я наслала своих жуков, было покончено — каждый незащищённый человек превратился в распухший, ужаленный, выведенный из строя беспорядок, валявшийся на земле, и потому я кинула большую часть своего роя на оставшихся в строю бронированных наёмников и Химеру.
Жужжащий, жалящий и кусавшийся, всё более отчаянно ищущий слабые места противника. Я находила такие у некоторых людей — пробоины от пуль или застрявших в костюмах кусочков шрапнели, или даже места, которые потрескались под градом оружейного огня или расплавились под воздействием тепла их собственных пушек. Ещё больше насекомых атаковали само оружие, заползая в стволы, поджариваясь в вентиляционных отверстиях, закупоривая их своими телами. Шесть пушек вышли их строя под натиском моей маленькой армии, две из них взорвались прямо в руках владельцев от перегрева, и раскалённая шрапнель вонзилась в людей, заставляя их кричать и корчиться на земле, когда горячий жар плавил их плоть в тех местах, где пробивал броню.
Я слышала вдалеке вой сирен приближавшейся подмоги — копы это были или ещё агенты, мне было всё равно.
Теперь я могла слышать их приглушённые голоса сквозь слои звукоизолированной брони. Они переговаривались по своей линии, ничего не говоря о самом Химере. Был ли он просто дополнением к боевой группе? Входил ли он вообще в их группу наёмников?
Наёмники накинулись на нас, будто до сих пор действовали не в полную силу. Их наступление на солдат агентства стало более яростным, они бросали боевые гранаты под бронированные машины, которые агенты использовали в качестве прикрытия, и стреляли очередями, не давая агентам ни минуты передышки, в какие они могли бы открыть ответный огонь по противникам, продвигаясь вперёд со скоростью, в какой ранее не были замечены.
Но даже в этом хаосе, почувствовав напряжение в теле Хиро, я была удивлена. Мои насекомые прислушивались к его дыханию и ощущали, как кровь пульсирует в его венах.
Впервые за долгое время я активировала программы, встроенные в визор маски, мигнув-кликнув на окошко с информацией о броне Хиро.
Энергопотребление костюма зашкаливало, и Хиро быстро отключил все несущественные системы, чтобы перенаправить всю энергию на магниты.
Я должна была вернуться, чтобы помочь ему!
Голова закружилась, пока я оценивала доступные мне варианты и думая о том, что могла бы сделать.
Их целью был медицинский транспорт. Конкретно — Дрожь Земли.
Итак, ответ был прост — убрать из-под линии огня их цель.
Я двигалась быстро, продолжая использовать рой в качестве прикрытия, скорее инстинктивно, чем осознанно, по крайней мере, в данный момент. Группу солдат, отступающих к медицинскому транспорту, возглавлял лейтенант — он всё ещё выкрикивал приказы.
Моя рука потянулась к нему, хватая на ходу и заставляя остановиться. От неожиданности человек чуть не пристрелил меня, направив пистолет в рой, когда я позволила ему увидеть себя.
Он был удивлён, увидев меня. Его лицо заливала кровь из пореза над глазом.
— Слушай меня внимательно…
(X)
Хиро чувствовал, как на лбу выступают капельки пота — внутренняя вентиляция стала первой из отключившихся систем. Химера рвал листы металла своими когтями только для того, чтобы Хиро подхватывал оторванные куски и сильнее прижимал их к толстой коже чудовищного плюс-человека. Его грубая сила позволяла ему продолжать продвигаться вперёд, пусть и шатающейся походкой, несмотря на несколько тысяч фунтов веса, наложенных на него магнитными путами, которыми Хиро пытался удержать Химеру на месте. Жуки роились и жужжали вокруг них, он мог видеть пауков Тейлор, её шершней и пчёл, ползающих по телу монстра, жалящих и кусавшихся, пытающихся по-своему помочь. Он заметил, что тот задыхался раньше, отвлечение, которое позволило Хиро покрепче зафиксировать его на месте, но теперь, казалось, этот приступ одышки прошёл. Глаза Химеры, теперь зловеще-жёлтые, сфокусировались на нём, почти что светясь сквозь рой насекомых. Его рука взметнулась вверх, снова вытянувшись до невозможных размеров, и взглядом Хиро проследил путь монструозной конечности, прежде чем взял последние несколько листов металла из своего запаса, чтобы обернуть их вокруг его длинной, неуклюжей конечности. Плюс-человек попытался обрушить получившуюся конструкцию прямо ему на голову. — Хиро, ноги! — прозвучал крик Тейлор в его ухе, но предупреждение прозвучало слишком поздно… Хиро дёрнули в воздух за лодыжку с такой силой, что нога чуть не вывернулась из сустава. Он выругался и попытался быстро сменить позу, прежде чем его тело дёрнули обратно на землю. Он приложил все усилия, чтобы удержаться в воздухе, но магниты слишком поздно переключили вектор приложения сил, и он врезался в землю с такой силой, что из него выбило воздух. Хватка на его ноге усилилась, металл брони застонал и начал деформироваться под давлением, а затем его протащили по асфальту. Тело оставило неровную траншею на земле, когда он ощутил, как металл падает с Химеры из-за того, что он переключил вектор приложения магнитных сил. Монстр плюс-человек бросился на Хиро, как только его подтащило к нему достаточно близко. Хиро вытянул перед собой руку. Ревущий Химера подобрался к нему достаточно близко, чтобы нависнуть, когда металлическая покрышка от шины врезалась в челюсть злодея с такой силой, что ему сломало кость. Звук хруста вызвал у Хиро мгновенный приступ тошноты, нижняя челюсть Химеры почти что отвисла только для того, чтобы ещё больше насекомых хлынуло ему в рот, без колебаний начиная душить его, не прикасаясь к нему. Хиро знал, что нельзя колебаться, знал, что не следует упускать такую возможность. Он поднялся на ноги так быстро, как только мог, и применил своё магнитное управление к металлу собственного костюма, нанося удары с магнитно-увеличенной скоростью. Каждый удар наносился с силой достаточной, чтобы раздробить камень. Первый удар пришёлся плюс-человеку прямо в горло, ещё больше заставив того задыхаться, второй — по всё ещё сломанной челюсти. Визг боли подсказал ему, что удары нанесли урон. Что это было больно. Удар слева, что попал ему в висок сбоку и по ощущениям чуть не оторвал голову начисто, сказал ему, что монстр был далёк от того, чтобы сдаться. Хиро практически отбросило назад, на землю, лишь рука проделала символическую попытку снизить скорость, прежде чем шлем с глухим стуком ударился об асфальт. Зрение Хиро поплыло, глаза закатились, а мир завертелся, прежде чем тело начало действовать на инстинктах. Нога Химеры поднялась над ним, и у Хиро было мгновение, чтобы перекатиться на спину, выставив перед собой скрещенные руки, чтобы принять на них удар. Магнитная поддержка и механически заблокированные руки костюма едва сдержали удар, но даже при том, что защита выдержала, из Хиро всё равно вышибло воздух. Единственный лист металла, обёрнутый вокруг горла Химеры, дёрнул его с невероятной силой, отбрасывая назад на землю под таким острым углом, что будь на его месте нормальный человек, от такого рывка ему бы сломало спину. Череп плюс-человека с хрустом врезался в землю, черная асфальтовая шрапнель разлетелась вокруг вмятины, оставленной его черепом. Хиро смог приподняться всего на фут, прежде чем словил от противника удар ноги под рёбра, отбросивший его назад почти на 6 метров. Он покатился по земле, едва успев поджать под себя ноги. Когда он остановился, жгучая, медленно накатывавшая боль сказала ему, что удар что-то повредил. Он сломал ребро? Хиро вздохнул и поморщился от боли, когда Химера снова начал рвать металл когтями со звуком рвущейся стали. Он слышал рычание и хруст, чувствовал, как дрожит земля от тяжёлых шагов злодея, когда тот бросился в атаку. Его тяжёлое дыхание звучало скорее по-звериному, чем по-человечески. Затем, с оглушительным треском раздался выстрел, от которого Хиро подкинуло на земле. Пуля попала прямо в подмышку Химеры. Чудовищная тварь, в которую он превратился, взвыла от боли, тёмно-красная, почти что чёрная кровь хлынула из раны, когда он упал на землю. Хиро повернул голову налево, где увидел Тейлор, бежавшую в его сторону сквозь кружившийся в воздухе, гудевший, шипящий рой, похожую на призрачную, быструю тень. Химера тоже увидел её и взмахнул рукой, только для того, чтобы Тейлор остановилась и увернулась от удара, прежде чем снова подняла пистолет и выстрелила один раз, попав в руку монстра, пробив её насквозь. Следующий выстрел попал Химере в колено. Монстр снова упал на землю, рыча и шипя, но раны уже начали закрываться. Когда повреждённые места затянулись хитином, он взревел, бросаясь на неё, чтобы попытаться укусить своей волчьей мордой, только для того, чтобы Тейлор вбила оружие прямо ему в горло, ударив по теперь пустому пистолету протезом со всей силой, на какую только была способна. Хиро поморщился, услышав болезненный звук, с которым монстр подавился стальным оружием. Тейлор не сдавалась — выдвинув нож из запястья своего протеза, она двигалась вокруг, уворачиваясь от ударов Химеры, который пытался нанизать её на свои острые, звериные когти. — Ты должен убираться отсюда! — услышал он её голос в ухе, пока Тейлор пригибалась и уворачивалась от ударов монстра. — Наёмники прорвались через восточную и северную стороны. Их тепловые пушки пробьют твою броню насквозь. — Я не оставлю тебя здесь! — немедленно и зло ответил он. Она не может снова сделать это! — Иди, я разберусь с ним! Хиро стиснул зубы, жгучая боль в груди остро заколола, когда он поднялся на ноги. Рука Тейлор опустилась прямо вниз, и лезвие ножа рассекло щёку Химеры. Он увидел, как очки упали с головы противника. Жуки мгновенно накинулись на его теперь открытые глаза. Теперь он мог точно сказать, что плюс-человеку было больно. Очень, очень больно. Внезапно раздались звуки стрельбы, особенно отчётливо звучали выстрелы из тепловых пушек, которыми были снаряжены наёмники. Хиро увидел хаотичные вспышки красного света, пронзавшие рой, сжигающие десятки насекомых за раз, оставляя после себя лишь вонь от обугленного хитина. Хиро видел Тейлор сквозь дым, видел, как она на всей скорости понеслась к медицинскому транспорту. Один выстрел задел её, попав в плечо. Она упала на землю, перекатилась и, не осмеливаясь остановиться, бросилась к ближайшему и единственно доступному для неё укрытию. Хиро не колебался. Он начал двигаться вперёд, через рой. — Не надо! Он проигнорировал её крик, проходя сквозь облако жуков, и сразу же попадая под вражеский огонь. Он крутился и изворачивался, избегая выстрелов, насколько мог, двигаясь хаотично и беспорядочно. Два выстрела попали по нему — один скользнул по левому бедру, второй, однако, попал прямо в него, обжигая левую сторону груди, где броня деформировалась, сгорая от жара, прежде чем он отклонился, избегая попадания остальной части теплового луча. Он захрипел, чувствуя привкус крови на губах. — Герой! Он добрался до неё, обхватил руками талию и взлетел прямо в небо, поднимаясь над роем и облаками. Вслед им раздавались выстрелы, пока Тейлор крепко держалась за его плечи. Сирены звучали так громко — Хиро видел мигающий синий свет, выезжающий из-за холма, десятки полицейских машин и других сил агентства, мчавшихся на место происшествия сломя голову. Наёмники прекратили стрелять, и несколько человек добрались до медицинского транспорта и открыли его двери. Затем они убежали прочь, прямо сквозь жужжащий рой. Машины помчались прочь, и визг шин просигнализировал о спешном отступлении. Копы последовали за грузовиками наёмников, большая часть роя сделала то же самое. Хиро ощутил, как тяжело ему становится дышать, боль начала потихоньку нарастать. Он чувствовал, как его качает, что фокус внимания рассеивается, и только то, что его магниты автоматически выполняли поставленную задачу, удерживало их в воздухе. — Опусти нас вниз, — услышал он голос Тейлор и не узнал его. Он посмотрел на неё. Её голос звучал напряжённо, почти пугающе тихо и спокойно. Он кивнул, опуская их обоих на землю и останавливаясь рядом с медицинским транспортом. Пустым транспортом. Он мог видеть тела, лежавшие на земле, шевелящиеся тела людей, которых Тейлор вывела из строя ещё в начале боя. Но также он видел и другие тела, те, которые не шевелились. Он застонал от боли, прислонившись к медицинской машине и медленно сползая по спинке вниз, чтобы передохнуть, пока Тейлор пыталась помочь ему опуститься медленнее и аккуратнее, встав после этого перед ним на колени и осматривая повреждения на его искорёженной, обугленной броне. Послышался топот ног, громкое топ-топ-топ по асфальту, и Хиро на мгновение задумался, а не вернулся ли Химера. Затем из-за угла вынырнул Васаби. Его визор потрескался, и на его броне Хиро видел парочку ожогов, но более тяжёлая модель костюма, чем его собственная, могла выдержать гораздо больше, и похоже, он не получил ни одного прямого повреждения. В отличие от него. — Ох, чувак, ты в порядке? — спросил он, сразу же начиная беспокоиться, словно курица-наседка. Хиро сглотнул, ощущая во рту металлический привкус крови. — Со мной всё будет в порядке… я смог продержаться. Но нам нужно нагнать их. Нам нужно вернуть Дрожь Земли, он… — Нет, мы не будем их преследовать, — глухо сказала Тейлор. Из-за маски увидеть выражение её лица не получалось. — Что ты имеешь в виду? — Я попросила лейтенанта и трёх его людей переместить его, когда поняла, что мы не сможем продержаться, — сказала она. — Во всей этой неразберихе, даже если они могли видеть сквозь рой, они, вероятно, были заняты тем, что вырубали наших агентов, а не следили за самим медицинским транспортом. Поэтому я просто отправила их перенести Дрожь Земли в грузовик, команду которого мы уже вырубили, — она мотнула головой куда-то в сторону от медицинского транспорта. — Он вон там. У них не было времени проверить весь остальной транспорт. Пока она говорила, её голос звучал до жути ровно, в той тщательной манере, которая показывала, насколько она себя контролировала. Он откинулся на спинку кресла, позволив себе обмякнуть от испытываемых чувств облегчения и изнеможения. — Ты злишься. Тейлор уставилась на него долгим, бесконечно долгим взглядом. — Больше никогда так не делай. Теперь её тщательно контролируемое спокойствие сменилось опасным шипением, от которого у него по спине поползли мурашки. Тем не менее, он смело встретил её пристальный взгляд. — Я бы не оставил тебя умирать. — Со мной всё было бы в порядке! Ты не можешь умереть из-за меня! — её голос зазвучал громче, она почти кричала. — Ты хоть представляешь, как я себя чувствовала! — А что, по-твоему, чувствовал я? — уколол он в ответ. — Я что, должен был просто наблюдать за тем, как ты пытаешься что-то делать? Наблюдать каждый раз, когда что-то случается, и думать, вернёшься ли ты в этот раз?! Думаешь, я хочу проходить через это снова? Прежде, чем он полностью осознал, что сказал, она протянула руки, схватив его за панели брони на груди — подтянув его к себе вперёд, она отшвырнула его обратно в медицинский транспорт, и сильно. — Моя жизнь не стоит твоей! — эти слова она действительно прокричала, словно что-то внутри неё, её эмоции, разрывали её на части. Затем чья-то рука легла на её руку, отрывая от груди Хиро. Он увидел, что Васаби поднял её на ноги, оттаскивая от него. Обычно невротичный и постоянно тревожный молодой человек отвлёк её внимание на себя, впервые на памяти Хиро выглядя строго и сердито. — Хватит! — прикрикнул он. Когда он повторил, он нахмурился ещё сильнее. — Хватит! Вбей уже эту мысль в свою чёртову голову — ты того стоишь! Я не знаю, где и когда тебе в голову пришла эта чёртова идея, что ты ничего не значишь, но ты много значишь для всех нас! А для него больше всех! И каждый раз, когда ты делаешь такие вещи, как… как когда обращаешься с нами так, будто нам должно быть на тебя наплевать, наплевать на то, как ты рискуешь собой… притворяешься, будто мы просто смиримся с твоей потерей, единственное, что ты делаешь, это говоришь всем нам, будто мы для тебя ничего не значим! Не наоборот! Он отпустил её. — Так что я предлагаю тебе хорошенько подумать и осознать, что ты всегда будешь важна для нас, и смотреть, как ты продолжаешь говорить, что это не так, становится утомительно. Доверие — не улица с односторонним движением. Хиро моргнул, уставившись на своего возвышавшегося над ним старшего товарища. Васаби, казалось, уже взял себя в руки, его собственное возмущение таяло с каждой секундой, прежде чем он неловко прочистил горло и снова обратил внимание на Хиро, опустившись перед ним на колени, чтобы проверить его повреждения. Хиро, переведя взгляд на Тейлор, видел, как она неподвижно замерла на месте. Он мог видеть, как подрагивают её руки, прижатые к бокам, как пальцы сжались в кулаки, и он испугался, что она вот-вот ударит Васаби, но вместо этого она подняла руки, чтобы вцепиться себе в волосы. Он услышал, как она сделала глубокий, прерывистый вдох, прежде чем отвернулась и зашагала прочь от них, не сказав ни слова и так и не оглянувшись.(X)
— Миссия провалена, сэр. Цели в транспортном средстве не обнаружилось. — Хмм, — звук, который издал Пол Годфри, сидя в своём кабинете и смотря новостные репортажи, крутящиеся на экране, был тихим и задумчивым. В некотором смысле, это была неудача. Разочарование. Дрожь Земли мог стать полезным инструментом. Но основная цель была достигнута, по крайней мере частично. Он всё ещё мог это использовать. — Продолжайте отступление, капитан. Оставьте машины в заранее оговорённых точках и постарайтесь залечь на дно. — Вас понял, сэр. Сэр, Химера начинает возвращаться к… нормальному состоянию. У вас будут приказы относительно него? Вопрос повис в воздухе. — Дайте мне с ним поговорить, капитан, — Годфри сделал глубокую затяжку, тлеющий огонёк сигары ярко вспыхнул в отражении экрана. — Да, с.. ох, ЧЁРТ! Раздался визг шин и звук столкновения, далёкий и приглушённый. Годфри выпрямился в кресле. — Что случилось?! — Перед нами внезапно выскочили дорожные баррикады. Без предупреждения. Четвёртый и седьмой грузовики врезались прямо в в них. Они не могут двигаться вперёд, придётся сворачивать на объездную дорогу. Годфри на мгновение замер, обдумывая услышанное. — Держитесь подальше от города, капитан. У меня такое чувство, что в границах города они могут использовать ещё больше баррикад. — Понял вас, сэр… сейчас дам вам поговорить с фриком… извините. Я немного взвинчен. Больше от капитана он не услышал ни слова, вместо этого Годфри услышал треск статических помех и пару секунд тишины, после чего та прервалась. Голос, донёсшийся с того конца трубки, звучал грубо, скрипуче и… мокро, как будто его собеседник только что отплёвывался от крови, прежде чем заговорить. — Да? — Химера, — протянул Годфри. — Вижу, что всё пошло не по плану. — Твоего домашнего питомца, играющего с грязью, у нас нет, так что да, всё пошло не по плану. — Понятно, — он откинулся на спинку своего стула. — Однако независимо от того, что миссия провалилась, я оплачу этот заказ. Вы можете уйти после него, если пожелаете. Эти слова дались ему легко. Так будет лучше. Проще… — Ты шутишь? Да я готов к следующему бою! Теперь настала очередь удивляться уже ему. Годфри открыл глаза, приподняв в удивлении одну бровь. — Кажется, ты… в восторге от этой перспективы. — Я не так уж много делал со своей силой, старик. Только простые вещи. Но сегодня… сегодня я узнал о таком дерьме, о наличии которого я даже не подозревал, я чувствовал, что становлюсь сильнее. Каждый раз, когда они нападали на меня, я становился больше и круче, без каких-либо ограничений. Так что да. Следующая работа, где нужно будет выступить против Шестёрки. Я в деле! — он закончил говорить с влажным, глухим кашлем, закончившимся мокрым звуком, который, как мог предположить Годфри, означал, что он сплюнул сгусток крови. Годфри недоумённо заморгал. Кажется, что в конце концов этот опасный и юный элемент не потребуется устранять. Или даже… убеждать. — Понимаю… тогда с вами обязательно свяжутся снова. Оправляйтесь от своих травм. Следующую работу предстоит выполнить весьма скоро. Он не стал ждать его ответа, захлопнув телефон и с тихим стуком положив на стол. Что было ещё более важным, теперь ему были доступны новые данные. Он был рад, что смог собрать столько информации о Шестёрке, сколько получилось, плюс, он также прощупал возможности Королевы Улья. Как оказалось, её способность уничтожать обычные, не экипированные сплошной защитой войска, была чем-то, что он серьёзно недооценил. Он ожидал, что она сможет вывести из строя дюжину, самое большее две дюжины его людей, но сорок человек, полностью экипированных и испытанных боем… Нет, этого он, конечно же, не ожидал, и полностью герметичная защита была рассчитана на противостояние с более опасным биологическим оружием Госпожи Химии. В итоге получилось, что броня оказалась вдвойне эффективнее, спасая его людей от нападения смертоносного роя. Фактически, единственное, что он предпринял против конкретно этого то ли постоянного, то ли нет, члена Шестёрки, это снабдил своих людей визуальным оборудованием. Использование Королевой Улья роёв насекомых было её хорошо известным приёмом, и он видел достаточно записей, чтобы убедиться в том, насколько они могут запутывать противника, поскольку часто на несколько мгновений собирались в расплывчатые фигуры из хлопающих крыльев и ползающих ног, а он не мог позволить своим людям растеряться на поле боя. Они должны были видеть, в кого они стреляют. Как бы то ни было, без Дрожи Земли некоторые его проекты, безусловно, будут продвигаться гораздо медленнее. И учитывая, как выступили герои, имея в составе едва ли треть своих членов команды, похоже, ему нужно было привлечь на свою сторону больше плюс-человеческих ресурсов помимо Химеры, несмотря на проявленный им только что энтузиазм. Взгляд Годфри упал на отложенный мобильный телефон. Кажется, у него была парочка контактов, к которым он мог бы за этим обратиться…(X)
— Но с вами всё в порядке? — продолжала она настойчиво спрашивать. — У нас всё в порядке, мисс Кей. Хиро немного пострадал, но он сказал, что завтра первым же делом встретится с вами. Кэсс прикусила нижнюю губу. Она запоздала с просмотром новостей об эскорте, и посмотрела запись с битвой довольно поздно. Но выглядело всё это как самое большое, самое крупное столкновение из всех, что выпадали на долю команды. Тейлор была там, напомнила она себе. Если Тейлор была там, то с Хиро точно всё должно было быть в порядке. Она была взволнована, услышав о том, что его «побили», но если он собирался завтра первым же делом заглянуть к ней, то наверное, он и не очень сильно пострадал. — Но почему он не может поговорить со мной сейчас? — Обезболивающие. Он может попробовать, если вы действительно хотите его услышать, но говорить он будет как пьяный… Кэсс потёрла лоб, пытаясь вспомнить, почему всего пару дней назад она считала, что у неё всё в порядке с этой их деятельностью. Оглядываясь назад, считать так было глупо. Она сделала глубокий вдох, заставляя себя сохранять спокойствие, прежде чем медленно кивнуть самой себе. — Первым делом, хорошо. Если я не увижу его завтра до десяти, я поеду к Фреду домой, на базу или куда там ещё. Я знаю, где он живёт. — Поняла, мисс Кей, я сама привезу его к вам, если потребуется. — Спасибо, Лейко. Она повесила трубку, сгорбившись на месте, прежде чем пропустить через волосы пальцы, с силой массажируя кожу головы. Пекарня была закрыта, солнце уже опускалось за горизонт, оранжевое пламя горело в небе, по краям отдавая фиолетовым цветом ночи. Последние солнечные лучи заливали кафе красноватым светом, и Кэсс заставила себя встать, чтобы начать уборку сегодня и подготовить заведение к завтрашнему рабочему дню. Работа, которая обычно была самым простым способом собраться с мыслями и настроиться на отдых после долгого рабочего дня, не приносила того же ощущения уюта, что и раньше — беспокойство сковывало её внутренности, заставляя тревогу нарастать с каждой новой случайной мыслью. Ножка стула, который она в это время ставила на столик, внезапно переломилась в её слишком крепкой хватке, словно зубочистка. Внезапный громкий треск дерева заставил её подпрыгнуть на месте, всё ещё держа в руке половинку ножки. — Оууу, — простонала Кэсс сквозь зубы, проглатывая проклятья, когда слёзы разочарования грозились вот-вот потечь по её щекам. Она поставила стул на место, положив рядом с ним обломок деревянной ножки, с чуть большей силой, чем, вероятно, ей следовало приложить к этому действию. Она сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться. С ним всё в порядке. С ним всё в порядке. Ты знала, что он может пораниться на этой работе, но с ним всё в порядке. Он увидится с тобой завтра. Они бы не сказали бы тебе, что с ним всё в порядке, если бы это было не так. Бэймакс не стал бы тебе лгать. Она покинула главный зал, возвращаясь на кухню и размышляя, сможет ли она что-нибудь сделать, чтобы спасти стул. Кэсс удивилась, когда спустя несколько секунд после того, как она начала рыться в ящике с инструментами и хозяйственными мелочами, услышала, как кто-то громко и настойчиво зазвонил в звонок на кассовой стойке. Разве она не заперла двери?! — Мы закрыты! — нервно крикнула она с кухни. Ответа не последовало, и волоски на её руках встали дыбом, когда нервы и страх защекотались на задворках её сознания. Потом она вспомнила… теперь она была способна без труда поднять над собой городской автобус. Нервозность отступила, и она выпрямилась во весь рост, вытирая руки о фартук, прежде чем пройти к выходу из кухни. Она толкнула дверь, выходя к стойке кассира. — Мне жаль, но мы уже… хах? Тейлор? На другой стороне стойки была Тейлор, в синей джинсовой куртке, наброшенной поверх тёмной шёлковой рубашки, в которой Кэсс смутно узнавала верх её костюма. Её маска была снята, перчатки тоже, так что теперь она выглядела просто как кто-то, слишком рано начавший одеваться по-зимнему, а не как печально известная Королева Улья. Тейлор горбилась так, будто на её плечах лежал тяжёлый груз. Её взгляд метался из стороны в сторону, как будто она быстро что-то читала или видела что-то в отражении кассовой стойки. Кэсс медленно, нерешительно выступила вперёд. На краткое мгновение ей показалось, что она приближается к загнанному в угол опасному животному. — Тэй? Милая? Ты в порядке? При звуке её голоса взгляд Тейлор поднялся на неё, и Кэсс увидела, как покраснели белки её глаз. Она не плакала. Но было ясно, особенно для Кэсс, насколько она была к этому близка. — Я этого не стою, — пробормотала девушка. Кэсс моргнула, сбитая с толку и неуверенная, о чём та говорила. Однако прежде, чем она успела спросить, следующие слова Тейлор выбили воздух у неё из лёгких. — Я убила её. Тейлор говорила это ровным, холодным тоном, смотря прямо в глаза Кэсс, и каким-то образом женщина поняла, что она говорила правду. — Вот откуда я знаю твою силу, — продолжила Тейлор. — Я знаю её, потому что убила последнюю женщину, у которой она была, — взгляд Тейлор метнулся вверх. За этими словами что-то скрывалось. Что-то трескалось, ломалось. Впервые с тех пор, как Кэсс познакомилась с Тейлор, та казалась такой потерянной… Кэсс снова шагнула вперёд, сокращая оставшееся между ними расстояние, вплотную встав к кассовой стойке. — Тей, милая, что случилось? Поговори со мной, я не понимаю, что ты имеешь в виду… — Я отправила насекомых прямо ей в горло, — сказала Тейлор. Её глаза снова забегали из стороны в сторону, она не видела Кэсс, её мысли устремились куда-то далеко. — В её лёгкие. Пауки плели паутину в её лёгких. Она не могла дышать, она пыталась улететь прочь, но было уже слишком поздно, — её пальцы выводили по столешнице круги, ногти мягко скользили по стеклу. — Она была моим героем, когда я была маленькой. Кэсс содрогнулась от образов, пришедших ей на ум, испытывая отвращение от мысли о том, что жуки, которыми управляла Тейлор, могли… сделать это с ней. Но почему она рассказывала ей об этом, почему… вот так? Что изменилось, что заставило её отбросить молчание в сторону и начать… делать это, чем бы оно ни было? Рассеянность и апатия сменились гневом и сосредоточенностью, которые Кэсс уже видела в Тейлор раньше, и холодной яростью, которую она ещё не видела. — И она была не единственной, кого я убила, — её руки сжались в кулаки, и Кэсс услышала, как застонал металл протеза от слишком сильного давления. Кэсс чувствовала себя так, будто ей начали рассказывать историю с середины, не дав времени узнать начало. Только благодаря способностям, которые дарила ей её сила, она чувствовала, как сохраняет спокойствие и извлекает информацию из бессвязной речи Тейлор, помимо жуткого описания того, как она убила её… предшественницу. — Он этого не понимает, — Тейлор крепко зажмурилась, прорычав эти слова. — Или просто предпочитает игнорировать это. Хиро. Она говорила о Хиро. Кэсс снова перебрала в уме всё сказанное, использовав всё, что она узнала после просмотров стольких записей боёв. Пыталась быстро собрать воедино целую картинку, чтобы вникнуть в суть разговора. Она наконец-то сдвинулась с места, обойдя прилавок и приблизившись к Тейлор, которая наблюдала за ней с этой непривычной настороженностью, которую Кэсс никогда не видела за всё время их знакомства. Это заставило Кэсс немного поколебаться, но всё же она протянула руку, мягко взяла её за ладонь и потянула к одному из ещё неубранных столиков. Когда они сели, обострённое восприятие Кэсс уловило то, что в противном случае она бы не заметила. Скованность движений, дрожь, которая могла проявиться только из-за боли и истощения. — Ты ранена! — ошеломлённо воскликнула Кэсс. — Это неважно, — покачала головой Тейлор. — Чёрта с два, это не так. Кэсс заставила её сидеть на месте, пока быстро сбегала на кухню, где хранила аптечку первой помощи. Вернувшись, она обнаружила, что Тейлор всё ещё была там, где она её оставила. Она подтащила стул поближе, его ножки противно заскрежетали по полу, и после Кэсс смерила Тейлор требовательным взглядом. — Где? Тейлор сбросила куртку, и Кэсс увидела её рану на плече. Шёлк был сожжён, кожа под ним выглядела раздражённой и покрасневшей, и образовала плёнку из того, что Кэсс приняла за гной. Она поморщилась, потянувшись за аптечкой и вытаскивая оттуда всё, чем пользовалась каждый раз, когда случайно обжигалась при готовке. Но это всё были мелкие ранки, которые можно было обработать на месте, а не… вот это. Должна ли она отвезти Тейлор в больницу? Перво-наперво следовало обработать рану, и дальше уже плясать от этого… она не знала, почему Тейлор до сих пор не свалилась с ног из-за мучительной боли в этой ране. Промокая ожог куском чистой ткани, Кэсс заговорила. — В прошлый раз ты говорила… что это долгая история. Я думаю, что сегодня ты пришла сюда, чтобы рассказать её. Тейлор не смотрела на неё, не вздрогнула даже тогда, когда рану протирали и давили на неё. Какой же высокий у неё был болевой порог? — Хиро не нашёл меня в одном из тёмных переулков рядом с Крейтек, Кэсс, — медленно сказала Тейлор, опустив взгляд. — И меня не подстрелил какой-то грабитель. Я принимала непосредственное участие в инциденте с Крейтеком. Хиро вытащил меня откуда-то из… пространства между мирами. Это… на самом деле имело гораздо больше смысла. Множество слов, словно кусочки головоломки, которые ранее она никак не могла объяснить, внезапно встали на свои места. То, как много она знала, её очевидный опыт в использовании своих сил и в драках против других людей-плюс. Собственная сила Кэсс, которую она узнала. Теперь Тейлор, наконец, подняла голову, встретившись с Кэсс взглядом, который, казалось, пронзил взрослую женщину насквозь. — Я контролировала не жуков, когда меня подстрелили, — сказала она. — Я была не Королевой Улья. Меня называли Хепри. Я контролировала людей, Кэсс. Использовала их точно также, как я использую сейчас своих насекомых. Сотни, тысячи людей. Миллиарды. Я бросала их на линию огня просто чтобы выиграть время. Кэсс ощутила, как громко заколотилось сердце от взгляда Тейлор. Просящего, требовательного взгляда. — Я была монстром, Кэсс, — её голос сорвался, но она всё равно не заплакала, и это разбило Кэсс сердце. — И сражалась с монстрами. И внезапно, вот так, глядя на неё, Кэсс поняла. Тейлор пришла сюда не для того, чтобы рассказать историю. Она пришла сюда не из-за битвы… не из-за недавнего столкновения со злодеями, или… возможно, не из-за состояния Хиро. Она пришла сюда в поисках чего-то простого. Чего-то, что Кэсс с её положением в жизни Тейлор, могла бы ей дать. Она пришла сюда в поисках Осуждения. Тейлор уже осудила саму себя, она уже приняла решение о том, кем она была… и чего стоила её жизнь. Я этого не стою. И теперь всё, чего она хотела, это чтобы Кэсс сказала ей, что она была права. — И он просто, блядь, не видит этого. Он просто думает, что… Тейлор осеклась на полуслове. Кэсс подалась вперёд и крепко обняла Тейлор, прежде чем та успела пошевелиться или как-то отреагировать. Сжала эту проблемную, молодую девушку в нежных, но крепких объятиях. Она крепко обняла её и почувствовала шок Тейлор. Почувствовала, как она напряглась, почувствовала как та затряслась и уронила голову ей на грудь, пока продолжала бороться со слезами. Когда ты в последний раз позволяла себе плакать, милая? — подумала Кэсс. Руки Тейлор взметнулись вверх, обнимая Кэсс, сжимая горстями ткань рубашки на её спине внезапной, отчаянной хваткой. Тейлор икнула, и её дыхание стало прерывистым и сдавленным. И наконец, как будто невозможное давление наконец-то пробило трещины в её броне, потекли и слёзы. Кэсс не отпускала её ещё очень долгое и долгое время.
