Salvation from loneliness

      Лес очень красив летом, когда он в самом расцвете. Под большими кронами можно было спрятаться от палящего солнца. Среди стволов гулял прохладный ветерок, смешно ероша волосы, полы чёрного кимоно и такого же цвета рубашки лесного духа. — Хэй, ветерок, ты сегодня какой-то игривый, — рассмеялся брюнет, мотнув пару раз головой. — М? Кто-то снова забрёл в лес?       Идя за ветерком, дух щёлкнул пальцами. Избегая просветы, он немного выглянул из-за дерева. Плачущий ребёнок озирался по сторонам, шмыгая носом и держа в руках палку. Вздохнув, брюнет вышел к нему и слегка улыбнулся, сев на корточки и наклонив голову в бок. — Сестрёнка, — шмыгнул ребёнок, подходя к духу, — помоги, пожалуйста! Я… я… — Потерялся? — парень улыбнулся шире, поднявшись и придержав палку сверху. — Я проведу.       Ребёнок быстро закивал и попытался прижаться ближе к духу, но, внезапно появившийся, ветерок помешал этому, аккуратно оттолкнув подальше. Ребёнок рассмеялся и попытался так сделать ещё раз. И снова ветерок, потрепав его по волосам, оттолкнул. Когда к ребёнку накатила усталость от пережитого страха и активных игр, пришлось следить за тем, чтобы он не упал. — Сестрёнка, ещё долго? — зевнул мальчик, прикрыв рот свободной рукой. Ветерок потрепал обоих по волосам, задев серёжку духа в виде песочных часов. — Немножко осталось, — дух взглянул на ребёнка и улыбнулся, передавая немного сил. Песок и глаза незаметно блеснули и мальчик, поморгав, сам потянул духа за палку вперёд. — Ты умеешь разговаривать с ветерком? — мальчик обернулся и, дождавшись кивка, улыбнулся шире. — Ты дух этого леса, сестрёнка? Мне родители много рассказывали! Говорили, что ты злая, но ты такая добрая! — дух прищурился, сжав палку сильнее. — Я им всё расскажу!       Парень усмехнулся, аккуратно убрав ветки с дороги, закусил щёку изнутри и повернулся к мальчику. — Ой, это мама и папа! — похлопал в ладошки ребёнок, выпустив палку из руки. Дух щёлкнул пальцами и мальчик побежал к родителям.       Выдохнув, брюнет зашёл обратно в лес и подошёл к дереву с поломанной веткой. — Он не со зла, — улыбнулся дух, приставив ветку по сколам и приложив другую руку на стык. Глаза и песок в серёжке засветились чуть сильнее, чем в прошлый раз. Прикрыв глаза на пару мгновений и потом открыв их, парень осмотрел ветку. — Видишь? Как будто ничего и не было. Знаю, знаю. Поболит немного и пройдёт. Я не смогу уменьшить её, знаешь же. Я пока не настолько силён.       Затянув пояс сзади на чёрном кимоно сильнее, дух направился обратно, периодически общаясь с ветерком и деревьями. Смеясь с их чудны́х историй, парень приваливался к стволам деревьев, хватаясь за живот. Ветерок продолжал нашёптывать забавные праздники и истории с них, деревья гудели про детей, вечно играющих у леса и боящихся сюда зайти из-за наказа родителей, и взрослых, работающих в поле. Вытерев выступившие слёзы и отдышавшись, дух пошёл на свою поляну, где любил коротать время за чем угодно.

***

      После того, как дух отвёл мальчика обратно, его сжирало одиночество. Лира, испещрённая множеством разных завитушек, не отвлекала. Ветерок и деревья, пытающиеся подбадривать своего хранителя, сдались под вечер. Взглянув на цветы, которые были повсюду, дух слегка улыбнулся и встал. Взяв музыкальный инструмент с собой, он пошёл вглубь леса, ещё дальше того места, где он нашёл напуганного мальчишку. Вдруг ветерок начал быстро нашёптывать то, что увидел впереди. Мужчина или парень, он не разобрал, уж очень спешил, со смуглой кожей и белыми волосами. Дух нахмурился, усмехнувшись. Ещё один грешник забрёл на его землю. Что ж, он поможет ему выбраться. Аккуратно выглянув из-за деревьев и тихо щёлкнув пальцами свободной руки, он вышел к парню, улыбаясь и всё также держа лиру в руке. — Заблудился? — дух вышел в лунный свет, пробивающийся сквозь деревья. — Я могу помочь тебе выбраться. — Я думал, что в таких лесах должны заманивать куда-либо девушки, — усмехнулся парень, поправив рукава белой длинной рубашки. Она была расстёгнута и заправлена в мешковатые белые штаны. — Э? — рассеянно поморгал дух, сжав лиру сильнее. — Я и должен в твоих глазах быть девушкой, — он нахмурился, оглядывая незнакомца с ног до головы. — Кто ты и зачем пожаловал в мой лес? Если пришёл за какой-то выгодой, то даже не надейся. Сломаешь что-нибудь и из тебя выйдет чу́дное удобрение для моего леса. — Уже не такой приветливый, — улыбнулся незнакомец, подойдя ближе. — Такие кимоно давно никто не носит… — Мне не нужна людская мода, — хмыкнул дух, сложив руки на груди и перебив человека. — У духов же есть имена? Как зовут тебя? — незнакомец приблизился ещё на пару шагов ближе. — Какое тебе дело, грешник? — почти рыком ответил дух, отступая на пару шагов назад. Человек рассеянно поморгал, остановился, сложив руки на груди и нахмурившись, и посмотрел в глаза духу. Брюнет распрямился и посмотрел в ответ. Человек знает лесных духов и их способности. Это не пугает, даже смешит в какой-то степени. Он пришёл на верную смерть, если догадки духа окажутся правдивыми. Глаза и песок засветились голубым, озаряя маленькую полянку. Когда свет потух, то брюнет зажмурился, опустив голову вниз. — Меня зовут Ной, — человек позабавился с реакции духа. — А тебя? — Ванитас, — хмыкнул дух, поднимая голову и начиная разглядывать незнакомца. — Так что тебе тут нужно, Ной? В лесу нет ничего, что может привлечь таких, как вы. — Таких как мы? — усмехнулся Ной, подойдя ближе. — Меня в этот лес тянет давно, вот и пришёл. Хочу найти причину. — Для этого не обязательно приближаться ко мне, — Ванитас прижал к груди лиру, уткнувшись в дерево. Песок в серёжке начал поблёскивать. — Дух боится? Удивительное зрелище. — Боюсь, что если я умру, то лес останется без хранителя, идиот, — брюнет хмыкнул и ткнул длинным ногтем в лоб человека, тут же резко убирая её за спину. Глаза блеснули. Закрыв их и помотав головой из стороны в сторону, дух направился на свою поляну. — Так уж и быть. Попробуем найти.       Человек благодарно улыбнулся. Ванитас этого, конечно же, не видел, но ветерок и деревья смеялись с красного от смущения лица хранителя, когда нашептали ему об этом. Что-то пробурчав, дух начал отмахиваться от ветерка и его нашёптываний. Вернувшись на полянку, Ванитас позволил себе облегчённо выдохнуть и сесть на траву, положив лиру на колени. Ной сел рядом, соприкоснувшись ладонью с бедром духа. Тот, вытаращив глаза в землю, слегка отодвинулся и начал перебирать струны, чтобы хоть чем-то себя занять. — С чего начнём? — успокоившись, брюнет поднял глаза на человека, отложив лиру. — Подумай к чему тянет сильнее и лес сможет помочь. — Я не знаю с чего начать, — выдохнул Ной, повернувшись всем телом к хранителю. Тот насупился, надув губы, и, помедлив, тоже повернулся. — Поможешь? — Не очень-то ты вежлив с хранителем, — нахмурился тот, но, усмехнувшись, сразу расслабился. — Помогу. Это моя работа, — он кивнул и, призакрыв глаза, резко взял человека за ладони.       Было непривычно трогать что-то кроме деревьев, травы и лиры. Особенно было странно трогать человека… не проходя через него. Тёплого, даже в какой-то степени горячего, не пытающегося убежать подальше. Тот наоборот сжимает ладони духа сильнее. Глаза и песок в серёжке периодически мерцают, что начинает раздражать хранителя. До этого они светились только при магии, каких-то сильных отрицательных эмоциях и убийствах. Ванитас не мог понять, что сейчас случилось с ним или его магией. Проморгавшись, дух попытался убрать руки, но человек схватил крепко, не желая отпускать. — Я не могу понять, — после минутного молчания помотал головой Ванитас. — Не вижу… Не вижу то, что тебя связывает с лесом и почему тебя так сюда тянет. Слушай, может ты пришибленный? Ну да, ударился головой о ветку и теперь тебе кажется, что тебя тянет в лес, а это карма от дерева. — Карма от дерева? — почти смеясь, спросил Ной, подсев ближе. Сев в позу лотоса, он заключил чужие колени между своих. — Да и почему сразу пришибленный? Меня с детства всегда сюда тянуло. — Хм, — дух положил ладони на свои колени, слегка впившись длинными чёрными ногтями в них. — С детства, говоришь? — он закрыл глаза.

*

— Ну, что такое, ветерок? — раздражённо пробурчал дух, положив лиру на траву. — М? Ребёнок? Где он?       Хранитель встал и последовал за направлением ветра. Идти пришлось недалеко: ребёнок, видимо, забрёл слишком близко к «сердцу» леса. Прижавшись к дереву и слегка выглянув из-за него, брюнет увидел мальчика. Он увлечённо осматривал деревья и цветы вокруг. Ванитас аккуратно вышел из-за дерева, присев рядом с ребёнком. — Ты такой красивый, — улыбнулся мальчик, положив свою ладошку на чужую. — Хочу с тобой прогуляться.       Поморгав, дух рассмеялся. Этот мальчишка первый, кто увидел его не в облике прекрасной девушки, пытающейся вывести путников из леса, а в его настоящем. — Какая прелесть пришла ко мне, — промурчал Ванитас, погладив ребёнка по белым волосам. — Хорошо, пойдём погуляем, малыш.       Мальчик постоянно наступал на опавшие листья и ветки, нарушая тишину леса, в то время, как хранитель ступал спокойно, не спеша, не задевая лишнего и изредка поглядывая на весёлого ребёнка.

*

— Нет, ничего не помню, — пожал плечами Ванитас. — Ты точно пришибленный. Да ещё и с детства, оказывается. — Давай хотя бы прогуляемся по лесу? Может пойму, что я и правда пришибленный, — посмеялся Ной, растрепав волосы.       Хмыкнув, хранитель встал и, подойдя к деревьям, нахмурился и поманил за собой человека. Тот, ухмыльнувшись, пошёл за духом, постоянно наступая на ветки, нарушая тишину в лесу. Ванитас, закусив губу до крови, шёл мягко, будто летая. Прищурившись, он вытер кровь с губы и уткнулся лбом в дерево. Он человек. Не может быть такого. Жизнь не могла дать ему ещё больше страданий. Верно? — Тебе нехорошо? — спросил Ной, мягко положив руку на плечо брюнета. Тот дёрнулся, будто его ударили током и отскочил на пару шагов дальше, подняв лицо на человека. — У тебя губа в крови. И глаза слезятся. Аллергия? — Ха-ха!!! — рассмеялся Ванитас, снова вытерев кровь. — Аллергия?! У духа?! Ты точно пришибленный, — севшим голосом прошептал он, обхватив плечи дрожащими руками. — Ты так боишься принять истину? — усмехнулся человек. Ванитас, закусив губы, сел коленями на землю, уткнув взгляд в какую-то маленькую травинку. Ной сел перед ним, упрямо глядя тому в макушку, ожидая увидеть лицо и глаза, которые сейчас вместе с песком в серёжке мягко светились. — Я не связан с человеком, — прорычал он, вскинув голову и сталкиваясь взглядами с Ноем. — Я не связан с тобой. То что ты можешь меня трогать — лишь случайность. Ты не можешь быть моим соулмейтом. Я дух этого леса. Ты — человек, — прошипел он, сжимая дрожащие плечи сильнее. — Ванитас. Просто выслушай меня! Ты — моя судьба. Я — твоя. Почему ты не можешь принять это?! — Потому что ты человек, идиот, — прошептал спустя минутное молчание дух. — Все люди умрут когда-нибудь. Ты не исключение. Какой в этом смысл? Ты можешь попытаться найти девушку, создать с ней семью и умереть в один день. Со мной ты не сможешь ничего. Я дух… этого леса. Я не могу бросить его. Если я уйду, то он умрёт вместе со мной. Ты понимаешь это, Ной? — Я тебе говорил, чтобы ты уходил отсюда? — хмыкнул Ной, положив ладони на щёки Ванитаса, слегка потирая их большими пальцами. Дрожь начала утихать. — Я знаю, что вы взаимосвязаны. И я не собираюсь вас разделять. Я поселюсь в этой деревне и буду приходить к тебе… — Ты можешь стать грешником, — фыркнул хранитель, убрав чужие руки со своего лица и слегка отодвинувшись. — Моя задача, как хранителя и духа, — убивать их. Лишь безгрешные и дети являются исключениями. Очень мало безгрешников. Весь этот лес пропитан чужой кровью. Лес разрастается лишь потому, что люди не верят в легенды и лезут сюда, как мухи на говно, стараясь найти для себя выгоду. А потом прихожу я, — глаза засветились сильнее, уголки губ потянулись вверх, — и заманиваю их сюда или в самое сердце леса. Ты не слышал, как они кричат, когда я ломаю им кости или вытаскиваю сердце. В такие дни ветерок доносит до меня плач детей и треск огня. Люди вечно стараются сжечь мой лес. Думают, что тут обитает какой-то зверь. Они боятся, хотя сами вечно посылают самых тупых, чтобы разведать что да как тут. — Тогда я могу жить с тобой, если ты не веришь в то, что я останусь безгрешным, — Ной придвинулся к духу. — Исключено! — вскрикнул Ванитас, резко встав и облокотившись о дерево. — Я не позволю тебе разжигать костёр и тем более убивать животных в моём лесу! — Тогда я поселюсь в деревне и… — Да, да, — быстро закивал хранитель, подходя ближе к темноте. Ветка царапнула скулу, зажмурившись, брюнет закусил губы. — Поселишься в деревне. С этими людьми… И будешь жить спокойно… — Ванитас!!!       Зажмурившись, Ванитас побежал вглубь леса. Сил, чтобы убирать ветки, не было. Они царапали лицо и запястья, оставляя неглубокие порезы. Всё равно заживёт. Боль — лишь иллюзия для него.

***

— Ванитас… боже… — прохрипел Ной.       Ванитас, сидя у края речки и обхватив руками плечи, сжался, в желании испариться, провалиться сквозь землю. Человек сел рядом, закинув руку на плечо духа и уложив того головой к себе на колени. Положив одну руку ему на спину, а вторую на макушку, слегка сжимая чёрные волосы, Ной облегчённо выдохнул. Ванитас перевернулся лицом к небу, поджав искусанные губы. — Я боюсь, — хрипло прошептал Ванитас, взглянув в глаза Ною. — Боюсь, что ты станешь грешным… Боюсь, что мне придётся убить тебя. Боюсь, что меня слишком сильно тянет к тебе. Боюсь своих чувств. Боюсь себя. Я не знаю, что случится со мной, если люди решатся спалить мой лес. Я убью их. Но сойду с ума ещё до того, как увижу кого-то из них. — Ты мне не веришь, — вздохнул Ной, погладив духа по голове. — Я не позволю им спалить твой лес. Наоборот, надеюсь, что они начнут ухаживать за ним и оберегать. — А то меня одного не хватает, да, конечно, — Ванитас сел и насупился, повернув голову к Ною и запустив правую руку в воду, играя с ней и создавая маленькие волны. — Лес в чудесном состоянии, если ты не заметил. — Да, я вижу, — кивнул человек, взяв пальцами щёку духа и слегка оттянув её. — Но я имел в виду то, чтобы люди не совались в лес просто так. Ты мне веришь? Ванитас нахмурился и посмотрел в глаза человека. Прищурив глаза, дух тяжело вздохнул и прикусил губы. — Хорошо, — твёрдо сказал хранитель. — Если не сможешь их убедить, и они полезут в лес — я их убью. Помни это.       Ной рассмеялся и прильнул к искусанным губам Ванитаса.

***

      Конец лета продолжал радовать тёплым солнцем и в меру прохладным ветерком. Лес жил своей жизнью, разрастаясь благодаря новым побегам. Но это далеко не заслуга людей. Лес сам о себе заботился. Без помощи хранителя, конечно, не обошлось. И, на удивление, без помощи человека тоже. После их встречи лес запестрил цветами. Ветерок потрепал волосы духа, оповещая о новоприбывшем. Он слегка улыбнулся и, встав с венком из ромашек в руках, поправил свой. Встречать человека не требовалось, но ноги сами несли вперёд, чтобы поскорее увидеться. Ванитас спрятался за стволом дуба, выжидая гостя. Справа послышался хруст опавших листьев и веток. — Ты никогда не умел ходить тихо, — хмыкнул Ванитас, поворачиваясь к источнику звука. — А ты… — Что? — рассмеялся дух, положив венок на чужую макушку, и, привстав на носочки, поцеловал в нос. — Ты просто невыносим, — рассмеялся Ной, потрепав Ванитаса по волосам.