Дрянная связь

Хватит бурчать, староста

      У тебя едва не выпал телефон из руки. Ты резко развернулась и обнаружила, что за одну из дальних парт уселся какой-то парень, закинув ноги на стол. На его лице играла улыбка, но его не закрытый чёлкой жёлтый глаз чересчур пристально смотрел на тебя — от такого у тебя даже мурашки забегали по коже. Или всё-таки от того, что он только что произнёс опознавательную фразу, которая теперь исчезала с твоей руки?       Ты нахмурилась.       — Ханемия-кун?

***

      Тебе не нравилось быть старостой. Но последние несколько лет ты была вынуждена занимать этот пост. Ну, как вынуждена — просто мама посоветовала тебе проявить инициативу, чтобы приблизить день встречи с соулмейтом. А ты, глупая, прислушалась и теперь мучилась. Староста должна быть ответственной, коммуникабельной и хорошо учиться, и ты проигрывала по всем параметрам. Не то чтобы ты была хиккой-разгильдяйкой, погрязшей в плохих отметках, но и до идеала, конечно, не дотягивала. Ну в самом деле, какая из тебя староста?       Разбираться с проблемами одноклассников, как будто у тебя своих мало…       Последняя ступень средней школы — непростое время. Вступительные экзамены уже позади, но подготовка к переводным начинается уже в начале нового учебного года. Ты снова староста, снова в окружении подростков, нормальных и не очень. Слухи о том, что ты у себя всегда становишься «главной» уже давно распространились по школе, поэтому попасть в один класс с тобой — просто мечта, особенно для ленивых и безответственных. Тебя это и раздражало, и прельщало. Всё равно приятно иметь авторитет среди толпы школьников, а иногда это даже полезно.       И всё бы ничего, если бы в этом году в твой класс не определили Ханемию Казутору.       Проблемный мальчишка, который провёл два года в исправительной школе. Был осуждён за непредумышленное убийство и взлом с проникновением. О нём много чего говорили. Все знали, что он был частью Токийской Свастики и убил старшего брата их лидера. И вот теперь он вышел, и его вернули на учёбу. Но почему он должен был попасть именно в твой класс?!       Ханемия не явился в назначенный день, не забрал свои учебники, не отвечал на звонки директора. Это его проблема, не твоя. Но кого выставили крайней? Разумеется, тебя — ты же староста. И вот дирекция тебе строго наказала: разыскать Казутору и воззвать к остаткам его совести и здравого смысла. А каким уж образом ты будешь это делать, никого из взрослых не волнует. Разбирайся, милая, с этим янки-убийцей сама.       Но ты правда ума не могла приложить, где его искать. Ты пыталась найти его старых друзей из школы, но те уже давно свинтили с уроков. И ты не знала, куда они могли направиться. Где вообще ошивается хулиганье? В гаражах? На детских площадках? На промзоне?       Ты с унылым видом стирала иероглифы с доски после последнего урока истории и разговаривала по телефону с подругой, жаловалась ей на свою нелёгкую долю старосты. Затем подошла к большому окну и выглянула на улицу. Школьный двор почти опустел: твои одноклассники покинули учебное заведение ещё со звонком.       — И что ты думаешь делать? — спросила собеседница на том конце провода.       — Эх, — ты устало вздохнула, облокотившись о подоконник. — Не знаю. Я звонила ему домой, но его мама не знает, где он.       — Да уж, — посетовала твоя подруга, — одни проблемы с этими янки. У нас раньше мальчишки из Мёбиуса тусовались, а тут какие-то новые появились, Вальхалловцы. Надоели уже.       — Что, пристают? — участливо поинтересовалась ты.       — Да не то чтобы, — уклончиво ответила девушка. — Но посвистеть девочкам вслед любят. А ещё после них всё обплёванное и в окурках, на качели присесть противно!       — У нас хоть до такого не доходят, — ты безрадостно засмеялась и снова вздохнула. — Чёртов Ханемия… Ну серьёзно, где я его должна искать? Причём найти — это только полбеды, мне же наказали ему мозги промыть, чтобы он за ум взялся! Я что, похожа на психолога? Попросили бы кого-нибудь из сэмпаев, причём тут я вообще? Как будто мне делать больше нечего, кроме как возиться со всякими придур..!       — Хватит бурчать, староста.       От неожиданности ты едва не выронила телефон из руки. Резко развернувшись, ты увидела, что в самом конце кабинета, за дальней партой, устроился какой-то парень, закинув ноги на стол. Он был одет в чёрную школьную форму, а носки его обуви были окрашены в зелёный — значит, он твой одногодка. Но ты не могла припомнить его лицо.       У тебя закололо запястье неведущей руки, и ты, бросив короткий взгляд на оголённую кожу, заметила, как метка начала растворяться. Ну вот она и произошла, роковая встреча. А мальчик-то симпатичный. Странноватый, правда. Кто он?       Нахмурив брови, ты быстро бросила в трубку, что перезвонишь, и прервала звонок, а потом сделала предположение:       — Ханемия-кун? — а сама подумала: «Только бы не он, только бы не он, только бы не он!»       Улыбаясь, парень склонил голову набок, и его длинная серёжка покачнулась, звякнув, как колокольчик.       — Мне тут сказали, ты меня искала, — он поднялся на ноги и, засунув руки в карманы брюк, неспешно приблизился к тебе. — Так ты моя родственная душа? Какая прелесть. Рад познакомиться! — он встал напротив тебя, шире улыбнувшись.       Ты тоже слабо улыбнулась, разглядывая его. Волосы тёмные и длинные, с мелированными прядями, небрежно уложенные, а отросшая чёлка спадает на один глаз. На шее чёрная татуировка, довольно крупная, но воротник мешал рассмотреть рисунок. Рост средний, телосложение стройное, выражение лица приветливое. Так казалось, по крайней мере. Но его взгляд был чересчур пристальным и не самым дружелюбным. А осознание того, что перед тобой убийца, ни капли не помогало.       — Да, я искала тебя, Ханемия-кун. Вернее, не я, а…       Он перебил тебя:       — Можно просто Казутора.       Замешкавшись, ты кивнула, машинально сжав телефон в руке.       — Казутора, директор искал тебя, ты не отвечал на его звонки. Ты не пришёл сегодня на уроки, не забрал учебники. В чём дело?       Парень хмыкнул.       — Так тебя только это волнует? Ты, кажется, совсем не рада нашей встрече, — он обиженно надул губы и пожал плечами. — Не пришёл, потому что не захотел. Я не собираюсь ходить сюда, можешь так и передать директору.       Парень развернулся и направился в сторону выхода. Ты удивлённо моргнула и, бросившись за ним, схватила за рукав, останавливая.       — Казутора, ты не можешь вот так уйти! — возмутилась ты.       Ханемия оглянулся, посмотрел вниз, на твою руку, которую ты сразу же убрала от него, потом посмотрел тебе в глаза, приподняв брови.       — Почему нет?       — Потому что из-за тебя у меня будут проблемы.       Собеседник хмыкнул.       — Мне-то что?       Ты нахмурилась и сложила руки на груди.       — Ты должен мне помочь, хотя бы потому что мы соулмейты. Я не заставляю тебя ходить на уроки — просто забери чёртовы учебники и покажись директору!       — Вот как ты заговорила? Обратила внимание на то, что мы соулмейты? — он снова развернулся к тебе полностью и смерил холодным взглядом, при этом продолжая беззаботно улыбаться. — Манипулировать мной вздумала?       Ты испугалась его угрожающего тона и тут же опустила руки, глупо уставившись на него в ответ.       — Ты чего? Я же просто… — ты поджала губы и отвела взгляд в сторону.       Может, его обидело то, что ты ничего не сказала по поводу вашей связи? Очевидно, этот мальчишка не был соулмейтом твоей мечты, но если ты упомянешь об этом, сделаешь только хуже. А тебе нужно убедить его помочь тебе. Но ты никакая не манипуляторша, нет-нет! И вообще, в конце концов, ты делаешь это ради его же блага!       — Прости, что я никак не отреагировала, когда поняла, что мы с тобой родственные души, — снова заговорила ты, стыдливо опустив взгляд и обхватив себя одной рукой, принимая виноватый вид. — Просто у меня сейчас правда голова занята совсем другим. Из-за того, что ты не пришёл, директор отыгрывался на мне. А если ты продолжишь игнорировать его, мне и вовсе житья не дадут… — ты украдкой посмотрела на него. Парень больше не улыбался, но ему явно было интересно, что ты скажешь дальше. — Пойди мне навстречу, я очень тебя прошу. А потом… потом можем сходить на свидание и наконец нормально познакомиться. Хочешь?       Ханемия усмехнулся и потрепал себя по волосам, неловко улыбнувшись.       — Как складно ты поёшь, староста, я аж поверил тебе, — он кивнул. — Ну хорошо, я заберу книжки и забегу к старику, но перед этим мне кое-что понадобится от тебя.       Ты с подозрением прищурилась.       — И что же?       Улыбка собеседника стала шире, и он, засмеявшись, выставил перед собой руки.       — Воу, не смотри так на меня, староста! Тебе ничего не придётся делать, я просто хочу, чтобы ты сходила со мной в одно место, — твой взгляд стал более недоверчивым, и он вздохнул. — Ничего опасного для твоей жизни, честно! Ну же, мы с тобой соулмейты, разве могу я причинить тебе вред?       Доверять преступнику? Да грош цена его обещанию! Но с другой стороны, вы ведь правда родственные души, а для Казуторы, похоже, эта связь очень важна. Навряд ли бы он стал разбрасываться такими словами…       — Эй, — позвал парень, вырывая из мыслей, — как тебя зовут хоть, староста?       — Т/и, — представилась ты.       — Красивое имя, — Казутора резко подался вперёд, заглядывая тебе в глаза, и ты чуть пошатнулась. — Я не обижу тебя, Т/и. Ты мне веришь?       А ты бы, наверное, даже поверила. Если бы его взгляд не говорил об обратном. Он обидит тебя, если понадобится или если захочет. Но поскольку других вариантов у тебя, похоже, не было, придётся согласиться на его предложение. Однако ты будешь настороже и телефон держать при себе, чтобы в случае чего быстро набрать полицию. Или скорую…       — Хорошо, — серьёзно ответила ты, отбрасывая страх. — Веди меня, Казутора.       Он выпрямился, всё также улыбаясь, и махнул рукой, приглашая тебя следовать за ним.

***

      Ханемия уводил тебя всё дальше от центра, куда-то на окраину, в безлюдный квартал. Всё это время вы шли молча, и ты держалась чуть позади, много думая. Твой соулмейт не производил впечатление того самого страшного маньяка-убийцы, каким его описывали в слухах. Ты заметила, что он много улыбался, у него был спокойный голос, и выражение его лица было почти всегда приветливым. Но вот взгляд казался тяжёлым. К тому же, два года, проведённых в исправительном учреждении, наверняка не прошли для него бесследно…       — Мы пришли, — парень вдруг остановился, и ты чуть не столкнулась с ним. Подняв взгляд, ты прочитала вывеску:       — Игровой центр? — затем перевела взгляд на витрину с граффити, которое тут явно было лишним. — Вальхалла, — рисунок рядом с надписью изображал безголового ангела. Жуть.       Ничего не ответив, твой провожатый просто подошёл ближе к зданию и даже открыл для тебя входную дверь, пропуская вперёд. Сделав глубокий вдох, ты вошла внутрь. Тебя тут же обдало сигаретным дымом.       Внутри центра находилось много парней — ну прямо очень много. Они все были одеты в одинаковые белые куртки, на спинах которых был изображён тот самый безголовый ангел. Кто-то курил, кто-то пил, кто-то играл в ещё целые автоматы. Но стоило вам войти, как все сразу же отвлеклись от своих дел; особенно их внимание было приковано к тебе. Ты почувствовала себя неуютно и как-то инстинктивно стала держаться ближе к Казуторе, как к своему соулмейту, ища у него защиты. В ответ на такой жест Ханемия словно улыбнулся чуть теплее, взял тебя за руку и повёл за собой вглубь здания. Там на подобии сцены ты увидела, как на ноги встал какой-то удивительно высокий мальчишка, начёс которого делал его ещё выше.       — Казутора! — приветственно воскликнул он, раскинув руки в стороны. — Опаздываешь! А кого это ты к нам привёл? — золотистые глаза парня, почти такие же, как у твоего соулмейта, опустились на тебя.       — А это моя родственная душа, Т/и, — с некой гордостью представил тебя Ханемия. — Кстати, — он оглянулся из-за плеча и оглядел присутствующих, — кто её тронет — урою нахуй.       И это было сказано таким дружелюбным тоном и с всё с той же милой улыбочкой, что тебя передёрнуло от контраста. Ты перестала сжимать его руку, но он как будто даже не обратил на это внимание, всё ещё крепко держа твою ладонь. Казутора снова посмотрел на своего собеседника.       — Где твоя-то подружка, Ханма?       — Ай, — названный Ханма махнул рукой и хихикнул, — она как узнала, что ты пиздиться придёшь, так сразу домой попросилась. Пришлось отвезти, чтобы одна по улицам не шорохалась.       — Ой, какая жалость, — Ханемия воззрился на тебя, выпуская твою руку. — Ничего, в другой раз познакомитесь.       Ты нахмурилась. Услышанное тебя насторожило. Ты спрятала руки в карманы своей кофты.       — Может, уже объяснишь, зачем ты меня сюда привёл? — спросила ты, наблюдая, как парень зачем-то начал снимать с себя верх гакурана. Тут Ханма кинул ему белый свёрток, и ты распознала в нём форменную куртку Вальхаллы. Отбросив ненужную одежду, он переоделся.       — Это проверка, — произнёс Казутора.       — Что? — не поняла ты, недоумённо выгнув бровь. Он перестал улыбаться, теперь серьёзно глядя на тебя.       — Знаешь, меня всю жизнь предавали, Т/и, — он склонил голову набок. — И ты бы меня тоже предала, рано или поздно. Поэтому, сидя в заключении, я решил, что когда встречу свою родственную душу, сделаю так, чтобы она не смогла отказаться от меня…       Под твой удивлённый взгляд Ханемия прошёл в центр зала. Народ собрался вокруг вас, создавая подобие кольца. Ханма спрыгнул с возвышения и встал рядом с тобой, тоже глядя на парня с хитрой ухмылкой. Ты не понимала, что происходит. Тут от толпы отделился какой-то мальчишка с чёрными волосами, выше твоего соулмейта и шире в плечах. Он встал напротив него, а его лица не выражало абсолютно никаких эмоций.       А в следующий миг Казутору ударили.       Ты ахнула от неожиданности, прикрыв рот ладонью. Парни вокруг начали подбадривающе кричать и свистеть, когда двое противников сцепились. Ты в шоке смотрела, как с первых же секунд крупный противник начал теснить Ханемию, но потом… Казутора со всей силы вмазал рукой по лицу оппонента, да так, что сразу сбил его с ног! Он накинулся на него, весело смеясь, и продолжил наносить удары, в том числе ногами. Всё это сопровождалось улюлюканьем толпы. А ты не могла пошевелиться от ужаса, причём даже не известно, что пугало тебя больше: довольное лицо твоего соулмейта с широкой улыбкой, заляпанное брызгами крови, или кровожадность зрителей, которые находили веселье в происходящем.       Неожиданно ты поняла, что такими темпами Казутора мог не просто сделать из лежащего противника инвалида, он мог и вовсе… убить его.       — Остановите… — прошептала ты, подняв взгляд на Ханму. — Он же убьёт его!..       — Ты думаешь? — ухмылка парня стала шире, но он даже не посмотрел на тебя.       Ненормальный — они тут все ненормальные!       Недолго думая, ты полезла за телефоном во внутренний карман кофты. Нужно вызывать полицию и обязательно скорую! И чем скорее они прибудут, тем лучше.       Однако не успела ты нажать кнопку вызова, как вдруг у тебя легко выхватили телефон. Это был Ханма, который наконец обратил на тебя внимание. Он помахал гаджетом в своей руке и убрал телефон к себе.       — Отдам Казуторе, — сказал он. — А ты не отвлекайся.       «Психи, какие же они психи!»       Но не можешь же ты просто стоять и смотреть на это бесчинство? Должна же ты сделать хоть что-то! И хотя тебе было очень страшно, ты приказала себе взять себя в руки. Сжав руки в кулаки, ты подбежала к Казуторе и, схватив его за ворот куртки, стала оттаскивать, потянув на себя.       — Казутора, придурок, ты же его убьёшь! — прошипела ты сквозь стиснутые зубы, жмурясь от напряжения. Пускай совсем немного, но под твоим натиском парень правда стал отстраняться от своей жертвы. С него как будто спала пелена, и он всё-таки услышал тебя.       Из-за того что он резко перестал сопротивляться и начал вставать, ты не удержалась и отлетела назад, чуть не завалившись на спину. Юбка задралась, ты почувствовала оголённой кожей ног холодный и, безусловно, грязный пол. Скривившись, ты помотала головой и подняла глаза. Ханемия уже встал и оглянулся на тебя из-за плеча, прожигая взглядом, затем полностью развернулся и навис над тобой.       — Зачем. Ты. Влезла? — отчеканил он. — Ты мой соулмейт, не его. Какая тебе разница, что с ним будет?       Ты в шоке округлила глаза.       — Ты больной? Ты же чуть не убил его! — воскликнула ты, поднимаясь на ноги. — Я пойду в полицию. Ты опас… — но парень не дал тебе договорить. Он обхватил рукой твоё лицо, сжав щёки, и приблизился к тебе, заглядывая прямо в глаза.       — За-мол-чи, — по слогам произнёс он, легко улыбаясь. — Теперь ты — свидетельница преступления. Однако ты ничего не сделала, чтобы предотвратить это или вмешаться. А ты знала, что за бездействие тоже есть статья?       Ты нахмурила брови и попыталась ему ответить.       — Ты… ты ме-ня… — ты хотела напомнить Ханемии, что он сам привёл тебя сюда, а ты не знала, что он собирался делать.       — Что-что говоришь? Я тебя привёл сюда? — догадался парень. — Но силком тебя никто не тащил, ты пришла своими ножками. Не знала, что здесь будет происходить? А незнание не освобождает от ответственности, — его улыбка стала шире.       Нет, ну он точно ненормальный!       Ты больше не собираешься это терпеть. А если они и с тобой что-нибудь сделают? Ты должна сваливать отсюда как можно скорее. Плевать на телефон, который остался у Ханмы, тебе жизнь дороже! Отпихнув от себя соулмейта и его руку, ты в последний раз смерила его осуждающим взглядом, а затем бросилась бежать на выход. К счастью, никто не пытался тебя остановить.       Ты бежала целый квартал, пока наконец не оказалась среди людей. Лишь тогда ты смогла опуститься на ближайшую скамеечку и спокойно выдохнуть. Послала же тебе судьба в соулмейты малолетнего маньяка! И что теперь делать? Его слова про статью и бездействие напугали тебя. Кто поверит, что ты там оказалась случайно? Вальхалловцев ведь больше, они все скажут, что ты пришла туда сама и просто стояла смотрела, как того мальчишку бьют, а может, и вовсе скажут, что ты подстрекала свою родственную душу!       «Вдох — выдох, вдох — выдох…» — постепенно ты приходила в себя. Сейчас тебе нужно вернуться в школу за своими вещами и не попасться директору. Хватит с тебя на сегодня упоминаний о Ханемии. А потом… а потом ты что-нибудь придумаешь.       Ты обязательно что-нибудь придумаешь.

***

      Ночью тебе не спалось, и из-за этого ты проспала утром будильник и опоздала в школу. Забежав на двор уже со звонком, ты кое-как переобулась — у тебя всё валилось из рук — и побежала в свой кабинет. Благо, что твоя парта находилась в самом конце кабинета, у дверей. Шмыгнув в кабинет, ты села на своё место. Хорошо, хоть учебник был у тебя с собой в сумке, не нужно было лишний раз лезть в шкафчик.       Отдышавшись, ты поняла, что что-то было не так. Во-первых, учителя всё ещё не было в кабинете. Во-вторых, все твои одноклассники что-то активно обсуждали, шушукаясь. В третьих, соседнее с тобой место, которое до этого пустовало, оказалась занято. Повернув голову, ты столкнулась взглядом с… Ханемией. Парень мило улыбнулся тебе, звякнув серёжкой, и помахал рукой. Ты моргнула, отвернулась и уронила голову на парту. Час от часу не легче.       Кое-как отсидев первый урок, со звонком ты практически сразу убежала в уборную и просидела там почти всю перемену. После второго урока ты снова улизнула из класса. То же самое ты собиралась сделать и после третьего, а на большой перемене хотела смешаться с толпой и улизнуть куда-нибудь, чтобы Казутора тебя не заметил. Потому что знала, что он в школу пришёл не просто так. Ему нужна ты, либо он хочет убедиться, что ты не будешь болтать. Но тебе хватило вчерашнего, и больше оставаться наедине со своей родственной душой ты не собиралась.       Когда наконец прозвучал звонок на обед, все твои одноклассники бросились толпой на выход. В кабинете сейчас мало кто оставался — всем нравилось обедать на улице, пока погода была хорошая. А ты, хоть и сидела ближе всех к дверям, долго провозилась со своими тетрадками, поэтому оказалась оттиснута. И тут позади себя ты почувствовала чужое присутствие. Обернуться было страшно, но тебе это и не понадобилось: ауру Казуторы и навязчивый запах крови, который, казалось, въелся в его одежду, ты теперь легко могла узнать.       — На этот раз не убежишь, — произнёс он, положив тебе руку на плечи. Ты испуганно застыла, как зверушка в свете фар. — Это, кажется, твоё? — он помахал перед твоим лицом телефоном, который вчера отобрал Ханма.       Ты осторожно подняла руку, и парень вложил в неё устройство. Затем толкнул тебя в освободившийся проход и куда-то повёл. Ты прямо-таки ощущала на себе пристальные взгляды окружающих и слышала их перешёптывания. Все знали, кто такой Ханемия Казутора. И его «долгожданное» появление в школе вызвало настоящий фурор.       — Куда мы идём? — решилась ты спросить, когда вы стали подниматься вверх по лестнице.       — На крышу, — просто ответил он.       Когда вы вышли на улицу, на крыше никого не было. Дул лёгкий ветерок, небо было ясным, снизу слышались громкие голоса школьников. Казутора обошёл тебя и подбежал к ограждению.       — Знаешь, я больше люблю крыши без ограждений, — произнёс парень.       Ты не стала близко подходить к нему.       «Ну конечно, оттуда же сброситься проще…» — вслух ты, конечно, эту мысль не озвучила. — Чего ты хочешь, Казутора?       Ханемия оглянулся на тебя.       — Соскучился, — он повернулся к тебе лицом, пряча руки в карманы. — И потом, ты просила, чтобы я показался директору. А я сделал больше — отсидел уже почти все уроки. Разве я не заслужил поощрение от своей дорогой родственной души?       Ты недоумённо воззрилась на него.       — Какое ещё поощрение?       Парень улыбнулся шире и в несколько шагов преодолел между вами расстояние, встав напротив. Ты подняла на него взгляд, глядя почти исподлобья. Больше ты ему доверять не будешь.       — Хочу поцелуй в щёчку, — он указал пальцем на свою щёку, над которой красовалась родинка.       Ты покривила губы.       — Может, я тебе лучше газировку куплю?       — Не-а, — Казутора качнул головой, и его серёжка звякнула. — Один маленький поцелуй. Тебе правда так сложно сделать это? Я тебе настолько неприятен? Ты разбиваешь мне сердце, — он наигранно схватился за левую сторону груди, сделав вид, что ему больно.       Ты вздохнула, сдаваясь. В конце концов, это же просто поцелуй в щёку? Так уж и быть, он же всё-таки твой соулмейт, как-никак…       Поняв, что ты согласна, Ханемия перестал улыбаться и выжидающе уставился на тебя. Ещё раз тяжко вздохнув, ты зажмурилась, положила руки ему на надплечья, встала на носочки и потянулась губами к его лицу. Быстро чмокнула в щёку и уже хотела было отстраниться, как вдруг он обхватил тебя пальцами за подбородок и поцеловал.       Ты округлила глаза от удивления. Но, почувствовав, как чужой язык прошёлся по твоим губам, намереваясь раздвинуть их, чтобы проникнуть внутрь, тут же оттолкнула его от себя. Парень послушно отстранился, засмеявшись, глядя, как ты почти брезгливо утираешь рот тыльной стороной ладони. Его поцелуй несомненно смутил тебя, но возмущение пересиливало.       — Прости-прости, не удержался! — игриво ответил он, потрепав себя по волосам.       — Придурок, — буркнула ты и, развернувшись на каблуках, быстро пошла в сторону лестницы, намереваясь спуститься.       — Ты в столовую? — Казутора не собирался отпускать тебя просто так. — Я с тобой! Кстати, я люблю холодный чай с молоком, имей в виду.       — Спасибо, что сказал, а то как бы я жила без этой информации?! — огрызнулась ты. — Могу я хотя бы поесть в одиночестве?       — А я с тобой ещё не закончил, милая, — голос парня прозвучал ниже и холоднее, опаснее. — Есть к тебе дело.       Ещё немного, и тебя точно начнёт трясти от одного только его присутствия.       — Ну и?       — Тридцать первого октября у нас состоится бой с Тосвой. И я хочу, чтобы ты присутствовала при этом событии.       Ты презрительно фыркнула.       — Делать мне больше нечего…       Но тут Казутора снова обхватил тебя за плечи и неожиданно сильно впился пальцами в твою руку, сдавливая. Ты вздрогнула и дёрнулась, но не смогла отстраниться.       — Ты не поняла: это не просьба.       — Отпусти, мне больно, — прошипела ты. Выждав пару секунд, Ханемия всё-таки ослабил свою хватку.       — Извини, иногда я себя не контролирую, — он почти виновато улыбнулся, когда ты покосилась на него. — В общем, ничего не планируй на Хэллоуин, потому что этот день ты проведёшь со мной. Не волнуйся, ты там будешь не одна — Ханма свою девочку тоже приведёт.       — Ой как мне полегчало, — съязвила ты. — Так и скажите, что нашей смерти хотите.       Парень рассмеялся.       — Глупая. Я просто хочу, чтобы ты увидела триумф Вальхаллы над Тосвой.       — Хм, — ты отвернулась. — Не боишься, что я на вас полиции настучу?       С губ Казуторы снова сорвался смешок, правда какой-то невесёлый.       — Ты бы так не шутила, милая, — он наклонил голову набок, почти касаясь твоей макушки, — а то я могу неправильно понять, вспылить и сделать тебе больно. А я бы очень этого не хотел.       Ты побледнела. Это была не пустая угроза, и ты это знала. Ты уже видела, каким он может быть в драке, как легко его разозлить. И испытывать его гнев и силу на себе тебе как-то не прельщало.       — О, ты чего так напряглась-то? — удивился Ханемия, почувствовав, как ты вся сжалась рядом с ним. — Я тебя напугал? — ты промолчала, и он вздохнул. — Т/и, я же уже говорил, что не обижу тебя. Но и ты должна понимать, что у любого терпения есть предел. Я никогда не причиню тебе вред просто так. Ты веришь мне?       Не веришь. Но вслух пробурчала:       — Ага…

***

      Тридцать первое октября, которое позже обозвали Кровавым Хэллоуином — столкновение Вальхаллы и Тосвы закончилось убийством. Кто-то вызвал полицию, но практически все успели сбежать — ты, к счастью, тоже, вместе со своей новой знакомой, родственной душой Ханмы. Твой же соулмейт был задержан. Именно он был виноват в смерти своего друга.       После того случая ты сутки была сама не своя. Казутору снова отправят в тюрьму, но на этот раз срок будет серьёзным. А что будешь делать ты? Выдохнешь спокойно и забудёшь о нем или..?       Или. Да, Казутора был говнюком, засранцем, подонком. Но за то недолгое время, что вы провели вместе на уроках и после школы, ты успела привязаться к нему и даже узнать его получше. Он не всегда был таким — не всегда был убийцей. Просто так сложились обстоятельства. Ему нужна помощь, которую он вовремя не получил. Но в его случае ещё не поздно всё исправить!       Когда парня разрешили навестить, ты пришла к нему. И, кажется, Ханемия был удивлён, но рад видеть тебя. Правда, сначала ты вообще не знала, о чём с ним говорить. Посочувствовать? Пожелать удачи? Спросить, может, ему что-то нужно?..       — Я не думал, что ты придёшь, — первым начал разговор он, стыдливо опустив взгляд. — Знаю, я вёл себя с тобой как урод. Мне очень жаль. Прости меня, если сможешь.       Ты приподняла брови, разглядывая его. Почему-то ты была уверена, что он говорил искренне. Коротко улыбнувшись, ты ответила:       — Я не держу на тебя зла. И, если хочешь знать, я не откажусь от тебя и не брошу. На какой бы срок тебя ни посадили, я буду навещать тебя.       Казутора поднял на тебя глаза и просиял.       — Ты это серьёзно? Ты правда пойдёшь на это ради меня? — он отвёл взгляд. — Говорят, меня могут приговорить к десяти годам. Это большой срок. Но я вовсе не хочу ограничивать тебя, и я пойму, если ты захочешь найти себе…       Пока он говорил, ты нахмурилась, а на последних словах вообще перебила:       — Глупый, что ли? — он недоумённо посмотрел на тебя. Ты сложила руки на груди, избегая его взгляда. — Если бы я хотела себе нового парня найти, стала бы я к тебе приходить?       — Нового парня? — переспросил Ханемия. — Но мы ведь даже не встречались…       Ты поджала губы.       — Не цепляйся к словам. Ты же понял, что я хотела сказать.       Он удивлённо моргнул, а потом улыбнулся и мягко усмехнулся.       — Ты очень добрая, староста. Повезло мне с тобой.       Ты покачала головой.       — Да уж, повезло. Скажи спасибо, что я не послала тебя куда подальше и не наговорила лишнего на допросе.       Казутора кивнул и вполне серьёзно заявил:       — Я правда благодарен тебе. Спасибо.       В ответ ты лишь вздохнула.