Странный зверь

… У Малфоя всегда ужасно надменное лицо, когда он идет в нашу спальню, потому что он – сверху. И не имеет ни малейшего значения, что мой член в его заднице. Это он трахает меня, это я скулю, чтобы было сильнее, жестче, быстрее. Он часто говорит, чтобы я просто лег, расслабился и получал удовольствие. А я знаю, что это ловушка, что эти ядовито-серые глаза почернеют, и снова будут вытаскивать из меня душу. Удовольствие? О да, несомненно! Это же Малфой! Драко, который рано или поздно сведет меня с ума, Малфой! Я ложусь на спину, чаще совсем без ничего. Голый. Совсем голый перед ним. Порой даже со связанными над головой руками. Для него это высшая степень доверия, я знаю. А еще знаю, что его руки могу связать только я. Он не торопясь скидывает халат, обнажая жилистое, по-мальчишески стройное тело. Нет, он не безупречно красив, но у меня на него стоит так, как ни на кого и никогда. Взгляд с поволокой, капризно изогнутые губы, длинная шея, тонкие ключицы, такие хрупкие для мужчины, но такие подходящие ему. Довольно широкая грудь, с небольшими кораллово-розовыми сосками. Я знаю, он будет извиваться, если я сожму чувствительные горошинки губами или пальцами, будет стонать и задыхаться, если втяну их в рот, и шипеть, если легонько сожму зубами. Соски – одна из его самых эрогенных зон. И снова это так по-девчачьи, но так ему подходит. А еще ему нравится, когда я начинаю посасывать его нижнюю губу. Его стоны едва слышные, на грани выдоха, но для меня будто лезвием по нервам. Драко любит целоваться, хоть никогда в жизни в этом не признается. Когда он стонет мне в рот, растягивая себя пальцами, мне так чертовски трудно сдерживаться, чтобы не перевернуть его на спину, не развести острые коленки в стороны, не втиснуться между крепких бедер и не войти одним движением. Но он назначил правила игры, и я им следую. Почти всегда. Хотя… какие правила, если нам обоим хорошо? Он упирается ладонями мне в грудь и медленно опускается на мой член, он смотрит в глаза, а по его губам блуждает кривая и какая-то совершенно шальная улыбка. Его глаза прикрыты, но Драко наблюдает за мной из-под дрожащих ресниц. А когда мой член проходит по простате, он начинает дышать, открыв рот, хрипло и надсадно. - Драко… - Нет… подожди… Я стискиваю зубы до ломоты и жду. Наконец, он полностью опускается на мой член, а я понимаю, что не дышал, пока наблюдал за ним. Понимаю, по кружащимся перед глазами черным мошкам. Он приподнимается и снова опускается. Мы выдыхаем синхронно – он со стоном, а я с рыком… Драко делает круг бедрами, растягивая себя еще сильнее. Он трахает себя мной. Он – меня. - Драко… Он наклоняется к моему лицу, дергает кончик галстука, которым привязал мои запястья к изголовью, но не дает себя ни обнять, ни даже прикоснуться, он переплетает наши пальцы и начинает двигаться. Все жестче и жестче, сильнее, резче… Я хриплю его имя, он все так же улыбается, хотя улыбка больше похожа на оскал. Он всхлипывает, скулит, стонет, но не отпускает мои руки. Я могу только вскидывать бедра, упираясь пятками в матрас, чтобы хоть немного… хоть чуть-чуть ближе. Движения Драко становятся рваными и быстрыми, и я понимаю, что он кончит вот так, не дотрагиваясь до себя, просто от того, что я в нем, просто потому, что в нем именно я! - Д-давай… - выдыхает он, выгибаясь назад, опираясь на мои бедра ладонями и продолжая опускаться вверх-вниз. Я резко сажусь, впиваюсь поцелуем-укусом сначала в шею, а потом в сосок, я держу его за бедра, резко двигая своими. Я чувствую губами, телом, впившимися в плоть пальцами как Драко начинает мелко дрожать, а через несколько мгновений и моих фрикций кончает, сжимая пульсирующими стенками мой член. Он обмякает в моих руках и эта его послеоргазменная расслабленность и покорность вышибает из меня дух и остатки самоконтроля. Я кончаю, рыча и вбиваясь в него изо всех сил, он лишь тихо постанывает и цепляется за меня дрожащими от неги пальцами. А потом Драко лежит у меня на плече – пресыщенный, удовлетворенный, довольный. Он шагает пальцами по моей груди, целует солёную от пота кожу, он очень любит обводить контуры линий на моей ладони и молчать. Он прав: «Зачем нам слова? Все эти годы они только отдаляли нас друг от друга. Ничего не говори, просто чувствуй.» И я чувствую. Каждый раз с ним я чувствую, что он именно тот, с кем можно молчать, кто поймет без слов. Я испытываю к нему так много, что в банальное «люблю» это просто не поместится. Вообще, странный зверь – Драко Малфой. Очень странный. Нет, это не хорёк, хотя… Я, честно говоря, не большой специалист в них. Просто точно понял тогда, в наш самый первый раз, что Драко – это тот зверь, чтобы приручить которого нужно на него идти с голыми руками. Совсем без оружия, босым, раздетым и ладонями вверх, чтобы он видел, видел всего. Драко тот странный зверь, который перекусит любую сталь, отобьет любой выпад, сожжет взглядом и отравит ядом любого, кто вооружен. Против него. А когда так - голой кожей, открытыми ладонями, глядя в упор – яд не действует, зубы хоть и клацают, но останавливаются в миллиметре, злость утихает… Драко теряется, когда с ним так. Драко Малфой очень опасный, очень шипастый, очень ядовитый зверь. Но не со мной...