Снежки

Каждый новый выдох облачками пара растворялся в морозном воздухе, таком свежем и кристально-чистом. Фред поглубже нырнул в тёплый шарф, грея холодный кончик носа. Он наворачивал уже пятый круг, чтобы разогнать кровь по конечностям. Билли, может, и не отличался пунктуальностью, но сегодня задерживался непростительно долго для такой погоды. Наконец хруст снега, приминавшегося под ногами, заглушил радостный возглас быстро приближающегося парня, который остановился около Фреда и, уперевшись руками в бёдра, пытался отдышаться после своего забега. — Прости, — выдавил между частыми вдохами-выдохами Билли и улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой. — Дыши через нос. Горло застудишь, — сказал Фред, который вовсе и не собирался злиться на него. Даже если бы захотел, не смог. — Возникло столько непредвиденных обстоятельств, — продолжал Кид. — Зато я кое-что принёс тебе. Он выудил из нагрудного кармана ранее незамеченный Фредом цветок — ярко-красный тюльпан, резко выделяющийся на фоне снежной картины мира, будто застывшего в волшебном сне, невольно напоминая алую капельку крови на белом платке. — Где ты его нашёл? — удивлённо хлопнул глазами Порлок, принимая протянутый подарок. — Это неважно, считай, у меня свои источники. Фред, осмотрев нежный бутон, мягко улыбнулся и засунул стебелёк в карман пальто, прямо у самого сердца, сейчас бьющегося гораздо быстрее, чем каких-то пять минут назад. — Спасибо, — коротко поблагодарил юноша, но его серые глаза выражали гораздо больше чувств, и Билли не составило труда их прочитать. Довольно ухмыльнувшись, Кид взял Фреда за руку и потянул его вглубь парка. — Пойдем, пока мы тут не превратились в ледышки. Они шли по припорошенной снегом дорожке, разговаривая о всяких пустяках. Порлоку, на удивление, было так легко и интересно рядом с Билли, что на каждую прогулку он шёл с воодушевлением, зная, что его ждут несколько чудных часов. Вот и сегодня, не побоявшись мороза, выбрался на улицу, только бы вновь увидеть друга, сейчас активно жестикулирующего и притворно нахмурившегося в попытках спародировать непосредственного участника его рассказа. Фред, как уже было привычно, молчаливо слушал и кивал, пока Кид, решив, что слишком заговорился, не спросил, как прошёл его день. Правда, в нём до их встречи не было ничего примечательного, поэтому Порлок не стал углубляться в тоскливые подробности, желая вновь узнать какую-нибудь историю от своего друга, который мастерски умел преподносить их так, что они оживали в воображении со всеми мелкими деталями. — Как ты хочешь отпраздновать Рождество? — неожиданно спросил Билли, переключившись на другую тему. — Не знаю, — хмыкнул Фред. В последние три года этот праздник утратил свою значимость, лишь служил болезненным напоминанием утраченного. — Возможно, стоит устроить праздничный ужин. Ему нравилось, как в прошлом они собирались своей небольшой компанией, на несколько часов позволяя себе забыть о тяжкой ноше, тянущей их всё глубже в бездну, надевали связанные Альбертом свитеры с нелепыми узорами, от чего Моран возмущался, не желая поддерживать эту традицию, и ели приготовленные Льюисом сладости. Каждый подобный вечер Фред хранил в сердце, как самую ценную и притом самую хрупкую вещицу. — Я тоже так думаю, — согласился Билли. — Мне с вами очень нравится. И пусть я пока не понимаю всю глубину ваших отношений, мне бы хотелось в этом разобраться. Вы все такие разные, что друзья со стороны мистера Хвостика, что со стороны Уильяма-куна, но при этом чем-то очень похожи. Будто объединены одной нитью судьбы, как самая настоящая семья. Он издал фальшивый смешок на последнем слове, и Фред взволнованно повернулся в его сторону, прекрасно понимая, какая мысль закралась в голову юноши. — Ты тоже её часть, — сказал он, придавая голосу твёрдости. Билли напоминал Порлоку самого себя, когда поначалу он точно так же чувствовал себя чужим рядом с Мориарти. Кид мягко улыбнулся ему с благодарностью, сверкающей в его лазурных глазах. — Мне очень приятно это слышать. До поездки в Лондон его тревожила мысль, что он окажется здесь лишним, мешающим незнакомцем, хоть и отлично скрывал это за лучезарной улыбкой. Но в большой компании семейства Мориарти-Холмсов было так тепло и душевно, что юноша быстро смог адаптироваться и привыкнуть к новым людям, да к тому же обзавёлся таким замечательным другом. — Хорошо, тогда нужно со всеми это обсудить, — заключил Билли. Но тут его внимание привлекли играющие неподалёку брат с сестрой, которые лепили какую-то фигурку, судя по всему, бывшую снеговиком, в процессе обкидывая друг друга снегом. В глазах юноши заплясали весёлые искорки. — Идём-ка. Фреду ничего не оставалось, кроме как последовать за парнем, тянувшим его в неизвестном направлении. Вскоре они оказались на открытой местности с ещё нетронутым пластом снега — словно чистый лист бумаги, который непременно хотелось запятнать. Утопая в сугробах, Билли двинулся вперёд. — Пошли, — позвал он Фреда, всё ещё стоящего позади него и не решающегося сойти с места. Он догадывался, что задумал Кид, и сейчас активно размышлял, стоит ли ему принять участие в этой затее. Обернувшись по сторонам, Порлок отметил, что людей вокруг не было, только изредка можно было встретить спешащих по делам прохожих. Всё же жители Лондона не привыкли к таким резким морозам. Но его мысли испуганно разбежались по задворкам разума, когда в него прилетел снежок. Билли с улыбкой до ушей наблюдал за тем, что предпримет Порлок, и, когда он всё же направился в его сторону, быстро наклонился, чтобы сгрести снег в ладони, и попятился назад. Фред не помнил, чтобы когда-то играл в снежки. Друзей у него не имелось, да и не до игр было: зимой главное — найти, где согреться, какие уж там детские забавы. Но оказалось, что сминать в руках снег, формируя из него шарики, и обкидывать ими друг друга, весело, даже учитывая, что он далеко не ребёнок. Каждый снежок прилетал точно в цель — оба обладали отменной меткостью — и рассыпался на маленькие частички, которые порой залетали за воротник, заставляя съежиться от внезапного холода. Покрытые снегом с ног до головы, с широкими беззаботными улыбками, они потеряли счёт времени и уже не беспокоились об окружающем мире, полностью отдавшись своей игре. Быть может, кто-то из проходящих мимо, увидев двух резвящихся юношей, мог недовольно покачать головой, но им было откровенно всё равно на чужое мнение. — Всё-всё, я сдаюсь. Твоя взяла, — запыхано протараторил Билли, быстро втягивая воздух. С раскрасневшимся лицом и сверкающими снежинками в волосах, он невольно притягивал всё внимание Фреда. Такой яркий, жизнерадостный, красивый. Одним словом волшебный, будто сошедший со страниц детской книжки сказочный персонаж, открывающий своему другу чудеса мира. Порлок улыбнулся и отряхнул налипший на перчатки снег, но не успел он ещё прочувствовать весь триумф от победы, как в него прилетел снежок, припрятанный Билли, который теперь, звонко смеясь, убегал после своей шалости. Кто говорил, что они играют по-честному? Догнать парня было проще простого, и вскоре Билли заслуженно свалился в снег, впрочем, потянул вслед за собой и Фреда, оказавшегося так близко к лицу юноши, что их быстрое дыхание смешивалось. — Я победил, — сказал Фред, вглядываясь в чужие глаза с чёрными ресницами, за которые тоже зацепилась пара снежинок. — Да, теперь я полностью принимаю своё поражение, — согласился Билли и посмотрел на друга с такой теплотой, что у него на миг замерло сердце. Порлок перекатился на спину, освободив Билли от веса своего тела, и, прищурившись, взглянул на бледно-сероватое небо. — Мне жарко и холодно одновременно, — произнёс Билли, шмыгая носом, кончик которого, кажется, уже не чувствовал. Фред обеспокоенно взглянул на него и, сев, протянул парню руку, поднимая и его со снега. — Не стоит лежать на земле. Заболеешь еще, — Фред, недолго думая, стянул свои перчатки и накрыл тёплыми ладонями щеки Билли, который от неожиданности уставился на него, хлопая своими длинными ресницами, но уже через мгновение довольно прикрыл глаза, наслаждаясь чужим прикосновением. — Я давно так не веселился, спасибо тебе, — произнёс Билли и мягко улыбнулся, что выглядело забавно, учитывая, что он всё ещё находился в согревающем плену рук. — Всё благодаря тебе, — возразил Фред. Он не хотел приписывать себе заслуги, которых у него не было: все-таки это его вытянули на прогулку и предложили игру. — Лучше пойдём домой, поужинаешь с нами. Сегодня готовит мистер Льюис. Билли радостно встрепенулся от последних слов: если готовил младший Мориарти, значит их ждало что-то очень вкусное и сладкое. Они быстро встали и попытались отряхнуть с себя снег, хотя от растрёпанного вида их это не избавило, но, даже если они выглядели так, будто только что кубарем скатились со снежной горы, главное, что оба были абсолютно точно счастливы. Порлок поправил цветок, немного пострадавший во время их бурной игры. — Я подарю тебе новый, — тут же произнёс Билли. — Хотя нет. В следующий раз придумаю что-нибудь поинтереснее цветов. Для Фреда самыми лучшими подарками были сам Билли, его внимание и забота, время, проведённое вместе, но он не стал возражать, потому что юношу было бесполезно отговаривать от авантюр. Они поспешили туда, где находилось то, что Фред назвал "домом". Билли казалось, что всё это время он не имел родного места, в которое можно было вернуться после трудного дня и почувствовать уют, навсегда оставив его в Форт-Самнере, а его квартирка в Америке была лишь местом проживания, не более, но рядом с новыми друзьями он обрёл его вновь и не потеряет, пока они рядом с ним и пока Фред крепко сжимает его ладонь.