Сейчас или никогда

             Мягкие бёдра расположились по обе стороны от торса. Если положить на них руки, то можно почувствовать, как под кожей напрягаются мышцы. Мышцы этих ног сильные, так что наверняка могут с лёгкостью свернуть шею любому недоброжелателю… Ну или напрячься вокруг пилона, чтобы раскинуть руки и откинуться назад. Эти ноги с лёгкостью стояли на огромных каблуках, изгибаясь, поднимаясь и опускаясь. Эти бёдра притягивали взгляд, просили схватить их, сжать до боли. За бёдрами шли ягодицы, меж которых утопал член в ребристом презервативе. Член утопал не только между, – он уходил внутрь. Эрен бы назвал это место «дыркой», а Флоку бы понравилось. Он снова запустил пальцы в его рот, откровенно желая трахать его в обе «дырки» одновременно. Да, это то, чего он определённо хотел…       — Хотя бы себе не ври.       — Заткнись.              Эрена будто бы бросили в ледяную воду. На деле же – тело покрылось холодным потом. Сна теперь ни в одном глазу. Он подскочил на месте, обнаружив, что лежит на своей кровати, если таковой можно назвать старый замызганный матрас на полу. Мышцы заныли от резких движений, тело поддалось силе гравитации и уже через секунду оказалось на постели. В следующий миг стало понятно, что член у него встал из-за чёртовой фантазии во сне.       — Сука, да иди ты нахуй! — всё ещё лёжа на «кровати» Эрен рассёк воздух кулаком. — Я не пидор, понятно? — рявкнул он в обсыпающийся потолок.       Внезапно посетила мысль, что дома может находится кто-то ещё. Рука замерла в воздухе, глаза забегали по помещению в надежде, что в доме никого нет. Вокруг ничего не оказалось, кроме банки пепла на полу, раздолбанных комбоусилителей, кучи сломанных педалей, шкафа без дверок со сломанными полками, выбитой двери на кухню и сломанного дивана напротив. Однако проверить всё же стоило.       — Кэп, я твой рот ебал! — выдал он погромче, отчего головная боль неприятно отдала в виски.       Никто не ответил. Либо спит, как убитый, либо отсутствует. Второе, конечно, было бы предпочтительнее.       — Кэп, ты ебучий позёр!       Ну уж на это Кэп бы точно ответил. Хотя наверняка не только ответил, а ещё и использовал свой королевский приём «взрыв ноздрей». Дома его нет – уже неплохо.       Эрен поёжился от пробравшего до дрожи холода и попытался натянуть покрывало до макушки. Нужно постараться заснуть вновь, забыть всё это, как кошмар. На улице вовсю люди, машины (да кто угодно) пытаются перекричать друг друга. Вероятно время обеденного час-пика, поэтому Эрену не светит даже капли покоя и тишины. Пришлось снова разлепить глаза. Отвратительное чувство слабого похмелья с возбуждением захлестнули по полной. Пить хотелось неистово, но ещё сильнее хотелось подрочить.       С горем пополам всё-таки удалось подняться на ноги. Солнечный луч ударил прямо по глазам. Зрачки сузились, открывая всю травяную зелень радужки. Эрен обнаружил, что до сих пор одет во вчерашнюю одежду. По правде говоря, эта одежда была и в позавчерашней, и в двухнедельной давности. Только в этот раз трусы намертво прилипли к лобковым волосам. Член произвёл столько предсеменной жидкости, что хватило бы всем старым пердунам в городе на год вперёд. Он выругался от неприятного ощущения, жжения в глазах, головной боли и сушняка. Меньше, чем через минуту, ванная встретила его своим вечно сырым запахом. Поразительно, как тут ещё сохранилась дверь и душевая лейка. Самой ванны, конечно, не имелось. Да кому она вообще нужна? Эрен посмотрел в заляпанное зеркало над раковиной, замечая, что волосы стали походить на пещерные сталактиты после вчерашней тусовки. Кран повернулся под давлением слегка трясущихся рук. Вода есть, вряд ли горячая, однако всё-таки есть, а значит её пока не отключили за неуплату.       Комок грязного тряпья с протёртыми кедами громоздился в углу ванной вместе с другими холмами из мха, плесени и местами грибных находок. Иногда эти вещи имели право на стирку, например, когда Иисус спускался с небес и давал своё благословение. Происходило ли такое? Временами да. Кэп вместе с Мэдденом лично наблюдали то, как сам Иисус Христос смотрит на них за окном, прозябая от холода у пожарной лестницы. Они добродушно пускали его погреться, предлагали посидеть вместе, а иногда даже разделяли с ним остатки еды. Кэп всегда говорил, что гашиш может творить чудеса.       Наконец, прилипший член освободился из плена. Эрен окинул его взглядом. Невольно загорелись вспышки образов чужих губ на нём. Дабы поскорее избавиться от нахлынувших «мерзотных» воспоминаний, он выкрутил вентиль с горячей водой на полную. В старых многоквартирных домах горячая вода долго доходила до верхних этажей, поэтому для начала волей-неволей освежишься под холодной. Плотный прохладный дождь промочил волосы, каплями струясь по телу и татуировкам на нём. Удалось устранить проблему сушняка жидкостью с привкусом железа. Кожа зашлась мурашками от низкой температуры, а член стал опускаться. Эрен почти возрадовался, как в ту же минуту вода стала тёплой. Эрекция никуда не делась, значит желание организма не обманешь. После «вчерашнего инцидента» он больше не смог нормально кончить, как бы хорошо не старалась та девушка из бара. У Мэддена дерьмовая память на людей, поэтому он едва ли помнит хотя бы половину своих подружек по именам. Зато отлично запомнил Микасу. Её внешность не спутаешь ни с кем, особенно эту объёмную грудь. Эрен подумал о больших сиськах, о том, как она зажимает его член между них. Рука сама двинулась, чтобы оттянуть крайнюю плоть. Да, это определённо то, о чём он должен думать. Температура воды росла, а вместе с ней кровью наливался измождённый фантазиями член. Пальцы скользнули к головке, с которой вода уже смыла ведь предэякулят. Даже не задумываясь, кончик пальца прошёлся по уретре, ощутимо надавив. Эрен зашипел от смешанных чувств. Это казалось ему странным, но значительно приятным. Вторая рука слегка крутанула вентиль с холодной водой. Пальцы несильно сжали крайнюю плоть, дабы она скользила по стволу – самый лёгкий метод мастурбации.       Упругая грудь в голове быстро исчезла. Её сменили более упругие ягодицы. После жгучего чувства в голове возник чужой проколотый язык. Картинки менялись настолько быстро, что Эрен не успевал понимать происходящие образы. То член скручивают обеими руками, то он пропадает в горячем нутре, то головка вдалбливается в глотку. И все эти образы перекликаются с быстрыми, хаотичными действиями. На закрытые веки давит водная пелена, а на талию чьи-то бёдра. Они обхватили его не столько от желания быть ближе, сколько от желания владеть членом внутри себя. Хватило минуты судорожно двигающейся руки, как он кончил. Сперма брызнула на кафель мощной струёй. Однако тут же стала образовываться в крошечные комочки. Горячая вода заставляла белок мгновенно сворачиваться, отчего мелкие зёрнышки прилипли к полу и стене.       — Твою мать… Правило трёх «П», блять, ахуенно сработало, ничё не скажешь! — запричитал Эрен, пока пытался стереть со стены свои биологические следы.       Правило трёх «П» создал именно Кэп. Гласило оно три действия, для которых предназначен душ: Подрочить, Помыться, Поссать. Срать в душе запрещалось. Придумал он его ещё в далёком прошлом, когда в небольшой квартирке жило пять или может даже шесть человек. Только вот он мылся в прохладной воде и подобных казусов с «белым сыром» у него практически не возникало. Хотя таким ядерным сыром даже лабораторных мышей не накормишь, что уж говорить о микроорганизмах в ванной.       Спустя время удалось выполнить и два других пункта. Эрен вышел с ванной абсолютно голый, однако кеды, как тапочки нацепить не забыл. К сожалению, этот пол был только наслышан о легенде под названием «уборка». Иногда на нём встречались кусочки стекла или щепки, не беря в расчёт остальной мусор.       Впредь стояк не мучал его своим дискомфортом. Нагое тело слабо поблёскивало в солнечном свете, где его затмевали мокрые волосы своим тёмно-каштановым сиянием. Пряди распадались по шее и плечам, пуская влажные струйки вниз до самых ног. Эрен поплёлся до сломанного дивана, на котором обычно спал Кэп. Рука моментально прошмыгнула между спинкой и сидением, в надежде нащупать желаемое. Спустя минуту усердного поиска тайника, пальцы ухватились за измятый картон и победно выудили его из-под сидения. Целых две сигареты любимого «Дешёвого Белого», который отлично подходил для джойнтов или для повседневной потребности. Улыбка воссияла на лице, а душа ликовала от осознания, что её хозяин в скором времени возместит и потребность в никотине. Даже с поиском зажигалки париться не пришлось – она оказалась в ближайшей куртке. Однако Эрен уже привык к романтике в приевшемся способе подкуривания от кухонной конфорки. Дым разлился по лёгким, а смола вмиг осела кисловато-горьким привкусом во рту. Может и не так, как обычно, но с похмелья мечтать об атлетическом самочувствии не представлялось возможным.       Ощущение расслабления обуяло мозг уже на втором вдохе. Видимо, никотин настолько расслаблял мышцы, что Эрену показалось лучшей идеей присесть сразу на фаянсового друга – мало ли что. Перед этим он нашёл мобильник в кармане мокрых джинс. К удивлению, он не был разряжен, а значит время разузнать, где же всё-таки пребывает мистер «Над пропастью во ржаке». Удача сегодня прям-таки сыпалась сверху. Спустя несколько гудков он услышал сиплый бубнёж друга:       — Королева Елизавета слушает Вас.       — Так ты наконец отъехал, — усмехнулся Мэдден, — не зря я твоей щёткой чистил ногти на ногах.       — А я ебал твой матрас, — мгновенно прилетело в ответ.       — А я спиздил твои сигареты, — Эрен нарочито громко затянулся прямо в трубку. Голову будто огрели глыбой льда от резкого непонятного чувства. — Бля…       — Какие ещё, нахер, сигареты? — вместе с голосом Кэпа звучал неразборчивый женский шёпот.       — Из табака и бумаги. Какие ещё, нахуй, сигареты бывают? — он опустил голову, с трудом удерживая телефон в руке. Благо, что сидеть голым на унитазе не представлялось такой уж плохой идеей от переизбытка никотина. — «Белый» в диване.       — В диване? — повисли несколько секунд молчания прежде, чем Кэп почти завопил, — Мэд, блять, это сплиф наверное! Я хер знает сколько ему тысяч лет, ёбаный рот, не бери его!       — Сплиф? — Мэдден приоткрыл один глаз. Казалось, тело вот-вот станет жидким и расплывётся. Мокрые волосы будто бы выросли до самой поясницы, а там густыми корнями вплелись в позвоночник. Если сейчас все мышцы расслабятся, то Эрен упадёт и нарушит основное правило: не срать в душе. — У нас ещё и жрать нехуй, — ему удалось выскребсти силы на слова.       Каждый из них прекрасно знал, какой лютый голод наступает после «покура». Отсутствие продуктов – пол беды. Основной проблемой было то, что Кэп не знал, что именно в пачке: джойнт или сплиф.       — Я скоро буду дома, — его голос звучал намного живее в отличи от Эрена. — Да, крошка, мне надо идти. Я напишу тебе, — хоть телефон и отодвинули, но чувство было такое, словно все разговаривают через громкоговоритель.       — Возьми похавать у своей крошки, — Мэдден стойко держался, пока сигарета между пальцев дотлевала до фильтра. — Чё послаще.       — Мой хуй подойдёт? — усмехнулся Кэп.       Эрен поднял голову. Внезапно безразличность и шутовство сменились на жаркую ярость. Лицо покраснело от прилившей крови, а эффект каннабиса заставил его мозг думать, что он выложил Кэпу все карты на стол, за что он сейчас над ним издевается. В голове взаправду гуляла мысль, как он недавно рассказал ему, что вчера ему в баре круто отсосал какой-то парень, а потом он видел, как трахает его во сне и буквально двадцать минут назад передёрнул затвор на всё это дело.       — Слышишь ты, петух дырявый, — начал с нападения Мэдден, — кому расскажешь — я тебя зарежу нахуй. Ты понял меня?       — Не гаси всё в одно ебло, — своеобразно попрощался друг.       — Я не голубой, ясно? — еле раскрывая рот ответил Эрен, застывая в сидячей позе.

***

      Пол-дэнс заставляет Флока постоянно трудиться над собой, своим телом, оттачивать собственные умения, бороться со страхом и болью. Назвать это недостатками сложно. Цель поставлена – значит её нужно добиваться. И не столь важно какая цель: работа, учёба, хобби или какой-то панк в Богом забытом баре.       На тренировке, как и на сцене, движения льются подобно карамельной нуге. Эти петли сладкой густоты не таят в себе будничную нервотрёпку. На пилоне он раскрывается словно цветок в утренних лучах солнца. Эти лучи греют его, заставляют быть его лепестки крепче и пластичнее, а прикованные восторженные взгляды делают самым уверенным человеком в себе. Каждый его танец – искусство управления собственным телом, которое неистово нуждается в любви и хорошем сексе. В нём одновременно сочетаются лёгкость и выносливость, покорность перед доминированием и жгучая инициативность.       После тренировки студия опустела. Не осталось никого, кроме двух усталых тел, хотя по правде говоря, одно из них не изнурено ни капли.       — Мэри! Ты вообще меня слушаешь? — недовольно буркнул Флок, растягиваясь на паркете в студии. Хоть тренировки изрядно его выматывали, но силы на болтовню у него находились всегда. — С кем ты постоянно чатишься?       — М? Ты что-то говорил? — Мэри повернулась к другу, хотя глаза её всё ещё были упёрты в экран телефона. Весь вечер она буквально сияет, улыбается и больше шутит. Ещё пару дней назад она ныла о безбожности Форстера так измываться повторением движений, а сегодня и слова против не сказала.       — Я сказал, что у тебя пятно на заднице, — с сарказмом прыснул Флок.       — Что? О, Господи! — она мгновенно отложила телефон в сторону и стала изворачиваться.       — Мэри, никакого пятна нет! — пальцы устало развязывали шнурки тренировочных стрипов. — Это Кэп? Это с ним ты общаешься?       — С чего ты решил? — страх Мэри отступил, поэтому она последовала действиям друга.       Звук оповещения раздался на всю студию. Флок проскользил по паркету животом, но успел схватить телефон Мэри первым.       — «Я обЛАЖАлся с тобой», — вслух прочитал он.       — Что? — произнесли они одновременно.       Мэри тут же забрала свой мобильный. Глаза выражали полное недоумение, после чего она зашлась громким смехом.       — Боже, Флок, ну ты и дурак, — Мэри снова посмотрела в экран и поправила друга. — Он написал: «Я соскМЭРИлся по тебе».       — Он что, умственно отсталый? — Форстер негодующе закатил глаза. — Стоп, подруга, так это всё-таки Кэп?       Мэри прикрыла рот ладонью и продолжила смеяться. В уголках её глаз стали образовываться маленькие слезинки от продолжительного хохота. Флок толкнул её в бок и опять развалился на полу. В голове пронеслась мысль о том, что лучше бы он задыхался в сексе от рук придурка Мэддена. Конечно, пришлось отложить это в долгий ящик, иначе скорой эрекции не избежать.              День сменился следующим. В соцсетях Флок увидел радостную новость о сегодняшнем выступлении «Патологической утопии». Получается, позавчера Мэдден не соврал. Значит, не всё потеряно.       Форстер решил заранее приготовиться к надвигающемуся событию под названием «если не трахнет меня – пожалеет». Никакая грудастая азиатка не сможет затмить его непревзойдённую харизму и выточенную тренировками фигуру. Уверенности в победе было хоть отбавляй. Уже с утра он отмокал в просторной ванне, чтобы оттереть свою кожу до мягкости немецкого бархата. Вода с ароматным экстрактом плескалась волнами под медленный ритм песни из его плейлиста. Части тела поднимались и снова утопали в пенной поверхности. Это очередной танец, словно подготовка перед основным выступлением. Его сцена – обшарпанная комната, его зритель – принципиальный участник неизвестной группы, его награда – ощущение жара внутри себя.       Он и не заметил, как тело стало горячее воды, а член затвердел от мгновенного возбуждения. И всё бы ничего, если б он не проецировал предстоящий исход действий. В голове крутились представления о том, как он снова отсасывает Мэддену, как его хватают за шею, как подавляют его волю, как забирают инициативную сторону. Пальцы, которые привыкли плотно держать пилон скользнули по телу, задевая твёрдые соски, надавливая на низ живота. Ладони прошлись по гладкому лобку и внутренней стороне бёдер. Отныне Флок знал, какие на ощупь эти самые руки. Наверняка запомнил те мгновения, когда они сжимали его шею, когда пальцы скользили у него во рту или хватали за волосы. Всплеск фантазии дополнял звучный голос, и наконец, рука на собственном члене. В воде всё представлялось крайне неудобным, но желание было намного больше. Вскоре пальцы скользнули между ягодиц и развели их пошире. Параллельно с каждым действием в голове звучал чужой, охрипший от возбуждения голос.       Нехотя пришлось выбраться из ванны. Его голое тело лицезрели все стены и зеркала квартиры. Ковры темнели от водных пятен, капающих с рыжих волос. Любование собой могло подождать, поскольку мозг сейчас был занят совершенно иными мыслями. Флок упал спиной на большую постель, не удосужившись предварительно вытереться. Его руки сызнова очертили изгибы собственного тела в представлении, как это делает кое-кто другой. Ступни широко расставленных ног упёрлись в простыни. Пальцы мигом избаловали слюной изо рта, чтобы поскорее насытить пустующее нутро. Фаланги двух пальцев обуяли мягкие, податливые стенки, пока он намеренно разыгрывал пульсацию для лучшего поглощения. Член в руке добавлял чувств долгожданного погружения в свои эмоции. Сосредоточиться именно на них было задачей крайне сложной в сравнении с образом Мэддена.       — Чёрт, — Флок всё-таки вытащил пальцы. «На сухую» дело совсем не шло, — где же ты? — рука шарила по складкам одеяла в надежде, что лубрикант валяется где-то там.       В голове загорелась идея куда лучше, нежели просто кончить на свои фантазии. Сидеть сложа руки он не собирался не в коем разе. Первый шаг уже сделан – пути назад больше нет.       Это заставило его спрыгнуть с постели в более бодром расположении духа. Он подошёл к комоду, верхняя полка которого таила все секреты наличия секс-игрушек. Ноги подрагивали от желания. Под руками ощущались разные поверхности из силикона и резины множества цветов.       Дыхание тяжелело, кожа покрывалась мурашками в месте со скользкими от лубриканта ягодицами. Как же ему хотелось поскорее взять и…       Пять вечера. Бар откроется ровно в семь, а концерт начнётся около десяти. Форстер уже сидит в такси, нетерпеливо ёрзая на заднем сидении. На нём нет выхолощенного образа с подчёркивающими элементами. На нём нет ничего, кроме толстовки, джинс и обуви. Флок вжался в сидение, когда таксиста попытался кто-то резко подрезать, но вовсе не из-за страха. У него был другой дискомфорт.       Стоять у закрытого бара пришлось недолго. Флок заранее знал, что Мэдден появится тут. Вчера после тренировки, никто другой, как его подруга Мэри оказалась запатентованным агентом федеральной разведки, в шутку, конечно же. Только вот ей в самом деле не составило труда узнать всю подноготную Эрена: настоящую фамилию, его бывших девушек, номер телефона, привычки и друзей. К счастью для Флока, оказалось, что он всегда приходит ещё в закрытый бар поиграть перед выступлением за неимением целого комбоусилителя в своей халупе.       Форстер нервно ёрзал на месте, пока не увидел знакомую фигуру вдалеке. Стоило показаться прямо на глаза, поэтому он подошёл ко входу. Можно было рисовать иллюстрационную картинку к комиксу того, как с приближением быстро менялось выражение лица Эрена.       — Хули ты тут делаешь? — шикнул Мэдден, озираясь по сторонам.       — Тебя жду, — самодовольно ответил Флок, опираясь спиной на входную дверь бара.       — Блять, я же сказал… — говорил он сквозь зубы.       — Ничего ты не сказал, — Форстер игриво дёрнул бровью. — Признайся, дрочил на тот вечер?       — Нихуя подобного, — в знак показушной брезгливости Эрен плюнул в сторону. — Съеби с дороги, — напряжённые руки упёрлись в плечо Флока.       — Да ладно тебе, — последовал нервный смешок, однако его тут же сменил тон на притягательно-соблазнительный, — сейчас никто не увидит, как ты трахнешь меня. Или ты зассал? — пальцы одной руки сжали воротник кожаной куртки напротив.       Порочить святую честь Мэддена принципом «брать на слабо» никто не смел, поскольку тут же проигрывал. Вот только на этот раз неизвестно, кто ещё останется в проигрыше…