Do not call me kid

— Приятель, скажи мне, что тебе есть хотя бы тридцать или около того. Лейтенант стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, и сминал и без того мятую рубашку. — Хмм, — в этом звуке каким-то образом смешались раздражение и пренебрежение. — Ну же, — теперь Гордон действительно хотел получить ответ. — Хмм, — прозвучало снова. — Можешь быть чуть более многословным, пожалуйста? — за хрипотцой голоса скрывалось веселье. Он пошевелился, ища пачку сигарет и зажигалку. Это должно быть хорошо. — Я взрослый, Гордон. Оставь это, — недовольно полужалобно проговорил Бэтмен. Гордон отвернулся, чтобы темный рыцарь не увидел его улыбку, пока он поджигал сигарету. Это был серьезный допрос, важный сбор информации. «Ну же, Джим», подумал он про себя, пытаясь, не дай бог, не засмеяться. — Так, я принимаю это за «нет». Тебе нельзя дать и тридцати лет, — он покачал головой, по-прежнему стоя спиной к летучей мыши, и, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Отлично, это просто чертовски здорово. — Ургх, — послышался звук явного недовольства. — Ага, ты можешь сказать это снова, Месть. — Гордон… Джим развернулся, отходя от стены. Он повернул голову на несколько дюймов вбок и позволил легкому веселью просочиться в свой голос. — Нет, просто… — он вынул сигарету, выпустил немного дыма и заговорил, прежде чем снова зажать ее зубами. — Я никак не ожидал, что, когда я заговорю о Уэйне как о ребенке, ты станешь его защищать, — Гордон поднял брови и сделал неопределенный жест руками. Бэтмен в ответ качнул головой в капюшоне. — Это не так! Я не защищ… Он так нехарактерно подозрительно-изворотливо себя вел, что это было странно обаятельно. Гордон прервал его. — Ты действительно защищал его, а значит, ты тоже, вероятно, ребенок, и… — Двадцатишестилетний — не ребенок, Джим. Джим попытался сдержать нежный дразнящий взгляд, но, похоже, что безуспешно. — Брюсу Уэйну двадцать пять лет, Бэтси. Он поднял одну бровь. — Ему, эм… скоро исполнится двадцать шесть. — Воу… — Нет. — Ты не просто… Бэтмен зарычал. На этот раз Джим не смог сдержать смех. Кто мог упустить шанс подразнить Месть? Точно не Гордон. Так что, он продолжил. — Итак, если я захочу заставить тебя говорить, все, что мне нужно сделать — заставить тебя защищаться. Не так ли, малыш? Он нахмурился. — Не называй меня так. — Твой грозный взгляд уже не действует на меня так устрашающе, приятель, теперь, когда я знаю, что я старше тебя на двадцать с лишним лет. Бэтмен вздохнул. — Прощай, Гордон. — Пока, Малыш.