Выйти в люди

Допивая очередную кружку обжигающе горячего чая, Антон присел у батареи, потеплее укутавшись в махровый плед, включил ноутбук. И еще раз устроившись по удобнее, он начал смотреть какой-то фильм. За окном сильный снегопад. Тепло, что исходило от батареи прямо к парню, позволяло почувствовать уют. Фильм, который Антон даже толком и не смотрел, думалось сам по себе есть только для вида, вида хоть малейшей занятость в этот прекрасный зимний вечер. Может в иной день парень начал бы заниматься кучей домашних дел по типу уборки, готовки, стирки и множеством других обязанностей, но не сегодня. Сегодня день был особенным, единственным таким в своем роде. День, когда Антон почувствовал впервые в жизни, что он хоть кому-то нужен, что его где-то ждут и всегда примут таким, какой он есть. Парень, внезапно появившийся в его жизни, смог за столь короткий промежуток времени перевернуть жизнь Антона с ног на голову.

***

Антон сидел на лекции и почему-то как ни странно, очень внимательно ее слушал. Преподаватель, прозванный Пришельцем за свою потерянность и бесконечную рассеянность, что, скорей всего, пришли с его возрастом как-никак уже пятьдесят семь. Эх, старость не радость, особенно для преподавателей в институте, например, обратился к Антону. Пожалуй, самого прилежного ученика в целом потоке. — Зенцев, расскажи, о чем я говорил на предыдущей лекции, — сказал Пришелец, дабы и самому узнать, что же там было. Поднимаясь и открывая рот, чтобы поведать преподавателю о событиях прошлого занятия, Антон оглядывает весь класс, дабы успокоить свое любопытство насчет присутствующих, хоть это далеко и не его обязанность. Начинает рассказывать о материале прошлой лекции. Пара прошла довольно хорошо. К счастью для Антона, она была последней. Время идти домой. Но тут к парню подбегает Анна Андреевна, куратор его группы. Большинство называет ее просто Аня. Она довольно молодая, так что позволяет так себя называть. Вся запыхавшаяся, уставшая, видимо от не легкой пробежке по коридорам института. Пытается отдышаться и попутно начинает говорить. — Антон, иди, Там что-то стряслось. Я понятия не имею, как это относится к тебе, но Федор Иванович в ярости. — Федор Иванович - ректор института, где проходит свое обучение Антон. Его все уважают, он человек справедливый, почем зря вызывать не будет, да и скандальным его не назвать. Было вопросом для всех, что такого могло произойти, что аж самого прилежного ученика вызвали к нему. Антон бежал так быстро, как только мог. Двадцатилетний, уже потрепанный жизнью, хоть и не понятно как может, физрук загонял в свое время. Добегая до конца коридора, где находится поворот только в одно направление - вправо, он слегка притормаживает, пытаясь не врезаться в стену с такой изящной картиной, рассматривать которую у студента временя явно не было. Почти уже было повернул Антон, как врезался в какого-то мужчину. Времени на разглядывание и его у парня совсем уже не было. Только кинув резкое — Извините, — Антон продолжил бежать дальше по коридору, где уже совсем близко была дверь в кабинет ректора. Приоткрывая дверь, Антон заглядывает внутрь с неудержимым волнением и ужасно сбитым дыханием от не очень длительной, но тем не менее быстрой пробежке по институту. Федор Иванович, только заметив Антона в дверях, удивившись его появлением в столь запыхавшемся и сбитым с толку виде, видимо его разум начал понимать произошедшее. Слегка ударив себя по голове, Федор Иванович встал и начал объяснять ситуацию и просить зайти ученика внутрь — Антон, дорогой, извини, я видимо перепутал фамилии, ну уж очень они похожи, Зенцев и Зайцев, ну не отличишь. — начал он зачем-то оправдываться перед учеником. Возможно у него было к нему особое отношение, ведь он как-никак самый лучший. Антон, выдыхая и проходя к столу, что казался просто гигантских размеров в тот момент, начал хоть немного понимать ситуацию. Парень начал махать руками себе на лицо, дабы хоть немного успокоить пыл, и перевести дыхание. Разглядывая все вокруг, он пытался не думать ни о чем, хотя это довольно плохо получалось. В голову лезли разные мысли, вплоть от некого Зайцева, что был просто одной сплошной загадкой, и Антону было в какой-то степени интересно, что же этот Зайцев такого натворил. Еще в голову Антона приходили мысли об необыкновенном интерьере в кабинете ректора. Можно было сказать, что там было множество различных отсылок на то, что это какая-то комнатка из графского поместья. Там, пожалуй, не хватало только камина, ну и пары десятков свечей по периметру помещения. Ну и наконец, мысли Антона затронули и самого ректора. Весь из себя такой странно обычный, хотя и подходящий, как никто другой к этой атмосфере, был он полноватый, но не такой, что уж живот выпадал из-под рубашки. Нет, он был такого среднего, может чуть полноватого телосложения, с залысиной, скрываемой всеми способами, которые только можно было придумать. То он носил какой-то головной убор, то доходило до странного, лично, как для меня, наклеивал себе волосы на место, голое и никак не покрытое волосяным покровом на голове. А в некоторые дни, когда учебное заведение отапливалось так, словно бы можно было тут откинуть последнюю из девяти жизней даже самым выносливым, так в такие времена он ходил и постоянно прикрывая рукой голову, словно озадаченный, ходил так наверняка везде, кроме своего кабинета. Федя говорил что-то, говорил, вот только Антону явно не до этого. Все время он смотрел по сторонам с постоянно недоумевающем видом. После чего, попрощавшись с ректором, он направился к гардеробной, откуда, взяв свое пальто, поспешил к выходу. Придя домой и еще раз взвесив уже в спокойной обстановке все произошедшее, парень сделал для себя вполне логичный вывод. Все это его и не интересует вовсе, да и не нужно это. Самое главное, что сам Антон ни в чем не виноват. Ошибки, их может допустить каждый, и страшного в этом ничего нет.