Шоколад

      С самого раннего утра Санджи проводил время на камбузе, и дело было не только в его обязанностях кока. Сегодня день всех влюблённых, а потому романтичная натура Винсмока не могла усидеть на месте и не приготовить что-нибудь особенное для прекраснейших меллорин. Тихо напевая себе под нос незамысловатую песню, кок в довольно приподнятом настроении перемешивал густой шоколад в большой миске. Он решил своими руками приготовить столь обыденную для такого праздника сладость. Санджи очень хотел порадовать прелестных Нами-сан и Робин-чан небольшим угощением, хотя и без Дня Святого Валентина дарил им свою любовь двадцать четыре часа в сутки и готовил самые вкусные блюда. Парень мельком глянул на количество имеющихся у него ингредиентов и пришёл к выводу, что сегодня порадует и мужскую половину команды. В конце концов, кок любил всех своих накама, в том числе и одно зелёное недоразумение.       Когда разлитый по формам шоколад был отправлен в холодильник, блондин приступил к приготовлению вкусного и питательного завтрака для команды, а немногим позже закончил со сладостями и, распределив порции по разноцветным мешочкам, снова убрал их в холодильник. С течением времени с залитой утренним солнцем палубы Таузенд Санни начинали доноситься голоса просыпающихся пиратов Соломенной шляпы: вот зашумел Луффи, настойчиво требуя еды, тут же прелестная Нами-сан окликнула незадачливого капитана, приговаривая, что завтрак будет, когда Санджи скажет, где-то на фоне недовольно ворчал Усопп, негромко смеялась обворожительная Робин-чан, а с вороньего гнезда со звонким хохотом спускался Брук, нёсший вахту прошлой ночью. Столь привычный шум заставил кока невольно улыбнуться. Даже спустя годы ничего не изменилось.       Дверь на камбуз с грохотом распахнулась, позволяя войти непрошенному гостю, Винсмок вздрогнул от неожиданности, но даже это не помешало ему понять, кто именно решил пожаловать на кухню до объявления завтрака, за исключением Луффи, конечно же.       — Эй, кок.       Это чёртов маримо. Санджи почувствовал мягкие объятия со спины и заметно расслабился, не отвлекаясь от приготовления пищи.       — Завитушка, — негромко протянул Зоро, укладывая голову на чужое плечо и наблюдая за ловкими движениями аккуратных рук.       — Чего тебе, мохоголовый? Я занят, — кок протянул руку и слегка пригладил короткие зелёные волосы своего парня. — Зачем ты пришёл? Завтрак ещё не готов.       — А мне нужна причина, чтобы прийти к тебе? — Ророноа едва слышно хмыкнул и послушно съел протянутый ему кусочек ветчины. Винсмок любил подкармливать его в такие моменты, да и самому мечнику тоже нравилось.       — Конечно нет, глупый маримо.       С тёплой улыбкой на губах Санджи продолжал готовить, пока Зоро не переставал обнимать. Утром в день всех влюблённых это казалось самым необходимым. Вспомнив о празднике, кок бросил короткий взгляд на холодильник, где находился приготовленный им шоколад. Он, как никто другой, знал, что Ророноа не любил сладкое, но всё равно заготовил для него порцию особых конфет. Винсмок надеялся, что этот идиотский кустарник по достоинству оценит его старания.       Когда с приготовлением завтрака было покончено, мечнику пришлось отстраниться от Санджи, чтобы дать ему возможность накрыть на стол. И пока кок был занят сервировкой, Ророноа сидел на диванчике и с удовольствием наблюдал за своим возлюбленным, но надолго его не хватило. И в один момент он просто притянул к себе проходящего мимо парня. Винсмок даже среагировать не успел, как оказался сидящим на коленях Ророноа.       — Эй, Зоро, — Санджи упёрся ладонью в широкое плечо старпома с явным намерением подняться на ноги и продолжить заниматься своими делами. — Я же занят. Луффи скоро начнёт буйствовать из-за задержки завтрака, а ты только мешаешься. Если этот идиот полезет громить кухню, я скормлю ему тебя.       На самом деле кок возмущался лишь для вида, ему безумно нравилась утренняя тактильность его возлюбленного, ставшая слишком привычной с момента начала их отношений. Возможно, если бы не его ежедневные обязанности, он мог бы спокойно наслаждаться прикосновениями мечника в постели по утрам. Руки Зоро плавно скользнули по накачанным бёдрам Винсмока, обтянутым плотной тканью брюк, и начали медленно поглаживать их, иногда перемещаясь на ягодицы и возвращаясь обратно.       — Прекрати, маримо, — тихо выдавил из себя Санджи, сильнее впиваясь пальцами в широкие плечи.       Но Ророноа, кажется, даже не слушал своего парня, зато он знал, что лучше сделать, чтобы кок плавился от каждого прикосновения, и планировал воспользоваться полученными с опытом знаниями прямо сейчас. Мечник изголодался, в конце концов.       — А если нет? — Зоро резко дёрнул Винсмока за галстук, заставляя прижаться ещё ближе, и провёл кончиком языка вдоль бледной шеи, на которой виднелись синеватые отметины, свидетельствующие о прошедшей ночи.       Ророноа с жадностью целовал шею Санджи, в то время как его руки уже стягивали такой мешающийся сейчас пиджак. А кок не высказывал и слова против. Он выгнулся в спине, чувствуя, как горячие ладони поглаживали талию под рубашкой и сильнее сжимал чужие плечи сквозь ткань зелёного кимоно. Винсмок таял от каждого поцелуя, что мечник оставлял на его шее, который с каждым мгновением становился более напористым. Если говорить честно, Санджи до безумия обожал такого маримо: жадного, напористого, готового взять где и когда угодно. Этому Зоро кок никак не мог противиться на всех уровнях, и этот идиотский кустарник, конечно же, знал об этом.       — Зоро, — пролепетал Винсмок, откидывая голову назад и, тем самым, давая ещё больший доступ к собственной шее.       Ророноа не скупился на влажные поцелуи с последующими за ними укусами, он любил столь податливого Санджи. Нет, он любил свою завитушку в любом виде: злящегося и ругающегося, увлечённого готовкой и с трепетом рассказывающего об Олл Блю, дающего по морде очередным плохим парням и наслаждающегося тёплыми объятиями мечника, улыбающегося одной из своих самых широких улыбок и просто счастливого. Но именно податливый и откликающийся на каждое прикосновение нравился Зоро особенно сильно. Он был его фетишем. Весь Санджи один сплошной фетиш, и Ророноа уже давно окунулся в него с головой.       С губ Винсмока едва не сорвался тихий стон, когда мечник особенно сильно впился зубами в бледную шею. На ней совершенно точно останутся следы в дополнение к уже имеющимся. Он не заметил в какой момент успел стянуть с широких плеч кимоно, и теперь блуждал руками по полностью обнажённому торсу партнёра. Тело Зоро было главным фетишем Санджи. Оно такое мощное, крепкое, за ним точно будешь чувствовать себя как за каменной стеной. Особенно сильно он любил его широкую грудь. Осознание столь необычного, по крайней мере для одного кока, фетиша пришло в самом начале их отношений, когда на Эниес Лобби Винсмок в пылу сражения бросил случайный взгляд на Ророноа. Его смущала одна только мысль о том, насколько сильно ему нравилось тело чёртовой водоросли. Но прошедшие на острове окам два года повлияли на него сильнее, чем он этого хотел. Теперь Санджи не смущался любви к мужскому телу, к одному и только одному телу.       — Зоро, — вновь тихо позвал кок, проходясь пальцами по длинному шраму, пересекающему торс.       В этот раз Зоро не стал обделять его вниманием. Он оторвался от излюбленной части тела своего избранника и поднял глаза к его лицу, почти сразу натыкаясь на взгляд голубых глаз, застеленный пеленой возбуждения. Ророноа всегда нравилось, какое влияние он оказывал на чёртового эро-кока, как за несколько минут мог втянуть его в пучину возбуждения. Винсмок не произносил ни слова против, чем мечник обычно пользовался в своих собственных целях. Как и сейчас, например. Потому что, по словам Зоро, утренний секс на кухне — самый лучший секс. Ророноа нечасто удавалось урвать моменты, когда Санджи был в подходящем настроении для чего-то подобного. Обычно он пинком выгонял с камбуза своего парня с таким предложением, потому что «кухня не место для всякого непотребства». Но сейчас мечник откровенно пользовался сложившимся положением.       — Что-то не так, завитушка? — Зоро провёл носом вдоль бледной шеи, оставив поцелуй на линии челюсти.       — Пора звать остальных на завтрак, — кок всё-таки старался не забывать о своих непосредственных обязанностях, но из-за идиотского маримо это оказалось чертовски сложно.       — Не страшно, ещё подождут.       После этих слов Ророноа впился в губы Винсмока. Он не церемонился и сразу проник языком в рот возлюбленного. Санджи не протестовал, даже наоборот, отвечал с не меньшим рвением, обхватив руками чужую шею. В их поцелуе не было нежности, лишь безудержное желание вперемешку с животной страстью. Языки сплетались в бешенном танце, а такая ненужная одежда уже летела на пол. Мечник сжимал бёдра кока, на которых после такого, возможно, останутся небольшие синяки, но по-другому не получалось, потому что он слишком сильно обожал шикарные ноги своего парня. Это, пожалуй, одно из лучших, что случалось в жизни Зоро. Его сильные руки гладили бёдра и талию, периодически сжимали ягодицы. Винсмок старался не отставать от своего партнёра. Он сжимал широкие плечи, ловко пробегал пальцами по каждой мышце на накачанном торсе и слегка впивался короткими ногтями в спину возлюбленного, когда он особенно сильно вгрызался зубами в шею. Они уже давно изучили каждый миллиметр тел друг друга, но каждый раз наслаждались будто впервые.       Санджи разделял страсть и желание своего партнёра, и они зашли бы дальше поцелуев и прикосновений, переспали бы прямо на камбузе, если бы их так вовремя не прервал незваный гость. Дверь распахнулась, позволяя Усоппу войти в пока ещё теплое после приготовления пищи помещение. Именно ему, по очень настойчивой просьбе Нами, досталась участь выяснить, как обстоят дела с завтраком, и он пожалел об этом, едва переступив порог камбуза.       — Эй, Санджи, когда будет… — снайпер осёкся, когда увидел то, чего видеть явно не хотел. — Понял, я не вовремя.       Канонир моментально шмыгнул обратно на палубу, пока на него полноценно не обратили внимания.       — И вот чтобы я ещё хоть раз туда пошёл, — недовольно проворчал Усопп себе под нос, спускаясь на покрытую зелёным газоном палубу Санни. — Эй, Нами, завтрак ещё задержится. И в следующий раз сама пойдёшь к ним.       — Эти двое опять за своё, — навигатор покачала головой, сидя на скамье возле мачты.       — Они просто слишком влюблены, — сидящая рядом Робин негромко посмеялась. — Им не так легко уединиться. На этом корабле с этим частенько бывают проблемы.       — Судишь по себе и Фрэнки? — спросила рыжая и в ответ получила лишь загадочную улыбку. — Но знаешь, их желание побыть вдвоём это не повод лишать нас законного завтрака.       Когда дверь за Усоппом закрылась, коку пришлось найти в себе силы, чтобы оторваться от любимых губ. Оба парня тяжело дышали после столь долгого поцелуя, а Ророноа всё ещё продолжал прижимать к себе своего возлюбленного, не переставая держать руки на его бёдрах.       — Вот же мешаются, — с явным недовольством пробормотал мечник, утыкаясь в изгиб шеи своего парня. — На этом корабле не уединишься.       — А я ведь предупреждал тебя, придурок, что уже завтракать пора, — Винсмок упёрся ладонью в голову Зоро, намереваясь отодвинуться его от себя. — Не мог потерпеть?       Санджи безумно любил этого маримо, но его немного раздражало периодическое безразличие Ророноа к комфорту остальных членов команды, потому что если он хотел своего парня, то брал его, где и когда хотел, хотя с другой стороны, кок любил эту натуру глупой водоросли. Они уже давно не пытались скрывать свои отношения, но это не отменяло того, что Винсмок очень смущался, когда их застукивали за чем-то интимным, особенно часто доставалось Усоппу.       Нельзя сказать, что Таузенд Санни маленький корабль, но даже здесь достаточно сложно уединиться. Именно поэтому бедный снайпер очень часто страдал, он не единожды натыкался на влюблённую парочку в лице кока и старпома, из-за чего предпочитал большую часть времени отсиживаться в своей мастерской или бездельничать на палубе вместе с Луффи и Чоппером. Канонир пытался быть особенно осторожным в те моменты, когда Зоро и Санджи вместе пропадали из его поля зрения. Хотя просьба Нами заставила его забыть о бдительности, а потому получилось то, что получилось.       Кок отодвинул от себя голову Ророноа, намереваясь наконец-то накормить своих накама вкуснейшим завтраком, но сильная рука вовремя обхватила талию, не позволяя даже двинуться с места.       — Но тебе нравится, когда я беру тебя в любое время и в любом месте, — мечник убрал руку возлюбленного со своей головы, оставив поцелуй на тыльной стороне ладони.       — Ты ужасен, ты знаешь? — Винсмок отвёл взгляд в сторону, стараясь таким образом скрыть собственное смущение. Слишком нежный Зоро всегда выбивал его из привычной колеи. — Подожди, пока остальные позавтракают.       — Погоди, — Ророноа даже замер на мгновение. — Ты хочешь сказать, что у тебя есть настроение на утренний секс? Обычно ты пинком посылаешь меня куда подальше.       Мечник слегка склонил голову на бок, не сводя взгляда с лица напротив, и Санджи просто не мог упустить возможность и не растрепать короткие зелёные волосы возлюбленного. Как же сильно он обожал Зоро.       — Если не будешь хорошо себя вести, то заставлю тебя ждать до вечера, — кок улыбнулся одной из своих самых милых улыбок, пробегаясь пальцами свободной руки по кубикам пресса своего парня.       — Понял, не дурак.       Ророноа нехотя убрал руки от Винсмока, тем самым позволив ему встать и заняться своими непосредственными обязанностями. Первым делом он, конечно же, привёл себя в порядок, ему нельзя показываться в неподобающем виде перед прелестными меллорин. Санджи также пришлось отвесить мечнику пинка, иначе бы тот так и продолжал сидеть на диванчике в одних только штанах, что не соответствовало правилам приличия. И к тому же, кок не слишком любил, когда его маримо разгуливал с полностью обнажённым торсом. В такие моменты у него просыпалось маленькое чувство собственничества. Поправив надетый пиджак, Винсмок проверил последние приготовления по сервировке и вышел на палубу, чтобы позвать остальную команду на завтрак.       — Нами-суан, Робин-чуан, ваш прекрасный завтрак готов, — счастливо пропел Санджи, обращаясь к прелестным девушкам и получая недовольное фырканье со стороны камбуза.       Кок издал совсем тихий смешок. Его отношения с одним глупым мхом ничуть не мешали ему по-прежнему обожать каждую представительницу прекрасного пола, что, как и раньше, иногда раздражало будущего сильнейшего мечника, поэтому в подобные моменты Винсмок получал негромкое фырканье или недовольное выражение лица. Ревнующий Зоро, на скромный взгляд Санджи, был тем ещё милашкой. Но если говорить серьёзно, кок ни за что не променял бы своего маримо даже на самую красивую девушку в мире. Он слишком сильно любил этот кусок вечнозелёного газона, и это было взаимно, сам Ророноа любил свою завитушку не меньше. Они оба знали, что останутся друг с другом до самого конца.       — И вы, идиоты, идите жрать, — к мужской половине команды Санджи обратился в более грубой, но довольно привычной манере.       — Спасибо, Санджи-кун, — с мягкой улыбкой отозвалась Нами. — Мы сейчас подойдём.       — Ах, Нами-сан, вы сегодня ещё прекраснее, чем вчера, — кок даже за сердце схватился, а наблюдающий за всем с камбуза мечник лишь закатил глаза. Он никогда не понимал этого цирка, но знал, что это просто часть натуры его избранника.       Окрылённый ответом прекрасной девушки Винсмок отправился обратно на кухню, куда Луффи успел запульнуть себя. Капитан надеялся прийти первым и урвать с тарелок всё самое вкусное, а таким было всё, ведь мы говорим о еде, приготовленной Санджи. Монки хотел отведать всё, и даже присутствие Зоро на камбузе никак не могло умерить его пыл.       — Ты так сильно хотел еды Санджи, что пришёл сюда раньше всех, Зоро? — Луффи захихикал, усаживаясь за стол.       — Не совсем, — Ророноа тихо хмыкнул, размещаясь на своём излюбленном месте.       — А, так ты хотел заняться сексом с Санджи, но он тебя отшил? — Монки вновь захихикал, пока лицо мечника вытягивалось в удивлении и покрывалось румянцем от смущения. Иногда проницательность их, на первый взгляд, глупого капитана действительно поражала.       Особенно Луффи не был глупым, когда дело касалось еды, именно поэтому он воспользовался минутным замешательством Зоро, чтобы украсть что-нибудь с тарелок. Но задуманное осуществить не получилось, так как Ророноа вовремя перехватил растянувшуюся руку.       — Не наглей, Луффи, — мечник даже не думал отпускать руку капитана. — Если ты испортишь настроение завитушке, то я лично скину тебя за борт.       Монки издал тихий смешок, поправив свою соломенную шляпу, и уселся спокойнее в ожидании прихода остальной команды. Вот она, дружеская солидарность.       Пока мужская половина команды рвалась на камбуз, чтобы не позволить прожорливому капитану съесть весь завтрак в одиночку, Нами протянула сидящей рядом Робин несколько купюр.       — Кто же знал, что они прервутся, чтобы дать нам спокойно позавтракать, — навигатор покачала головой, сетуя на проигранные в споре деньги. — У этих двоих просыпается совесть тогда, когда это совершенно не нужно.       — Я бы сказала, что просыпается она только у Санджи, — Нико слегка улыбнулась, спрятав выигрыш в нагрудном кармане лёгкой рубашки, и двинулась в сторону камбуза. Нами ничего не оставалось, кроме как последовать за ней, а проигранную сумму она точно припишет к долгу Зоро.       Завтрак на Таузенд Санни прошёл в привычном шуме: разговоры на совершенно разные темы, попытки Луффи стащить еду из чьей-нибудь тарелки, возмущения Усоппа по этому поводу и лёгкое бренчание Брука на гитаре. Всё такое привычное, родное, что невозможно сдержать счастливой улыбки. Именно с такой кок из-за барной стойки наблюдал за происходящим на кухне, не сразу замечая, что взгляд одного из присутствующих всё время был прикован только к нему. Их с Ророноа взгляды пересеклись, из-за чего на смуглых щеках проступил лёгкий румянец, а улыбка на губах Винсмока стала ещё шире. Он редко замечал смущение мечника, а потому особенно бережно хранил в памяти подобные моменты. Теперь к ним добавился ещё один.       Лёгкой походкой Санджи направился прямиком к Зоро, ему уж очень сильно захотелось обнять столь смущённого маримо, ведь он слишком милый. Руки кока обвили шею Ророноа, когда он подошёл к нему со спины. Мечник улыбнулся, получив порцию нежности от своего парня. Он, как никто другой, знал, что Винсмок любил подобное и никогда не мог отказать себе в прикосновениях к возлюбленному. Сам же Зоро обычно не склонен к нежности, но всегда был готов дать своему избраннику столько, сколько он захочет.       — С чего такое резкое желание понежничать? Да ещё и при всех, — тихо поинтересовался Ророноа и немного повернул голову, чтобы через плечо взглянуть на довольного Санджи, пока вся команда продолжала шуметь, не обращая внимания на парочку.       — А ты против? — кок покрепче обхватил шею возлюбленного.       — Я такого не говорил, — мечник немного наклонил голову, тем самым соприкасаясь с головой Винсмока.       В глубине души Санджи уже давно захлебнулся в собственной любви к чёртовому маримо, любил его до невозможности сильно. Если бы ему выпал шанс что-то изменить, даже ту самую ужасную часть своего детства, он бы им не воспользовался, потому что в противном случае не встретил бы своих драгоценных накама, и не познакомился бы с Зоро и не влюбился бы в него.       — Как же я тебя люблю, ты не представляешь, — тихо пробормотал кок, утыкаясь в изгиб шеи Ророноа. — Ты всё ещё раздражаешь меня, кусок газона, но я так рад, что ты вообще появился в моей жизни.       Винсмок чувствовал острую потребность в том, чтобы озвучить эти слова, хотя он и так довольно часто признавался мечнику в любви без какого-либо повода. Но сейчас ему очень сильно хотелось вытащить из груди все свои чувства и сбросить их на эту глупую водоросль. Из-за собственных мыслей Санджи не сразу заметил, как на лице Зоро засияла нахально счастливая улыбка. Он любил свою завитушку ничуть не меньше, хотя и не был силён в открытом проявлении чувств.       — Эй, — тихо позвал Ророноа, зарываясь рукой в светлые волосы своего возлюбленного, притягивая его ближе и привычно соприкасаясь лбами. — Я люблю тебя, Санджи. Очень сильно.       Возможно, если бы кок был какой-нибудь прекрасной меллорин, то совершенно точно расплакался бы от переполняющих его чувств после ответного признания, коих он получал не так много, ведь мы говорим о чёртовом мечнике. Но мужчина не должен плакать из-за такой мелочи. Винсмок расплылся в улыбке, когда после признания получил ещё и лёгкий поцелуй в щёку, и крепче обнял своего возлюбленного, будто стараясь слиться с ним в одно целое, раствориться в своём любимом мужчине и их чувствах друг к другу.       — Останешься помочь с уборкой? — тихо спросил Санджи, оставив ответный поцелуй на смуглой щеке, на что получил лёгкий кивок.       Зоро никогда не отказывал, если его просил сам кок, к тому же, у него был ещё один стимул, чтобы остаться наедине со своим избранником. Наслаждаясь друг другом, парни даже не заметили, как на камбузе стало значительно тише, а взгляды присутствующих были прикованы к воркующей парочке.       — Они такие счастливые, — заметил Чоппер.       — Влюблённые дурачки, — Нами хмыкнула, ложкой помешивая остатки чая в кружке.       — Ах, эта молодость, мне бы их годы, — с некой печалью в голосе проговорил Брук.       — Не знаю, как вы, а я в такие моменты чувствую себя лишним, — негромко сказал Усопп, подперев щеку рукой.       — Думаю, нам стоит оставить их вдвоём, — Робин мягко улыбнулась.       — Я поддерживаю эту супер идею, — вставил своё слово Фрэнки.       В это же мгновение со стороны холодильника послышался грохот, и все взгляды, включая принадлежащие Зоро и Санджи, были устремлены в ту сторону. Там, что не удивительно, обнаружился Монки Д. Луффи собственной персоной, и его лицо оказалось перепачкано в шоколаде.       — Луффи!       От былого мягкого и нежного кока, что мгновением раньше вовсю ластился к своему избраннику, не осталось и следа. Он всё утро корпел над этим шоколадом и теперь не мог позволить прожорливому капитану заграбастать себе всё. А Луффи не такой уж и дурак, чтобы не понять, когда ему угрожала реальная опасность, поэтому он поспешил ретироваться с камбуза, напоследок прихватив по одной шоколадной конфете из каждого цветного мешочка и полностью забрав себе тот, что был красного цвета.       — Умеет же он портить моменты, — Нами устало вздохнула, прикрыв лицо рукой. Их капитан точно никогда не изменится.       Винсмок хотел погнаться за Монки, чтобы всыпать ему по первое число, но решил, что подсчитать убытки гораздо важнее, чем он и занялся. Санджи особенно сильно переживал за приготовленные специально для маримо конфеты, лежащие в зелёном мешочке в самом дальнем углу холодильника. Но, к удивлению кока, именно этот мешочек оказался нетронутым, зато остальные были заботливо вскрыты Луффи, а тот, что предназначался ему, он забрал с собой вместе с парой кусочков ветчины, за что совершенно точно получит позже. Хотя это всё меркло на фоне того, что мешочек с конфетами для Ророноа оказался нетронутым.       — Санджи-кун, — навигатор первой поднялась из-за стола, намереваясь всё-таки оставить влюблённую парочку наедине. За ней последовала остальная команда, попутно благодаря за вкусный завтрак, лишь мечник остался сидеть на своём месте. — Спасибо за еду.       — Подождите минутку, пожалуйста, — Санджи довольно быстро вытащил из холодильника несколько цветных мешочков, повторно завязал каждый, уложив на широкий поднос, и два особенно украшенных, оранжевый и фиолетовый, протянул Нами и Робин соответственно. — Я сделал их с любовью специально для моих прекрасных меллорин.       Девушки одарили кока милыми улыбками, принимая подарки, а рыжая решила посмотреть, что же им приготовили на этот раз. Аккуратно развязав оранжевый мешочек, она достала несколько шоколадных конфет, одна из них своей формой напоминала мандарин, а пара других чем-то походили на Лог Пос.       — Это так мило, Санджи-кун, — Нами улыбнулась, разглядывая конфеты.       — Они и правда замечательные, — Нико вторила улыбке подруги.       — Я тоже хочу такие, — Чоппер с горящими глазами приблизился к археологу.       Робин хотела отдать несколько конфет маленькому доктору, но кок не позволил ей этого сделать.       — Я приготовил такие для всех, — он указал на мешочки, оставшиеся на столе. — Луффи забрал по несколько конфет с каждого, но их ещё достаточно, так что разбирайте свои.       Едва Винсмок закончил говорить, Усопп и Чоппер моментально кинулись к специально подготовленным для них сладостям. За пару минут камбуз опустел: члены команды разобрали мешочки с шоколадными конфетами, не забыв поблагодарить Санджи крепкими объятиями. Зоро с лёгкой улыбкой наблюдал за немного смущённым, но расслабленным коком, который, постояв у стойки ещё минуту, отправился мыть посуду, пока Ророноа доедал свою порцию завтрака.       Самому Винсмоку очень нравилось проводить время на камбузе вдвоём с мечником и совсем неважно, чем они были заняты. Санджи улыбнулся, когда Зоро принёс оставшуюся грязную посуду и поставил её в раковину, а затем встал рядом, взяв в руки чистое полотенце, чтобы протереть уже вымытые тарелки. В этом была своя атмосфера. Такие моменты кок особенно бережно хранил в своём сердце, но сейчас ему хотелось поскорее закончить с уборкой, чтобы наконец-то вручить Зоро подарок на день всех влюблённых. Не зря старался ведь.       Когда с мытьём посуды было покончено, Винсмок оставил Ророноа вытирать оставшиеся тарелки и убирать их на место, а сам пошёл к холодильнику, чтобы достать приготовленное с особой любовью сладости. Он держал в руках зелёный мешочек, который был значительно меньше, чем у других ребят из команды. Санджи специально приготовил для мечника совсем немного конфет из-за его нелюбви к сладкому.       — И ради этого ты сегодня встал раньше обычного и заставил меня спать в одиночку? — Зоро обнял возлюбленного со спины, чувствуя, как он расслабился и откинулся на его широкую грудь.       — Вообще-то, я и для тебя старался, — кок вытащил одну конфету из мешочка и поднёс её ко рту мечника. — Попробуй, они с начинкой. Я специально подбирал, чтобы тебе понравилось.       Ророноа скептически посмотрел на круглую конфету насыщенного зелёного цвета, напоминающую настоящее маримо. Винсмок не был бы собой, если бы подарил своему обожаемому идиоту нормальный подарок даже на столь романтичный праздник.       — Ты сейчас стебёшься надо мной, да? — Зоро, кажется, был готов вцепиться зубами в плечо или шею Винсмока, а тот лишь негромко хихикнул. Да, он стебался над своим парнем. Как без этого?       Ророноа не любил сладкое, это знали все, но он не мог не съесть то, что приготовил завитушка. Даже если это ненавистные сладости. Мечник послушно съел конфету и ощутил лёгкую горечь на языке, когда раскусил её. Во рту растекалось что-то горьковатое с примесью сладости шоколада, чего Зоро никак не ожидал, а Санджи лишь негромко посмеялся из-за столь удивлённого вида своего возлюбленного.       — Нравится? — кок развернулся в объятиях и расплылся в улыбке, растрепав зелёные волосы любимого.       — Лучше, чем я думал, — честно признался Ророноа. — Не ожидал, что ты сделаешь конфеты с ликёром.       — Ну не мог же я оставить тебя без хорошего подарка, — Винсмок вложил ещё одну конфету в рот своего парня. — С днём всех влюблённых, маримо-кун.       Мечник жевал очередную конфету и не мог оторвать взгляда от чересчур довольного Санджи. Если всего пара съеденных Зоро шоколадных конфет могли сделать завитушку таким счастливым, то он был готов съесть в разы больше сладкого.       — Значит, — Ророноа на мгновение замолчал. — Теперь я должен что-то подарить в ответ?       — А у тебя уже есть идея для подарка, мой милый маримо? — свободной рукой кок провёл по рельефному торсу возлюбленного.       — Есть одна мысль.       Мечник не позволил Винсмоку сказать что-либо в ответ. Он положил руку на светлый затылок и впился в любимые губы. От такой резкости Санджи поначалу растерялся, но довольно быстро собрался и ответил на поцелуй, обвив руками мощную шею. Целоваться с Зоро до чёртиков приятно, кок особенно сильно обожал это, так же, как и обожал своего маримо. В груди Винсмока что-то затрепетало, Ророноа лучший и единственный мужчина в его жизни, в которого он влюблён настолько сильно, что невозможно описать словами. Сам мечник был солидарен с подобным заявлением, но в его случае это касалось завитушки. Санджи это совершенно точно самое лучшее, что случалось с ним за всю прожитую жизнь.       Их поцелуй из нежного и тягучего быстро перерос в страстный и нетерпеливый. Язык Зоро с большим энтузиазмом исследовал рот кока, а тот лишь поддавался каждому прикосновению. Руки Винсмока с не меньшим желанием гуляли по потрясающему телу возлюбленного, стремясь поскорее стянуть с Ророноа его чёртово кимоно. Вот только он не позволил ему такой вольности. Санджи едва успел стянуть одежду с широких плеч своего избранника, как мечник, не разрывая поцелуя, подхватил парня под бёдра и усадил прямо на обеденный стол. Кок от неожиданности охнул прямо в рот Зоро, от чего у последнего даже мурашки пробежали вдоль позвоночника. Ророноа на мгновение прервал поцелуй, чтобы в следующую секунду припасть к бледной шее возлюбленного. Он целовал, оставлял лёгкие укусы и тут же зализывал их.       — Зоро, — пробормотал Винсмок, впиваясь пальцами в широкие плечи избранника.       Голова Санджи постепенно пустела, и лишь одна мысль продолжала бить набатом. «Люблю. Я так тебя люблю, Зоро». Кок был готов раствориться в собственных чувствах, в самом мечнике, его поцелуях и прикосновениях. Старпом медленно переместил руки с талии парня на его бёдра и так же медленно развёл их в стороны, постепенно подбираясь к ремню на брюках.       — Подожди, — Винсмок едва нашёл в себе силы, чтобы перехватить руки мечника, который даже оторвался от шеи возлюбленного, чтобы взглянуть в его лицо. — Мы уже говорили об этом, помнишь?       — Никакого секса на кухонном столе, да? — Зоро на мгновение задумался, а затем подхватил своего избранника под бёдра, чтобы перенести его на диванчик.       Почувствовав спиной мягкую поверхность дивана, Санджи заметно расслабился и покрепче обхватил руками смуглую шею, чтобы притянуть любимого маримо ближе. Теперь уже кок целовал Ророноа, настойчиво проникая языком в рот, а мечник с удовольствием отвечал, ему нравилось, когда завитушка проявлял инициативу. Одежда постепенно летела на пол: сначала на твёрдой поверхности оказался чёрный пиджак Винсмока, за ним последовали его же галстук и излюбленная жёлтая рубашка, а затем и зелёное кимоно Зоро вместе с красным поясом. Санджи невольно облизнулся, разглядывая потрясающее тело своего избранника, невозможно не признать его шикарность, и он признавал. Кок с трепетом обводил руками каждую мышцу на рельефном торсе, и Ророноа очень хорошо ощущал, как слегка подрагивали тонкие длинные пальцы после каждого прикосновения к смуглой коже.       — Тебе это нравится, да? — мечник ухмыльнулся, взглядом следя за тем, как бледные пальцы обводили кубики пресса на животе.       — А разве может быть иначе? — рука Винсмока мягко скользнула под зелёное харамаки, а после чуть тише добавил. — Какой же ты потрясающий, я обожаю тебя.       — Аналогично, солнце, — Зоро наклонился к губам возлюбленного и оставил на них совсем лёгкий поцелуй. — Ты прекрасен.       Ладони Ророноа медленно оглаживали стройную талию, переходя на шикарные бёдра, которые он едва ли не боготворил на пару с изящными руками. Санджи расплылся в мягкой улыбке, аккуратно касаясь смуглой щеки своего избранника, в то время как на его лице виднелся лёгкий румянец.       Они снова целовались. Нежно, мягко и до дрожи приятно. Но коку мало, а потому он потянул мечника за харамаки, чтобы прижать ближе к себе. Теперь их поцелуй влажный, глубокий, а языки в очередной раз сплетались в диком танце. Зоро, конечно же, нравился такой напор со стороны кока, но у него были другие планы. Он первым прервал поцелуй, на что получил разочарованный вздох и недовольный взгляд от своего возлюбленного. Ророноа немного забавлялся с такой реакции, потому что Винсмок выглядел как ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.       — Ты недоволен? — с усмешкой поинтересовался мечник, пока его руки в очередной раз скользили по шикарнейшим бёдрам Санджи.       — А должен радоваться? — кок тихо промычал, когда пальцы Зоро сильно впились в его бёдра. — Хочу целоваться, Зоро.       Руки Винсмока аккуратно коснулись лица Ророноа и притянули ближе в надежде снова получить поцелуй, но ему не позволили самовольничать. Ничего не сказав в ответ, мечник в очередной раз за это утро впился в шею возлюбленного. Санджи поддался, откинув голову назад и тем самым дав своему партнёру ещё больше свободы. Поцелуи постепенно сменились укусами, поглаживания стали настойчивее, а Зоро предпринял попытку расстегнуть мешающийся ремень на брюках кока.       Когда на шее Винсмока прибавилось засосов, Ророноа спустился ниже, удостоив вниманием выпирающие ключицы и грудь парня. Он истязал губами и зубами чувствительные соски своего избранника. Санджи постанывал, выгибаясь в спине и впиваясь пальцами в широкие плечи. Кок слишком сильно обожал этого мечника, который прекрасно знал, как доставить удовольствие своей завитушке.       Звякнула пряжка ремня о деревянный пол камбуза, за ним туда же отправились чёрные брюки Винсмока. Разглядывая прекрасное оголённое тело своего возлюбленного, Зоро облизнул губы. Санджи слишком потрясающий, и Ророноа иногда даже сам себе завидовал, ведь ему чертовски повезло с таким шикарным парнем.       — Зоро, — сквозь стон прошептал кок, сжимая широкие плечи мечника.       Зоро выпрямился, от чего бледные пальцы скользнули ниже по рельефному торсу, особенно тщательно проходясь по огромному шраму. Винсмок закусил нижнюю губу, его уровень обожания тела любимого маримо не поддавалось никаким описаниям. Рука Санджи прошлась по кубикам пресса, мягко очерчивая каждый, но на этом он не остановился. Его ладонь сжала возбуждённый член Ророноа сквозь ткань его штанов, на что услышал тихий рык, от которого мурашки пробежали по спине.       — Чёрт, у тебя уже стоит, — в голосе Санджи был слышен трепет. Несмотря на то, что он не всегда поддерживал рвение мечника заняться сексом утром, тем более на камбузе, сейчас кок хотел его.       — Кто бы говорил, — Зоро усмехнулся, указательным пальцем оттягивая резинку чужих трусов и приспуская их, обнажая возбуждённый орган своего парня. — Я почти ничего не сделал, а у тебя тоже стоит.       Большой палец Ророноа медленно скользнул по сочащейся естественной смазкой головке, размазывая её, на что получил судорожный вздох, а следом за ним протяжный стон, утонувший в губах мечника, который в очередной раз поцеловал свою завитушку. Кок вцепился в плечи Зоро, отвечая на поцелуй, и тихо постанывал, пока смуглая рука медленно водила по члену вверх-вниз. Со временем Винсмок начал подмахивать бёдрами навстречу, его стоны становились громче, а пальцы сильнее сжимали широкие плечи, на которых уже оставались небольшие следы от ногтей. Ророноа тихо рычал на ухо возлюбленного, пока его рука ускоряла движения. Он сам был чертовски возбуждён, но ему очень хотелось довести Санджи до края. И к тому же, он всё ещё должен своей завитушке ответный подарок.       Мечник опустился ещё ниже, чем заставил кока немало удивиться. Он опустил взгляд, и его щёки моментально окрасились насыщенным алым цветом. Винсмока очень сильно смутило увиденное: голова Зоро очень удобно устроилась между его широко раздвинутых бёдер. Это выглядело чертовски соблазнительно, Санджи хотел застонать от одного только этого вида. Ророноа не сводил взгляда с кока, от чего тот смущался ещё сильнее, что нравилось старпому. Но это было только начало.       Винсмок вздрогнул, когда ко внутренней стороне бедра прикоснулось что-то влажное, а затем последовал несильный укус. Он не сдержал стона, прогибаясь в спине, на что мечник довольно облизнулся. Как же он обожал это. Бёдра Санджи слишком потрясающие. Зоро ещё раз медленно провёл языком по бедру кока, приближаясь к паху, на что вновь получил негромкий стон.       — Зоро, что ты… — Винсмок не договорил.       Он слишком поздно сообразил, что собрался сделать Ророноа. Рука мечника всё ещё была на чужом члене, но теперь к ней добавился ещё и язык. Он медленно слизал с головки выступающую капельку смазки и сразу после этого наполовину вобрал орган в рот. Санджи не сдержался, с его губ сорвался очередной хриплый стон. С ним это было впервые. Зоро в первый раз решил сделать ему минет, хотя обычно это было прерогативой самого кока.       — Считай это своим подарком на день всех влюблённых, завитушка, — Ророноа выпустил изо рта член и усмехнулся, медленно проводя языком по всей длине.       Кок стонал, пока мечник заглатывал его член и сосал с таким упоением, что у Винсмока дыхание перехватывало. Во рту Зоро было чертовски горячо, а его движения немного неумелые, ведь это первый минет, который он сам решил сделать. Но для Санджи эта неумелость наоборот была только плюсом. Она тешила эго парня, уверяя его, что чёртов маримо лишь для него. Проворный язык Ророноа заставлял вздрагивать и стонать, кок сжимал рукой короткие зелёные волосы и невольно толкался бёдрами навстречу разгорячённому рту. Мечник заглатывал по самое основание, он чувствовал, как головка чужого органа упиралась в стенку горла, но упорно давил рвотный позыв. Зоро упивался чужими стонами, рукой, сжимающей его короткие волосы, шикарными бёдрами, подмахивающими навстречу.       Винсмок со стоном излился в рот Ророноа. Он не давал ему отстраниться, пока мечник не проглотил всю сперму до капли. Тяжело дыша, Санджи пригладил зелёные волосы и отпустил их. Кок не ожидал, что получит от возлюбленного именно такой подарок, но это было чертовски хорошо.       — Ты ужасен, маримо, — прошептал Винсмок, облизывая пересохшие губы.       Он потянул парня к себе, пока их лица не оказались на одном уровне, и впился в любимые губы. Санджи ощущал вкус собственной спермы на языке Зоро, который в мгновение ока перехватил инициативу в поцелуе, сжимая бёдра возлюбленного.       — Ты же не думаешь, что мы на этом закончили? — на лице Ророноа растянулась ухмылка, и кок повторил её.       — Если бы ты ограничился только минетом, я бы отпинал тебя, идиот.       Мечник выглядел довольным, ведь Винсмок редко бывал настроен на утренний секс настолько сильно.       — Тогда не жалуйся потом, завитушка.       Камбуз быстро наполнился стонами, шлепками тел друг о друга, тихим рычанием. Было ужасно жарко, но чертовски хорошо. На теле Санджи появилось ещё больше засосов, голос немного охрип, а вот на спине Зоро теперь красовались красные полосы. Рука кока вновь впилась в короткие зелёные волосы на затылке. Он потянул Ророноа ближе и теперь стонал в его приоткрытые губы. Мечник не выдержал этого долго, в очередной раз впился в уже припухшие от количества поцелуев губы. Он практически вгрызался в них, искусывал чуть ли не до крови и сразу зализывал. Их языки сплелись в очередной раз, и Зоро ускорил движения бёдрами, вбивая Винсмока в диван.       Санджи выдохнул сигаретный дым в потолок, ощущая на себе привычную тяжесть. Чёртов маримо удобно разлёгся сверху и даже успел немного задремать. Кок курил, мягко поглаживая зелёные волосы. Было так приятно просто лежать вдвоём после столь охренительного секса. Нужно было начинать приготовления к обеду, но Винсмоку хотелось ещё немного продлить момент спокойствия.       — Эй, — тихий голос Ророноа заставил Санджи слегка вздрогнуть и опустить взгляд.       — Любишь же ты портить моменты, — негромко возмутился кок. — Чего тебе?       — Те конфеты ещё остались?       Винсмок замер на мгновение, но тут же расплылся в тёплой улыбке, не сводя взгляда с лежащего с прикрытыми глазами мечника. Он почувствовал такой сильный прилив любви к этой тупой водоросли, что словами не передать. Не зря старался ради этого идиота.