И я буду любить тебя вечно

23 июня 2019

      — Такая маленькая, а уже превращаешь своё тело в мусорку. — Излишне драматично, даже с долькой какой-то непонятной скорби, проговорила зеленоглазая девушка, глядя на сидящую на полу в туалете брюнетку, кстати крашеную, судя по отросшим русым корням, лет шестнадцати, ровняющую дорогу на поверхности своего телефона. — Не боишься пожалеть?       Пристроившаяся у раковины девушка подняла глаза на ту, что потревожила её. Она уже хотела ей нагрубить, но замялась на секунду, разглядывая. У неё было несколько татуировок на руке, короткая стрижка, как у Майли Сайрус в своё время, волосы осветлённые, отдающие желтоватым оттенком, но только на концах, видимо успели отрасти. В ушах большие, реально большие, туннели. Она была в обычной длинной футболке и чёрных джинсах. Какая же она красивая… Блять!       — А тебя ебёт? — Всё что она сказала, перед тем как опустить лицо к мобильному и дать белому порошку, наконец, оказаться внутри организма. Этот момент девушка ждала больше, чем свой день рождения, каждый раз, когда становилось реально паршиво без чего-либо привычно веселящего.       — А что если да? — Спросила шатенка, подойдя к девушке и опустилась рядом с ней на корточки. — Как зовут тебя?       — Бля-я. — Устало протянула зеленоглазая. — Если скажу, ты отстанешь? — Подняв свои полные надежды глаза на собеседницу, спросила девушка.       — Да. — Без раздумий согласилась зеленоглазая.       — Вика. — Коротко и ясно.       — А я Виолетта. — Улыбнувшись произнесла старшая и, потрепав Вику по голове, поспешила удалиться.

17мая 2020

      Девушка, кстати уже с красными, а не чёрными, как тогда, волосами, лежала в объятьях шатенки, разделяя с ней один косяк. У них есть ещё пара минут насладиться рассветом, после чего им придётся собрать плед и пойти по домам. Как же хочется остаться, остановить время хоть ненадолго, чтобы продлить нахождение в компании друг друга ещё немного. Ну почему всё так сложно? Этот вопрос всплывает в головах у обоих постоянно, а ответа на него нет ни у одной из них.

23 июня 2019

      Брюнетка лежала на кровати, которую ей любезно предложила Алёна, хозяйка квартиры в которой проходила вписка вечеринка, когда Вика сказала ей о ужасной головной боли. Видимо она переборщила с веществами и алкоголем… Хотя нет, не видимо, а точно, перемешала она всё что было можно. Как же сука жаль, что нельзя просто напросто закинуться обезболом, потому что если ещё что-то кроме воды попадет в её организм, она боится, что может умереть.       Такое ощущение, что в голову ваты напихали, боль такая будто кто-то поджёг всю эту вату и она прогорает внутри черепа, вместе с остатками извилин, тела она почти не чувствует. Вместе с этим девушка не ощущает и пространства вокруг себя, не слышит звуков, не видит комнату. Поэтому когда к ней заходит какой-то парень она не замечает. Не замечает и как рядом с ней прогибается матрас, не замечает, как он зовёт её коротким, достаточно громким «эй» на ухо, не замечает, как он разворачивает её на живот. Небольшое понимание приходит к ней только тогда, когда она чувствует чужие, пахнущие табаком, пальцы у себя на губах. Рот накрывают ладонью, очень крепко, чтобы она не смогла закричать, глаза открываются, сначала совсем немного, но через пару секунд они уже почти вылетают из орбит вместе со всеми мыслями, кроме мыслей о спасении.       Да, понимание приходит, однако поздно… Таз приподнимают, она пытается сопротивляться, но тело не слушается, дальше он расстёгивает пуговицу и молнию на джинсах. Этот чёртов звук собачки, проходящей вниз по молнии, останется у неё в голове самым страшным и противным из тех, что она слышала в жизни. Она пытается укусить его, пытается вырваться из-под его тела, что закрыло её в ловушке подобно капкану, она прикладывает все оставшиеся в ней силы, чтобы дать отпор, но не может. Первая слеза скользит по щеке так же быстро, как руки этого урода скользят вдоль талии зеленоглазой. Она уже перестала предпринимать попытки вырваться, теперь она попыталась просто смириться с неизбежным, но всё происходит как в ёбаном фильме, потому что вселенная слышит её и отправляет ей спасителя, в виде татуированной девушки, с болотными глазами-омутами. Она, правда, пока не знает, что это именно Виолетта столкнула парня с неё, но это сейчас не имеет никакого значения.

17 мая 2020

      Красноволосая поднимается по пожарной лестнице так быстро, как только может, пытаясь успеть прошмыгнуть в комнату незаметно, пока мама не проснулась. На часах уже 5:47, обычно она возвращается раньше, но на этот раз она потерялась во времени, просто напросто забылась. Её мама работает учительницей, так что просыпается рано, обычно в 6:00, или 6:15, чтобы прийти в школу раньше учеников и подготовить всё к предстоящему уроку. Она ведёт математику. Вика ненавидит ёбаную математику. Что она может сделать, если ей этот предмет ну просто не даётся? Она видимо пошла в папу, тот тоже ничего в этой точной науке не понимает, но её матери всё равно. Она считает, что если Вика её дочь, то просто обязана знать этот предмет.       Как бы она хотела идти с Виолеттой за руку в их общую квартиру, готовить ей ужин, гладить яростно подлетающую к ней Аляску на пороге, засыпать и просыпаться в её объятьях, сидеть вечерами на кухне, раскуривая косяк, или попивая вино из бокалов, подаренных им друзьями на новоселье. Но это всё — мечта. Реальность — это родители, запрещающие Вике видеться с татуированной, проверяющие её телефон и не выпускающие из дома никуда, кроме школы.       Виктория залезла в окно с оставленной в нём щелью и как можно осторожнее, не издавая ни звука, спустилась на пол. Как же хорошо, что сейчас весна и можно ходить без куртки. Надевать её на ночь, а после оставлять под кроватью, как сейчас она оставила кроссовки, было бы проблематично, родители бы заметили. Она переоделась в домашнюю одежду и легла под холодное одеяло, думая о проведённой в её руках ночи. Одной из десятков таких же, где она сбегала из дома, наплевав на безопасность и факт того, что родители могут всё узнать. Она думала о том, как они целовались, как Виолетта фотографировала зеленоглазую на свой телефон, пока та смеялась, из-за очередной тупой шутки, как шатенка в тысячный раз предложила ей уехать, просто бросить всех и переехать вместе с ней в Питер, туда, где надоедливые мама с папой не найдут Вику. Девушка хотела бы согласиться, но она слабачка. Она боится, что родители найдут её. Она боится, что родители заберут у неё Виолетту, что они убьют их нахуй. Рациональное мышление кричало ей о том, что они бы не пошли на такое, не убили бы родную дочь, только из-за её ориентации, но она была настолько запугана, что не слышала этого.

23 июня 2019

      Как только она почувствовала, что тяжесть с её тела куда-то пропала, а рот больше ничего не зажимает, она попыталась перевернуться. Попытка увенчалась успехом, потому что адреналин, выброшенный её телом в страхе, помог ей вытеснить эффект опьянения. Она привыкла называть это кайфом, никак не опьянением, но сейчас, после того как её пытались… Изнасиловать. После того как её пытались изнасиловать, кайфа она не чувствовала. Только беспомощность.       Она лежала и смотрела, как девушка откровенно пиздит её мучителя, как кровь из носа хлещет по его лицу и стекает вниз на постельное бельё, как он пинает её ногами, как она скидывает его на ковер, а после хватает за волосы и тащит в сторону двери.       — Пиздец. — Эхом отдалось в голове у валяющейся мёртвым грузом на кровати девушки. Она повернула голову в сторону Малышенко, та подпирала дверь спиной, скатываясь на пол, то ли от усталости, то ли от шока. — Ёбаная свинья. — Произнесла та, явно обращаясь к вышвырнутому из комнаты парню. — Биомусор. — Всё никак не успокаивалась шатенка.       Брюнетку эти слова развеселили, губы растянулись в улыбке, выпуская короткий смешок. Она закрыла лицо руками и начала смеяться. Смеяться, пока не заплачет. Улыбка так и осталась на её покрасневшим лице, но к ней добавились солёные дорожки на щеках и всхлипы изо рта. Виолетта подорвалась с места и практически подлетела к бьющейся в истерике девушке. Руки мягко подтянули её к себе и заключили в кольцо, обнимая, давая необходимую поддержку и чувство безопасности. Она ласково шептала ей на ухо успокаивающие слова, целуя между ними в макушку.

26 мая 2020

      Вика сидела у себя на кровати, разговаривая с шатенкой по телефону, слушая историю об одном из клиентов. Парень, пришедший с полной уверенностью, что он и писка не издаст во время сеанса, орал как пятилетний ребёнок во время укола, пока ему били тату на рёбрах. Наивный, по-другому не скажешь. По словам Малышенко он даже чуть в обморок не упал. Это не то что бы редкость, но наблюдать за тем, как этот супермен превращается в плачущее месиво действительно весело.       Она была так счастлива в эти короткие моменты, когда ей удавалось поговорить с Виолой, потому что родители ушли. Сейчас, например, они поехали в супермаркет, конечно же заперев красноволосую дома, потому что «мало ли ты на блядки свои срулишь!». Они на самом деле были правы, делая такие выводы, но всё равно обидно.       Но тут она слышит голоса в подъезде и молниеносно бросает трубку, кинув короткое «я тебе потом позвоню», даже не проверив, действительно ли это её семья. Телефон отброшен в сторону, а девушка присела за рабочий стол, изображая полезную деятельность.

23 июня 2019

      — Тебе сколько лет вообще? — Любопытно спросила шатенка, после того как девушка в её руках успокоилась.       — Шеснадцать. — Всхлипнув отозвалась зеленоглазая.       — А мне восемнадцать.       — Ага, ты поэтому меня маленькой назвала? — Усмехнувшись задала вопрос брюнетка. — Ты то конечно, пиздец взрослая.       — Ага, на два года тебя старше! И вообще, я уже совершеннолетняя! — С напускным пафосом заявила Малышенко.       На это Вика лишь неопределенно хмыкнула и обняла девушку крепче. Они лежали так, рассказывая друг другу о себе, о своих мечтах, проблемах, о том что они любят, о том кого на этой вечеринке они на дух не переносят, пока не уснули.

26 мая 2020

      — Телефон. — Коротко приказала мать красноволосой, протягивая руку, таким образом как бы усиливая вес своих слов.       — Мам. — Жалобно посмотрев на женщину проскулила Вика.       — Давай-давай, шевелись. Зеленоглазая послушно передала телефон в руки матери, на ежедневную «проверку», как будто она вовсе не человек и не имеет личного пространства.       Она уже хотела продолжить рисовать в своём блокноте, но тут её бросило в холодный пот. Так страшно ей не было очень давно… Руки начало трясти, на ватных ногах девушка поднялась со стула и рванула в ванную, закрывая дверь на щеколду, понимая, что это сильно ей не поможет. Сука! Как она могла так облажаться?!       В чём проблема? Вопрос интересный, а дело всё в том, что она забыла удалить запись о звонке Виолетте, номер которой мама знала наизусть, так что отсутствие контакта ей ничем не поможет. Надо было бежать на улицу… Она могла бы убежать сейчас, но 3…2…1. Предпринимать что-либо уже поздно, она увидела.       Безумно громкий звук приближающихся шагов, в голове красноволосой звучащий как похоронный марш, крики и угрозы, стук в дверь, да такой сильный, что щеколда начала вылетать из крепления, но зеленоглазая, быстро опомнившись, задвинула её обратно.       — Выходи, пока я не выломала дверь! — А в ответ тишина, перебиваемая лишь всхлипами возрастающей истерики. — Мелкая дрянь!       — Мама! Пожалуйста не нужно! — Просила её Виктория, уже представляя удары.

30 сентября 2019

      — Ты мне кажется нравишься… — Смущённо, с некой тревожностью, призналась девушка, опуская глаза на свои ботинки.       Они общаются чуть больше трёх месяцев, но у зеленоглазой уже замирало сердце, когда она просто видела сообщение от Виолетты. Любовью это, конечно, не назовёшь, скорее влюблённость, не более. Но чёрт, как же у неё крышу сносит… Она боялась об этом сказать первое время, а потом вспомнила, как не могла признаться однокласснице целый год. Так и ушла в колледж, а общение угасло, вместе с чувствами. Снова лишать себя возможной взаимности она не желала. Даже если она не нравится Малышенко, что с того? Лучше пожалеть от том что сделал, а не о том чего не сделал, таков был девиз Виктории.       — Пиздец. — Тихо произнесла шатенка.       Вика взметнула свои испуганные глаза на собеседницу. Её потряхивало и до признания, а сейчас она была на грани обморока от волнения. Но она молчала, слишком страшно было издать хоть один лишний звук, казалось что если она будет молчать, Виолетта не пошлёт её нахуй и не оборвёт с ней связь.       — Ну ты мне… Типо тоже.

27 мая 2020

      Избитая, убитая морально, слабая и так горько плачущая девушка собирала чемодан. Люди, которых она привыкла называть родителями, заявили о переезде в Москву, из-за работы отца. Мать собиралась сказать ей об этом когда приедет «глава семьи», но решила добить её этими словами, после того как выкинула её телефон на улицу и не слабо так избила.       Она даже не может сообщить об этом девушке, которую любила, телефона нет, возможности выйти из дома тоже, вылет через четыре часа. Она чувствовала себя так паршиво, что хотела выкинуться из окна нахуй, но она настолько слаба, что даже страдания свои прекратить не может… С ощущением растягивающейся на все внутренние органы дыры в сердце не помог даже ЛСД, лежащий в плинтусе её комнаты. Слёзы текут бесконтрольным ручьём, капая на пол, или впитываясь в её любимую футболку с изображением заката, который красноволосая когда-то сфотографировала из окна в квартире Малышенко, такую же как у Виолетты.

11 февраля 2020

      — Эй, Вилка. — Обнимая свою девушку у подъезда позвала её Вика. — Я люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю. — После этих слов татуированная потянулась к губам младшей девушки, затягивая в очередной, кажется уже миллионный поцелуй. Из лёгких касаний и поглаживаний по лицу, всё это действие быстро переросло в укусы и борьбу языков друг с другом. Обычно они целовались так, будто языки в их ртах танцевали хорошо отрепетированный вальс, сейчас же они боролись за первенство в этом поцелуе. Звук открывающейся двери подъезда отвлёк девушек, но уже слишком поздно. Она увидела их…       — Вика? — Произнесла женщина, стоящая возле целующихся пару секунд назад девушек, глядя на свою дочь шокированным взглядом.       — Мам, я…

11 февраля 2021

      Виолетта сидела на лавочке в парке, держа в одной руке сигарету, другой набирая сообщение своей подруге, Даше.

Вилка

Я приеду? (19:08)

Вилка

Мне пиздец хуёво, у неё день рождения сегодня (19:08)

      Её день рождения… Сегодня, 11.02.21 ей исполняется восемнадцать лет. Такая маленькая, запуганная девочка, безумно милая, до одури красивая, такая нежная. Они не виделись уже давно, больше полугода, но татуированная всё никак не может забыть её улыбку, её запах. Она всё ещё носит их футболку и надеется, что Вика тоже. Зеленоглазая переехала тогда, кажется в ночь после их последнего разговора по телефону. По крайней мере так сказали общие знакомые… Она, сука, не написала ни слова, не дала ни одной подсказки, что не умерла блять! Малышенко тогда была очень зла, но через время поняла, что её не бросили, как надоевшую игрушку в дальний угол шкафа. Скорее всего женщина, называющая себя её матерью просто не дала ничего сделать.       Шатенка сидела, погрузившись в воспоминания, пока одинокая слеза стекала по щеке. Из мыслей её вывел звук уведомления, от пришедшего на телефон сообщения, неприятно врезаясь в голову. Татуированная думала, что это Даша ответила, но увидела лишь неизвестного ранее пользователя, написавшего ей в телеграме. .vikka. Привет. Ты знаешь, я написала это уже давно, но отправляю только сейчас, наверное происходит что-то важное, раз уж я решилась тебе написать. Блять, Вилка, я вспоминаю тебя каждый ёбаный день, я плачу, постоянно плачу, потому что очень скучаю. Я могла бы тогда прийти к тебе, убежать из дома и избежать того, что произошло. Я не успела, понимаешь? Она узнала тогда, она увидела у меня в телефоне, что ты мне звонила и разбила его нахуй! Я хотела убежать, но мне было страшно. Потом я хотела написать тебе, но решила что нам будет легче, если ты просто забудешь меня. Надеюсь что у тебя всё хорошо и ты нашла ту, которая сделает тебя счастливой. (19:22) .vikka. Я лбблю тебя втлка (19:23) .vikka. Пока❤️ (19:23)

Вилка

Вика?! (19:25)

Вилка

Это ты? (19:25)

Вилка

Где ты? Все нормально? (19:25)

      Девушка не особо разбирала что она там напечатала, слёзы застилают картинку. Она уже не сдерживалась, бесконтрольно рыдала и кричала на всю улицу. Люди наверное смотрят на неё, как на ебанутую, но ей, если честно, вообще плевать. .vikka. Нет (19:32) .vikka. Я рада что последнчя с кем я прговорю еще в жизнт это ты (19:32)       Что? Что она несёт? Она умирает блять?       Первые мысли посетившие голову шатенки.

***

      Питер… Красивый город, Виолетта его обожает. Она хотела переехать сюда с Викой, но судьба решила иначе. А Вика, кстати, действительно умерла… Она умерла в свой день рождения, от передоза. Те сообщения, которые Малышенко не сможет удалить из своего мобильного даже под дулом пистолета, действительно были последними, которые написала зеленоглазая. Она умерла через тридцать минут после того, как отправила их Виолетте.       Девушка не знает, почему сама ещё не откинулась, учитывая количество потребляемого ей алкоголя и запрещённых веществ, видимо у неё была миссия. После новостей о кончине Виктории, она начала употреблять. Очень много и очень часто. Ей до сих пор не понятно, для чего она это делает. Чтобы умереть? Легче было бы с крыши сигануть. Ради кайфа? Возможно. Может ради душевного спокойствия? Вероятно да, но это не сильно помогает.

***

И я буду любить тебя вечно.

Я буду открывать глаза рядом с той, с кем заснула в эту ночь, представляя там тебя.

Я буду беречь все воспоминания связанные с тобой до собственной смерти.

А когда умру, надеюсь встречусь с тобой наконец.

Ты только жди, обещаешь?