Винкс, Школа Магии

***

— Физически Древо в порядке. Боюсь, я ничем не могу помочь тебе, Нинфея. — Тонкий веер распахнулся резким движением, скрывая часть лица с тонкой родинкой под глазом. — Я не Пикси Природы или Растений, дорогая. Мне, к сожалению, не ведом способ исцеления хвори твоего Древа. Прости, но в данном вопросе я бессильна. — Тьюн, милая… Прошу тебя. Ты моя последняя надежда! — Пикси с зелёными волосами, собранными в высокую укладку, сложила руки в молитвенном жесте, заглядывая с мольбой в глаза оппонентке. — Нинфея, я уже ответила. Увы, я не располагаю возможностью помочь. Обратись к Конкорде или Афине. Они повязаны* уже давно, у них значительно больше сил, нежели у меня. К тому же у них есть доступ к школьным архивам. Уверена, там найдётся необходимая информация. — Шипиляво, но безупречно выдержанный ответ звучал почти мягко, хотя в нём всё ещё ощущалась сталь. Сложив веер, малютка с фиолетовыми кудрями опустила руки перед собой. — В крайнем случае, прошу тебя, обратись к Дискорде. Уж в запретных архивах точно можно отыскать то, что недоступно прочим!       Две старшие Пикси стояли на самой высокой ветке Древа Жизни и прожигали друг друга взглядами. Тьюн, сверкая белоснежным нарядом и аристократичной красотой, всё же блекла на фоне яркой, пусть и скромной Нинфеи.       Наконец местная Глава поселения тяжело вздохнула, признавая своё поражение. Сжимая в руках тонкий посох, она расправила крылья и вспорхнула в небо, приглашая жестом давнюю подругу присоединиться. Тьюн после недолгого раздумья вспорхнула следом.       Последнее поселение Пикси в Магиксе располагалось в глубине синих лесов, окружённое со всех сторон огромными зарослями многовековых деревьев, ядовитых кустарников и корней. Среди всех поселений Волшебного Измерения это было самое древнее и первое, возникшее после разделения Тёмных и Светлых Пикси. Постройки здесь не отличались оригинальностью, но были крепкими и надёжными, простояв уже не первый век. Когда-то оно буйно цвело, но сейчас, увы, увядало.       Пока это начинала ощущать лишь Старшая Пикси и, возможно, несколько её одногодок, проживавших здесь. Молодняк ещё ничего не понимал. И пока они оставались в неведении, Нинфея запросила помощь у своей старой подруги, управлявшей поселением на Андросе. Для всех это выглядело как содействие в укреплении обороны от хищников, и лишь сама Тьюн знала истинную причину.       Древо, несмотря на то что уже начало увядать изнутри, выглядело здоровым. Листья были зелёными, бутоны наливались цветом, кора мягко светилась. Внешне дерево казалось полным сил, но уже более тридцати лет не даровало жизнь новым Пикси. Это беспокоило всех, но в особенности Нинфею. Она не знала причины, и сколько бы свитков ни передавали ей Конкорда и Афина, понять первоисточник беды она не могла. Хотя подозрения у неё были.       Спустившись к фонтану в форме цветка, две Пикси встали рядом, глядя на величественное Древо Жизни. Одна обмахивалась тонким кружевным веером, вторая сжимала посох. Поселение жило своей жизнью: молоденькая Пикси Карамель со своим братом-одноплодом* Мартино открывали пекарню, тихо переругиваясь; Пикси Пэм стригла гостью с Андроса по имени Алонар, чьи белые волосы напоминали огромную губку; Локет и Чата, прилетевшая вместе с Тьюн, о чём-то оживлённо спорили; Зинг сцепилась в рукопашной с Джолли, а рядом сидела Ливи, болея за сестру. Поселение жило своей размеренной жизнью, не подозревая о том, что вскоре она может оборваться со смертью их Матери*. — Нинфея, дорогая, надеюсь, у тебя достаточно сил переступить через гордость и обратиться за помощью. Если не к иным Пикси, то к Директорам. Уверена, их знания могут оказаться бесценными. — Тьюн мрачно взглянула на зеленоволосую. — Или ты всё ещё надеешься, что он вернётся? — Тьюн, я благодарна тебе за помощь, но прошу, не переходи границы дозволенного. — Нинфея мрачно посмотрела на старую подругу, поджимая губы. — Не лезь мне в душу и не поучай, словно зелёный бутон. — Прости мою бестактность… Я несколько взволнована. — Ничего. — Тряхнув головой и отбросив мрачные мысли, феечка сменила тему. — На сколько вы намерены задержаться? — До конца весны, моя дорогая. — Поправив белую ленту на перчатках, мягко ответила Тьюн. — У вас, признаться, действительно серьёзные сложности с хищниками и местной флорой. — А твоё поселение? — Блинки достаточно компетентна, чтобы сохранить моё Древо в полном порядке. — Хорошо… Не хотелось бы, чтобы из-за моей просьбы возникли проблемы…       Длинные, покрытые шипами корни, служившие одной из мер защиты, разошлись, пропуская в поселение Пикси. Нинфея слабо улыбнулась, радуясь, что Амур добралась без происшествий, и обернулась. Застывая. Как и всё поселение.       Ярко-красные волосы были распущены, и с них на землю сыпались тонкие розовые лепестки. Ярко-изумрудные глаза светились, а светло-розовая тога привлекала общее внимание, изящно дополняя образ Пикси Любви.       Когда ноги в тонких сандалиях из лоз коснулись земли, с криком: «Поздравляю!» к Амур бросилась Локет, заключая подругу в объятия. Амур, засмеявшись, обняла её в ответ. Вокруг неё столпилось всё поселение. Все шептались, гладели, поздравляли и расспрашивали, не веря собственным глазам. Амур стала первой в своём поколении Пикси, заключившей Узы. Первой за двести лет! — Амур, милая, здравствуй. Я искренне рада за тебя. — Нинфея подошла ближе к подопечной. — Полагаю, твоё желание помочь Конкорде окупилось сполна. — Везучая… Если бы я тоже полетела… — Черри, Пикси погодных явлений, поморщила нос, но тут же получила по голове чехлом от катаны. — А ну цыц! Сами отказались от работы, всё спихнули на Амур! Это ей награда за доброе сердце, а вам — урок за эгоизм! — отчеканила Зинг, закрепляя чехол и катану на боку. — Ой, как здорово! А это больно? Ты что-нибудь ощутила, когда заключались Узы? А она* что-нибудь почувствовала? Ты заранее поняла, что это она? И сколько это длилось? — Пробившись сквозь гомонящую толпу и держа в руках блокнот с ручкой, Чата подлетела к Амур, засыпая её вопросами и явно не собираясь останавливаться.       Нинфея, тихо выдохнув и прошептав: «Ох, молодёжь…», переместилась к всё ещё стоящей у фонтана Тьюн, которая поправляла макияж. — Я поражена, моя дорогая. В самом наилучшем смысле. — Всё ещё глядя в зеркальце, отметила Пикси Манер. — Искренне рада за твою Веточку. — Я тоже… Хотя было бы чудесно, если бы ещё несколько Пикси нашли своих повязанных. — Печально вздохнула феечка, глядя на толпу. — Это дало бы Древу столь необходимую передышку и позволило бы ему восстановить силы, моя милая. — Тьюн оттянула одну из кудряшек, возрашая её в форму жгутика и аккуратно убрала зеркальце в сумку. — Однако это слишком благостное желание, чтобы оно исполнилось столь легко. Нам придётся искать иной путь. — Ты абсолютно права, Тьюн… Абсолютно права…       Пока две Старшие размышляли о спасении Древа и будущем поселения, остальные Пикси, на чьих плечах не лежал груз ответственности за множество жизней, расспрашивали Амур, втайне надеясь, что и им вскоре повезёт.       Лишь одна из множества, стоя возле своего временного домика, молчала и не тревожила уставшую Амур. Сжимая в тонких пальцах огромный для неё жучок-следилку*, феечка в другой руке крутила отвёртку, размышляя, как вскрыть этот механизм, который она приметила и ухитрилась отсоединить от Амур.

***