Ханна Монтана

Джисон сидит на лавке, вдыхая несравнимый ни с чем аромат от изношенных и развалившихся бутс. От нечего делать, парень принимается гадать чьи они. Чёрная обивка лопнула в районе большого пальца и, судя по размеру кроссов, их бросил тут подыхать наверняка Хенджин. Только он имеет в их команде такую лапищу, умудряющуюся до сих пор расти. Беря в расчёт ещё и его внимательность - Хенджин мог вылезшими пальцами все поле вспахать и только потом, как полагается королю драмы с замедленным тормозом, вызвать такси вип класса в вип салон за новыми. Склонив голову в бок, Джисон подмечает ещё один факт — кроссовки слишком растоптанные, а принц Хенджин себе такого и в страшном сне не позволит. Чанбин. Точно. От его ударов не то, что обувь трескалась, мячи прощались с жизнью и отправлялись в страну проебанных, безжалостно оттраханных вещей. Кстати, о Чанбине. — Че лупишь? — спрашивает как можно тише, а то дури в нем ого-го. Даже спустя час тренировки сможет догнать и всунуть по гланды. Джисон идиот, да, но не самоубийца. Тем не менее, парень, разглядев движение губ Джисона, уже с хмурой рожей двигается в его сторону. Джисон даже поднимается, готовясь драпать, но тут как луч света, среди этого вонючего, причём в прямом смысле, мира раздаётся голос Отца. — И долго команда будет играть без вратаря? "Да всралась мне ваша команда, отморозки помешанные" думает Джисон, но с улыбкой произносит: — В игре важны ворота, а не игроки. Вратари меняются, а железки вкопаны и зацементированы навсегда. Конфуций. Пятый век. — Ладно, давай ещё раз. — Отец, вздохнув, бросает спортивную сумку под ноги и садится рядом с Джисоном, — как долго команда будет играть без вратаря? Верно, пока вратарь не зашнурует бутсы. — Понял, Банчанович. — Джисон берётся за шнурки с черепашьей скоростью. — Чье это говно? — Я пытался решить головоломку. Из вариантов Чан Чайникович. — Назовёшь его так при нем же — придётся тащиться в больницу. Пощади, а? Мне только этого не хватало. — Понял, Банчанович. Парень лишь фыркает, подталкивая Джисона в спину, чтобы тот наконец соизволил спустя сорок минут пойти на тренировку. Улыбнувшись, переступает черту поля, неспешно направляясь к своей точке. Бан Чан, или Банчанович по-Джисоновки, или Отец по-школьному, достаёт стопку бумаг и принимается заполнять. И если бы Джисон мог выбирать в кого влюбиться он безусловно выбрал бы его. В этом парне на границе его человечности, бурлят и переливаются: красота, уверенность, доброта, ямочки на щеках, красивый смех, заливистый такой и мягкий как шарф, добрые, отцовские глаза и бесконечная самоотдача. Джисону футбол не всрался, честно, он даже сейчас просто уворачивается от мяча, игнорируя фырканья сокомандников, прижимаясь к штанге и по-прежнему разглядывая Бан Чана. Ну мечта, а? Только вот это чувство не выбирают. Несмотря на то, что ты видишь хорошие качества других - твоя тупая влюблённость от этого не ослабевает. Вздохнув, Джисон отходит от штанги. Так уж и быть, выбивает мяч парням на поле, кое-кто даже хлопает. Потому что футбол херня, понятно? Это вообще бесполезное занятие, в котором Джисон участвует весь первый год универа и похоже придётся ещё четыре. А то и пять. Или вовсе... это Минхо? Бросив ворота, Джисон бежит обратно к лавкам, туда, куда вальяжной походкой подходит Минхо. Он уже в спортивной форме, поэтому сразу же перескакивает через трибуны, тормозя у лавки с Отцом, чтобы поздороваться. — Где-то раздают бесплатные смычки, чтобы играть на моих нервах? — его бурчание только вызывает улыбку, — а ты почему снова тут? — Попить. — Джисон хватается за горло, которое якобы пересохло. Но глядя на довольного Минхо это не далеко от правды. — Да ты минут пять назад штангу обнимал, какой попить? — Попрошу не вмешиваться в мою личную жизнь, Банчанович. Я к твоей абсолютно равнодушен. Хотелось бы добавить «к сожалению», потому что парень ты действительно хороший, но эту хрень не выбирают, и Джисон уже пытался перелюбиться. Не вышло. Приобняв Минхо за плечи, ведёт к своим воротам, прекрасно зная, именно отсюда он начинает разминку. Два круга по полю, потом растяжка на газоне и два тайма 4×4. — Ну че, как? — Расстались. — Ох, треш. Джисон сочувствующе поджимает губы, чтобы те предательски не расплылись в улыбке. — Я выгляжу как тот, кто расстроился по этому поводу? — набирая темп они бегут трусцой вокруг стадиона, соприкасаясь плечами. Просто они оба предпочитают бежать по линии, а она слишком узкая, для них двоих, ясно, понятно? — Нет. "Нет, солнышко, ты выглядишь как подонок, вступивший в отношения примерно раз тысячу с промежутка от лета до лета, но так как я тебя люблю, для меня ты все ещё выглядишь восхитительно". Добегают круг, переговариваясь о всякой чепухе. Об учёбе, о одноклассниках, которых видели в городе, о том, как обыграть команду соперников на предстоящем матче, и Джисон даже имеет стратегию, потому что, если вы не знали, он обожает футбол. Жить без него не может. Дня не представляет. "Футбол" читать как "Минхо". Вместо этого Джисон бы с радостью трещал с ним о своих чувствах. Ещё в школе он пытался вести дневник, но перечитать спустя день написанное, да такое сопливое, было огромной ошибкой, по итогу которой Джисон смыл блокнот в унитаз. Унитаз забился. Мама отказалась вытирать всплывшее говно, а отец, придя домой, торжественно вручил Джисону противогаз и вантуз. Раз даже такая пытка не поубавила его чувств, а помнится Джисону он тогда наревел лужу в противогаз, то он вообще уже перестал как-то бороться. Есть и есть. Ну влюбился он в лучшего друга, которому нравятся девушки, ну и что? Да все бы ничего, если бы не член между ног Джисона. Что-то подсказывало - избавься он от него, сути дела это не поменяло бы. — Ты меня слушаешь, м? — Джисон тормозит, оборачиваясь. Минхо отстал на шаг и сдвинул брови, оценивающе подмечая транс, в который Джисон всякий раз улетает, когда с ним. — Конечно. Так чего расстались? На этот раз. Сотый? Тысячный? Каждый раз, когда Минхо говорит: "Я встречаюсь" Джисон будто смачную оплеуху получает. — Правда хочешь знать? — вздохнув, Минхо приближается и хватается за его руку, утягивая вперёд. Джисон идёт следом. Куда угодно пойдёт, а если за ручку так вообще побежит. — Это потому, что у тебя маленький, да? У меня были подозрения, конечно... ай! — театрально схватившись за бок, куда воткнулся локоть Минхо, Джисон с сердечной задержкой впитывает каждую секунду его появившейся улыбки. — Какой же ты придурок, Хан. "Если бы тебе так сильно не нравились сиськи, я мог бы быть твоим придурком" Но увы и ах, этот член в ногах. Шаркая домой по людной улице, Джисон ловит взглядом яркие витрины магазинов в вечерней окантовке фонарей и тормозит у какой-то игровой херни с геймпадами. Помнится, Минхо хотел поиграть в приставку и Джисону тогда пришлось наладить связь с парнем с начальной школы, чтобы одолжить её. Всё было прекрасно. До сих пор помнит, как они бежали в его дом, как он позорно споткнулся на лестнице и Минхо, заливисто смеясь, потащил его тушу в комнату. Это был восьмой класс. Сразу после теста по математике. Ммм... 13 марта, кажется? Да, точно. Тогда ещё Джисон не знал, что любит его. Просто таскался везде и не хотел уходить. Сейчас, в принципе, ничего не изменилось. Хмыкнув себе под нос, собирается идти дальше, но одна реклама на витрине сменяется другой и теперь уже маячит сисястая блондинка аниме формата. Через секунду блондинка становится брюнеткой, потом рыжей, потом розовой и, вздохнув, Джисон все-таки отворачивается и уходит. Минхо бы заценил. Уже в классе десятом они сидели в комнате Джисона и листали порнушный журнал. Джисон любовался красными щеками Минхо, его вдруг ставшим тихим голосом, его такими красивыми глазами, что одуреть и лишиться всего не жалко. Подавшись вперёд, он было чуть не сделал самую тупую ошибку в своей жизни, кроме той, что родился парнем, и Минхо тогда так жалобно попросил: "Хотелось бы чтобы и у моей девушки была такая грудь". Джисон от его такого просящего тона готов был ему все груди мира принести, а потом сесть поплакать от их отсутствия у себя. Отвлекаясь на вибрацию телефона, пропускает очередь на светофоре, устраиваясь в самый её конец. "Купи банку молока перед приходом. Безлактозного. И чисти унитаз почаще." От мамы. Печатая ответ, Джисон быстро перемещается в другой диалог, когда видит подпись пришедшего уведомления. "Вечера без свиданок такие доооолгие" Моя ж ты бедняжка. Пожалеть? В лобик поцеловать? "Поговаривают, у нас долгов выше желания Банчановича сделать из нас нормальных игроков. А это высоко, не достанешь" "Хахахах чооорт, ты прав" Гордо улыбаясь, Джисон наконец переходит дорогу, и чтобы не тащиться к маркету заходит в обычный круглосуточной. "Слушай. А ты бы хотел вернуться в школьные времена?" Застыв с банкой молока под мышкой Джисон хочет истерично рассмеяться, но таранящая его сзади бабуля со своей лающей кошелкой под мышкой явно этого не оценит. Конечно, больше всего на свете. В то время Минхо ни с кем не встречался. В то время Минхо был единственным другом Джисона, а Джисон единственным другом Минхо. "Да, ща. Опять выслушивать нотации от родителей за оценки? Нет, спасибо" "Твои оценки и сейчас на дне, Джисони" "Спасибо, что возвращаешь меня в реальность. Но суть в том, что сейчас я с ними не живу и могу делать все что захочу" Таскаться за тобой, например. Делать все то, что ты делаешь. На футбол этот конченый даже в универ за тобой поперся. И в тот же универ по чистой случайности подал документы. А ещё млею каждый раз, когда ты зовёшь меня так. "А я бы вернулся" К тому моменту, когда приходит это смс Джисон уже лежит у себя и слушает меланхоличную музыку. Ну там про боль, нераздвоенную любовь, смерть, кладбища, черепа. Мама, приехавшая в гости с тазиком кимчи, будто без ежедневной дозы Джисон может откинуться, барабанила по кастрюлям так громко, что пришлось напялить наушники. Отстукивая ритм пальцами по живому Джисон в миллионный раз, спрашивает себя: «Может сделать что-нибудь?». Поцеловать хотелось больше всего. Даже если бы Минхо оттолкнул, даже если бы ударил, для Джисона это было бы новым, сладким воспоминанием. Только тот факт, что это могло стать его последним вспоминаем пугал ещё больше. В какой-то момент, когда небо за окном превратилось в черноту с россыпью хлебных крошек Джисон понял, что он может сделать. На регистрацию ушло минут 10, сюда вошел и подбор фоток в пинтересте и создание подходящего ника, и регистрация на мамин номер телефона, и прочая лабуда, сделавшая из Джисона Ханну Монтану. — А я живу две жизни... и от каждой беру, то, что хочу... Напевая тихо песню, Джисон отправляет запрос на подписку Минхо в инстаграме и сразу же пишет в директ. "Слушай, ты импотент, да?" Просто о чем еще говорить, кроме как о членах, Джисон не знает. Что там у этих девушек в голове - черт ногу сломит. Ответ приходит на следующий вечер. Будь отправитель каким-то парнем, Минхо со сто процентной точностью проигнорировал его и любые выпады в сторону его репродуктивности. Он всегда так делал. Смотрел как на стухшее яйцо и проходил мимо. Но Джисон — Ханна. А с девушками у его любимого друга дела обстоят иначе. Он просто не может их игнорировать. "Откуда такие сведения, дорогая?" Откинувшись на лавочку, поудобнее умащивается так, чтобы в случае чего увидеть приближающегося Минхо и вовремя спрятать телефон. "Разные слухи ходят 🤪 хорошо, что девушки после свиданок с тобой возвращаются, иначе я бы подумала, что ты маньяк" "Не забивай голову ерундой. Единственное, что юные дамы должны впихивать в себя — это знания)" От двусмысленности фразы, Джисон кусает губу, нервно постукивая носком кроссовка по газону. Вот значит он какой с этими девушками? Вот паршивец. Такой обаятельный. "А кто говорил про инородные предметы в моем организме?" "Я про учёбу..." "Так и я..." "Учёба для тебя инородный предмет?" "Ты такой сообразительный 😍 закрою глаза на вторую попытку" "Хах, кого-то мне это напоминает" "Кого же?" "Не важно)" Диалог прерывается. Из-за угла школы появляется Минхо, переходя сразу же на лёгкий бег. Вот оно - пришествие, вот он свет ясный, вот он, тот, ради кого Джисон станет девушкой, влюбит в себя этого красавца, потом бросит, и понадеется лишь на то, что после этих изматывающих отношений в сети, Минхо каким-то чудесным образом разонравятся сиськи. Эх, фантазер. С приходом Банчановича Джисону приходится отлипнуть от Минхо и прилипнуть к штанге. Наблюдая за ним на поле, взгляд всякий раз мечется от идеального, очень красивого, такого изящного лица, к контрастирующим на этом ангельском фоне мощным бёдрам. — Что за тигр этот лев... Вздохнув, Джисон без особых усилий отбивает летящий мяч в ворота передней частью голени, сразу же переводит взгляд на Минхо, который улыбается, устроив себе легкую передышку у его штанги, и лыбится в ответ. — Красавчик, — оттолкнувшись корпусом от холодного метала, Минхо бежит вперёд, а Джисон делает один оборот вокруг себя, чтобы скрыть довольную улыбку. Тренировка проходит относительно спокойно. Если в присутствии Минхо вообще можно быть спокойным. После они моются в душе, ржут как гиены над шутками с тик тока, над мемными фразами. Иногда Джисон к ним тоже подключается, но редко. Все зависит от Минхо и его настроения. Заняв как можно дальнюю кабинку, поодаль от него, Джисон трет тело мочалкой до красных полос, чтобы побыстрее свалить отсюда. Одеться и свалить. И не видеть, как одевается Минхо. Кто ж знал, что ему не только с лицом повезло в этой жизни, а? Вот и Джисон бы прекрасно жил без этой информации. И спал бы спокойно. Без салфеток на рабочем столе и чувства вины и стыда после содеянного преступления. После душа, как всегда, топчут глобус ещё три квартала вместе. Джисон тараторит обо всем пришедшем в голову, Минхо внимательно слушает, искоса посылая слишком уж оценивающие взгляды. — Ну, покеда? Затормозив у нужной остановки Минхо, Джисон по дурацкому поднимает ладонь, прижимая к корпусу. Минхо это всегда веселило. Но сейчас он лишь слабо, чтобы не обидеть, улыбается. — Эй, ты чего? Что стряслось? — подступив на шаг ближе, Джисон заглядывает в его бездонные глазки, оставляя парашют на травушке и влетает в колодцы с распростёртыми руками. — Ничего, иди. Спишемся. — Хочешь с тобой пойду? — Нет, все в порядке. — Дома все ок? — Да. — А ты... — Хан Джисон. — Ладно, пока. Дождавшись, пока Минхо зайдёт в автобус, сядет у окна, помашет ему, только потом двигается по направлению к своей квартире. Пустой. Потому что там не живёт Минхо. Был вариант съехаться и жить вместе, но эта мысль пугала так сильно, как и желание её воплотить. Будто в Джисоне сидел какой-то маньяк, который в любой момент мог вырваться и сделать с Минхо что-то плохое. Вот он и отказался тогда, когда Минхо предложил снять им двушку на двоих, чтобы не торчать в универе и не спиться до двадцати пяти. Жалел ли он об этом? О, да. Поменял бы свое решения? О, нет. Бросив сумку с грязной формой, Джисон недовольно морщит нос, переступая через неё, идет на кухню. Кастрюли полны всякого разного, за что бездомные коты Джисона скоро на лапках носить будут. Он чисто физически не успевает это все съедать. Заглянув во все комнаты, от нечего делать щёлкает выключателем в спальне туда-сюда, после в темноте плюхается на кровать и достает телефон. На хрен домашку и футбол. "Че, как? День прошёл норм или не норм?" Ответ приходит спустя пару минут. Минхо прочел сразу же, но, наверное, думал над ответом. "У тебя буквы платные, да?" Джисон фыркает, эту фразу он слышал лично раз сто на прошлой неделе. "А ты не знал? Я не делала подписку, вот и мучаю народ. Так чё?" "Норм. У меня вопрос. Можно?" — Тебе все, что угодно можно, мой повелитель. Но, вздохнув, Джисон пишет другое: "Валяй. Только сиськи не проси скинуть" "Можно подумать они у тебя есть" "ЭЙ ТЫ! ЕСТЬ И СРАЗУ ДВЕ!" Джисон заходит в свой профиль и внимательнее вглядывается в выбранные фотки на пинтересте. Ну девушка как девушка, на всех фотках лицо закрыто телефоном, в основном акцент на талии-аномалии и глубоких вырезах. Джисон же не идиот, по-другому Минхо не ответил бы. Так что, он ослеп? Пора бежать к нему домой и проверять его прекрасные глазки? "Постаралась бы хотя-бы пролистать чуть дальше, ну" И Минхо присылает скрин пинтереста со всеми его фотками. Да еб твою мать, Шерлок доморощенный. Прикусив губу, решает, что ещё рано сдаваться. На пинтрест фотки загружают люди, а значит что? Значит Джисон тоже смогла. Смог. Тьфу ты. "Да ладно, не волнуйся. Если не хочешь показывать свою внешность — это нормально. Но не используй чужие фотографии" Ладно, была не была. "Извини. Мне не нравится моя внешность. Но как человек я ничего" — Особенно член мне не нравится. "Уверена? Хах" "ЭЭЭЙ" "Ладно Ханна. Мой вопрос. Почему ты мне написала?" Джисон на время откидывает телефон в сторону. По-видимому, девушкой он больше не сможет быть. Рано или поздно Минхо попросит скинуть фото или встретиться и что тогда делать? Но... что если... что, если признаться ему от лица Ханны? Хоть так, у Джисона-то не особо много шансов сделать это. Он даже пьёт в присутствии предмета своей сердечной недостаточности намного меньше, чтобы не сболтнуть лишнего или не сделать. "Ты мне нравишься. Красивый очень. Не подумай, внешность не главное, я вообще пансексуалка, понимаешь?" "Ты буквально назвала меня насильником и импотентом..." "Ой, забудь. Это был обманчивый маневр, чтобы привлечь твоё внимание. Несмотря на то, что ты со всеми таскаешься, никто о тебе ничего плохого не говорит. Поэтому, я бы тоже хотела. Посмотреть, как ты смотришь на меня, взять за руку, прогуляться по Хондэ. О, ещё фотки с фотобудки наклеить себе на рабочий стол. Чтобы ты замазался мороженым, а я вытерла. И чтобы от моей грязюки на лице ты громко и долго смеялся. Потому что ты красиво смеёшься, знал?" Джисону приходится себя остановить. Разжать пальцы и уронить телефон на одеяло. Нужно прекратить, иначе еще минута и его попросту не заткнуть. — Так, дыши братец, дыши. Долгих пять минут телефон без какого признака жизни лежит без сигнала, но лучше бы он в эту же секунду и отрубился. Всё лучше, чем это: "Может, встретимся?" Ты очень удивишься, Минхо. Очень. Даже удивляешься ты красиво, но Джисон ещё немного хочет с тобой подружить и не рисковать. "Не. Я же сказала, не нрав внешность, все дела" "Хорошо. Доброй ночи" И это все? Ну, доброй, любимый. Подергав ногой, Джисон заваливается на подушки. Точно все? Закончились две жизни? Телефон снова вибрирует и Джисон с облегчением вспоминает что он ещё и Джисон, а значит просто так может получит смс и написать. "Какие планы на выходные?" "Буду гулять со своим другом. А ты? 😊" "И я) встретимся где обычно ближе к пяти?" "Да, мой капитан!" После этого они обсуждают какой-то фильм, который сейчас шумит в тик токе и который оба посмотрели, когда были у родителей ещё пол ночи. Джисон даже забывает, что карьера его как девушки подошла к концу. Ну и хрен с ней. Главное, чтоб с ней был не хрен Минхо. Проснувшись рано от предчувствия предстоящей свиданки, а, ой, прогулки с любимым другом, да что ж такое, для прогулки с лучшим другом, Джисон тратит на душ примерно все свое утро, после насилует гардероб, рассматривая каждую вещь с дотошностью, потому что ну вы Минхо видели? Объективно, он ангел, и планета ему бы в ноги кланялась, если бы он нагишом ходил. Джисон считал его самым красивым со времен, когда он с пухленькими щеками и милым, мягким пузиком пришел в их класс. А сейчас… что за Аполлон этот бог? Так что Джисон опаздывает. Натыкается на прохожих, посылает извинения им в спину, но темпа не сбавляет до тех пор, пока не находит Минхо на обычном месте у фонтанчика. Тормозит за пару шагов, приводит дыхание в норму и натягивает свою самую, боже, пожалуйста, пусть это будет так, красивую улыбку. — Извините, а ваши родители случайно не духовка? — Минхо заранее закатывает глаза, морща красивый носик, — тогда почему ты такой горячий? Джисон готов писать петицию на отмену осени. Минхо в кожанке – незаконно прекрасен. — Пойдем уже, цыпа. — О, да, я такая. Джисон специально машет руками со спущенными рукавами ярко желтой толстовки и под тихие смешки они оба двигаются с небольшой площади. Они гуляют так много и так часто, что все темы в мире грозятся рано или поздно закончиться. Но не проблема, как-то раз Джисон пообещал Минхо придумать собственный язык и собственное государство. А если брать в расчет некоторые обстоятельства – государство было бы без женщин и вымерло в скором времени к чертям собачьим. Обходят Хондэ, чтобы оттянуть прием алкоголя на еще пару-тройку дней. Послезавтра матч, а завтра на тренировке они наверняка сдохнут, если хоть стопочку опрокинут. — Прокатимся? — Реально? Затормозив у уличной развлекательной хрени по типу движущихся кресел с очками виртуальной реальности, Джисон смотрит по очереди то на кресла, то на Минхо. Вообще-то, Минхо не фанат таких штук. Вообще-то, подлокотник на стыке всего один и кое-кто может кое-кого взять за руку. Джисон идет платить. Расшатанные кресла от побывавших на них задниц дергаются, как только они забираются на небольшой островок. Минхо правда боится высоты, поэтому Джисон уже на этом этапе берет его за руку и больше не отпускает. Оказывается, единственная запись — это американские горки, благодаря которым пульс Минхо так же нестабильно скачет, стоит Джисону провести пальцами по его запястью в успокаивающем жесте. И, наверное, вполне и этого хватит, думает Джисон, забирая два стакана кофе у баристы, пока Минхо возвращается из небольшой пекарни напротив парка с упаковками чизкейков. — Может, расскажешь? — усевшись на свободной лавке, Джисон делает глоток кофе, наблюдая, нужна ли помощь или он так сядет, разместив коробки поудобнее. — Рассказать что? — он все-таки садится, закинув одно колено на лавочку. — Почему у тебя складка на лбу. Много думаешь. Говорят, это вредно. Фыркнув, Минхо говорит что-то по типу «наоборот», но Джисон в это, конечно же, не верит. Просто дает ему время, ведь точно знает, Минхо за этот вечер пару раз уходил в себя, и если он не расскажет, Джисон тоже войдет в него. Метафорично. — Я влюбился. — Джисон давится кофе и одновременно с тем проглатывает обратно подскочившее сердце. — Зачем? — Что? — То есть, вау, класс, кто она? Минхо тяжело вздыхает, после улыбается, красиво, зараза улыбается, поясняя то, что знать Джисону вообще никак не хотелось бы, но тем не менее. — В интернете познакомились. Она очень милая. И смешная. Девушки с чувством юмора мой идеальный тип, ну ты знаешь. — Джисон кивает, пытаясь утопиться в луже кофе. А в какой раз? Минхо рассказывает что-то там об этой мисс юмористка года, но он уже не слушает. Вскоре появляется более веская причина отвлекаться – телефон. Джисон вытаскивает айфон с кармана и тупо пялится на экран. По видео звонку в инсте звонит Минхо. И тут до него доходит. Звонит он вовсе не Джисону. — А вот и она. — Ох, бля. От абсолютного не понимая, что ему еще делать в этой ситуации Джисон поднимается на ноги, сжимая в одной руке кофе, в другой телефон, ну и заодно напрягает жопу. Вот же дебил. — Это не то, что ты подумал. — То есть, — начинает парень, тоже поднимаясь и подходя на шаг, — ты не решил поиздеваться надо мной? Не прикинулся девушкой? Не обманывал меня? И не веселился с этого? — Нет. То есть, по фактам раскидал, но это было не весело. Минхо уже делает шаг назад и отворачивается. А он никогда не отворачивался. Особенно с таким выражением лица, будто его весь мир предал. Поэтому Джисона охватывает паника и мысль догнать его и объясниться приходит не сразу, но, благо, все-таки приходит. — Подожди, Минхо, тормозиии, — взять за руку он себя не позволяет. Упрямо идет по мощенной дорожке, поправляя пятерней волосы. — Отвали, стендапер. — Мне не было смешно! Мне вообще не смешно, знаешь? — Нет, не знаю. Из двух зол Джисон выбирает большее. Чтоб наверняка. — Не смешно, потому что мне не нравится, когда ты гуляешь с другими девушками. А так как я не девушка, вариантов у меня не много. Я тебя, конечно, люблю, но у меня нет ни денег на смену пола, ни достаточного мужества в яйцах, чтобы их и лишиться. — Издеваешься, да? — Минхо оборачивается так резко, что Джисон врезается в его грудь. Приходится отступить, по-видимому, он не настроен для ласок. — Ты сейчас сказал, что любишь меня? — Ну, кое-как да. — Да ты меня за придурка не держи! — Джисон отступает на еще два шага, при помощи тыкающегося пальца в его плечо. — Это, блять, я тебя люблю! И если бы ты делал то же самое в ответ, я бы заметил, как думаешь? — Что? — Хуй через плечо! Минхо зол, а Джисон потерян. Вот такая вот прогулочка. Прохожие с собаками спешат убраться подальше. Или связаться с телевидением. «Алло, у нас тут гейская драма в центре парка! Да, мы снимем на камеру». — Подожди. — Минхо выставляет ладонь вперед, чтобы собраться с мыслями и не получить сотрясание от тумаков. — Я бы тоже заметил. — Окей. — Долго выдыхая, Минхо сначала замахивается стаканом кофе, после все-таки опускает руку, смотря прямо в глаза. — Тебе с недавнего или с самого начала? Заткнись, начнем с того, что меня больше всего бесило. Когда я предложил тебе съехаться, ты будто бы расслышал «давай я тебя на органы сдам». Ну да хрен с тобой. Помнишь Босон? Это ты меня с ней свел! А когда я тебя касаюсь дольше минуты, ты дергаешься, словно у меня сифилис. В душе вообще самую дальнюю кабинку выбираешь, перестал пить в моем присутствии, забил на футбол, сейчас вот попытался сделать из меня дебила, накачав фоток с интернета. К твоему сведению, девушки так не разговаривают. Особенно насчет своей внешности! — У вас какая-то странная дружба, пацаны, — Джисон только сейчас замечает стоящего неподалеку парня-комментатора. Он грызет трубочку от коктейля и наблюдает за бесплатным шоу. Джисон дёргается в его сторону, парень, пожав плечами, все-таки намек понимает и уходит. — Пошли ко мне, поговорим. — Никуда я с тобой не пойду, хватит. Тем не менее, когда Джисон берет его за руку, Минхо с недовольным лицом идет за ним. Стоит ли вообще говорить о том, что Джисон нихрена в своей жизни так и не понял, а от мыслей голова вот-вот взорвется? Но говорить что-то надо. Минхо же не в молчанку собрался играть с ним. — Я в тебя влюбился в конце восьмого класса. Понял это немного позже, когда ты сказал, что хочешь, чтобы у твоей девушки были такие же сиськи как у той, прости господи, с журнала. Вот поэтому, я нашел тебе похожие сиськи! Раньше ты не жаловался, вообще-то. Босон, видишь, даже имя ее помнишь. Не съехался с тобой, потому что… ну там свои причины, но вдруг бы ты домой девок приводил? Не могу долго прикасаться к тебе, потому что пока есть возможность – я спрыгиваю с Титаника. Будучи Ханной, я подумал, что это мой единственный вариант признаться тебе, вот и сделал это. Джисон больше ничего не говорит, Минхо послушно плетётся сзади, держась за ручку. Пиздец какой-то. Они оба два дебила, жившие в каком-то своем мире, а сейчас, вернувшись в реальность, становится даже немного грустно. С таким мозгом точно до сорока не доживают. — Слушай, если собираешься и дальше заниматься бегом через препятствия, то я не войду. — Джисон оборачивается, по-прежнему держа Минхо за руку, и все, вросло, тут только отпиливать. — Я имею ввиду, не прыгай с Титаника. Джисон планировал посмотреть кто там сидит на лавке у подъезда, но перепутал действие местами и уже целует Минхо в приоткрытые губы. Охриневшее от происходящего сердце приходится затолкать обратно. Все так же держась за руки, Джисон ведет его к себе, улыбаясь по, тут уже никто не поможет, дебильному. Но Минхо все еще идет за ним, красиво, как же красиво улыбаясь, и Джисон решает признаться еще в кое чем: — Слушай, раз такое дело. Я ненавижу футбол. — Да ты шутишь! — Минхо снова тормозит, но Джисону уже плевать, он тащит его к себе, как на буксире. — Понимаю, это шокирующе, но я еще могу поиграть, если тебе нравится. — Так я из-за тебя играю! — все потом, все потом, квартира и кровать очень близко, а какой-то там дебильный футбол в эту минуту между ними не встанет. — Солнышко, это ты мне предложил в школьную сборную пойти. — Потому что думал, там ты найдешь себе друзей. — К черту друзей, у меня есть ты. — Победно улыбнувшись своей двери, Джисон наконец вводит кодовый замок. — Только давай отыграем сезон, а потом уже скажем Банчановичу? Он расстроится. — Кстати о нем. Ты почему пялишься на него постоянно? — Это не правда, я на тебя пялюсь постоянно. — Но я видел! — Забудь. Дверь захлопывается, характерный писк блокировки оставляет отголоски диалога на лестничной площадке.